Александр Дмитриевский: Набат, который приняли в штыки
О романе "Чего же ты хочешь?"
Александр Дмитриевский: Терроризм как потребность социума. К 25-летию событий 11 сентября
11 сентября 2001 года был совершён самый крупный террористический акт в истории.
Александр Дмитриевский: «Часы Судного дня» — инструмент политического давления
Объективность показаний этого устройства у многих вызывает откровенный скептицизм, да и сам инструмент служит в основном политике, а совсем не научному прогнозированию.
Александр Дмитриевский: Польша всегда боролась с Россией за лидерство в славянском мире
В рамках программы «Мнение» историк Александр Дмитриевский прокомментировал запрет Министра обороны Польши Косиняк-Камыша Украине называть воинские части в честь деятелей УПА*.
Александр Дмитриевский: Военная тревога 1927 года — замалчиваемая страница истории
1 июня 1927 года ЦК ВКП(б) обнародовал обращение, в котором шла речь об угрозе начала возникновения войны с ведущими капиталистическими странами, и прежде всего — с Великобританией.
Артём Ольхин: О сердцах и сокровищах
Какой победы мы хотим?
Артём Ольхин: На русских рубежах
Референдумы в Донбассе, или возвращение утраченного.
Артём Ольхин: Прабабушкин подвиг
Размышления в день жен-мироносиц.
Александр Дмитриевский: России надо быть готовой играть вдолгую
Быстротечные войны эпохи модерна вновь сменяются средневековыми конфликтами на многие десятилетия.
Александр Дмитриевский: Поморский сепаратизм. По методичкам Грушевского
Берём некоторую часть этноса с достаточно выраженной региональной спецификой, после чего начинаем внушать этим людям что они — потомки древнего и гордого народа, которому не дают нормально жить злые пришельцы.
