О Владимире Вернадском

Александр Агеев

Вернадский

(Вступительное слово главного редактора А.И. Агеева, журнал «Партнерство цивилизаций» №1-2, 2013г.)

Людей часто сравнивают со свечой, солнцем, звездой, рекой, океаном и т.д. Делают это из желания найти надлежащую точку отсчета в попытках измерить масштаб личности. Но есть личности, которые сами по себе эталон. Владимир Иванович Вернадский среди них, немногих.

Иногда развитие науки и человеческой мысли вообще представляют как поток или как игру в чехарду, где после­дователи встают на плечи предшественников, невольно спи­сывая их в архив. Представление не всегда верное. Более точным описанием представляется описание в терминах гор и ландшафтов. Вершины, пики — вот что существенно, вот что задает тон и пространству, и времени, и воображе­нию, и памяти.

Вернадский — вершина, требование познания которой есть константа в требованиях к настоящему научному поис­ку, настоящему образованию, настоящей культуре, настоя­щей гражданственности. О таких вершинах было однажды сказано с кафедры философом: «Его надо читать стоя…»

Вернадский, как устье могучей реки и начало большого моря, вбирает в себя множество нитей, путей человеческой мысли. Эта непрерывность и органич­ность научного наследования в творче­стве Вернадского обрамлена учителя­ми, учениками и коллегами великого ученого, у которых, в свою очередь, были предшественники, преемники, коллеги. Так, в Санкт-Петербургском университете учителем будущего ака­демика был В. Докучаев, собственная научная генеалогия которого восходит к А. Бутлерову, И. Мечникову, Д. Менде­лееву. Когда Вернадскому было 20 лет, В. Докучаев в докторской диссертации защитил основы учения о ландшафтах. Существуй в 1900 году Нобелевская премия, за всемирную научную сен­сацию — теорию природной зональ­ности, взаимосвязи живой и нежи­вой природы Докучаев, несомненно, был бы ее удостоен. Когда Вернадскому было более 60 лет, он выделил оболоч­ки (геосферы) Земли, отличающиеся физическими и химическими, термо­динамическими свойствами, и создал в АНСССРОтдел живого вещества. Лег­ко увидеть глубокую преемственную связь между разработками Докучаева и Вернадского. За близкие к подходам Вернадского решения в области радио­активных элементов его международ­ные и отечественные коллеги полу­чили Нобелевскую премию. А Вернад­ский при жизни увидел премию своего имени.

Питомцы научной школы Вернад­ского — выдающиеся геологи и физи­ки, организаторы науки и новаторских прорывов, государственные управ­ленцы. Особо следует вспомнить его сына Георгия, одного из основателей американской школы русской исто­риографии. Дед Георгия в 1858 году, за несколько лет до рождения В. Вер­надского, опубликовал первый в Рос­сии «Очерк истории политэкономии» и одно из первых в России исследова­ний по геополитике. А еще более дав­ний предок был среди казаков круга Богдана Хмельницкого. Так по гори­зонтали и по вертикали генетических и интеллектуальных взаимосвязей формировался феномен великого уче­ного. 150 лет со дня и многие поко­ления до дня его рождения впитали в себя необычайно емкую и густо осна­щенную историю человеческой мысли, научного и государственного служения и подвижничества.

От своих предков и от отца, дей­ствительного статского советника, что было очень высоким статусом в Табели о рангах Российской империи, В. И. Вер­надский унаследовал яркую жизнен­ную позицию: он участник земского движения, член ЦК конституционно-демократической партии и Госсовета, основатель целого ряда институтов и комиссий высокого ранга, действую­щих и поныне.

Вернадский — не единственный из ученых, о кого «споткнулись» цунами массового и избирательного террора и тектонических социальных сдви­гов первой половины ХХ века. Но, по­жалуй, он единственный с таким по­служным списком, казалось бы одно­значно «расстрельным», кто не просто выжил, но работал, творил, сохранял и спасал — науку, других людей (уче­ных, офицеров), честь ученого и граж­данина. И сам этот факт позволяет нам говорить о времени его жизни не так размашисто, как это часто бывает в де­батах. Что‑то очень важное еще скрыто от нас в том, как жить достойно в лю­бые времена, в том числе такие, когда «расстрелы идут беспрерывно, в мест­ных чрезвычайках преобладают хули­ганы, грабители» или когда в науке, как эпидемия, расползается «новое варварство».

За десятилетия своей многогранной деятельности Вернадский подарил нау­ке, многим индустриям, включая атом­ную, государству Российскому, Укра­инскому, Казахстанскому, всему миру свои мощные идеи и энергию своей личности. Вернадский мощью своей мысли и личности сам стал генерато­ром ноосферной силы, конечный ре­зультат эволюции которой «от нас еще скрыт».

«Партнерство цивилизаций» №1-2, 2013

ПОДЕЛИТЬСЯ
Александр Агеев
Агеев Александр Иванович (р. 1962) – видный российский ученый, профессор МГУ, академик РАЕН. Генеральный директор Института экономических стратегий Отделения общественных наук РАН, президент Международной академии исследований будущего, заведующий кафедрой управления бизнес-проектами Национального исследовательского ядерного университета «МИФИ», генеральный директор Международного института П.Сорокина – Н.Кондратьева. Главный редактор журналов «Экономические стратегии» и «Партнерство цивилизаций». Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...