Власти хотели сделать выборы честными

Михаил ДелягинМихаил Делягин

Афонина:

— В студии доктор экономических наук Михаил Делягин. Михаил Геннадьевич, добрый день.

Делягин:

— Добрый день.

Афонина:

— И я, Елена Афонина. У нас будет возможность обсудить с Михаилом Геннадьевичем, который появился здесь после предвыборной гонки, конечно же, результаты и итоги выборов. Мы поговорим о новых назначениях и отставках. А также речь пойдет и о том, какое предложение прозвучало отМинфина. И это будет не очень приятная информация для работающих пенсионеров. Вперед забегать не будем. Михаил Геннадьевич, вот сегодня официально ЦИК нашей страны подвел итоги избирательной кампании в Госдуму 7-го созыва. Комиссия признала выборы, прошедшие 18 сентября, состоявшимися, действительными, утвердила их итоги. И сегодня новым депутатам будут высланы телеграммы-уведомления, подтверждающие их избрание. Официально выборы состоялись. Скажите, пожалуйста, вот у вас какое послевкусие от этих выборов, где вы также принимали участие?

Делягин:

— Избирательная кампания была очень корректная. Я, конечно, был в одном из самых демократичных регионов России – в Красноярском крае. Там были отдельные проблемы, но в целом не было административного давления. И избирательная кампания была достаточно корректной. Ну, а с подсчетом голосов, когда несколько часов висят КОИБы – это комплексы электронной обработки бюллетеней, комплексы электронного голосования, причем не только в Красноярске, но и во многих регионах, в Бурятии висели, в других местах, в принципе, все понятно. Подсчет голосов прошел правильно. Отдельно была избирательная кампания, отдельно был подсчет голосов. При этом у меня ощущение, что как бы это была инициатива в основном людей на уровне районов. Вот в ходе праймериз, в ходе других кампаний были полностью отмобилизованы и консолидированы именно районные власти и городские власти. Это было место, где «Единая Россия» села прочно. И более того, эти люди прекрасно знали, на мой взгляд, что если что-то будет не то, то их не будет. Их в лучшем случае уволят. А поскольку их есть не только за что увольнять во многих местах, но и дальше, то риск был прямой.

Дальше они увидели, что явка очень низкая. Вот то, что люди говорили на всех встречах, причем это активная часть людей, которая пришла на встречу, они говорили: мы не будем голосовать, потому что, вариант первый: мы ничего не можем изменить, нас все равно обманут; вариант второй: нас будут обманывать, обманывать и обманывать. И мы изменим, когда мы возьмемся за вилы и топоры. Это говорилось мягко, это говорилось более корректно, чем я сейчас говорю, но это говорилось. Я в достаточной глубинке был. И явка была очень низкой. Безусловно, «Единая Россия», на мой взгляд, играла на понижение. С тем, чтобы пришел управляемый электорат, пришли люди, которые, как говорили, за руку, естественно, никто никого не ловил, но это была очень популярная тема, это распространялось в соцсетях: если вас заставляют сфотографировать бюллетень, которым вы проголосовали, на телефон, чтобы отчитаться перед начальником, положите ниточку или положите кусочек пластика с нарисованной галочкой, а потом проголосуйте по совести. Но здесь немножко переусердствовали. Явка действительно была совсем низкой, я думаю. А ведь первое, что люди, понимают при оценке голосования, это величина явки.

Афонина:

— Вы считаете, что ниже заявленных 47 с небольшим процентов, которые сейчас официально?

Делягин:

— Даже не обсуждается. Ведь не могли сказать даже явку, скажем, по Красноярскому краю. Там переносили отчеты и так далее. Не случайно сейчас в Красноярском крае 8 партий объединились и требуют пересмотра выборов как полностью фальсифицированных. Но я не очень понимаю, почему это происходит только в Красноярском крае.

Афонина:

— Подобная просьба «Яблока» была сейчас отклонена, о чем сказала Элла Памфилова, подводя итоги избирательной кампании.

Делягин:

— Подождите, у Эллы Памфиловой простая ситуация. Подсчет голосов прошел успешно, выборы состоялись. До свидания, забудьте. Госдума вступает в свои права. Что, из-за каких-то там непонятных событий пересматривать результаты? Выступать против «Единой России»? Да вы смеетесь.

Афонина:

— Подождите, а у вас есть сомнения в том, что при другом раскладе победила бы какая-то другая партия? Не «Единая Россия»? Если да, то какая?

Делягин:

— Я с большим уважением отношусь к нашей социологии. В частности, к ФОМу и ВЦИОМу. И данные, которые дает ФОМ и ВЦИОМ накануне выборов, в последнюю неделю, они примерно обычно соответствуют реальности. Безусловно, победила бы «Единая Россия». Но победила бы она совершенно по-другому. У нее не было бы конституционного большинства. У нее было бы простое большинство. С учетомЛДПР, может быть, и конституционное было бы. Но это была бы Госдума очень разнообразная. Это была бы палитра из многих красок.

Афонина:

— То есть там бы появились и другие партии, помимо этих четырех?

Делягин:

— Ну, кто-то мог пересечь 3 %.

Афонина:

— Кто?

Делягин:

— На мой взгляд, должна была пересечь 3 % «Родина». Ну, из-заКрыма не могло пересечь 3 % «Яблоко». Из-за позиции, что Крым нужно отдать нацистам. Из-за совершенно безумной, бесцветной, невнятной кампании не могла пересечь «Партия Роста». Могли теоретически переползти «Коммунисты России». Могла теоретически переползти Партия пенсионеров, несмотря на все скандалы. Потому что у них очень привлекательное название. И это была… Когда государство говорило, представители государства говорили, что мы будем стараться делать эти выборы честными, когда некоторыхгубернаторов запугивали Следственным комитетов впрямую, я знаю, что это происходило, мне некоторые люди жаловались на это, — это была не фикция, это была не формальность. Это было действительно желание сделать Госдуму разнообразной. Да, контролируемой. Да, управляемой. Но разнообразной. Чтобы потом из нее можно было черпать другую повестку дня.

В результате никто не учел ситуацию, что называется, на местах. Когда маленькие люди из «Единой России», занимая административные должности, прекрасно понимающие, что им нужно давать, во-первых, явку, во-вторых – результат, на мой взгляд, в массовом порядке обеспечили, что называется, явку. А потом оказалось, ну помните, как у Явлинского это было году в 2003-м, по-моему, когда его все поздравили с 5,2 %, а потом оказалось, что явка сильно больше, что вдруг откуда-то материализовалось огромное количество голосов. Понимаете, я же не могу поверить, когда я по телевизору вижу по завершению отчетов, что явка 40 %. Ну понятно, что это, допустим, какие-то удаленные стойбища на Таймыре еще не посчитали. Но в целом по стране – это понятно. Потому что, как только закрывается голосование, видно, сколько людей поставили галки. Это видно сразу. А потом выясняется: ой, а вы знаете, их было не сорок, а было сорок семь. Конечно, мы долго считали, мы перепроверяли, мы посылали почтовыми голубями сообщения. Это все понятно.

Но я понял, как происходил 1937-1938 год, когда я с близкого расстояния наблюдал первые праймериз «Единой России». Я увидел, как люди, привыкшие к власти и увидевшие угрозу конкуренции, своих конкурентов уничтожали всеми силами. В 1937 году было то же самое. Создали угрозу конкурентной борьбы, и люди, только не гуманисты из советской цивилизации, а исчадия гражданской войны стали истреблять конкурентов. Сами тоже погибли в этом огне, но класс сохранили. Сейчас люди на местах, на мой взгляд, это моя гипотеза, из «Единой России» и административных властей, которые увидели низкую явку, которая грозила им, их административному благополучию, потому что кто ты такой, если у тебя на избирательные участки пришло 25 %.

Афонина:

— Не смог мобилизовать. Не проделал нужную работу.

Делягин:

— Все, до свидания. Это конец. Дальше нужно обеспечивать явку любой ценой. Когда вы обеспечиваете явку любой ценой, вы пропорции не обеспечиваете. Вам, естественно, обеспечивать нужно явку для себя. И вместо 44 % мы получили 54 %, вместо 30-35 % явки, на мой взгляд, как это теоретически могло быть, мы получили 40 с копейками.

Афонина:

— Но ведь теперь понятно, что за все решения в стране будет отвечать одна-единственная партия, имеющая конституционное большинство.

Делягин:

— Нет, насчет того, что «Единая Россия» может за что-то отвечать, не рассказывайте мне эту сказку. В части пропаганды это хорошо. Но она уже имела конституционное большинство. И чего-то я ни разу не слышал, чтобы партия за что-то ответила. Эта партия отвечать не может. В этом ее преимущество. Она не партия власти, она партия, принадлежащая власти. И здесь ситуация очень простая. Если государство начнет оздоровляться, если те люди, которые стали менять представителей либерального клана в Администрации Президента и даже в правительствеМедведева, если эта волна продолжится, то это конституционное большинство будет конституционным большинством за Россию, а не против.

Афонина:

— Михаил Геннадьевич, вы сами затронули эту тему перестановок во власти. предложим информацию в нашей небольшой справке.

— Во власти произошло несколько перестановок и назначений. Мы собрали самые важные из них. Сергей Нарышкин покидает пост спикера Госдумы, который занимал последние 5 лет. С 5 октября Нарышкин возглавит Службу внешней разведки. Михаил Фрадков покидает пост директора Службы внешней разведки в связи с выходом на пенсию. Он руководил СВР с 2007 года. Фрадков перейдет на должность председателя Совета директоров РЖД. Вячеслав Володин, первый заместитель главы Администрации президента с 2011 года, вероятнее всего, станет спикером Госдумы 7-го созыва. Его кандидатуру предложил Владимир Путин. Владимир Плигин, председатель совета по конституционному законодательству, не прошел в Госдуму 7-го созыва. Наиболее вероятные кандидаты на его место – Ирина Яровая и Наталья Поклонская. Анатолий Якунин, глава ГУВД Москвы, также подал рапорт об отставке. Предполагается, что Якунин получит новое назначение в центральном аппарате МВД. Новым начальником столичного главка, возможно, станет его заместитель Олег Баранов.

Афонина:

— В этой справке еще одна фамилия не прозвучала.

Делягин:

— Подождите, а Бастрыкина и Полтавченко разве еще не отправили в отставку?

Афонина:

— Нет.

Делягин:

— Нет еще? Ну, все впереди. Ждем.

Афонина:

— Пока – нет. Официальной информации не было. Кстати, не упомянутый Владимир Маркин, который также, как мы понимаем, покидает свою должность, тоже здесь не очень понятно, куда отправится.

Делягин:

— Ну, в «РусГидро», я думаю.

Афонина:

— Начнем с того, что сейчас ясно. Кто, кого, какие рокировки. Кто кого подвинул. Начнем, наверное, с Сергея Евгеньевича. Я говорю о Нарышкине. Когда он на этой неделе пришел к нам в студию, ведь ни словом не обмолвился о том, что подобное возможно.

