— Валерий Михайлович, все-таки мы всякие американские USAID’ы выгнали отсюда, особенного вреда от этого сейчас нет. Протесты либералов мало кто поддерживает. В чем опасность?

— Да, про либералов все ясно. А патриоты — вот это серьезно. Поэтому сейчас задача для тех, кто Майдан готовит, патриотов настроить против власти. Крымскую весну, Русскую весну и проект «Новороссия» сделали патриоты. С ними власть сотрудничала, проходил диалог, они включались в какие-то проекты, программы, их мнение учитывали, они входили в медиапространство, участвовали в формировании государственной политической повестки.

Но там три года назад все поменялось, и их послали просто жестко, не будем говорить, куда. То есть если ты патриот, то пошел вон отсюда! Я просто поражаюсь этому. И нет ни разговора, ни диалога, ни поддержки проектов, ни выслушивания мнений, никакого финансирования — ничего.

Патриот? Пошел вон просто. Жестко. Естественно, что люди с патриотическими взглядами как-то напрягаются от этой ситуации, которая длится уже три года, не первый год. Для чего это делается? Единственное объяснение — для того, чтобы загнать патриотов в протестное поле. Вот и все.

— Вот они и загнали. Но тогда будет Майдан. Вы видите какие-то положительные тенденции, что власть будет делать в этом направлении? Власть должна поменяться, в какое-то наступление перейти, патриотические силы привлечь к своей защите? Или мы как-то доедем до 24-го года и плавно перейдем во власть либералов?

— Если касаться темы выборов, то те люди, которых не зарегистрировали, Яшин, потом Любовь Соболь, еще такой целый выводок либеральных сил, — в Москве их потолок электоральный очень небольшой. И даже «Яблока» уже нет, его разгромили. Но суть не в этом. Если бы даже их допустили до власти, вот этих всех людей, то никакой угрозы власти они не представляли.

Тем более, даже если бы их зарегистрировали, получила бы Соболь свои 13 процентов и довольная бы ушла. То есть смысл в снятии их был как раз не в том, чтобы их не пропустить во власть, они туда бы и не попали, а для того, чтобы раскачать ситуацию. Кто снял этих людей и для чего?…

— Вы так думаете?… А может быть, они специально собрали недействительные подписи для того, чтобы потом сказать: «Вот власть нас шельмует, потому что боится…»

— Вообще в России нет выборов. И никаких подписей нет, никто их не собирает никогда. Ни у кого нет действительных подписей. Я сам собирал подписи в 90-х годах за Юрия Власова, штангиста, выдвигая его в 96-м году в президенты. Я знаю, как собираются подписи. Ни провластные кандидаты, ни антивластные их не собирают. Это, конечно, ерунда полная. Реально собирают штук десять на показ, чтобы хоть как-то что-то было.

— А как делают?

— Берут базы данных, переписывают и все. Это, на самом деле, знают все, это всегда так. Если кандидат провластный, то он может вообще принести просто «куклу» такую: сверху положить две-три странички с подписями и снизу страничку, а остальные страницы пустые. Другие просто переписывают из базы данных, и все.

Подписи за провластных кандидатов сразу ставят в избиркоме в угол, и больше их никто не трогает, а антивластных кандидатов можно, конечно, проверить. И там найдутся фальшивые подписи, что уж поделать — такая структура у нас выборная. Но суть не в этом. Это были заведомо непроходные кандидаты, их недопущение до выборов имело только один смысл — немножко раскачать внутриполитическую ситуацию.

— То есть сами представители власти раскачивают? Для чего?

— Чтобы свою значимость, эффективность, дееспособность подчеркнуть перед главным источником власти. Это как бы политтехнологический ход, который немножко вышел из-под контроля, потому что были не учтены такие факторы, как падение легитимности власти в связи с закрытостью политической системы и вмешательством извне.

Если бы этого не было, то все политтехнологически сыграло бы четко. Мы их не допустили и за это можно отчитаться, сказать: «Смотрите, мы их не допустили, они же ругают вас. Вот смотрите, что говорит Соболь про Путина. А что Навальный пишет про Путина. А вот этот Яшин, мы его тоже не допустили. Видите, какие мы молодцы, мы их не допустили. Раз.

И с другой стороны, мы же быстро загасили весь их протест, и мы еще в кубе молодцы, потому что мы поборолись с их недовольством. Два». И вот это, конечно, такой бонус, который дает право поучаствовать в трансфере власти. Но не учли несколько моментов. Три фактора как минимум, и поэтому что-то пошло не так.

Все начало выходить из-под контроля, не так политтехнологично, а стихийно и непредсказуемо. Поэтому тут уже немножко, конечно, заигрались, получается. И в минус им это пошло. Ну, что же делать. Сделали решение, приняли ставку и проиграли. Ну так бывает. Но есть же и системные вещи, которые на трансфер власти реально будут влиять.

И вот здесь возникает главный вопрос, а трансфер власти, его цель — сохранить все как есть для действующей власти. Там официально говорят: «Сохранить действующий путинский курс». Тоже правильно, то есть надо поставить такого кандидата, чтобы он сохранил путинский курс. А какой у Путина курс? А это вообще не ваше дело, не надо задавать такие вопросы.

ИсточникПравда.ру
Валерий Коровин
Коровин Валерий Михайлович (р. 1977) — российский политолог, журналист, общественный деятель. Директор Центра геополитических экспертиз, заместитель руководителя Центра консервативных исследований социологического факультета МГУ, член Евразийского комитета, заместитель руководителя Международного Евразийского движения, главный редактор Информационно-аналитического портала «Евразия» (http://evrazia.org). Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments