На Урале и люди — самоцветы

(Литературная газета 2013 № 22)

В «Литературной газете» очерк напечатан с сокращениями. Здесь приводится полный авторский его вариант.

Мечта побывать на Урале «за камнем», как говорили в моём родном Предуралье — в Удмуртии, несбыточной не была. Но что-то всё «дела да случаи», и не осуществлялась до самых недавних пор — поездки Изборского клуба по маршруту многообещаюшему: Екатеринбург, Нижний Тагил, Верхняя Пышма. Да и компания редкостная: лучшие российские экономисты, политологи, писатели, историки. Это и Николай Стариков, и Александр Елисеев, и Максим Шевченко, и Андрей Кобяков, и Константин Черемных, и Юрий Поляков, и Сергей Черняховский, и Александр Агеев, и Виталий Аверьянов, и Валерий Коровин, и Александр Проханов.

И вот Внуково, борт, всё выше, выше и выше… Облачность – дело не радостное. И над тобой, и под тобой. Когда ещё выдастся шанс посмотреть с высоты, насколько широка страна моя родная? А тут на всём пути — облака, облака… Но вдруг понимаешь: и на них смотреть интересно, они разные. Вот разбросаны под тобой рваной ватой, вот словно ровное снежное поле, и вдруг — следы! Как по снегу. Как-то на Фонтанке зимой возле большой проталины, где копошились утки, видела на запорошенном снегом льду — такие следы. А тут — на облаках.

Как-то быстро за иллюминатором сгустилась темнота – ни зги не видать, но вдруг вырываемся из этой темноты, видимо, поднырнув под облака — и уже под крылом самолёта море огней. Большой город – Екатеринбург, большой…

Аэропорт Кольцово, традиционные для вокзалов и аэропортов приветственные щиты… Да и мы рады, что в гости к вам.

Уже стемнело, движение неинтенсивное, и дорога до б/о Таватуй, где нам предложила поселиться принимающая сторона – Генеральный директор Уральской горно-металлургической компании Андрей Анатольевич Козицын — не радует пейзажами. За окном всасывающая взгляд тьма, фары лишь то и дело выхватывают из темноты указатели. Наконец асфальт сменился просёлочной лесной дорогой. Видимо, близок конец пути. Упираемся фарами в высокий забор, ворота. Загородная гостиница светом, теплом, уютом, вкусным ужином подтверждает славу уральцев как хозяев гостеприимных.

А утром после здорового сна в обволакивающей тишине выходим во двор — лес стеной, гладь озера, воздух пьянит свежестью… Нет, не нужен мне берег турецкий! Твоя родная красота наполняет значительной простотой. И глаз отдыхает, и душа ликует. А сегодня перед сулящими хлопотами днём это просто необходимо.

Утренний путь до Екатеринбурга — увлекательное путешествие среди леса, скал, камней-валунов, плит. Того и гляди, Хозяйка Медной горы покажется. А с Данилами-мастерами встречи даже предусмотрены: клуб планирует побывать на заводе Уралэлектромедь. Проезжаем огромную «стоянку» танков, накрытых чехлами — только стволы выдают боевые машины.

Въезжаем в Екатеринбург, забитые машинами дороги свидетельствует, что автомобиль уже не роскошь. Но средство передвижения не столь резвое. Пробки они и на Урале пробки. Зато неспешно можешь рассмотреть панельные дома и хрущёвки, сталинские добротные дома, деревянные постройки с изысканным ажуром наличников, ставен, коньков крыши… Подъезжаем к красивой усадьбе 19 века — дому купца Севастьянова, ныне это дом президентских приёмов. Здесь намечено пленарное заседание «Преодоление раскола двух традиций российской государственности: советской и дореволюционной», а также презентация журнала Изборский клуб, где опубликован доклад на эту тему, суждения лучших современных русских мыслителей на сей счёт. Уважение к теме, к клубу налицо: великолепный зал заседаний, он и уютен, и располагает к общению. Оно и состоялось. Тема привлекла внимание самых широких слоёв: тут и студенты, и преподаватели вузов, и духовенство, и учёные, и журналисты, и ветераны, и военные…

Слушали внимательно и заинтересованно: в вопросах из зала были не только вопросы, но и понимание, переосмысление только что услышанного. Все сошлись на мнении, что примирение красной и белой эпох необходимо. Обиды с той и другой сторон есть, но они преодолимы. А разжигают вражду, будоражат умы, бередят раны враги единства России: и истории, и территории, и менталитета. В итоге поступило предложение и на Урале открыть филиал Изборского клуба. Желающие поработать на благо России, осмысливая её будущее, на Урале есть.