Делягин:

— И даже официально заявил, что мандат не сдаст. Но это хорошо. Потому что руководитель разведки должен быть способным соблюдать тайну, хоть какую-то. Это не так плохо. Правда, были интенсивные слухи о воссоздании нормальной, действенной спецслужбы, о слиянии обратно СВР и ФСБ. И это было бы правильным на самом деле, на мой взгляд, с управленческой точки зрения. Ну, что называется, забоялись усиливать административно этот блок. И решили сохранить нынешнее разорванное состояние. Ну ладно, ладно. Будет теперь «лесником» товарищ Нарышкин. Посмотрим, что называется. Это очень тяжелая, очень специфическая сфера деятельности. Она не публичная. Но как спикер Госдумы, товарищ Нарышкин тоже был человеком не очень публичным. Я не припомню, чтобы он был связан с какой-то значимой новостью на этом посту. Так что, может быть, он с этой работой справится. По крайней мере, я думаю, что ему стоит пожелать успехов.

Афонина:

— С чем, как вы думаете, связаны подобные перестановки? Наверное, в первую очередь именно об этой двойке мы говорим.

Делягин:

— Ну, спикер Госдумы уходит с новой Госдумой. Это нормально. Слишком долго сидеть – нелепо. Конечно, можно, что называется, греть место и дальше. Но политическая ситуация обостряется. Я не удивлюсь, если мы увидим выборы президента уже следующей осенью. По крайней мере, с моей точки зрения, учитывая динамику политических событий, это было бы естественно.

Афонина:

— Досрочные выборы президента?

Делягин:

— Да, конечно. А чего ждать?

Афонина:

— А в чем смысл – на год раньше это делать?

Делягин:

— На полгода. Очень быстро ухудшается социально-экономическая ситуация. Поскольку курс правительства Медведева, либеральная политика с 90-х годов, по крайней мере, на пару месяцев продолжится, потому что люди думают, что они получили карт-бланш, и. судя по потоку инициатив из ведомств правительства Медведева экономических, у меня ощущение, что либералы буквально сорвались с цепи. Это означает, что как минимум пару месяцев они свою политику еще будут продолжать. А скорее всего, и до Нового года точно. То есть даже если их сейчас начнут останавливать, они какое-то время не остановятся. За это время они нанесут колоссальный ущерб, они примет бюджет 2017 года, который будет не просто продолжать блокировать развитие, он будет продолжать разрушать страну. Потому что будет урезание социальной сферы, разрушение социальной сферы продолжаться. И будет сокращаться поддержка регионов. То есть будет усугубляться бюджетный, а это значит и социальный, управленческий и жизненный кризис в регионах. То есть страна будет идти полным ходом к смуте. Весна — у нас очень сложная ситуация. У нас осенью бывают перевороты, а весной бывают революции. Вот чтобы нас не сорвало в смуту одновременно с президентскими выборами в этой ситуации, президентские выборы лучше сделать пораньше. Это просто сугубо технологическая оценка, сугубо технологический расчет. А для этого Государственная Дума неожиданно приобретает значение. Серьезное. Это может быть орган стабилизирующий. Но для этого ею должен руководить человек, который привычно занимается внешней политикой. Товарищ Нарышкин, конечно, мог сколько угодно руководить и дальше, но это не совсем его специальность. У меня такое ощущение, что сейчас он отправился наконец работать по специальности. Ну, есть такая гипотеза.

Афонина:

— Естественно, по своему профилю. У него же прошлое-то как раз связано именно с определенными службами. Он закончил Высшую школу КГБ.

Делягин:

— Мы не знаем.

Афонина:

— Ну почему не знаем?

Делягин:

— Слушайте, кто только эту Высшую школу ни заканчивал. Одно дело – закончить школу, а другое дело – получить образование. И посмотрим. Но по крайней мере, есть такая вероятность, что это его реальная специальность. Пусть работает по специальности.

Афонина:

— Что вы скажете про Вячеслава Володина, которого предложил президент Госдуме? Сейчас проходит встреча президента с главами партий и фракций, которые прошли в Госдуму. Так вот, они поддержали кандидатуру Вячеслава Володина. Для тех наших слушателей, кто не очень понимает, чем занимается спикер нижней палаты парламента, мы подготовили еще одну небольшую справку.

— Председатель или спикер Государственной Думы – это четвертое должностное лицо в стране после президента, премьера и председателя Совфеда. Он ведет заседание палаты, ведает вопросами внутреннего режима палаты, участвует в согласительных процедурах, проводимых президентом Российской Федерации. Направляет поступивший в Госдуму законопроект на обсуждение и направляет в Совет Федерации, одобренные Думой законы. Помимо этого, он имеет и значительное неформальное влияние, часто выступая как посредник между парламентским большинством и правительством России. Председатель Государственной Думы избирается из числа депутатов Госдумы тайным голосованием, с использованием бюллетеней. Кандидатов на должность председателя Госдумы вправе выдвигать депутатские объединения и депутаты Государственной Думы. Президент не выдвигает кандидата, но может высказать свое мнение о ком-либо. Председателями Государственной Думы в разное время были: Иван Рыбкин, Геннадий Селезнев, Борис Грызлов и Сергей Нарышкин.

Афонина:

— Давайте более предметно сейчас об этом поговорим.

Делягин:

— Вы знаете, во-первых, по-моему, это первый случай, когда президент, не имея права выдвигать, тем не менее, столь внятно и определенно высказывает свое мнение. У меня было ощущение, что он его выдвинул.

Афонина:

— Нет, он предложил его.

Делягин:

— Это было мнение, высказанное в очень однозначной форме, чего, по-моему, не было раньше никогда. Во-вторых, я испытываю некоторый когнитивный диссонанс, потому что я был вынужден поддержать назначение Васильевойминистром образования. У нас Ливанова, министра образования, заменили. У нас заменили Сергея Иванова, главу Администрации Президента. Эти замены были очень разумные. Очень правильные. Но когда на Ольгу Васильеву набросились все наши либералы, стало ясно, что это правильное, хорошее, честное назначение. Сейчас Володин показал себя за эти пять лет как первый зам. руководителя Администрации Президента, как отвечающий за внутреннюю политику, как очень эффективный и очень разумный управленец. Он показал… он был назначен в начале «болотного» движения. Он сумел нормализовать ситуацию, стабилизировать. Он сумел обеспечить стабильность государства. То есть с управленческой точки зрения это была очень сложная задача. При этом значительная часть людей, которые на Болотной выступали за Россию, а не против России, они получили возможность от Болотной отойти. Тоже достаточно серьезное, редкое качество управленца. Так что это правильное назначение, на мой взгляд. И самое главное, что если сохранится тесная связь Володина с Администрацией Президента, то мы получим новую управленческую систему, при которой Госдума будет оказывать реальное влияние на внутреннюю политику. Такого не было, это очень полезно. Кстати говоря, с формальной точки зрения это шаг к демократии.

Афонина:

— Михаил Геннадьевич, вам говорят спасибо наши радиослушатели. Приходят сообщения на WhatsApp. С вами согласны, с вашей оценкой выборов, с вашими комментариями. А сейчас я хотела бы обратиться к нашим радиослушателям. Следующую тему мы хотели бы обсудить вместе с вами. Потому что она может коснуться будущих пенсионеров или уже сейчас вышедших на пенсию и продолжающих работать. Дело в том, что Минфин предложил не платить пенсии тем пенсионерам, чей доход превышает 500 тысяч рублей в год. Это чуть более 41 тысячи рублей в месяц. В менее жестком варианте планируется установить лимит в миллион рублей. В этом случае мера затронет около 90 тысяч человек. И сейчас я хотела бы обратиться к радиослушателям: целесообразно ли вообще выдвигать такие требования? Может быть, действительно, если человек трудится, работает, то зачем ему тогда вот этот пенсионный минимум, эти крохи и копейки? Как сказал один из чиновников: будем честными, пенсия от государства тем, кто получает больше миллиона рублей, не нужна! Нужна ли пенсия тем, кто зарабатывает больше миллиона? Я говорю о работающих пенсионерах.

Делягин:

— Во-первых, пенсионеры в массе своей работают не от хорошей жизни. Они работают потому, что им денег не хватает. Что такое 500 тысяч рублей, о которых говорит Минфин? Потому что, когда нам говорят о жесткой и мягкой версии, мы должны понимать, что мягкая версия – это пропаганда. А бить будут по жесткому. Это опыт нашего взаимодействия с этими людьми. Это 41 тысяча рублей в месяц. Это неимоверно много, это запредельно много для огромных масс россиян, которые живут на 5-8 тысяч рублей в месяц. Но если вы платите коммуналку, если вы платите за лекарства, если вы помогаете детям, потому что у нас много молодых людей не может найти себе работы, не потому что не хочет, а потому что не может, и в итоге сидят на шее у своих родителей, у своих бабушек с дедушками – пенсионеров, — то 41 тысяча с чем-то – это не много.

Что значит – не платить им пенсию? Это значит, сократить этот доход минимум на четверть. Сократить на 10-11 тысяч рублей. Да, есть пенсии низкие. Есть пенсии, мне говорили про 6 и про 7 тысяч. Но на 10-11 тысяч, то есть сократить на четверть. В Советском Союзе был похожий механизм. Если вы получали больше 360 рублей, вам пенсия не полагалась. Это правда. Но 360 рублей, когда это было введено, это было почти втрое больше средней заработной платы по Союзу. Потом стало вдвое больше, потом стало – на излете средняя зарплата была 220 рублей. Значит в полтора раза, грубо говоря. Мне кажется, что все-таки тогда средняя заработная плата была, разрыв между средней зарплатой и прожиточным минимум был большим, чем сейчас. У нас средняя зарплата 32 тысячи, прожиточный минимум официально 10 тысяч, реально – тысяч 20. Представляете, сейчас средняя зарплата выше прожиточного минимум, если брать реальный, в полтора раза. Так что я думаю, что сейчас не то время, когда можно, что называется, бить бедных людей за то, что они не нищие.

Афонина:

— Дадим возможность высказаться радиослушателям. Гневно пишет в WhatsApp один из наших радиослушателей следующее: «А что, работающие пенсионеры не люди? У нас что, не действует конституция? Может быть, сейчас они работают, ну, а потом окажутся в нищете».

Делягин:

— Вы, пожалуйста, поймите, что если судить по делам либералов в правительстве Медведева, то для них не люди – это не только работающие пенсионеры, это все население Российской Федерации. И в этом отношении разницы между ними для них, в отношении к работающим и не работающим пенсионерам, и просто к работающим людям, просто к безработным. Примерно такое же, как для немца во время войны было отношение к евреям из Белоруссии и Украины. Мне кажется, это примерно так.

Афонина:

— Точка зрения Михаила Делягина.

Владислав:

— На самом деле зачем пенсия Алле Пугачевой или нашим нефтяным олигархам? Я считаю, у кого большие доходы, конечно, смысла нет.

Делягин:

— 500 тысяч в год – это большие доходы?

Владислав:

— Учитывая, что у нас люди получают по 9-10 тысяч пенсии, я считаю, что это очень хороший доход.

Делягин:

— А Алла Пугачева получает 500 тысяч рублей?

Владислав:

— Я думаю, получает она 500 тысяч за щелчок ногтя.

Делягин:

— Правильно, есть некоторая разница между Аллой Пугачевой или нефтяным олигархам и человеком, который зарабатывает 42 тысячи рублей в месяц? Или этой разницы нет?

Владислав:

— В принципе, наше правительство сейчас в пути, ищет. «Денег нет, но вы держитесь!»

Делягин:

— В федеральном бюджете почти 8 трлн. рублей валяются без движения.

Владислав:

— Ну как, они же не хотят трясти олигархов.

Делягин:

— И так с 2004 года.

Владислав:

— Они хотят трясти людей, у кого более-менее доход хороший.

Делягин:

— Причем здесь олигархи? В федеральном бюджете.

Афонина:

— Я хочу обратиться к сообщениям на WhatsApp. Вы знаете, а ведь поддерживают эту идею. Вот что пишут: «А зачем человеку пенсия в 15 тысяч, если он зарабатывает миллион рублей в год?» Или вот еще: «Правильно, у тех, кто зарабатывает больше миллиона, надо еще и высчитать всю пенсию, которую они получили за все время», пишет Кирилл из Белгорода. А вот смотрите-ка, наши слушатели считают, что это социально справедливо. Только у меня возникает вопрос: а та пенсия, которую не будут выплачивать вот этим… Ну представим себе, что это стало реальностью. И вот люди, получающие миллион рублей в год, эту пенсию не получают. Она ведь между другими пенсионерами не распределяется.

Делягин:

— Нет, подождите. У нашего правительства, если судить по исполнению федерального бюджета, есть один главный приоритет – это вывод денег российских налогоплательщиков за границу. Вот это главный приоритет. Второй приоритет – это поощрение финансовых спекулянтов, когда бюджет захлебывается от денег, но берет займы, чтобы платить проценты спекулянтам. Я Кудрину в свое время задавал вопрос: считает ли он себя преступником по итогам своей политики? Вы знаете, честный человек, восемь минут отвечал, ни да, ни нет не сказал. То есть человек правильный, про себя все понимает и азбуку отрицать не будет. Российское правительство на деньги российских налогоплательщиков поддерживает финансовые системы стран, которые ведут против нас, в том числе против российских налогоплательщиков, холодную войну на уничтожение. Поэтому деньги, которые не будут выплачены в качестве пенсий относительно обеспеченным пенсионерам, они, скорее всего, с высокой степенью вероятности, пойдут на увеличение Резервного фонда и Фонда национального благосостояния. И в этом качестве будут воевать против нас. Но это другой вопрос – это вопрос о расходах, об использовании денег.

Понятно, что у нас социальная справедливость, понятно, что у нас люди не любят богатых и так далее. Но здесь смешиваются две вещи. Здесь смешивается вопрос о пенсиях и здесь смешивается вопрос о прогрессивной шкале подоходного налога. Второе – абсолютно верно. Чем человек беднее, тем меньше он должен платить государству. У нас – наоборот. До 20 тысяч рублей любого дохода – человек вообще не должен платить никаких налогов, потому что это ему должны за это приплачивать. Дальше, пожалуйста, 13 %. Дальше с хорошего уровня прогрессивная шкала. Если я пенсионер, зарабатываю миллион, значит я с этого миллиона должен платить минимум 35 %. Сколько – это уже будем обсуждать. Но шкала должна быть сильно повышена, начиная с определенного уровня. То же самое с недвижимостью, то же самое с наследством, то же самое со всем. С имуществом. Это нормально, так и должно быть.

Что касается пенсий. Вот при Советской власти три средних заработных платы – и никаких пенсий. Но средняя заработная плата тогда обеспечивала хорошую жизнь. Сейчас она обеспечивает жизнь плохую. Поэтому я бы этот коэффициент повысил. Четыре-пять средних заработных плат. Это у нас будет, условно, 120-150 тысяч рублей в месяц. То есть миллион обсуждать можно для снятия пенсий. Пожалуйста. Но на самом деле должно быть больше миллиона, просто исходя из того, чтобы это действительно были большие деньги для человека. Что касается того, что человек зарабатывает 42 тысячи, и давайте мы с него снимем 15, уважаемые коллеги, а вы это на себе представьте. И второе, вот для людей с 42 тысячами, они не будут отказываться от работы из-за этого. И не будут отказываться из-за пенсии. Они просто уйдут в тень.

ПОДЕЛИТЬСЯ
Михаил Делягин

Делягин Михаил Геннадьевич (р. 1968) – известный отечественный экономист, аналитик, общественный и политический деятель. Академик РАЕН. Директор Института проблем глобализации. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее…