Об оценках природного капитала России

Александр Агеев

Состояние российской экономики сегодня характеризуется мировыми и российскими экспертами и политиками зачастую в черно-белых тонах и нервозно. Это отражает беспрецедентно возросшее значение суждений для поведения рынков, но искажает реализм оценок.

Многие факторы, влияющие на здоровье российской экономики, действительно, проблематичны. Такова, прежде всего, чрезмерная зависимость от мировой конъюнктуры энергоносителей. Снижение цен на нефть едва ли не автоматически снижает доходы российского бюджета и обесценивает рубль. Если это происходит быстро, то существующие институты регулирования испытывают стресс и совершают больше ошибок. В этих трех характеристиках видны более глубокие слабости: структура экономики и факторов ее роста, валютно-финансовая политика и качество институтов. Наибольшее внимание экспертов в этом наборе привлекает проблема валютного курса.

Действительно, резкое изменение курса рубля в конце 2014 года уже вызвало каскад умножающихся и противоречивых последствий: блокирование кредитов и инвестиций, ускорение инфляции, ценовые перекосы, ажиотаж на потребительском рынке, понижение международных рейтингов, отток капитала, торможение импорта, благоприятствование экспорту, напряжение в бюджетной политике, подрыв доверия к финансовым регуляторам, и т.д.

То, что рубль после 2008 года существенно окреп, — это факт, который, требовал коррекции в действующей парадигме экономической политики. Нормальный диапазон, не провоцирующий потрясения, для динамики курса рубля вписывался в 37–64 рубля за доллар до 2018 года. Именно в верхнее значение этого диапазона рубль пока и ушел. Однако проблема в том, что произошло это досрочно, и с валом сопутствующих негативных последствий. Более того, 15 – 16 декабря перспектива лихорадочного ралли к уровню 90 и более была абсолютно реальной. Для того, чтобы избежать такого обвала потребовались экстраординарные меры, вплоть до вмешательства президента РФ.

Для российских реалий и опыта в пределах до двукратного ослабления рубля можно решать вопросы стимулирования экономики, и особенно экспорта и импортозамещения. Но при трех- и более кратном, шоковом, обвале возникает риск серьезной социально-политической нестабильности. В этом смысле, несмотря на мощную атаку спекулянтов, как резидентов, так и нерезидентов, валютный рынок был стабилизирован, хотя и с чрезмерными издержками.

Дает ли нынешнее и прогнозируемое состояние российской экономики для умозаключений о том, будто бы она «разорвана в клочья», как недавно заявил президент США?

Набор уязвимостей российской экономики очевиден и активно пропагандируется мировыми СМИ. Однако характер оценки существенно зависит от точки зрения и применяемой парадигмы. Для реалистических оценок важно иметь в виду не только финансовые оболочки экономических процессов ( валютные курсы, фондовые котировки и т.п.). Ценовые и финансовые измерения рынков, особенно рынков финансовых, могут быть в определенных условиях искажены и стать объектом манипулирования. Кроме того, современная глобализация хранит на себе следы трех веков интенсивной колонизации мира странами «Севера», создавшей множество инструментов неэквивалентного обмена и текущее положение стран в мировом распределении ресурсов и в разделении труда.

Так, доли Германии, Великобритании, Франции в мировом ВВП, производстве и потреблении электроэнергии в 3-7 раз превосходят их доли в мировом населении, а вложение техногенной энергии на единицу территории превосходит среднемировое значение в 16-19 раз. Доля США в мировом ВВП, в производстве и потреблении электроэнергии в 5-7 раз превосходит их долю в мировом населении. США лидируют в мире не только по объему инвестиций, но и по выбросам в атмосферу основных загрязнителей: от 12 до 46%.

Доля России в мировом ВВП ниже доли населения, производство и потребление электроэнергии в 2,5-3 раза выше. Вложение техногенной энергии на единицу территории в два раза превышает уровень США при том, что почти в два раза России превосходит их по площади. Россия обладает всем разнообразием природных ресурсов, которое сочетается с весьма крупными запасами некоторых из них, значительными масштабами их добычи и использования. Всего на Россию приходится 15-17% мирового минерально-сырьевого потенциала. Доля России в подтвержденных мировых запасах нефти – 10%; газа – 30%; угля – 16%. Первое места у России в мире по запасам газа, железных руд, никеля, серебра, алмазов, по многим другим – одно из первых.

Экономическая оценка природного капитала России достигает 24 трлн. долларов. Природный капитал США составляет 4,6 трлн. долл.; Великобритании, Германии, Японии –по 0,3 трлн., Саудовской Аравии – 1,4 трлн.

Это лишь один аспект, выходящий за пределы сугубо экономических измерений. Но в современном мире обнаруживаются, как минимум, пять фундаментальных неравномерностей. Это обладание (1) финансовым и институциональным капиталом, (2) природно-ресурсным потенциалом, (3) демографическими ресурсами, (4) технологиями, (5) социальным капиталом.

Неравномерность распределения этих потенциалов в мире – естественная предпосылка развития мировой торговли и партнерства цивилизаций. Но если эволюция культуры цивилизационного партнерства отстает от технического прогресса, то эта же неравномерность становится потенциальным источником конфликтов. К конфликтам ведет и склонность к «черно-белым» оценкам, потому что они в принципе неадекватны реальности.

11.02.2015

ПОДЕЛИТЬСЯ
Александр Агеев
Агеев Александр Иванович (р. 1962) – видный российский ученый, профессор МГУ, академик РАЕН. Генеральный директор Института экономических стратегий Отделения общественных наук РАН, президент Международной академии исследований будущего, заведующий кафедрой управления бизнес-проектами Национального исследовательского ядерного университета «МИФИ», генеральный директор Международного института П.Сорокина – Н.Кондратьева. Главный редактор журналов «Экономические стратегии» и «Партнерство цивилизаций». Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...