Тимуру Зульфикарову сегодня 90 лет

Тимур Зульфикаров опровергает свои же слова о том, что:

Поэт не должен доживать до старых сонных дней…

Ведь не поёт зимою соловей…

Достигнув огромной поэтической мощи к 40 годам, создав свои небывалые религиозно-философские лироэпические полотна, он и в последующие годы не ослаблял хватку, и до сих пор откликается на все зовы, стоны и боли бытия.

Тимур Зульфикаров — русский поэт, хотя он и воспевает не одну Русь, но и любимую Таджикию свою. И не может не касаться волшебной кистью всех стран, народов и вер, в каждой из которых видит проблески тайны и премудрости Творца.

Но он русский поэт, поскольку им владеет стихия русского языка, и лелеет, и ласкает, и терзает, и воздвигает его, побуждая быть поэтом-пророком, поэтом-воителем, всегда страждущим за правду:

Если торговцев не изгнать из Храма — они разрушат храм…

Есть изреченье: цари проливают реки крови, тираны — моря крови, а слабые правители проливают океаны крови…

И вот слабые властители не уняли торговцев, и они разрушили Храм Руси…

И пролили, и проливают Океан Крови…

И устроили Всеобщий Базар…

Зульфикарова можно переводить на другие языки, его слово в целом ряде своих измерений легко преодолевает языковой и культурный барьер, неся в себе универсалистскую соль. Но в ряде измерений, конечно, оно и непереводимо. И так и должно быть…

В чем же тайна вечной юности и вечной жизненности Зульфикарова? Этого насквозь эротичного поэта, вычерпывающего бездны мирового эротизма, и в то же время огненно-гневного поэта?

Трудно ответить на этот вопрос. И в то же время легко. Трудно найти этому ясные слова. И в то же время секрет Тимура прост. Он влюблен в жизнь, он любит небанальной любовью то, что ему было подарено и вручено в этой жизни. Это любовь — не эмоционально-сентиментальная. Это любовь — грань самого мироздания. Она как неунывающее оправдание космоса, творения, вселенной, которая не только создана, но и создает, то есть отдает Тому, Кто ее создал — все, что можно отдать. Не только принимает дары, но ищет, как ответить на него, ищет, какими тропами можно прибежать туда, где удастся достичь недостижимого.

Эта любовь не просто умильно смотрит на любимое, любуется, восклицает, целует, но любит всем существом, так что, по народному выражению, сердце кровью обливается.

Мало кому из художников удается это. А Тимуру удается.

Показать это можно только через сами образы Зульфикарова.

В коротком эссе не перечислишь этих образов, так чтобы это было внятно читателю. Потому приведу хоть один, да могучий образ русской старушки, ожидающей Христа. Это у Зульфикарова не апокалипсис, это особое мистическое озарение, переносящие духовное напряжение христианства в обыденность жизни. Эдакий апокриф Святой Руси, уходящей от нас в туман XX века…

Вместе с нею, ее руками, поэт обнимает само небо, Самого Бога и возносит, ставит вровень с Ним, с творяще-жертвенной Его любовью всепринимающую, все-животворящую материнско-дочернюю её любовь.

Он придёт

И начнёт вынимать из заколоченных изб

Покорные вялые гвозди,

Как вынимал из Ладоней Своих Гвозди Голгофские…

Ах, Господи!..

И тут — то вдруг Он увидит,

Что у избы моей побит бурьян…

И плетень восстал…

И изба опрятна… неунывна моя…

Вот Он, Батюшка, и забредёт ко мне…

И отведает чаю с черёмухой…

Да варенья из лесной малины… да земляники…

Да духмяного… густого самогонца из чёрноплодной рябины…

Да задремлет…

 

Спаси, Господи…

Вот тут-то я незаметно

Умащу Его раны… язвы…

Трёхдневные … гвоздинные

Целительным мёдом гречишным…

Как некогда Мария Магдалина

Ублажала Его чудодейственной миррой…

Да лелеяла… ласкала … оберегала Его

Смоляными власами, ещё, как у меня, не седыми…

Ах, Господь наш!..

Ах, упаси нас!..

Ах, мне бы не проглядеть!..

Не пропустить Его Стопы Летучие… Неземные…

В ковылях необоримых… необозримых…

Ах!..

И тогда Он шепнёт мне:

— Матушка!..
Скоро… скоро побегут… вернутся люди русские

Из вавилонских… кишащих… удушливых городов

В деревеньки исстари колыбельные… кормильные… материнские…

И заколышутся … заколосятся вместо бурьянов

Золотые несметные нивы…

Ах, матушка, любовью обильная…

И тогда отдохнут… отойдут от косы и топора

Твои Руки Святые…

Виталий Аверьянов
Аверьянов Виталий Владимирович (р. 1973) — русский философ, общественный деятель, директор Института динамического консерватизма (ИДК). Доктор философских наук. Постоянный член и заместитель председателя Изборского клуба. Подробнее...