Леонид Григорьевич — один из главных экспертов в вопросах геополитики. Совсем недавно издательством «Аргументы Недели» была выпущена новая книга этого выдающегося человека под названием «Геополитическая Драма России. Выживет ли Россия в XXI веке?» «Аргументы Недели» встретились с Леонидом Григорьевичем и поговорили с ним о судьбах России, ситуации в мире, а также затронули множество других тем, освещенных в его книгах.

— Леонид Григорьевич, почему Вы обратились к геополитике?

— Почему я обратился к геополитике? Это произошло тогда, когда я находился на службе и особенно тогда, когда я стал заниматься международными делами, военной дипломатией и возглавил Главное управление международного военного сотрудничества.

Я не мог понять: что в этом мире происходит, кто им управляет? И, главное, кто формирует вот эту мировую политику?

Нас в училище и академии обучали: главное — это то, что ты должен разгадать замысел противника и оценить возможности своих войск. И тогда уже выбирать контрдействия.

Когда я начал разбираться в том, что говорят государственные деятели и даже главы государств и в решениях, которые принимают на Генеральной Ассамблее ООН, мне казалось, что это должно реализоваться во всех странах и государствах.

А я смотрю, что это не так. Не так даже в тех западных государствах, которые подписывают документы, но не исполняют их. Общаясь с генералами, например, американскими и натовскими, я вижу, что они согласны исполнять подписанные договоренности, но кто-то им приказывает делать обратное. Приказывает президенту, приказывает экономическим, военным структурам и так далее. Генералы дружно объясняли нам, что исполнение ранее подписанных документов не отвечает американским национальным интересам.

И я «влез» в геополитику, чтобы выявить истинных субъектов американской политики, освоил геополитику, защитил первую в России докторскую диссертацию по геополитике, чтобы понимать, что же такое американские интересы и чем (кем) они диктуются. Цель — не просто знать историю, а знать глубинные намерения и знать силы, которые предопределяют сущностную политику государства.

И, конечно, я увидел мудрецов от геополитики, которых я осваивал со школьной скамьи, но, конечно, ничего не зная о геополитике вообще. Таких, как тот же Фёдор Михайлович Достоевский, Владимир Иванович Ламанский, Федор Иванович Тютчев и другие. А главным геополитиком России я считаю знаете кого? Вы не догадаетесь, это мои студенты знают. Студенты международного факультета международной журналистики МГИМО. Это Александр Сергеевич Пушкин. Посмотрите, какие пророчества он давал, как он смотрел через века. А Фёдор Михайлович Достоевский сколько нынешних событий предсказал в тех же «Бесах». Даже партию «Единая Россия» предсказал. Когда я наткнулся на работу Николая Яковлевича Данилевского «Россия и Европа» 1869 года, то увидел, что он открыл гигантские пласты истории человечества и в теории культурно — цивилизационных типов совершил грандиозное открытие: выявил закономерности развития человечества, дал его сущностно — структурную картину, показал, что историю делают именно эти типы (мировые цивилизации), которые имеют и выполняют предназначенные им функции для поддержания равновесия в человеческом сообществе и сохранения гармонии в природе! Это не только знание истории, это еще и понимание исторического процесса. «Россия и Европа» — моя настольная книга, а ее рефрен «Европа всегда враждебна России» является руководством в моей служебной и научной практике. Как и вывод А.Е. Вандама (1912 г.) «Плохо иметь англосакса врагом, но не дай Бог иметь его другом». Но властные силы не оценили тогда русских мыслителей. Как, кстати, и сейчас. Вот что пишут французы, англичане, немцы, это важно. А кто такой Данилевский? Какой-то директор Никитского ботанического сада в Крыму. Хотя он до этого и о деньгах писал, и о роли иностранных советников (они никогда не будут делать блага для России), и так далее.

Николай Яковлевич Данилевский подтолкнул меня к тому, что человек, как один из видов живого мира планеты, может и обязан жить по законам природы, и никак иначе. Сегодня мы этим руководствуемся. Мы — это Академия Геополитических Проблем. Подтолкнул он и к тому, что каждый народ, как все живое в природе, живет видами, подвидами. И, главное, что каждый вид и подвид выполняют определенные функции. И для выполнения этих функций им задается соответствующий потенциал возможностей. Вот его крылатая фраза в работе «Россия и Европа»: «На сцене театра мировой истории главными актерами выступают не этносы и государства, а культурно-исторические типы». Т.е., он показывает, кто делал и делает историю человечества. На Западе дискутировали, что войны меняют ход истории, что отдельные личности меняют орбиту развития человечества и так далее. А Данилевский как раз показал именно культурно-цивилизационные пласты, каждый из которых внес свой вклад в развитие. Именно они меняют человечество. Данилевский называет 10 типов таковых исторических цивилизаций, начиная с египетской, которые двигали развитие человечества. И Европа лишь на 6 месте (Древняя Греция) в этой иерархии, но по учебникам истории (западным и нашим), именно Европа, а затем и США являются двигателями прогресса человеческого сообщества. Это не так, а как раз наоборот, они скорее хищники, живущие добычей, это цивилизации с минусовой пользой для всех других народов. Но и они необходимы в людском сообществе, как противовес нормальности, как испытатель народов на выживаемость.

