О внутреннем человеке

Шамиль Султанов

Ты — это то, как ты умрешь

Страх

Сотни миллионов — молодых, пожилых, старых и совсем немощных — на нашей планете, почти парализованные из-за непрекращающихся волн страдания и почти непереносимой боли, с мерцающим страхом или уже с уставшим, почти бессознательным равнодушием ожидают окончательного провала в холодную и сырую мглу…

Миллионы престарелых, окончательно и безнадежно пораженных десятками неизлечимых старческих болезней, превратившихся или превращающихся во внешние человеческие подобия, — уже ничего не ждущих, все уже забывших…

Многие десятки или сотни тысяч ежедневно получают нежданные повестки в прохладную тишь кладбищ — аккуратные листочки, где кем-то красным подчеркнуто, даже если нет никаких подчеркиваний, слово "рак". И после этого, тошнотворно-сладковатый запах тлена уже не покидает…

Десятки миллионов несчастных, брошенных детьми, родными и когда-то близкими, в беззвучном плаче и отчаянии засыпают на улицах, в приютах, в склепах домов для престарелых; кто-то еще с клочками серой надежды — увидеть, ухватиться за, возможно, последний сумрачно-зевающий рассвет…

Все, рано или поздно, начинают замечать явственно проступающие симптомы неумолимо приближающейся смерти: глаза видят все хуже и хуже, неожиданно, как-то буднично выпадают зубы, кожа медленно превращается в нечто безобразное, незнакомое, сердце вдруг схватывает и на миг в страшной тиши замирает мир, разные болезни, приближаясь, начинают кружить вокруг в хороводе…

…Знаменитый суфийский шейх Фарид ад-Дин Аттар сначала был врачом и аптекарем, с высокодоходной практикой. Как-то раз в аптеку зашел незнакомый дервиш и попросил подаяния. Но Аттар был настолько занят своими пациентами, что не ответил ему. Дервиш вежливо обратился к нему во второй раз, и когда он снова не отреагировал, заметил: "Ты так поглощен накоплением богатства! Что же ты будешь делать, когда тебе придется покинуть этот мир и оставить в нем все нажитое?"

Аттар ответил: "Я просто умру, как и ты".

Услышав эти слова, дервиш спокойно лег на пол, закрыл глаза, произнес шахаду и умер…

В этот день родился совершенно другой Аттар.

Безмятежность

…Знаменитый мастер дзэн монахиня Эсюн приняла решение оставить земной мир. Она попросила монахов сложить во дворе погребальный костер.

Твердо усевшись посреди деревянной пирамиды, она подожгла ее вокруг себя.
— О, сестра, — воскликнул один из монахов, — тебе не жарко?
— Это может тревожить лишь такого болвана, как ты, — ответила Эсюн.

Пламя поднялось, и она исчезла.

…Бахаутдин Накшбанд — основатель суфийского тариката Накшбандийя, который сегодня насчитывает более 120 миллионов последователей по всему миру — всю свою жизнь был счастливым, улыбка не сходила с его лица. Вся его жизнь была пропитана ароматом праздника! Даже умирая, он весело смеялся. Казалось, будто он наслаждается приходом смерти!

Его мюриды сидели опечаленные вокруг, и один спросил:
— Почему вы смеетесь? Всю свою жизнь вы смеялись, и никто из нас не решался спросить, как вам это удается? И вот сейчас, в

последние минуты, вы смеетесь! Что здесь смешного?
Бахаутдин Накшбанд ответил:
— Много лет назад я пришел к моему мастеру молодым человеком, семнадцатилетним, но уже глубоко страдающим. Мастеру же было семьдесят, а он улыбался и смеялся просто так, без всякой видимой причины. Я спросил его: "Как вам это удается?".

И он ответил: "Внутри я свободен в своем выборе. Просто это — мой выбор. Каждое утро, когда я открываю глаза, я спрашиваю себя, что выбрать сегодня — блаженство или страдания? И так случается, что я выбираю блаженство, ведь это так естественно".

Слепота

Вот самый обычный человек подходит к самому обычному зеркалу. И что же он там не видит?

