Пять лет назад, 14 июля 2021 г., в «Российской газете» была опубликована статья Владимира Путина «Об историческом единстве русских и украинцев». Это важнейший в идейно-политическом плане текст, который мог бы служить адекватным и внятным изложением российской позиции по украинскому вопросу. К сожалению за прошедшие пять лет ничего лучше написано не было.
Но, к сожалению, статья Путина явно недостаточно используется в официальной пропаганде или в выступлениях российских телевизионных экспертов. Более того, ряд важных мыслей президента многими игнорируется.
Перечислим, поэтому, ключевые положения статьи В.В. Путина, выделяя текст президента курсивом.
Начинает свою статью президент с того, что вспоминает о своей прямой линии, состоявшейся 30 июня 2021 года. Тогда он сказал, что «русские и украинцы – один народ, единое целое». Президент подчеркивает, «это моё убеждение». И доказывает это рядом очень убедительных примеров.
Например таким: «На Куликовом поле рядом с великим князем Московским Дмитрием Ивановичем сражались воевода Боброк с Волыни».
С Волыни! С современной Западной Украины то есть. Дмитрий-Боброк Волынский одно время был тысяцким нижегородского князя. Более того, Дмитрий Донской доверил Дмитрию-Боброку свою сестру Анну. Таким образом пришелец из Волыни стал зятем московского князя, а потом перешёл к нему на службу, сыграв решающую роль в победе на Куликовом поле.
Итак, Дмитрий-Боброк родился на Волыни, но служил при дворе нижегородских и московских князей. А это значит, что в XIV веке реально существовал единый РУССКИЙ МИР – от Львова до Нижнего Новгорода.
Это единое пространство сохранялось и в последующие столетия. И президент в этой связи очень к месту вспоминает о требовании запорожцев, восставших под предводительством Богдана Хмельницкого: чтобы «воевода Киевский был народа русского».
Путин объясняет читателю: «в обращениях и к польскому королю, и к русскому царю запорожцы называли, определяли себя русскими православными людьми».
А как же быть с привычным нам со школьной скамьи «воссоединением Украины с Россией»? Президент даёт на этот вопрос ясный четкий ответ: название «Украина» тогда использовалось в значении «окраина» и часто во множественном числе. Были например «украины» рязанские.
Переходим в век восемнадцатый и вновь цитируем Путина: «Во время Северной войны со Швецией перед жителями Малороссии не стоял выбор – с кем быть. Мятеж Мазепы поддержала лишь небольшая часть казаков. Люди разных сословий считали себя русскими и православными».
Причем малороссы «во многом и созидали большую общую страну, её государственность, культуру, науку», участвуя в освоении и развитии Урала, Сибири, Северного Кавказа, Дальнего Востока. Вспоминает Путин и прекрасно знакомый ему советский период, когда «уроженцы Украины занимали самые значимые, в том числе высшие посты в руководстве единого государства».
Важно отметить, что Путин четко отделяет Малороссию от Новороссии, чьи земли вошли в состав Российской империи во второй половине XVIII века, после войн с Османской империей: «Они заселялись выходцами из всех российских губерний».
«Одновременно в среде польской элиты и некоторой части малороссийской интеллигенции возникали и укреплялись представления об отдельном от русского украинском народе». Исторической основы здесь не было и не могло быть, – Путин абсолютно прав, поэтому в ход шли разные вымыслы. Вплоть до того, что украинцы якобы вообще не славяне, или, наоборот, что украинцы – это настоящие славяне, а русские, «московиты», – нет.
В итоге между Россией и Украиной возникла стена. Путин воспринимает это «как большую общую беду, как трагедию».
Кто в этой беде виноват? Прежде всего мы сами. («Это прежде всего последствия наших собственных ошибок, допущенных в разные периоды»). Но не только. Не нужно забывать о целенаправленной работы тех сил, которые всегда стремились к подрыву нашего единства. Их сверхзадача – «разделить, а затем и стравить между собой части единого народа».
На мельницу эти сил льют воду те, кто говорит о войне «русских с украинцами», кто радуется, когда горят пока ещё «украинские», но по факту – русские города, кто требует применения в гражданской, по сути, войне тактического ядерного оружия.
