Информационно-аналитический центр «КОПЬЕ ПЕРЕСВЕТА»

Выпуск № 1 / впервые опубликовано в газете «Завтра» 4.07.2013

Олег Розанов. КОПЬЕ ПЕРЕСВЕТА – ПРОТИВОВЕСНЫЙ СИМВОЛ

На Брянской земле соединяются в одно сплетение судьбы трёх славянских народов: русского, украинского и белорусского, — это место особого сосредоточения надежд и чаяний о воссоздании целостного русского мира, который ушел в небытие в начале девяностых.
Чернобыльская катастрофа, оставившая здесь свой тлеющий след, как мистическое предзнаменование краха великой империи, являлась непонятым символом готовящегося разлома.
Поэтому именно здесь, в древнем Брянске, в солнечном сплетении русского мира, обретает своё начало аналитический центр "Копьё Пересвета" — это иной, противовесный символ, мост над дымящей землёй, который должен соединить в единое целое находящийся под вражескими информационными бомбардировками русский народ.
Эти два судьбоносных образа, чернобыльской катастрофы и "Копья Пересвета", сменяют друг друга — образ разрушения всяких надежд, распада, растерянности, с одной стороны. С другой — священный, победный знак, явивший себя заново там, откуда брал начало. Это проявление непримиримой души России, сохранившей себя и не сломленной отчаяньем, её неустанного стремления к своему храму.
Россия проходит тревожный путь, на котором каждый конец — это новое начало. Поэтому пограничная "точка разрыва", Брянский край, место, где в партизанских лесах расходятся дороги братских народов, может стать точкой их соединения, где родятся новые смыслы и символы возрождающейся Великой России.
Открывая работу аналитического центра "Копьё Пересвета", мы будем представлять читателям газеты "Завтра" прежде всего те материалы, которые рассматривают самые актуальные и важные для нашей страны моменты российской и мировой жизни.

Александр Проханов. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ ОРУЖИЕ ГОСУДАРСТВЕННИКОВ

Изборский клуб открыл своё отделение в Брянске. Радениями члена Изборского клуба Олега Васильевича Розанова в недрах этого дочернего отделения создан аналитический центр. Его задача — выявлять враждебные воздействия, направленные на российское общество и государство, исследовать их, квалифицировать и давать им отпор.
Центр задуман как противодействие организационному оружию противника, разрушающему глубинные основы российской государственности. Это встречный удар, отбивающий атаки врага. Именно поэтому его решено назвать "Копьём Пересвета". Пересвет — инок Троице-Сергиевой лавры, родом из Брянска, героический монах, которого Сергий Радонежский отправил вместе с Дмитрием Донским на Куликово поле. Там Пересвет сразился с татарским батыром Челубеем, и они оба погибли в смертельном поединке.
Татарский витязь был огромного роста, могучий, его копьё было намного длиннее копий всех прежних противников, которых он убивал в поединках. Копьё Пересвета было гораздо короче, и он снял перед боем доспехи, подставил себя под удар Челубея, пропустил сквозь своё сердце отточенное острие, но приблизился к противнику и, уже мёртвый, пронзил его. Он погиб как мученик в битве за Родину, стал святым, и золотое сияние вокруг его головы окружает и наконечник его святого копья.
Копьё Пересвета — святое оружие русской победы. Его священная сталь тайным образом присутствовала в танках Т-34, громивших врага под Москвой, Сталинградом, в Берлине. Его сталь присутствует и в современном русском оружии, в кораблях, ракетах и танках, делая это оружие священным.
Аналитический центр "Копьё Пересвета" есть интеллектуальное оружие государственников, патриотов, дающих отпор врагам на пространстве смыслов. Брянская область — родина Тютчева и Пересвета, край древнерусских богатырей и бесстрашных советских партизан — становится интеллектуальным рубежом, на котором происходят сражения идеалов и ценностей. Выбрано пять направлений ударов: экономика, геополитика, социальная сфера, история, конфликтология. Управление аналитическим центром берёт на себя Олег Розанов.
Копьё Пересвета, подобно копью Лонгина, становится священной символикой нашего имперского будущего.