Он не видит, что его тело, к которому он так привык, это 50 триллионов клеток и 90 триллионов бактерий… И он не видит поразительную пустоту, объединяющую элементарные частицы, клетки, бактерии, молекулы тела…

Еще он не видит, что его организм пронизан 84 тысячами энергетических каналов. Он не видит, не слышит, не ощущает сотни тысяч физических, химических, биологических процессов, которые каждый миг происходят в теле. И вновь и вновь он не видит танцующей пустоты, где разыгрывается мистерия жизни…

Он не видит и не чувствует как каждую секунду тело пронизывают 400 млрд. бит информации. А он, горделиво осматривая себя, осознает из этих неисчислимых миллиардов только 2 тысячи. И снова он не способен увидеть пустоту, в которой извивается этот поток…

Он не видит, что его головной мозг — это 10 миллиардов нейронов, каждая из которых может вступить во взаимодействие с 10000 других нейронов. Разве он способен ощутить, почувствовать, или осознать, что это такое — десять миллиардов в десятитысячной степени и…опять все… в загадочной и безмятежной пустоте…

Самый обычный, внешний человек — это пустота, освещаемая очень странным светом силы: сначала ярким, пульсирующим, потом, ближе к старости и дряхлости, — все более и более тусклым, колеблющимся…

…Потом вдруг все гаснет, и пустота исчезает. А все более дурно пахнущий труп свозят на кладбище или отправляют в крематорий.

…Обычный, внешний человек подходит к зеркалу. Но он никогда не разглядит там сложный, механический механизм, который могут превратить в автомат, запрограммировать, загипнотизировать, отдрессировать, если нужно — переформатировать…, потом еще раз…
"Не бойтесь матрицы, вы уже внутри нее!"

…Но иногда обычный, внешний человек неожиданно даже для самого себя превращается в нечто…или сумасшедшего.
Вдруг появляется, а потом постепенно нарастает ощущение, затем и прозрачное осознание своей бесконечной уникальности во всей Вселенной, своей непохожей ни на что одинокости во всех этих мирах, неповторимости своего чуть слышимого "я", казалось навсегда заваленного под мусором предубеждений, навязанных шаблонов, тяжелых пластов бесполезной информации…

Неотвратимо усиливается странный, словно бы чужой, непонятный интерес к приоткрытым дверям своего внутреннего мира: попытки спонтанного внутреннего самоощупывания, которые могут иногда превратиться в целенаправленное самоузнавание, и даже привести к достижению яркого, невесомого всполоха самоосознанности.

Совершенствование такой самоосознанности постепенно формирует невидимый, пульсирующий мистической силой внутренний центр, где все сильнее, все настойчиво проявляется "внутренний наблюдатель", где "я не есть только мое тело".

Там, в этом внутреннем центре, свободном от тела, ума, чувств и ощущений внешнего индивида начинают ощущаться проблески, тени, смутные воспоминания о себе как о "другом", о "внутреннем человеке", который шаг за шагом способен превратиться в самого близкого друга, самого надежного советника, истинного "ангела-хранителя".
Если это случается, то даже физическая смерть внешнего человека уже не может прекратить процесс совершенствования осознания "внутреннего человека", превращаясь в неотъемлемый компонент этого загадочного пути — от смерти вверх.

…Пришел однажды к суфию некий человек и спросил, что бывает после смерти. Тот сказал: "Спроси об этом кого-нибудь, кто умрет, кого-нибудь смертного, потому что я не таков"…

…Из теории голографической Вселенной вытекает безумный вывод: обычный индивид — особая, странная, крайне сложная голограмма, всецело зависимая от своего "внутреннего человека". То есть, вот этот индивид есть всего лишь голографическая проекция на трехмерную плоскость своего "внутреннего человека".
…Но Планк лишь подмигнул: "Ваши идеи по-прежнему не настолько безумны, чтобы стать реальностью".

Доверие

"Внутренний человек" — бесконечно близкий, родной…, но, одновременно, — непонятный, странный, неизвестный, загадочный…
Он, внутренний человек, сверхсложен, вне времени, таинственно-иерархичен, не сводим к обыденной трехмерности, и все же безусловно един и целостен. Посредством десятков и сотен слов, сакральная история пыталась описать, вычертить, дать определение внутреннему человеку — душа, дух, атман, астральное существо, звериная душа, "внутреннее я", совершенный человек, разумная душа, ментальное тело, духовное сердце…

Вот как, обращаясь к Всевышнему, приоткрывает свое видение неимоверной сложности внутреннего человека Бахауддин Валад, отец великого Джелалетдина Руми:

"Я утратил путеводную нить своей осознанности. Увяз в неопределенности и молю Аллаха: свершай то, что свершаешь. Но какое из моих "я" молит об этом? Их много, одни колеблются, другие тверды. И я молю: прошу, открой мне того, который жаждет Твоего присутствия.

Но тут снова возникает извечный вопрос о делении неделимого, того, что за пределами этого бытия. Бесконечное множество частиц разбиваются друг о друга, и каждая пронзает другую, — это вздымающее ввысь дробление и есть я?"
Внутренний человек и его внешняя проекция, внешняя голограмма связаны друг с другом особым "алхимическим" способом. Между ними устанавливаются таинственные, глубоко интимные отношения, когда "внутренний человек" может проявляться выступать в виде тайного голоса, наставника, учителя, ангела-хранителя…

…Однако не каждый обычный, внешний человек за всю свою жизнь научается слышать голос самого близкого, самого родного…

Помните, что говорил на суде Сократ? "Причина здесь в том, о чем вы часто и повсюду от меня слышали: со мною приключается нечто божественное или даймоническое, над чем и Мелит посмеялся в своем доносе. Началось у меня это с детства: возникает какой-то голос, который всякий раз отклоняет меня от того, что я бываю намерен делать, а склонять к чему-нибудь никогда не склоняет…

Со мною, судьи, — вас-то я, по справедливости, могу назвать судьями, — случилось что-то поразительное. В самом деле, ведь раньше все время обычный для меня вещий голос слышался мне постоянно и удерживал меня даже в маловажных случаях, если я намеревался сделать что-нибудь неправильно. А вот теперь, когда, как вы сами видите, со мной случилось то, что всякий признал бы — да так оно и считается — наихудшей бедой, божественное знамение не остановило меня ни утром, когда я выходил из дому, ни когда я входил в здание суда, ни во время всей моей речи, что бы я ни собирался сказать. Ведь прежде, когда я что-нибудь говорил, оно нередко останавливало меня на полуслове, а теперь, пока шел суд, оно ни разу не удержало меня ни от одного поступка, ни от одного слова. Как же мне это понимать?

Я скажу вам: пожалуй, все это произошло мне на благо, и, видно, неправильно мнение всех тех, кто думает, будто смерть — это зло. Этому у меня теперь есть великое доказательство: ведь быть не может, чтобы не остановило меня привычное знамение, если бы я намеревался совершить что-нибудь нехорошее".

Одно из наиболее блестящих описаний тончайшего взаимодействия обычного индивида и его загадочного внутреннего человека принадлежит Карлу Юнгу.

Свои наиболее поразительные открытия во внутренней реальности Юнг совершил благодаря обращению к некоему компоненту своего "внутреннего человека", которого он назвал Филимоном, и который впервые явился к нему во сне.
"Вскоре…из глубин бессознательного поднялась еще одна фигура. Она развилась из фигуры Илии. Я назвал этот образ Филимоном. Филимон был язычником и принес с собой дух Египта и Эллады, с привкусом гностицизма. Его образ впервые явился мне в нижеследующем сне.

Небо было голубым, как море, и по нему плыли не облака, а плоские коричневые глыбы земли. Было похоже на то, что глыбы раскалываются и в трещинах между ними появляется голубая морская вода. Но это была не вода, а голубое небо. Внезапно справа появилось плывущее по небу крылатое создание. Я увидел, что это был старик с рогами быка. В руке у него была связка из четырех ключей, один из которых он держал наготове, словно собирался открыть дверь. У него были крылья зимородка, с их характерной расцветкой.

