«Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых
и на пути́ гре́шных не ста,
и на седа́лищи губи́телей не се́де».
Псалом 1
5 февраля 2026 года завершился жизненный цикл российско-американского Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (ДСНВ). По этому поводу МИД России с прискорбием, но вполне определенно заявил: «В сложившихся обстоятельствах исходим из того, что стороны по ДСНВ больше не связаны какими-либо обязательствами и симметричными декларациями в контексте Договора, включая его центральные положения, и в принципиальном плане вольны в выборе своих последующих шагов. При этом Российская Федерация намерена действовать ответственно и взвешенно, выстраивая свою линию в области СНВ на основе тщательного анализа военной политики США и общей обстановки в стратегической сфере».
Ранее, 22 сентября 2025 года, В.В. Путин заседании Совбеза России публично предложил США как минимум в течение одного года после прекращения срока действия соглашения взаимно соблюдать центральные количественные ограничения — «потолки». Это 1550 развёрнутых ядерных боезарядов и 700 развёрнутых ядерных носителей. Иными словами, В.В. Путин, вскоре после саммита в Анкоридже, предложил Д. Трампу сделать паузу в его ядерных амбициях — не развязывать ядерную гонку хотя бы год. Гонку по ракетам средней и меньшей дальности наземного базирования американцы начали, похоронив соответствующий договор в 2019 году.
Российский МИД подчеркнул, что предложение Путина было «преднамеренно оставлено без ответа». Министр Лавров 9 февраля охарактеризовал эволюцию отношений после Анкориджа как «получилось наоборот»: танкерная война, запреты Индии торговать с Россией, новые санкции…Д. Песков определил «Дух Анкориджа» как «совокупность пониманий».
Для понимания реальной ситуации, учтем, что между Россией и США все еще действует ряд соглашений, подписанных в конце 1980-х. Они бессрочные. Это, во-первых, Соглашение о взаимных заблаговременных уведомлениях о крупных стратегических учениях от 23 сентября 1989 года: «Каждая из Сторон на основе взаимности предоставляет другой Стороне не менее чем за 14 дней уведомление о начале одного крупного учения стратегических сил с участием тяжёлых бомбардировщиков, которое намечается проводить в течение каждого календарного года».Во-вторых, соглашение об уведомлениях о пусках межконтинентальных баллистических ракет и баллистических ракет подводных лодок от 31 мая 1988 года: «Каждая из сторон предоставляет другой Стороне через Центры по уменьшению ядерной опасности уведомление не менее чем за 24 часа о запланированных дате, месте пуска и районе падения применительно к любому пуску любой межконтинентальной баллистической ракеты или баллистической ракеты подводных лодок».
Помимо договоров, есть практика дипломатических любезностей. Например, об обоих ударах «Орешника» по Украине Россия не имела обязательств предупреждать США, но проявила «любезность», хотя, кажется, не точнее ли термин — «услужливость»? «Орешник» — это ракета средней дальности, о пусках которых стороны не обязаны уведомлять друг друга. Наверное, были резоны для такой любезности. Но подобные шаги снижают статус РФ в отношениях с США, облегчая им (а) прогнозирование желаемого уровня эскалации, (б) девальвируя сдерживающий эффект от применения «Орешника», ведь Киев сразу же был поставлен Вашингтоном в известность. Потом в район пуска «Орешника» — Капустин Яр — пытаются добраться украинские «Фламинго». Неудачно, но не ценный нюанс ли?
На ядерную тему действует ещё одно соглашение — о создании Центров по уменьшению ядерной опасности от 15 сентября 1987 года с изменениями от 7 октября 2013 года: «Каждая из Сторон по взаимному согласию организует и обслуживает по одному каналу передачи данных с независимым маршрутом…Компетентными техническими организациями, ответственными за выполнение технических требований и информационные обмены, а также за контроль и функционирование, являются Министерство обороны РФ и Государственный департамент США».
Не будем рисовать полную картину взаимоотношений РФ и США: она охватит и торговлю, в том числе экспорт Россией ядерных материалов, совместные запуски пилотируемых кораблей и эксплуатацию МКС, нынешние мегаразговоры об экономических проектах, об Украине. Иначе говоря, «дух Анкориджа» возгорался не в пустыне.
Почему же всё-таки администрация Дональда Трампа осенью вероломно — для России по отношению к «Анкориджу» — ударила сначала санкциями по Лукойлу и Роснефти, в январе похитила Мадуро, явно не чуждого инвестициям России и Китая, стала откровенно поощрять охоту на танкеры, не пошла на продление «потолков» по истекшему ДСНВ даже на год?
Причины такого поведения Белого дома, как представляется, можно условно разделить на две основные группы: действия самой России и действия и планы США.
1. Действия России
Москва, пойдя на навязанный администрацией Трампа переговорный процесс по Украине, тем самым совершила две стратегические уступки. Первая: США, фактически являющиеся стороной в войне против России через Украину, были допущены как посредник в переговорах. Есть ли аналогичный случай в мировой дипломатии? Вторая уступка: переговоры в итоге свелись к «украинскому вопросу», признаков обсуждения новой системы безопасности в Евразии с учётом российских интересов, заявленных в декабре 2021 года, в повестке нет. Проигнорировали. Мало того. Россия ведь согласилась на нечто более существенное — на роль США как арбитра, судьи, чьего расположения, по сути, надо добиваться. Это выглядит унизительно. Это унижение оттеняется дерзостью (хамством) украинской стороны. Насколько снисходительны родители к своим детям, настолько они могут быть суровы к чужим.
Все версии ДСНВ юридически закрепили стратегический ядерный паритет между СССР (Россией) и США. Это были договора между равными по статусу субъектами. Такое равенство статусов было заслужено колоссальной работой советской (российской) науки, промышленности, дипломатии в течение десятилетий после 1945 года. Дальше были годы Горбачева и Ельцина. О них мы еще тщательно поговорим. Но есть позиция декабря 2021 года, есть СВО, есть опыт российско-украинских отношений 1991-2021, включая Минские соглашения и зачем-то многажды выставляемые как нечто грандиозное идеи Стамбульского соглашения апреля 2022, естьобъявленная 14 июня 2024 года в ходе выступления В.В. Путина перед руководством МИД РФ позиция по окончательному урегулированию украинского кризиса. Если не отстаивать свою позицию, то как ее будут должным образом уважать визави?
Разумеется, реальная обстановка «многосферна», «гибридна», «сложна». Любой маневр можно оправдать кучей аргументов. Разумеется, есть явная и тайная фактура переговоров. Но ни то, ни другое не следует преувеличивать. Но когда публично приходится признать, что тебя не слушают, то это говорит об одном — инициатива в переговорах безраздельно принадлежит «посреднику». И он воспринимает собеседников не как равных себе, а как подчиненных, которых следует «вразумлять», «воспитывать», «ломать через колено» — «переговоры через силу». Рубио дал на этот счет предельно ясную отповедь. Но когда первого заместителя по основной работе руководителя делегации России на дубайских переговорах, т.е. его «правую руку» — генерал-лейтенанта Алексеева В.С. практически расстреливает агент, завербованный одним из украинских визави, по приказу главного босса всей этой стороны переговоров — это какую вызывает и какую должно бы вызвать реакцию?
Будет ли Белый дом внимательно относиться к предложениям стороны, которая для него — подчиненная?! Было бы перебором сказать — запуганная. Как говорится, не на тех напали. Но речь-то о другом. О крайне неприятном для России выводе. Несмотря на преимущества России в обновлении стратегического ядерного потенциала, в разработке уникальных образцов ядерных вооружений, США психологически уже не признают стратегический ядерный паритет. И не только из-за фактора Китая. Если России можно навязать невыгодные переговоры, заставить пойти на уступки, даже, а возможно и прежде всего — психологические уступки с «потерей лица», то эта сторона, по их мнению, не заслуживает равного к ней отношения в вопросах стратегического ядерного статуса. Фактор решимости, воли, способности выдерживать и оказывать давление для Трампа с его манерами переговоров играет определяющую роль. А если сторона продолжает принимать одну «плюху» за другой, откатываться за новые «красные линии», даже об «Орешниках» любезно предупреждает «посредника» и показывает мощь этих ракет без штатного боезаряда, то в информационно-психологическом противостоянии это провоцирует «посредника» на эскалацию.
И дело-то не в том лишь, как складывается «война восприятий». Чтобы принудить к должному для «посредника» поведению, надо, по теории, применять все более жесткие и кровавые методы. О дезинтеграции уже был у нас разговор (см. комментарий «Доколе» от 8 января).
Попытка убийства генерала Алексеева — это очередной акт «дезинтеграции» системы военногоуправления России. Принимая в расчет всю «мозаику» действий и событий, нельзя не вспомнить какими намерениями вымощена дорога в ад.
Строго говоря, возник своего рода самогипноз — Москва в чарах «Духа Анкориджа», его «совокупности пониманий» и ожиданий, которые были проговорены, но, видимо, времени на закрепление материала не хватило. На основе словно загипнотизированного состояния принимаются или не принимаются решения, в том числе в отношении уровня ответных или превентивных действий. У каждого из них — своя результативность. А в сферах стратегического ядерного паритета — цена каждого слова, не получившегося ожидаемого и желаемого ответа, выше, чем объективные балансы сил, пока, разумеется, не началось необратимое.
А в том, что оно, это необратимое, может и в самом деле начаться, уверенности в целевой аудитории нет. Во-первых, в этой целевой аудитории своя стихия самоуверенности, стрессов, рейтингов и карьер. Та же эпидемия Эпштейна как своя рубашка — ближе к телу, как известно. Во-вторых, Россия же постоянно заявляет о своей открытости хоть к приезду Зеленского. Безусловно, для известного эстрадного тролля Зеленского это особо изысканный троллинг. Стоила ли игра свеч?
Какую тайную коллекцию «идти навстречу» так настойчиво, для чего и для кого накапливает Россия? И разве все еще требуются основания для абсолютной правоты курса на достижение целей СВО? Разве их не дает каждый новый день и каждая новая жертва?
2. Действия США
В комментарии «План-28» от 23 ноября 2025 годаговорилось: «Вашингтон, чтобы сломать стратегический ядерный паритет уже идёт на количественный рост развёрнутых носителей и боеголовок. Об этом заявил глава Минобороны А.Р. Белоусов на заседании Совета Безопасности РФ 5 ноября. Речь о том, что США готовятся расконсервировать 56 пусковых установок на 14 подводных лодках типа «Огайо» и полностью загрузить их баллистическими ракетами «ТрайдентII» и проводят подготовительные мероприятия для обратного переоборудования 30 стратегических бомбардировщиков B-52H в носители ядерного оружия. Однако с учётом состояния стратегических ядерных сил России эти меры коренным образом на паритет не повлияют. Развёртывание же в Германии в 2026 году и у границ России ракет средней и меньшей дальности наземного базирования может сыграть свою роль. И украинский плацдарм в этом отношении крайне удобен для нанесения превентивного обезоруживающего удара за счёт кардинального сокращения времени подлёта ракет до целей на российской территории (см. подробнее комментарий «Нож к горлу-2» от 17 сентября)».
Для администрации Д. Трампа не играет большой роли, где пройдёт граница между Россией и Украиной: по контуру Донбасса или по ЛБС. В любом из этих вариантов выбор основногоракетного плацдарма останется за США и их союзниками по НАТО. Исключить данный вариант развития событий через критерии, обсуждаемые на нынешних переговорах, Россия не в силах.Безопасность России может обеспечить только достижение всех заявленных целей СВО.
Используя «дипломатические наручники» в виде навязанного переговорного процесса, США проводят целенаправленные действия по обеспечению своего безраздельного контроля над своим «подбрюшьем» — в Латинской Америке. Для США там необходимо исключить любое военное присутствие России и Китая. Венесуэла уже выбыла из списка, на очереди — Куба, с ней Вашингтон планирует разобраться в этом году. Далее — Никарагуа, если не будет достаточно терапевтических методов.
Симметричный ответ на развёртывание американских РСМД наземного базирования в Европе — это развёртывание российских РСМД в Латинской Америке для создания непосредственной и острой угрозы центрам принятия решений на континентальной части США с очень малым подлётным временем. Планируемое Вашингтоном и Тель-Авивом сокрушение Ирана позволит разместить американские РСМД и на иранской территории (см. подробнее комментарий «Иран: изготовились к удару» от 28 января).
Далее, Д. Трамп дал указание на создание системы противоракетной обороны «Золотой купол». Попытка Белого дома аннексировать Гренландию — это в первую очередь для развёртывания ПРО.
Через создание Совета мира администрация Д. Трампа пытается подобрать по себя союзников России (см. подробнее комментарий «Карманная ООН Трампа» от 21 января). В Совет мира вошла Белоруссия, член Союзного Государства с Россией, член ОДКБ и ЕАЭС. Вошел Казахстан, член ОДКБ и ЕАЭС с общей границей с Россией протяжённостью более 7,6 тыс. км. Первое заседание Совета мира с участием первых лиц стран-членов Дональд Трамп намерен провести на территории США 19 февраля.
При таких картах на руках, госсекретарь США Марко Рубио может спокойно заявлять следующее по поводу перспектив заключения нового ДСНВ:
«Во-первых, контроль над вооружениями больше не может быть двусторонним вопросом между США и Россией. Как ясно дал понять президент, другие страны несут ответственность за обеспечение стратегической стабильности, и Китай — в большей степени.
Во-вторых, мы не примем условия, которые наносят вред США или игнорируют несоблюдение требований в стремлении к будущему соглашению. Мы чётко обозначили свои стандарты и не пойдем на компромисс с ними ради достижения контроля над вооружениями ради самого контролянад вооружениями.
В-третьих, мы всегда будем вести переговоры с позиции силы. Россия и Китай не должны ожидать, что США будут стоять на месте, уклоняясь от своих обязательств и расширяя свои ядерные силы. Мы будем поддерживать надёжный, заслуживающий доверия и модернизированный ядерный потенциал сдерживания.
Но мы будем делать это, используя все возможности для реализации подлинного желания президента иметь мир с меньшим количеством этого ужасного оружия».
На заявление Рубио пока не последовало официальной реакции российской стороны. Возможно, в Госдепе не помнят старую русскую поговорку — «Молчание — знак согласия». Но явно изучали более близкий им культурный слой — афоризмы древних римлян: «Silentium videturconfessio» («Молчание считается признанием»). Госдеп, стало быть, получил ответ?