Константин Черемных. ТУРЕЦКИЙ БУНТ

Стамбул не должен повториться в Москве

Когда цветущий Стамбул стал ареной уличного бунта, истерзанный Дамаск не удержался от злорадной рекомендации: не ездите, сирийцы, в Турцию, там опасно.
Сирийцев можно понять. Еще в марте 2011 года премьер Турции Реджеп Тайип Эрдоган публично защищал Башара Асада. Но затем Турция согласилась на участие в ливийской операции НАТО, Асад стал мишенью критики турецкого МИД, а пограничная провинция Хатай — центром тренировок дезертирской Свободной сирийской армии.
Почему Анкара отказалась от принципа "минимум проблем с соседями"? Вспомним, как называются партии, пришедшие к власти в Египте, Тунисе, Марокко после "арабской весны". Их имена перекликаются с образцом успеха — правящей турецкой Партией справедливости и развития (AKP). Эрдоган поддался на соблазн: сдаешь Дамаск — получаешь влияние во всей Северной Африке.
На начало июня Эрдоган запланировал тур по странам Магриба, чтобы вернуться как раз к встрече с делегацией Еврокомиссии, которая должна была оценить прогресс Турции на пути в ЕС. Оба мероприятия были омрачены. После разгона демонстрантов в Стамбуле король Марокко побоялся принять Эрдогана, а еврокомиссар Фюле в своей обычной манере стал читать туркам мораль.
Турецкое руководство пыталось совместить несовместимое: имперский проект с исполнением европейских капризов. Это казалось возможным: например, ужесточая продажу алкоголя законом от 24 мая, АКР ссылалась как на Коран, так и на практику Скандинавии.
Но "европейничанье" обходится издержками. Не только уязвимостью правящей партии перед сонмом НКО (из которых 40% базируется в Стамбуле), но и перерождением оппозиции. Недавно 59 депутатов от кемалистской Народной республиканской партии (CHP) внесли законопроект о закреплении прав сексменьшинств в Конституции. Какое отношение ЛГБТ имеют к Кемалю Ататюрку? Можно спросить: а какое отношение имеют красные флаги на Болотной площади к диктатуре пролетариата?
Образ Ататюрка, первого лидера светской Турции, стал политтехнологическим товаром — с того момента, как Эрдоган задумал назвать новый мост через Босфор именем султана Селима, а на площади Таксим возвести торговый центр в стиле снесенных оттоманских казарм. Проект предусматривал снос всего 5 деревьев в соседнем парке Гези. А по Twitter растрезвонили — не 5, а все 600.
Пропаганда неточностей не боится. Корреспондентка Cumhuriyet Нильгюн Джеррахоглу сравнила парк Гези с Химкинским лесом, где — она сама видела! — всё еще водятся лисы, кабаны, олени и реликтовые насекомые. Помнится, химкинский протест в России вначале был про лес, а потом — про олигархов, "контролирующих" консорциум по строительству трассы Москва—Петербург. Вот и стамбульские паркозащитники зрят в корень: в проекте воссоздания казарм есть интерес у компании Calik Holdings, а ею руководит зять премьера!
Лесозащитнице Чириковой вручал награду вице-президент США Джо Байден. А в организации "турецкого лета" Эрдоган подозревает его близкого союзника, главу Госдепа Джона Керри, а также экс-посла Великобритании в Турции Питера Вестмакотта. Скажете, на Западе кумовство не имеет значения? Вестмакотт, ныне посол Великобритании в США, женат на родной сестре Хасана Немази — этнического иранца и основного спонсора президентской кампании Джона Керри 2004 года.
Место "кнопочного" социального взрыва тоже не случайно: до 1915 года на этом месте было армянское кладбище, а сейчас площадь Таксим — в округе депутата-курда Сирри Эндера, который первым вышел к демонстрантам.
Еще одна деталь места: Стамбул претендовал на Олимпиаду-2020. А к Олимпиаде-2016 готовилась Бразилия. Эрдоган не случайно считает, что беспорядки в Стамбуле и Рио связаны между собой. Ведь тема защиты городской застройки и культурных памятников много лет "играется" в Турции так называемыми альтерглобалистами из Всемирного социального форума. Их основная база — бразильский Порту-Алегри, а спонсор — Rockfeller Foundation, повсеместно "заботящийся о природе". Кстати, Хасан Немази числится сразу в нескольких рокфеллеровских структурах…
В Сочи, где в 2014 году ожидается зимняя Олимпиада, все чаще вспоминают — видимо, тоже по подсказке из США — о могилах черкесов, истребленных русской армией, а еще о коррупции, а еще — ну как же без этого? — об экологических последствиях строительства. Это альфа и омега того же самого транснационального направления. И сегодня его прицелы все больше направляются на Россию.
Это не значит, что России следует бросить Асада и начать обниматься с Эрдоганом. Это значит только, что нам нельзя позволить себе, чтобы нас застали врасплох. Ведь и у нас вспыхивают то здесь, то там искры очень похожего пламени (в июне этого года двухтысячный крестный ход против разработки "Воронежского никеля" с иконами и знаменами местных и приехавших издалека казаков, мужиков, анархистов и людей в масках вылился в поджог поселка геологов, едва спасшихся от "народного гнева").

Михаил Делягин. РУБЯТ РУБЛЬ

Опасные манипуляции с валютой

Глобальная конкурентная борьба носит всеобъемлющий характер. В ее центре находится яростная деятельность Западного блока во главе с США по созданию тотального доминирования в форме "всемирного правительства". Как в уличной драке, в ход идет всё, что подвернётся под руку и может нанести ущерб врагу.
Один из наиболее часто и эффективно применяемых инструментов, который можно считать формой нового, организационного оружия, — манипулирование валютным курсом противника. В самом деле: валютный курс оказывает огромное влияние на состояние страны и самочувствие народа. Прежде всего он является определенным символом. В ситуации его стабильности — возникает предсказуемость условий для деятельности всех экономических субъектов. А дестабилизация курса подрывает развитие просто потому, что на время лишает субъекты экономики понимания ситуации, и они просто в целях самосохранения сокращают свою активность.
Укрепление валюты способствует привлечению иностранных кредитов, но тормозит текущее развитие, облегчая импорт и затрудняя экспорт, — а тем самым и будущее возвращение набранных долгов. Поэтому завышенный курс валюты, позволяя политикам гордиться собой, закладывает проблемы для будущего развития и часто вызывает разрушительные девальвации.
Заниженный же курс валюты подстегивает развитие экономики, содействуя экспорту, импортозамещению и притоку иностранного капитала, получающего возможность "по дешевке" скупать местные активы. Последнее улучшает экономические показатели ценой усиления зависимости от внешних факторов и ослабления суверенитета.
Существенная девальвация обесценивает сбережения населения и накопления предприятий в национальной валюте, ускоряя при этом инфляцию. Хотя она и повышает конкурентоспособность переживших ее субъектов экономики, ее цена (в том числе и социально-политическая) так высока, что государства стремятся избежать её всеми силами.
Внешнее манипулирование валютным курсом может вестись самыми разными способами: от прямой спекулятивной атаки (так Сорос в 1992 году на 7 лет остановил валютную интеграцию Европы) до информационного воздействия на рынок при помощи как убеждения ключевых фигур в полезности той или иной политики, так и заявлений маркетмейкеров.
Классическим примером неосторожного заявления, существенно изменившего ситуацию на валютном рынке, стали слова министра финансов России Силуанова об изменении порядка приобретения государством валюты и возможном из-за этого повышения курса доллара на 1-2 рубля. Понятно, что это вызвало немедленную паническую реакцию рынка и соответственно населения: при наличии контроля Банка России за валютным рынком это вынудило бы его провести небольшую валютную интервенцию для успокоения "горячих голов", и после успокоения спекулятивных настроений постепенно откупить потраченное обратно.
Однако в рамках либеральной доктрины самоустранения государства от своих ключевых обязанностей (в рамках пресловутой "презумпции избыточности госвмешательства") Банк России практически самоустранился от обеспечения стабильности валютного курса в рамках абсурдно расширенного "валютного коридора", предоставив спекулянтам свободу рук. И более того, финансовый блок правительства косвенными методами может содействовать общей дестабилизации политической обстановки.
В целом некоторое ослабление рубля давно назрело: торможение экономического роста, вызванное в том числе и присоединением к ВТО на заведомо кабальных условиях, в ситуации принципиального отказа государства от реализации политики модернизации просто не оставляло другого способа подхлестнуть экономику. Кроме того, значительное количество осуществляющихся в России проектов перешло из инвестиционной стадии к производственной и, соответственно, стало нуждаться не в сильном рубле, позволяющем привлекать внешние кредиты, а в рубле слабом, облегчающим сбыт продукции.
Несмотря на общую позитивность этой меры, нельзя не отметить характер ее осуществления — не сознательно спланированный государством, а внезапный для него, "нечаянный" (что следует из последовавших заявлений, дезавуировавших высказывание Силуанова, и вырвавшейся даже у уравновешенного министра экономического развития Белоусова фразы о том, что противники ослабления рубля являются "американскими агентами"). Не может пойти на пользу государству и резкое оживление спекуляций, — возможно, усиленное сменой руководства Банка России и желанием части его недобросовестных сотрудников поживиться на инсайдерской торговле в опасении "смены команды" и возможного увольнения.
Наконец, вынужденное ослабление рубля имеет весьма существенные политические последствия, ибо наряду со многими событиями последнего времени, включая ухудшение экономической конъюнктуры, фактически дезавуирует идею стабильности как главного достижения Путина и наносит удар по его имиджу.
Болезненность этого удара многократно усугубляется моментом нанесения — в разгар скрытого, но весьма напряженного конфликта по поводу Сирии не с одними лишь США, но практически со всем Западом.
Конечно, обвинять Силуанова в том, что он сознательно хотел дестабилизировать и накалить обстановку в России своим заявлением неправомерно. Но, сознательно или нет, этот шаг стал важным элементом в общем информационном наступлении либерального клана на своих политических противников.
Другие элементы — распускание слухов об отставке Белоусова и его выводом из Правительства, фиктивное "увольнение" Якунина, требование Дворковича уволить Миллера, Сечина и того же Якунина и намерение премьера Медведева сократить госрасходы следующих трех лет, озвученное сразу после ухода Белоусова с поста министра экономики.
На этом фоне ослабление рубля, внешне едва ли не нечаянное, выглядит примером эффективного и, главное, скрытого применения организационного оружия.

Шамиль Султанов. ДЕЛО НЕ В АМИРОВЕ

Теневая система против российской государственности

В последние дни публичный интерес к т.н. "делу Амирова" существенно снизился. И зря, поскольку возможный негативный сценарий развития этого процесса может привести к нескольким серьезным конфликтным осложнениям не только в Дагестане, но и в России в целом.
В феврале нынешнего года Кремль неожиданно поменял М. Магомедова на Р.Абдулатипова на посту главы республики. Открытых претензий М.Магомедову особо не высказывали, и даже назначили его одним из заместителей главы Администрации президента РФ.
Но в действительности речь шла о трех претензиях.
Во-первых, процесс дестабилизации в республике не только продолжался все эти годы, но постепенно даже усиливался. А для Кремля, накануне Олимпиады в Сочи, этот момент становился все более и более чувствительным и опасным.
Во-вторых, Дагестан так и не продвинулся реально по пути самообеспечения, а федеральные дотации и уровень коррупции по-прежнему оставались на запредельном уровне. С учетом надвигающихся в ближайшие годы экономических проблем Москва объективно будет вынуждена существенно сократить дотации северокавказским республикам. Поэтому этот фактор становится особенно важным при определении эффективности руководителя в том или ином регионе.
В-третьих, именно ближайшее окружение Д.Медведева заменило М.Алиева, предыдущего руководителя Дагестана, на своего ставленника М.Магомедова. Поскольку это было сделано весьма странным аппаратным образом, решили М.Алиева, чтобы сгладить инцидент, наградить орденом. Он наотрез отказался, публично заявив: "Не хочу принимать орден из рук главного взяточника России". Кого имел в виду Муху Гимбатович, пусть каждый догадается сам.
Рамазан Абдулатипов, став врио главы Дагестана, начал активно бороться против клановости и коррупции. По его словам, большинство населения активно поддержало эти усилия. Это действительно так, но одновременно резко возросло количество его врагов.
Как образно выразился один из очень влиятельных дагестанских теневых лидеров: "Абдулатипов не обладает ни финансовым потенциалом, ни силовым, чтобы быть руководителем такого сложного региона, как Дагестан. Он — профессор, не любит рисковать и не знает реального расклада сил".
В конце мая Народное собрание Дагестана приняло решение о проведении в сентябре выборов главы республики. Через день мэр Махачкалы Амиров заявил, что будет баллотироваться на этот пост. Многие эксперты в тот момент считали, что у мэра Махачкалы есть очень серьезные шансы возглавить Дагестан. Но Абдулатипов побывал в Москве, а еще через несколько дней Амиров был арестован по обвинению в организации убийства рядового следователя города Каспийска.
Саид Амиров — умный, искушенный и волевой политик. Он — инвалид первой группы — перенес восемнадцать покушений, много лет передвигается только в инвалидной коляске. Амиров сделал свою карьеру в лихие и кровавые 90-е годы, став фактически одним из реальных руководителей Дагестана. Ни один серьезный вопрос в республике не решается без его ведома. Говорят, что он является самым богатым человеком на Северном Кавказе и одним из самых крупных олигархов России.
Саид Амиров — не только один из теневых лидеров клановой структуры в Дагестане, но и очень влиятельный и авторитетный член общероссийской коррупционной системы. Нельзя аккумулировать деньги в Дагестане и не делиться с Москвой. Поэтому его три раза выбирали "лучшим мэром России", он был награжден рядом государственных и общенациональных наград, в том числе высшим орденом страны "За заслуги перед Отечеством".
С.Амиров прекрасно отдавал себе отчет в том, что, идя на открытое столкновение с Р.Абдулатиповым, он бросает вызов самому Кремлю. Без внешнего политического содействия со стороны какой-то части федерального центра принять участие в такой опасной комбинации даже он бы не решился. Следовательно, некая весьма влиятельная группа в столице нашей Родины пообещала ему твердую поддержку. Возникает вопрос: Амирова использовали "втемную" или он, наконец, сделал самую роковую ошибку в своей жизни?
"Дело Амирова" все больше начинает смахивать на открытый ящик Пандоры. После ареста уже бывшего мэра Махачкалы федеральные силовики вдруг оказались в классической ситуации "цугцванга". Кто окажется крайним?
Только по выдвинутому обвинению "дело Амирова" до суда вряд ли дойдет, поскольку пока все обвинение держится на сомнительных показаниях некоего криминального авторитета. Кроме того, С.Амиров — это слишком крупная системная фигура, чтобы организовывать убийство рядового следователя маленького городка.
Содействовать "самоубийству" инвалида первой группы, даже в тюрьме передвигающегося в коляске, конечно, можно. Во всяком случае информация, что якобы Амиров пытался перерезать себе вены, уже официально проходила. Но его адвокат наотрез отрицает попытку суицида. Да и Амиров по своему характеру таков, что ни при каких обстоятельствах на самоубийство не пойдет. Поэтому такой вариант крайне опасен по своим и внутриполитическим, и внешнеполитическим последствиям.
Ведь при всем том, Амиров является одним из безусловных лидеров даргинского народа. Поэтому надо учитывать и возможность межнационального конфликта в республике. Но самое главное заключается в том, что после выключения Амирова из игры в Дагестане может начаться силовой передел его империи — со стрельбой, с кровью, взрывами, массовыми демонстрациями…
Выдвинуть против Амирова новые обвинения, например, в коррупции? Тоже можно, но, судя по всему, и здесь твердых доказательств нет. А если Саид Джафарович вдруг заговорит, то возникнет проблема: что делать с этой новой и, возможно, крайне сенсационной фактурой?
Скорее всего, именно из-за цугцванга в условиях дефицита времени следственные мероприятия в отношении Амирова сейчас и не проводятся.
В этой ситуации у Центра есть три возможных входа.
Первый. Воспользоваться нынешней запутанной ситуацией, проявить политическую волю и начать тотальное стратегическое наступление против коррупции в Дагестане, а следовательно, и во всей России. При этом сделать опору на народ, простых людей, которые, безусловно, в своем абсолютном большинстве поддержат этот курс.
Второй. Если к такому наступлению Кремль пока не готов, то ему остается продержать Амирова до сентябрьских выборов, а потом отпустить.
Третий. Договориться с Амировым уже сейчас.
Во всей данной ситуации Кремль столкнулся не столько с Амировым, сколько со всей общероссийской коррупционной системой, которая демонстрирует, что она готова к решающей схватке.
Но чтобы выиграть у сложной и хитроумной системы, нужно иметь как минимум системную стратегию.

Андрей Фурсов. БИТЬ ПЕРВЫМИ!

Как победить в психоисторической войне

Мы живём в военное время — военное вдвойне. Натовской агрессией против Югославии, а точнее — против сербов — началась перманентная горячая война, ставшая следствием разрушения СССР: Афганистан, Ирак, Ливия, Сирия. Одновременно с горячей, то параллельно ей, то переплетаясь с ней, развивается набирающая силу иная форма войны — организационная война. Ее главной целью является разрушение оргструктур (структур управления) общества-мишени — всех: от социальных и финансовых до структур сознания и познания, т.е. структур психосферы в самом широком смысле этого слова. Именно эта сфера постепенно становится основным театром действий организационной войны, которая в психосфере становится войной психоисторической.
У психоисторической войны (оргвойны в психосфере) несколько уровней измерений, а точнее — информационный, концептуальный и метафизический (смысловой). Информационная война в узком смысле — это действия на уровне фактов, их фальсификация, искажение определенным образом. Концептуальное измерение психоисторической войны затрагивает, как ясно из названия, концептуальную интерпретацию фактов, т.е. развивается в сфере перехода от эмпирических обобщений к теоретическим. Метафизическая война — высший пилотаж оргвойны в психосфере — есть преимущественно война смыслов; физическая победа без победы в метафизике, в смысловой сфере невозможна.
В качестве конкретного примера можно привести версию катынских событий, восходящую к Геббельсу. Информационный уровень психоисторической акции: нас убеждают (путем грубых фактографических подтасовок, разрушающихся при постановке элементарных вопросов), что поляков расстрелял советский НКВД. Затем — переход на концептуальный уровень: расстрелял, потому что НКВД — элемент "кровавого сталинского режима", а вся история — проявление тоталитаризма, иллюстрирующая его; здесь вешают на уши образ ("кровавый сталинский режим") и концепцию "тоталитаризм", причем сам этот термин должен подтолкнуть объект информагрессии к уравниванию "сталинизма" и "гитлеризма"). Вообще, нужно сказать, что образы в психоисторической войне крайне важны: можно действовать на информационном уровне, в духе Сванидзе, а можно — на образно-концептуальном, в духе Гельмана. И, наконец, метафизика: тоталитаризм вытекает из парадигмы русской истории, из всего опыта русской истории, ее смысла, которые, следовательно, подлежат смысловому изменению. Ведь недаром один из главных бесов горбачевщины, смотрящий за ней от заокеанья, говорил, что перестройкой они ломают не только СССР и коммунизм, но тысячелетнюю модель русской истории. Вот это и есть действие оргоружия, причем применению его в "физической сфере" предшествовало таковое в метафизике.
Цель психоисторической войны — разрушить организацию психосферы противника, посадив его на ложный информпоток, внедрив свои концепции его самости в пространстве и, главное, во времени, и лишив его собственных смыслов и навязав чуждые — разрушительные и парализующую волю к борьбе. Наиболее важное направление психоисторической войны — история. Битва за историю — это, по сути, главная битва оргвойны в психосфере, поскольку она подрывает эту последнюю сразу по нескольким направлениям, включая психоудары по исторической памяти (наиболее важные события, наиболее значимые и знаковые фигуры — отсюда поливание грязью нашей Победы, воинской славы, конкретных лиц, прежде всего Сталина, схема "миф о Гагарине" и т.п.), по идентичности, по традиционным для данной цивилизации ценностям.
В ближайшие пять лет нас ждет немало круглых дат русской и мировой истории: 2014 г. — 100 лет с начала Первой мировой войны; 2015 г. — 200 лет с окончания наполеоновских войн и установления "Венской системы"; 2016 г. — 25 лет с момента разрушения СССР; 2017 г. — 100 лет Октябрьской революции; 2018 г. — 100 лет с начала Гражданской войны в России и 200 лет со дня рождения Маркса. Можно не сомневаться, что по поводу всех этих дат и стоящих за ними событий против России развернётся самая настоящая психоисторическая война. Вполне можно представить себе, например, издание многотомника, посвященного теме "Россия: мировая война и революция". Цель — доказать, что Россия не играла значительной роли в войне. Деньги дадут западные "научные" фонды. 90% авторов — западные же ученые, 10% — представители "компрадорской науки" из РФ, "дети грантов", главным образом узкие специалисты, не замахивающиеся на большой нарратив и обобщения (это — монополия хозяев-грантодателей). Ну а "освятят" все это редколлегией из титулованных околонаучных чиновников, которые не гнушаются принимать награды от иноземных властей за защиту их интересов в нашей науке. То же можно представить и по поводу разрушения СССР.
Мораль: не надо ждать, пока противник нанесет удар — нужно бить первыми. Нам нужны свои работы по истории указанных событий, по истории России и — обязательно — по истории Запада, с которым и в пользу которого сравнивают Россию. При этом в ходе сравнения у России выпячивается негатив, а то ей и просто приписывается нечто в реальности не существовавшее, а у Запада ретушируются темные пятна. Вообще, нужно сказать, что умение табуировать неприятные для Запада темы и неприглядные, преступные страницы его истории — характерная черта западной культуры, в том числе и научной. Нельзя не согласиться с английским историком Д. Ливеном, который в работе "Империя: Российская империя и ее соперники" (английское издание — 2000 г.) заметил, что в современной сравнительной истории и политологии господствует превращенная в догму "странная версия англо-американского самопоздравления-самовосхваления (self-congratulation), написанная в немецкой манере".
Запад, прежде всего его англосаксонское ядро, превратил себя, свое уникальное историческое "я" в универсальное мерило, на соответствие которому оценивается все остальное. Англосаксы вольны, подобно "Королю" и "Герцогу" из "Приключений Гекльберри Финна", выделывать любые кунштюки. Наша задача и обязанность — не ловиться на них и гнуть свою линию, прежде всего в психосфере. А потому мы должны писать не только свою историю, но и историю Запада (и Востока, конечно) без ретуши. Нам необходима систематическая, наступательная и стратегически выверенная работа в сфере "боев за историю" (Л. Февр), за наше прошлое. Это необходимое условие победы в битве за будущее.

Маринэ Восканян. ФЕНОМЕН СНОУДЕНА

Запад вырастил поколение «доносчиков на самих себя»

Сюжет с Эдвардом Сноуденом, предавшим огласке сведения о тотальной слежке в Интернете, которую осуществляют американские и английские спецслужбы, несомненно, войдет в историю разведки как один из самых громких скандалов. После первой публикации в проекте Prism, где указано, с какого года Microsoft, Google, Apple, Facebook и прочие творцы светлого информационного будущего "сливают" конфиденциальные данные всех своих пользователей американскому Агентству Национальной Безопасности (NSA), увидели свет и документы английской секретной службы о проекте Tempora. Англичане сканировали вообще весь интернет-трафик, физически идущий через территорию острова. Заголовок одной из страниц этого документа — слова генерал-лейтенанта Кита Александера, главы NSA, которые он произнес во время визита к британским коллегам: "А почему бы нам не отслеживать вообще ВСЁ, и постоянно?"
Занятная деталь — основным объектом слежки англичан оказались немцы. Пока растерянные европейские поборники прав человека восклицают — это "кошмар в стиле Голливуда", "мы думали, такое закончилось вместе с временами ГДР", и даже Ангела Меркель требует от Британии и США объяснений, — некоторые их коллеги удивляются такому удивлению. Так, глава Института исследований политики мира в баварском Вайльхайме Эрих Шмидт-Энбом заявил: и Федеральное ведомство по охране конституции (BND), и Федеральное ведомство по безопасности в сфере информационной техники (BSI) давно знают, что спецслужбы США и Великобритании отслеживают интернет-трафик в Германии. И если за вами следило Штази, то это был тоталитарный ад, а вот если свои, родные союзники — так это ж совсем другое дело!
Никто даже не заботится о более-менее правдоподобных легендах. В то время, как госпо

comments powered by HyperComments