…Филимон…помог мне сделать знаменательное открытие: внутри меня существуют вещи, которые создаю не я. Эти вещи создают сами себя и живут своей собственной жизнью. Филимон представлял силу, которая мне не подчинялась. В моих фантазиях я вел с ним долгие беседы, и он говорил вещи, недоступные моему осознанию, ибо я совершенно четко понимал, что эти вещи говорит он, а не я. Он сказал, что я воспринимаю свои мысли как нечто порожденное мною самим, но, на самом деле, мысли подобны животным в лесу… С психологической точки зрения Филимон представлял высшую форму интуиции. Для меня он был таинственной фигурой. Иногда он казался мне совершенно реально существующей личностью. Я гулял с ним в саду, и он был для меня тем человеком, которого индусы называют "гуру".

Но внутренний человек не только говорит, он иногда прямо управляет внешним индивидом, своей трехмерной голограммой, особенно в пограничных, между жизнью и смертью, ситуациях. Свидетелем одного такого случая стал великий Конфуций:
"Некий человек собрался переходить вброд опасный водопад. Учитель Конфуций послал учеников вдоль по берегу, чтобы остановить того человека и сказать ему:

— Подумай! Не трудна ли будет переправа? Ведь струи спадают с высоты в тридцать жэнь, водоворот бурлит на девяносто ли. Тут не могут проплыть рыбы, не могут жить ни речные черепахи, ни кайманы.
Но человек не послушался, отправился вброд и вышел на берег.

— Прекрасно, — сказал ему великий учитель и спросил: — Обладаешь ли секретом входить и выходить из водопада?
— Перед тем как войти, проникаюсь преданностью и доверием к воде, — ответил человек. — Когда же выхожу, опять-таки следую за течением с преданностью и доверием. С преданностью и доверием располагаю свое тело на волнах и не смею внести ничего личного. Вот поэтому-то я способен и вступить в водопад и из него выйти".
В момент смерти физического, внешнего индивида происходит удивительная метаморфоза слияния его сознания со всей иерархической сущностью "внутреннего человека".

Вот как описывает "Махапариниббана Сутта" (VI, 7-9) эту метаморфозу в процессе физической смерти Будды Шакьямуни:"А ныне, бхикшу, обращаюсь к вам: все сущее, движимое санкхарами, подвержено разрушению. Прилежно стремитесь к достижению цели". Это была последняя речь Татхагаты.

Затем Совершенный вступил в первое состояние духовного погружения, и, восходя, вступил во второе, и, восходя, вступил в третье, и, восходя, вступил в четвертое.

И, восходя из четвертого состояния углубления, он достиг такого состояния сознания, которому присуща только бесконечность пространства. И, восходя из совершенного сознания бесконечности пространства, он достиг состояния бесконечности сознания. И, восходя из совершенного переживания сознания, лишенного каких бы то ни было объектов, он достиг такого состояния, в котором нет ни восприятия, ни не-восприятия. И, восходя из этого состояния сознания предельной границы восприятия, он углубился в состояние совершенного отсутствия восприятий и идеаций.

Тогда достойный Ананда сказал достойному Анурудхе: "О, господин, о Анурудха, скончался Блаженный!" — "Нет, брат Ананда, еще не скончался Блаженный, он перешел только в то состояние, когда сознание совершенно лишено восприятий и идеаций".

Тогда Совершенный, исходя из состояния полного отсутствия восприятий и идеаций, вступил в состояние ни восприятия, ни не-восприятия. И, исходя, вступил в то состояние сознания, которое лишено чего бы то ни было объектного. И, исходя, вступил в сферу единого бесконечного сознания. И, исходя из сферы единого бесконечного сознания, вступил в сферу бесконечного пространства; и, исходя, перешел в четвертое состояние духовного погружения, и в третье, и во второе, и в первое.

И вновь, исходя из первого, перешел во второе, и, восходя, вступил в третье, и, восходя, вступил в четвертое. И, исходя из четвертого, Блаженный немедленно скончался".

Смысл жизни внешнего индивида обусловлен необходимостью его внутреннего человека. То есть тайна неслучайности обычного индивида скрыта во "внутреннем человеке". Ведь только внутренний человек является свободным в истинном смысле этого слова.

Через внешнего человека в трехмерном мире может проявиться вся целокупность человека внутреннего. Но может и не проявиться.

"Внутренний человек" через свою голограмму, свою световую проекцию в виде физической трехмерной личности на земном плане получает редчайшую возможность развернуть путь совершенствования "вверх".

Сам "внутренний человек" неким особым образом может совершенствоваться на протяжении всей этой земной жизни своей трехмерной голограммы. Процесс этот может быть успешным и действительно привести к мощному толчку для осознанного совершенствования "внутреннего человека".

Внешний индивид как функция на трехмерном, земном плане действительного "внутреннего человека" потенциально может способствовать совершенствованию этого "внутреннего человека".

Речь идет о пяти важнейших аспектах смысла земной жизни человека:
— осознанное, целенаправленное стремление проникнуть в свое внутреннее пространство,
— начать свой, уникальный путь во внутренней реальности,
— культивировать волю, чтобы безупречно пройти этот путь,
— быть готовым встретиться в этой реальности с теми или иными аспектами "внутреннего человека",
— принять любой вызов и пройти любое испытание в этом бесконечно странном и удивительном мире.

…Совершенствование "внутреннего человека" на земном плане автоматически, без безупречной ответственности, без особых усилий, даже сверхусилий внешнего человека произойти не может.

Три совета друга

"Умри до смерти!" Жил когда-то в Бухаре богатый, щедрый и духовно совершенный человек. Ежедневно к его дому толпами стекались люди, и он щедро одаривал их золотом. Для каждой категории людей — вдов, больных и прочих несчастных — он назначил определенные дни приема.

Но свою щедрость этот человек ограничивал одним условием: тот, кто произносил в его доме хоть слово, ничего не получал. Не все люди научились хранить молчание.

Однажды, когда наступила очередь богословов, и они пришли к нему за подарками, один из них, не в силах больше сдерживать переполнявших его чувств, на все лады принялся расхваливать благодетеля.
Ему ничего не дали.

Но факих решил добиться своего. На следующий день за милостью пришли калеки. Притворившись увечным, он явился вместе с ними. Щедрый человек узнал его и опять ничего не дал. Тот снова изменил свое обличье и пришел с другими, прикрывая лицо руками. Но и на этот раз его узнали и прогнали прочь.

Снова и снова факих предпринимал свои попытки, он даже переодевался женщиной, но щедрый человек неизменно узнавал его и отпускал с пустыми руками.

В конце концов, этот человек пошел к владельцу похоронного бюро, попросил завернуть себя в саван и положить на специальные похоронные носилки, как мертвеца. "Когда он будет проходить мимо, — сказал факих, — он, вероятно, подумает, что перед ним труп, и пожертвует на похороны. Деньги мы разделим с тобой поровну".

Все сделали, как он просил, и щедрый человек собственной рукой опустил на саван золотую монету. Факих тут же схватил ее, опасаясь, что она может достаться тому, кто организовал похороны, и воскликнул, обращаясь к щедрому человеку: "Ты отказывал мне в своей щедрости, видишь, как я добыл ее?!". Тот ответил:
— Ты ничего не сможешь получить от меня, пока не умрешь".

…Путь к бессмертию начинается с правильного понимания и реализации этого величайшего принципа — "умри до своей смерти". Дар от Всевышнего приходит только после кардинальной метаморфозы, которая иногда происходит и во время физического умирания.

…Когда к великому суфию Шибли, который уже находился на смертном одре, пришли люди, чтобы в последний раз помолиться за него, он сказал: "Удивительно, что мертвые приходят помолиться за того, кто жив".

"В момент смерти сохраняй предельно ясное состояние сознания". Сама смерть обычного человека в определенных формах и при определенных условиях может обусловить переход личностного осознания на принципиально новый уровень во внутренней реальности, стать мощным толчком дальнейшего совершенствования "внутреннего человека". Можно вспомнить тщательно осознаваемый вплоть до последних секунд процесс личностного умирания в даосизме или дзэн-буддизме, культивируемую стойкость и бесстрастность перед лицом смерти в различных традициях, героическую смерть шахида в Исламе и т.д.

Но, опять-таки, "может стать" не означает, что обязательно станет.

…Зу-н-Нун, одна из легендарных фигур в истории тариката Маламати, ушел на другой уровень в 850 году. Он считается автором загадочной притчи, в которой пять смысловых уровней.

…Однажды великий Хидр, учитель пророка Мусы (Моисея), обратился к человечеству с предостережением.
— Наступит такой день, — сказал он, — когда вся вода на Земле, кроме той, что будет специально собрана, исчезнет. Затем ей на смену появится другая вода, от которой люди будут сходить с ума.
Лишь один понял смысл этих слов. Он собрал большой запас воды и спрятал его в надежном месте. Затем он стал поджидать, когда вода изменится.

В предсказанный день иссякли все реки, высохли колодцы, и тот человек, удалившись в свое убежище, стал пить из своих запасов.

Когда он увидел из своего убежища, что реки возобновили свое течение, то спустился к другим сынам человеческим. Он обнаружил, что они говорят и думают совсем не так, как прежде, они не помнят ни то, что с ними произошло, ни то, о чем их предостерегали. Когда он попытался с ними заговорить, то понял, что они считают его сумасшедшим и проявляют к нему враждебность, либо сострадание, но никак не понимание.

Поначалу он совсем не притрагивался к новой воде, и каждый день возвращался к своим запасам. Однако, в конце концов, он решил пить отныне новую воду, так как его жизнь сделалась невыносимо одинокой.

Он выпил новой воды и стал таким, как все. Потом он совсем забыл о своем запасе иной воды, а окружающие люди стали смотреть на него как на сумасшедшего, который чудесным образом излечился от своего безумия…

Чтобы не только понять хотя бы некоторые скрытые смысловые уровни, но и попробовать применить их в своей личной жизни, можно использовать следующие подсказки.

Самая древняя, мистическая аллегория воды — изменения. Тот, кто сделал запасы, — "внутренний человек". Те, которые сразу стали пить новую воду, — внешние люди. Каждый "внутренний" человек имеет свои запасы иной воды, то есть опыт, осознание и память принципиально иных испытаний. Драма отношений между внешним индивидом и внутренним человеком неизбежна.

Цель опыта осознания внешнего индивида — один из аспектов смысла его жизни на земном плане — побудить, дать толчок своему внутреннему человеку вспомнить об этих запасах и использовать их.

…Мудрецы утверждают, что величайшая тайна скрыта в последнем вздохе в этой земной жизни. И поэтому так важно с безупречной ответственностью, осознанно ощутить этот последний вздох. Можно ли назвать это важнейшей целью? Да, безусловно!

"Всегда помни о Боге. Если это не удается, тогда всегда думай о смерти". "Ударили тебя по одной щеке, подставь другую" — одна из наиболее загадочных и вдохновляющих заповедей Нагорной проповеди. Внешне она призывает к предельному смирению в социальном поведении. Но скрытые смыслы этого принципа, необходимость его безупречного соблюдения направлены на совершенствование "внутреннего человека".

Ведь внешний мир для "внутреннего человека" не противостоит внутренней реальности, а является лишь ее проекцией, тенью.

"Ударили тебя по одной щеке" — очень конкретное знамение, которое означает, что Всемогущий дарует тебе особое испытание именно в этом месте и в это время с определенной только для тебя целью.

Вопрос не в истошном и бессмысленном "за что?"

Действительная загадка — в том, "каков скрытый смысл этого испытания именно здесь, именно сейчас и именно для тебя?". И если ты не можешь ответить, если ты не понимаешь Всевышнего, если твоя вера "здесь и сейчас" оказывается все еще несовершенной, неполной, вот тогда ты должен с радостью подставить другую щеку. Именно с радостью.

"Ударили тебя по одной щеке, подставь другую" — это возможность ощутить, осознать, увидеть своего "внутреннего человека". Ведь никакие внешние события, опасности, угрозы, вызовы не могут поколебать и смутить твоего самого близкого друга.

…Это можно считать жертвоприношением: внешний человек приносит в своем уникальном опыте осознания внутреннему человеку нечто, что необходимо для пути "вверх" внутреннего человека. В ином случае путь продолжится "вниз".

…Ты не понял? Так вот, смерть во время твоего последнего вздоха на этой Земле может ударить тебя по одной щеке. Успей подставить вторую…

Завтра 16.01.2014

ПОДЕЛИТЬСЯ
Шамиль Султанов
Султанов Шамиль Загитович (р. 1952) – российский философ, историк, публицист, общественный и политический деятель. Президент центра стратегических исследований «Россия – исламский мир». Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...