За полвека изучения истории отношений России с Китаем, Японией и другими соседями по Тихоокеанскому бассейну я пришел к такой мысли: в океане истории есть теплые и холодные течения, они предопределены то ли какими-то геостратегическими факторами, то ли непознанными пока законами истории, которые одни называют судьбой, а другие — Божьей волей. В любом случае бороться с ними практически бессмысленно.

Течения истории

За 400 лет взаимодействия России и Китая — двух сопредельных стран-цивилизаций — они не раз испытывали какие-то сложности, но ни разу не воевали. Зато неоднократно вступали в союзнические отношения, что фиксировалось тайными и открытыми договорами 1896, 1937, 1945, 1950 годов. В соответствии с буквой и духом договоренностей Россия помогала отражать натиск Страны восходящего солнца, вступала с ней в открытое противостояние в Русско-японской войне 1904-1905 годов, а также в «гибридные войны» в конце 30-х годов — сражения на озере Хасан и реке Халхин-Гол. В годы Второй мировой войны Китай и Россия по очереди становились друг для друга «вторым фронтом», оттягивая на себя силы общего противника. Разгром Квантунской группы армий в сентябре 1945-го помог положить конец 14-летней Антияпонской войне, которая могла бы еще продолжаться годами.

Многовековое течение российско-китайских отношений достигло максимального тепла после того, как 2 октября 1949 года СССР признал Китайскую Народную Республику и установил с ней дипломатические отношения. Подписанный 14 февраля 1950 года во время пребывания Мао Цзэдуна в Москве советско-китайский Договор о дружбе, союзе и взаимной помощи снова официально закреплял союзнические отношения двух великих держав. Он документально оформлял переход 600-миллионного тогда Китая в лагерь социализма. Всего через полгода этот лагерь столкнулся с лагерем империализма на Корейском полуострове.

Войска Северной Кореи и «китайские народные добровольцы» при участии советских ВВС противостояли коалиции стран Запада во главе с США. Потери Китая в Корейской войне 1950-1953 годов (официальное название в КНР — Война сопротивления американской агрессии и помощи Корее) составили 197 тысяч бойцов! Продемонстрированная решимость пойти на большие жертвы и слегка завуалированная поддержка Советского Союза убедила американские штабы отменить вторжение в Китай и начало уже планировавшейся новой мировой войны.

Идеологическая размолвка и ее преодоление

Оформленное союзными договорами 1896, 1937, 1945 и 1950 годов взаимодействие основывалось на близости или даже совпадении национальных интересов и потому было продуктивно. Напротив, идеологическая размолвка 60-80-х годов игнорировала национальные интересы и привела к трагическим последствиям. Китай потерял два десятилетия поступательного развития и 30-40 миллионов человек в ходе «большого скачка» и «культурной революции». Москва была вынуждена вести противостояние «на два фронта». Ускорились приготовления вдоль границы. Строились мощные укрепрайоны, прокладывался БАМ и другие стратегические дороги, росла численность Вооруженных сил. До лобового столкновения не дошло, но немыслимые расходы на подготовку к возможной войне и с Западом, и с Китаем стали одной из причин ослабления Советского Союза. Для Китая же помощь Запада стала важным фактором успеха политики «реформ и открытости», обеспечив доступ к инвестициям, рынкам сбыта и современным технологиям.

Добившись рекордных темпов роста экономики, Пекин стал понижать уровень конфронтации с Москвой. Зашедшие в тупик «перестройка» и «новое мышление», в свою очередь, диктовали необходимость нормализации отношений с КНР. Состоявшийся в мае 1989 года визит Михаила Горбачева в Пекин позволил восстановить официальные связи двух правящих компартий. Однако период нестабильности в Китае и Советском Союзе не позволил, словами Дэн Сяопина, полностью «закрыть старое, открыть новое».

Качественных изменений в теперь уже не советско-китайских, а российско-китайских отношениях не удалось добиться и сразу после распада Советского Союза. Китайские организации и предприниматели извлекли из него немалую выгоду. Стратегические товары и секретные советские технологии уходили за бесценок. Но в то же время сотни наших предприятий и институтов, десятки тысяч попавших в беду людей выжили благодаря даже неравноценному товарообмену с Поднебесной.

Новые российские власти смотрели преимущественно в сторону Запада и уделяли китайскому направлению второстепенное внимание. Но Борис Ельцин, несмотря на недовольство проамериканских деятелей в своем окружении и МИДе, все же совершил несколько визитов в КНР (1992, 1996, 1999 годы). Именно при Ельцине появилась формулировка «отношения стратегического партнерства». Но солидную международно-правовую основу под новые российско-китайские отношения удалось подвести только с приходом в Кремль нового главы государства — Владимира Путина. Действующий Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве был подписан им и Председателем КНР Цзян Цзэминем 16 июля 2001 года. Этот договор стал первым российско-китайским международно-правовым документом в новом веке, в новом тысячелетии.

Реализм — залог успеха

Сейчас мы смотрим на Договор 2001 года с особыми чувствами. Прежде всего нельзя не удивляться долголетию и дееспособности этого дипломатического инструмента. Ни один из предыдущих российско-китайских договоров не действовал так долго.

Московский договор оказался не просто договором-долгожителем. Он позволил развить отдельные статьи в целые новые направления взаимодействия. В то же время договор был написан с учетом непростой судьбы предыдущих договоренностей, зигзагов в отношениях между Москвой и Пекином. Реализм проявился уже в его названии — на первое место было поставлено добрососедство.

Инновации бывают и в такой консервативной сфере, как дипломатия. Уже в первой статье договора впервые в документе такого калибра был выделен принцип «равноправного доверительного партнерства и стратегического взаимодействия» в качестве долгосрочной основы отношений. Принцип «стратегического партнерства» был столь же емким, сколь и неопределенным, позволял толкования с учетом развития мировой обстановки, нюансов в понимании текущих национальных интересов. Неудивительно, что этот новый в международно-правовом обиходе термин стал использоваться и в других документах Москвы и Пекина. К «стратегическому партнерству» дипломаты стали добавлять все новые определения, последним из которых стало «новой эпохи», которое появилось во время встречи Владимира Путина и Си Цзиньпина в июне 2019 года.

Без доверия нет взаимодействия

При подписании договора Москве и Пекину было необходимо ослабить взаимное недоверие предыдущих десятилетий. Закрыть токсичный территориальный вопрос была призвана 6-я статья, в которой «закрепляется отсутствие у сторон взаимных территориальных претензий». Правда, предстояло обсудить два небольших участка «с неурегулированным статусом» «для нахождения взаимовыгодного компромисса». Такой компромисс нашли после активных переговоров к 2004 году, когда было подписано Дополнительное соглашение о государственной границе на ее Восточной части. После ратификации оно вступило в силу в 2005 году.

Важность устранения последней «щелки» на сопредельной линии очевидна на фоне истории с подобной проблемой в Китайско-японском договоре 1972 года. Дипломаты тогда не могли договориться в срок насчет принадлежности острова Дяоюйтай (Сенкаку), и Дэн Сяопин предложил «оставить вопрос следующим поколениям». Эти самые поколения уже через 40 лет сошлись на необитаемых скалах «в рукопашной» и чуть не развязали полноценный конфликт. Вот почему решение судьбы нескольких островов на Амуре площадью в 375 квадратных километров по принципу «50 на 50» надо считать мудрым и дальновидным.

В двусторонних отношениях особенно важно доверие и взаимопонимание между людьми с оружием. Прочной основой для этого стала статья 7: «Договаривающиеся стороны предпринимают усилия по обеспечению собственной безопасности, основываясь на принципе разумной достаточности вооружений и вооруженных сил».

С оглядкой на недавнее прошлое, но с видением будущего была составлена статья 2: «Договаривающиеся стороны в своих взаимоотношениях не применяют силу или угрозу силой, не используют друг против друга экономические и иные способы давления и разрешают разногласия между собой исключительно мирными средствами… Договаривающиеся стороны подтверждают обязательства не применять первыми друг против друга ядерное оружие, а также взаимно не нацеливать стратегические ядерные ракеты».

Неоценимую роль в развитии стратегического партнерства Москвы и Пекина все эти 20 лет играла статья 9: «В случае возникновения ситуации, которая, по мнению одной из Договаривающихся сторон, может создать угрозу миру, нарушить мир или затронуть интересы ее безопасности, а также в случае возникновения угрозы агрессии против одной из Договаривающихся сторон Договаривающиеся стороны незамедлительно вступают в контакт друг с другом и проводят консультации в целях устранения возникшей угрозы». Такие формулировки очень весомые и многозначительные.

Добрососедство гарантирует взаимную выгоду

Что касается второй части формулировки «стратегическое партнерство», то в Московском договоре содержались традиционные для подобных документов статьи о торговле, экономическом, научно-техническом и гуманитарном сотрудничестве. Достижения на этом направлении за 20 лет нужно назвать весомыми — объем торговли с 8 миллиардов долларов в 2000 году вырос до 110 миллиардов по итогам 2019 и 2020 годов, устояв даже под ударами пандемии. С 2010 года КНР держит первое место среди наших торговых партнеров. Россия наращивает долю несырьевых товаров в экспорте, особенно быстро наращиваются поставки сельхозпродукции и продовольствия. Рост благосостояния китайцев и акцент Пекина на импорт из дружественных стран открывают перед российскими производителями безграничные перспективы.

Уже почти 10 лет успешно работает российско-китайский нефтепровод, а с конца 2019 года действует газопровод «Сила Сибири». Эти и готовящиеся новые инфраструктурные проекты снижают возможности Запада шантажировать как покупателей, так и продавцов углеводородов.

В этих условиях особое значение приобретает взаимодействие в области науки и инноваций. Реализуются совместные проекты в таких чувствительных областях, как освоение космоса, ядерная энергетика, кибернетика. Обмен студентами исчисляется десятками тысяч.

Надежный договор открывает перспективы

20-летие договора 2001 года отмечается в международной обстановке, качественно отличающейся от той, что была тогда. Россия вновь стала «костью в горле» своих западных «партнеров». КНР благодаря стратегии «социализма с китайской спецификой» достигла таких успехов, что объявлена главной опасностью для США.

Сейчас мы с китайцами снова становимся «вторым фронтом» друг для друга. Национальные интересы диктуют поиск решений, которые позволят противостоять ведущейся против России и Китая холодной войне, предотвратить скатывание к войне настоящей. Совместный ответ на реальную и непосредственную угрозу принимает разные формы. Военные уже фактически «встали спина к спине». Передача наших секретов системы предупреждения о ракетном нападении. Совместное патрулирование стратегических бомбардировщиков вблизи тихоокеанских баз Америки и ее союзников. Масштабные учения на территории России и Китая, в киберпространстве и космосе…

Активизируется поиск новых форм взаимодействия и на дипломатическом фронте. Казавшаяся еще недавно экзотической идея перехода к союзным отношениям уже обсуждается на высоком уровне. После мартовской встречи министров иностранных дел Сергея Лаврова и Ван И китайский министр заявил о необходимости наполнения существующих отношений новым содержанием. Встречу министров эксперты расценили как сверку часов накануне встречи глав государств. Ясно, что главной темой возможных переговоров станет как раз достижение синергии двух стран перед лицом «натиска на Восток» коллективного Запада.

Надежную основу для выхода взаимодействия и взаимопомощи России и Китая на новую орбиту заложил 20 лет назад Договор о добрососедстве, дружбе и мире.

comments powered by HyperComments