В представляемой работе я взялся рассмотреть, как наша Матушка-Россия выстраивала свою историю, и было ли в ней осмысленное геополитическое начало. Сначала кажется, что наша история есть набор сплошных случайностей, но, если смотреть по Данилевскому, то мы прошли труднейший и осмысленный путь. Это становление и соответствующее испытание на предмет быть или не быть субъектом мирового процесса. Гунны, степняки, татаро — монголы и прочие испытывали нас на право стать культурно-историческим типом (мировой этно-культурной цивилизацией). Когда посмотришь на это, понимаешь, что мы ценой потерь, унижения и славы выдержали испытания. Процитирую историка Зайончковского:

«До освобождения от татаро-монгольского ига у нас было 2 года войны и один год мира. После освобождения от татаро-монгольского нашествия у нас уже на 4 мирных года приходился год войны». И все равно это большая кровь, разорение, страдания простых людей и великий труд по строительству засечных полос, рвов, полевых укреплений, крепостей и т.д. То есть, проблема безопасности всегда стояла на первом плане во все времена нашего существования, и так по сей день. И как бы ни был храбр и могуч русский народ, он в одиночку отстоять огромные пространства, освоить их и управлять ими не мог. Потому и собирал под свои знамена, поднимал до своего уровня развития малые народы, защищал их и вовлекал в общее дело защиты весьма протяженных рубежей.

Кто же нас испытывал? По Данилевскому это не цивилизации, а «божьи бичи» — татаро-монголы, османы и другие. Каких бы масштабов эти империи не были, они не являются культурно-историческими типами, поскольку не внесли ничего общеполезного для человечества, разве что отправили некоторые народы на свалку истории, а перед другими (как Русь, например) поставили вопрос о необходимости объединения княжеств (племен) в мощное государство, а затем в уникальную империю со своей Божественной (космо-планетарной) предназначенностью. Испытания для наших далеких предков были суровые. Они не закончились до сих пор. Даже когда Русь стала единым государством, нас испытывали на прочность, волю и предательство поляки, затем Российскую империю испытали шведы и французы. В первую мировую войну мы втянулись по глупости с одной целью — сохранить отжившую модель развития и феодальную форму правления. Это тоже было испытание, но большевики решили важнейшую задачу — сохранили империю и совершили рывок в развитии, дав импульс новой идеологии и применив новую модель государственности. И никакой это был не переворот, а острая необходимость изменить модель развития страны и управление. С присоединением Средней Азии и Кавказа возникла новая ситуация. Страна становилась евразийской, смещалась на Восток, а власть двигалась на Запад, в сторону своего извечного противника. В экономике начиналась индустриализация, а система управления оставалась феодальной. Требовалась коренная модернизация страны, мощная научная и духовная проработка проектов развития, а безвольный Николай II слушал свою супругу и Распутина. Через призму геополитики я по-новому взглянул на революцию 1917 г. и на советский проект. На роль Ленина и Сталина.

Вся наша судьба это — геополитическая драма. Поэтому я так и назвал свою работу, в основе которой лежит моя докторская диссертация.

— Леонид Григорьевич, так что же это было татаро-монгольское нашествие с точки зрения геополитики?

— Что это было? Разные ходят версии: это был некий военно-политический союз, это были партнерские отношения, Русь стала дополнением к «Золотой Орде», стала одним из улусов Орды и т.д. Ну и конечно, мощно присутствует в общественном сознании версия полноценного агрессивного нашествия. В 19 столетии 2 государя дважды уполномочивали Российскую Академию Наук ответить на этот вопрос и ответа учёные единодушно не дали о том, что же это было. Потом уже Карамзин ввел понятие, что это иго, и так оно и закрепилось. Мои студенты в МГИМО знают это лучше, мы совместно разбираем эту историческую проблему, я выстраиваю эту картину в своих работах. Начинаем с негативного подхода и движемся в сторону позитива. Например: а что негативного иго принесло Руси, русскому народу? Да много негативного и человеческих жертв, и разрушений, и нищеты, унижения и постоянной дани и так далее. Но сохранилась вера православная, вырастали новые по сути князья, новый тип политических руководителей, воевод.

Следующий вопрос, а что было бы с Русью, если бы этого нашествия не было? С Русью, которая на тот момент не имела государственности.

— То есть, иго подтолкнуло к образованию государственности?

— Татары остро поставили вопрос о перспективах Руси, о государственности. Они поставили этот вопрос перед разрозненными княжествами, вечно враждовавшими новгородцами, рязанцами, киевлянами и так далее. Если вы хотите выжить и еще иметь независимость, вы должны объединяться в единое мощное государство.

Второй вопрос. Если бы не татаро-монголы, то мы бы православными не были. А нам эта Божественная функция задана.

— Почему? Объясните, пожалуйста.

— Не будем забывать об ордах с Запада. Почему эти орды ходили? Если Золотая орда шла на Русь с чисто экономическими целями, то орды ливонских орденов шли, прежде всего, покорить наше духовное пространство, чтобы расширить далеко на Восток территорию католицизма. Посмотрите, по всему фронту, начиная с Юго-Запада, где сейчас Украина, шли все эти орды, чтобы навязать нам католичество. Западный вариант христианства, который не принимает наша душа. Татары в духовно-религиозном плане ничего не навязывали.

Только когда хан Берке пришёл к руководству Ордой, они стали ислам вводить и, причём, ненасильственно. До этого митрополит Петр в Сарае, столице Джучи Улуса, с позволения хана построил достойный храм. Там и пленники наши, и приезжие, и Александр Невский молились и совершали обряды. Более того, у хана Батыя в его уложении (так называемом уголовном кодексе) казнили за три пункта. Один из них — разорение церквей, другой — насилие против священнослужителей. Третий, насилие против верующих во время молитвы. А что делали католики на православном пространстве?

— Как раз по летописям и по преданиям со времен нашествия Батыя есть разная информация о том, что в некоторых городах российских, которые были подвержены нашествию, было разрушено всё вплоть до церквей, а в некоторых церкви как раз остались нетронутыми. То есть Батый не разорял их? Как-то избирательно получается.

— Империя Чингисхана была огромной и многонациональной. На первом этапе, когда шло завоевание, когда оказывалось сопротивление и использовались храмовые комплексы в качестве обороны, тогда их разрушали, а защитников убивали. Но когда территории оказались под властью Орды, ситуация с поддержанием порядка оставалась жесткой, но терпимой. Ордынцы не желали, чтобы завоеванные народы постоянно воевали против них, и поэтому налаживали отношения не только с князьями, но и с простыми жителями. И вера была одним их инструментов стабилизации на завоеванных территориях. Да, в ордынском войске, как и в любом другом подобного типа, всегда есть нарушители дисциплины, грабители, насильники. Но, тем не менее, будучи завоеванными, мы оставались православными христианами.

— А какие вопросы ордынское нашествие еще поставило перед русичами?

— Да, действительно, ордынское нашествие высветило много проблем Руси. Например, организация управления огромными географическими пространствами, поддержания связи (назовем так) и взаимодействия с учетом большого количества поселений, городов, разрозненных княжеств и так далее. Не было ни одного князя с таким опытом. А организация обороны больших территорий, выживания населения в условиях оккупации? Получили русские князья и опыт «дипломатии» (А. Невский), сосредоточения финансовых ресурсов и накопления сил для освобождения от ига (Иван Калита) и многое другое. Да и московское княжество, ставшее позднее столицей российского государства, родилось под воздействием Орды.

Полагаю также, что в вопросе коммуникаций (это относится к системе управления) многое позднее было перенято у татаро-монголов. Это тракты, почтовые станции, ямщики, тройки, запряженные хорошими лошадьми и сменяемые на станциях. Это татаро-монголы научили русских управлять огромной империей. Об этом Марко Поло хорошо пишет, что постоянно в разные стороны скакали всадники с распоряжениями, почтовые тройки с документами, срочными грузами, информацией. Это был непрерывный управленческий и информационный процесс, то есть интернет своего времени.

— Кочевники на конях — своеобразный интернет?

— Да, по крайней мере, связь и информация.

Еще есть спорное мнение, не все даже среди историков соглашаются с ним. Мы привыкли, что это дикая орда, ничего кроме завоеваний не знающая, но на самом деле она не совсем дикая. У них была своя индустриальная экономика, своя промышленность, своя военная тактика и вооружение.

Представьте, 100 000 воинов. Нужны и щиты, и мечи, и лучшие на тот момент металлические наконечники для стрел, как и седла, сбруя для лошадей, подковы, телеги. Это требует организации большого производства, и это было распространено тогда на территории огромной империи. Европа, даже римляне, уступали татарам. Сталь в то время была у них лучшая. И военное искусство было отменным. Они дошли до Европы. Завоевали не только нас, но и значительную европейскую территорию. В плане культуры, в плане знаний орда ничего русским не принесла. Они не создали ни храмовых комплексов, ни дворцов, ничего капитального. Это была кочевая империя. Поэтому их не относят к цивилизациям, но это была огромная разрушительная сила. Если бы мы не были завоеваны Ордой, то с большой долей вероятности, разрозненные княжества стали бы добычей «цивилизованной» католической Европы и были стерты с карты мира. Похоже, к этому мы ускоренно движемся сейчас. Рекомендую читателю прочитать интересное исследование князя С.Н. Трубецкого «Чингисхан», изданную им в эмиграции. Он серьезный евразиец.

ИсточникАргументы недели
Леонид Ивашов
Ивашов Леонид Григорьевич (р. 1943) – российский военный, общественный и политический деятель. Генерал-полковник. В 1996 – 2001 гг. начальник Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны. Доктор исторических наук, профессор. Президент Академии геополитических проблем. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments