Мы видим резко интенсифицированный консервативный разворот Путина в некоторых сферах — особенно в сферах внешней политики и оборонного строительства, но при этом есть сферы, где этого разворота не просто нет, но даже усиливаются либеральные тенденции, прежде всего — в финансово-экономической сфере. И этот парадокс вызывает не просто озабоченность, но и желание как-то его объяснить. Может быть, дело здесь в сопротивлении той системы, той социальной химеры, которая сформировалась в эпоху Ельцина и в значительной степени сохраняется вплоть до нынешнего времени. Может быть, дело в каком-то внешнем давлении, которое ограничивает суверенность российской власти, параллельно заставляя Кремль вести какую-то тонкую игру с западными элитами. А может быть, мы просто неверно оцениваем личность нашего национального лидера, исходя из каких-то своих надежд и ожиданий. Ведь когда Путин только пришёл к власти, у него обнаружился редкий дар такого политического Протея: понравиться одновременно и правым, и левым, и Западу, и Востоку, и консерваторам, и либералам, и этот дар активно им использовался. Но теперь, возможно, этот дар превращается в свою противоположность — особенно в отношениях с Западом, который сейчас выставляет российского президента в виде абсолютного зла. Но мы помним его валдайскую речь, помним ответ на вопрос Проханова: «Что такое для вас Россия? — Это судьба», — и видим свою задачу в том, чтобы поддержать эти интенции и тенденции путинского правления, помочь им проявиться и вернуть России Россию как тысячелетнюю цивилизацию, как великую мировую державу.

Я уже сказал о «даре Протея», которым обладает Путин, но у него есть ещё один важный дар — огромное терпение и выдержка, воспитанные в недрах наших блестящих спецслужб. Безусловно, есть признаки, которые говорят о том, что там, за этим путинским «протеизмом», действительно есть некая линия, и она всё сильнее проявляется. Это не просто его личная линия — это линия «Большой России», которая не ограничивается границами Российской Федерации и является настоящим правопродолжателем Советского Союза и Российской империи. Возможно, когда две эти линии сойдутся в некотором фокусе, произойдёт мощная геостратегическая вспышка. Не исключено, что это случится уже в 2017 году.