ЗАПАД ДОПУСТИЛ ОШИБКУ. О ПРИЗНАНИИ КИССИНДЖЕРА

Михаил Хазин

Бывший госсекретарь США, лауреат Нобелевской премии мира Генри Киссинджер предостерёг мир от начала новой «холодной войны». В интервью одному из авторитетных немецких изданий Киссинджер говорил о кризисе на Украине. По мнению 91-летнего политика, Запад совершил ошибку, недооценив значения Украины для России. А режим санкций в отношении РФ экс-глава американской дипломатии считает и вовсе контрпродуктивным. «Если Запад хочет быть честным, то он должен признать, что допустил ошибку», – подчеркнул Киссинджер, говоря об украинском кризисе.

— Очень трезвое и разумное мнение человека, который понимает, что говорит. Однако такой трезвый взгляд сегодня совершенно не свойственен политической элите Запада. С чем связана такая ситуация? Дело в том, что политическая культура Киссинджера родом из 50-70-х годов, когда СССР был фактором мировой политики, которым нельзя было пренебречь. Современная политическая культура Запада и США (если так можно выразиться, «постклинтоновская») основана на двух базовых тезисах. Первый — «мы победили в «Холодной» войне, у нас больше нет противников, а значит — мы можем принимать и осуществлять любые решения, которые нам нравятся». Второй (это больше относится к союзникам США): «США выиграли и они дают нам ресурсов достаточно, чтобы поддерживать политическую стабильность в наших странах, а потому — они могут делать все, что угодно».

Оба этих тезиса, на самом деле, являются спорными. И вот почему. Дело в том, что Россия вовсе не считает, что она проиграла — и опыт Белоруссии показывает, что держаться в рамках советского кризиса еще можно было многие десятилетия, с нашими-то запасами ресурсов. Но — элита решила, что советская модель не оптимальна и мы добровольно от нее отказались. С точки зрения идеологии это, конечно, проигрыш, но не проигрыш в войне, который позволяет использовать принцип «горе побежденным».

Другое дело, что после того, как отказ от альтернативной идеологии был окончательно оформлен, оставшаяся идеологическая «команда» довольно легко (в силу отсутствия конкуренции) переписала историю и создала «виртуальную реальность», в которой она как раз безоговорочно выиграла. Однако это не только не могло изменить воспоминания очевидцев (в нашем случае Киссинджера), но и, как мы увидим ниже, создало серьезные проблемы для самих «победителей».

Со вторым тезисом тоже есть проблемы. Дело в том, что модель перераспределения эмиссионного долларового ресурса (на котором, на самом деле, и построена Бреттон-Вудская экономическая модель), как раз в период становления новой идеологической картины недавно прошедших событий во времена президентства Билла Клинтона (1993 — 2000 гг.), впала в серьезный кризис. Во многом, кстати говоря, в связи с эйфорией «победы», из-за которой был полностью упущен общественный и элитный контроль над финансистами, которые пустили американскую и мировую финансовую систему вразнос. И создал у союзников США (в том числе у новых, например, либерастических элит России) иллюзию, что денег дадут не столько, сколько смогут, а столько, сколько нужно.

В результате, в мире сегодня правит новая политическая элита, которая отличается от элиты предыдущей (если так можно выразиться, «киссинджеровской» генерации) тотальной безответственностью и полной уверенностью в том, что все экономические проблемы решены. При этом безответственность у представителей американского политикума активная («нам все можно, поскольку мы победители»), а у остальных — пассивная («зачем нам брать на себя ответственность, когда за нее несут ответственность «победители», то есть, США). В общем, в 90-е годы образовалась благостная картина мира, которую серьезно поколебать не смогли ни теракты 11 сентября 2001 года, ни войны в Ираке и Афганистане, ни кризис 2008 года, ни многие другие события.

Жизнь сложилась так, что я в начале ноября был в Дейтоне, на возобновившемся Дартмутском процессе, на XVIII Дартмутской конференции, и участвовал 5 ноября утром в обсуждении результатов американских выборов. Было очень интересно послушать американскую сторону — они дали много разных комментариев провала демократов, но, в основном, они носили технический характер (что-то недоучли, в чем-то помешал Обама и так далее). Аналогичную картину нарисовал Женя Минченко, с которым мы встретились чуть позже в Вашингтоне. Но у меня есть несколько иной взгляд на события, который я там и изложил.

Если смотреть на ситуацию 80-х — 90-х годов с высоты «птичьего полета», то кризис США 70-х годов, экономический кризис в СССР и нынешний экономический кризис — это проявления одного и того же процесса, кризиса падения эффективности капитала. И в США, и в «западном» мире он проявился даже сильнее, чем в СССР. Другое дело, что политикой «рейганомики» (кредитным стимулированием частного спроса) этот кризис перенесли на пару десятилетий, но, как это обычно и бывает, за счет его будущего существенного усиления. И «победа» США в «холодной» войне, на самом деле, не столько победа, сколько создание самим себе чрезвычайно тяжелых проблем, поскольку именно «рейганомика» в исполнении администрации Клинтона перевела предстоящий кризис из масштаба тех, которые можно пережить в рамках сохранения социально-политической системы, в масштаб таких, при которых эту систему сохранить нельзя.

Более точно, наш анализ межотраслевого баланса США 1998 года показал, что уже тогда масштаб структурных диспропорций экономики США соответствовал масштабу начала 30-х годов. То есть — США ожидал кризис такого масштаба, который привел к «Великой» депрессии. С тех пор масштабы структурных диспропорций выросли раза в два — а это уже превышает возможности любого государства в части сохранения социально-политической системы. Грубо говоря, падение ВВП страны на величину меньшую, чем 40% (в России 90-х и США 30-х падение было около 35%) еще допустимо, а вот больше 40% требует или распада страны или введения жесткой диктатуры. В нынешнем кризисе, по его итогам, в США будет спад как минимум 50%.

Очень интересна была реакция на мое выступление. Люди более молодые (то есть, собственно, представители новой генерации политиков) просто пропустили его мимо ушей. Поскольку оно не укладывалось в их представление о жизни. А вот совсем пожилые (за 75 дет) восприняли его с большим интересом. Я подозреваю, что некие соображения по этому вопросу имеет и Генри Киссинджер, который и попытался, даже не объяснить (это, скорее всего, невозможно) современным американским политикам, что они не правы, а, скорее, «отмазаться» от их глупостей.

Повторю еще раз: люди, которых вырастили на «комплексе победителей», скорее всего, от него так просто не откажутся. А значит, будут давит на Россию все сильнее и сильнее. Просто потому, что это проще, чем думать, и потому, что они считают, что «имеют право». Но Киссинджер, который имеет опыт работы в условиях, когда у США не было монополии на власть в мире, понимает, к каким это приведет последствиям в самом ближайшем будущем, и по этой причине не хочет, пусть и в глазах потомков, хотя не исключено, что и современников, нести ответственность за те проблемы, которые уже возникают у США. К сожалению, слова его не будут услышаны до тех пор, пока гром не грянет — а тогда будет уже поздно.

По материалам worldcrisis.ru

ПОДЕЛИТЬСЯ
Михаил Хазин
Михаил Леонидович Хазин (род. 1962) — российский экономист, публицист, теле- и радиоведущий. Президент компании экспертного консультирования «Неокон». В 1997-98 гг. замначальника экономического управления Президента РФ. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...