Александра Проханова, Максима Шевченко, Юрия Полякова, Николая Старикова буквально разрывали на теле- и радиоэфиры. Вот вам и провинция! Город бурлит, людей интересуют темы самые разнообразные, желание активно участвовать и жизни страны, своего региона. Спрашивают, спорят, мнение высказывают…

В том, что жители — граждане активные, продемонстрировала и наша прогулка по городу. День погожий, кто гуляет, кто по каким-то заботам спешит. Много магазинов, торговых центров… Город-труженик превратился в город- торгаш. Забегая вперёд, скажу, что это не без сожаления и горечи отметил директор Института системных политических исследований и гуманитарных проектов, политолог Анатолий Гагарин: «Когда в недавнем прошлом избирался стратегический путь развития Екатеринбурга: путь промышленного производственного центра или путь торгового центра, центра услуг, — выбор был сделан в пользу второго пути, и город сегодня занимает первое место в стране по количеству торговых центров на душу населения, опережая даже Москву и С.-Петербург. Легендарные предприятия нашего города –Уралмаш, Эльмаш, Химмаш и другие — утратили свои грандиозные масштабы и черты, уступив «командные высоты» в экономике и в общественном сознании, и не сегодня-завтра отдадут без боя свои территории роящимся как осы «молам» и «бутикам». Происходит вытеснение производственного сектора консьюмеристским, потребительским сегментом, и идёт замена ценностных ориентиров и моральных установок в общественном сознании».

Ломая промышленность, ломали психику, перекодировывали сознание. Ломать — оно не строить. А строить придётся. Не это ли — перспектива заниматься не пустпорожним трёпом «а-ля чтение лекций по 300 тысяч долларов за штуку» — так будоражит передовые либеральные умы? А вот с Болотной да в болота, на торфяные разработки, а? Не бойтесь, не бойтесь, от вас и там толку не будет, удерёте в Лондон. А мы сами справимся, вас и держать не будем. Ещё станут наши «непримиримые борцы» бороться за право стать въездными, требовать поправку пресловутого Джексона-Веника, чтобы их впустили к нам. Нет, нас веником не запугаешь! На американского веника есть русская метла!

…Возле памятника Ленину готовится митинг. Недалеко, через площадь и проспект, собирают подписи против реформы образования и ювенальной юстиции. Совсем молодые люди, а ответили на все заданные нами вопросы. Скорее и задавали мы их, чтобы с удовлетворением констатировать: здравые умы, противящиеся реформам — разрушению, понимающие, как те уже вредят и ещё больше повредят в будущем, есть повсюду. Подписи поставлены. День удался!

Вновь — за город. Казалось бы, уже наговорились. Но и в пути дискуссии, заинтересованные обсуждения… Возбуждённые умы совсем даже не на холостом ходу продолжают обработку и своих высказываний, и мнений коллег, и вопросы- рассуждения. Более того. Прибыв в Таватуй, до глубокой ночи сидели в холле, и все разговоры — не давящие цифрами и фактурой, но очень насыщенные и глубокие. Лаборатория мысли! Дух дышит, где хочет в любое время суток!

Нижний Тагил. Нас ведут в музей военной техники — той, что выпускалась и выпускается на Уралвагонзаводе, который всегда был на слуху, но в недавнем прошлом, в связи с Болотными волнениями стал для всех символом: для кого борьбы рабочего класса с врагами страны, добивающимися её дальнейшей деградации, для кого — борьбы мрачного тоталитаризма со светлыми либеральными силами прогресса и всеобщей любви. Улицы города… Как бы это выразиться… Одним словом, понимаешь, что этот город точно — не сад. Но прилегающая к Уралвагонзаводу территория ухожена, озеленена. Сам музей, его экспонаты внушают гордость на свою страну: да, были машины в наше время… Слава Богу, и сейчас есть. За время войны с 1941 по 1945 года на заводе выпушено 25 тысяч танков, в то время как все страны гитлеровской коалиции одолели 21.565 единиц. Каждые 30 минут на заводе выходила машина, готовая к бою. А за 70 лет заводской истории — 100 тысяч машин изготовлено. Всего разработано на заводе 11 машин. Т-54, Т-55 в 60 странах мира на вооружении! По нескольким позициям завод фигурирует в книге рекордов Гиннеса.. Он –один из самых орденоносных предприятий страны. Да и по праву!

Но вот писатель Константин Черемных отметил, что он на карте «Танки Уралвагонзавода в армиях мира» насчитал, по крайней мере, 5 стран, которые сейчас или уже разгромлены, или вскорости будут, и техника наша туда поставляться не станет. Этакая экономическая география.

На какие-то экспонаты обращаешь большее внимание, на какие-то меньшее. Люди мы мирские, суетные… А Владыка Иннокентий, епископ Нижнетагильский и Серовский вот что отметил: «Танки, броня впечатляют. Но особенно меня потряс один экспонат: фанерный чемодан 20-х годов, с которыми приезжали сюда и раскулаченные, и ссыльные, и добровольцы — разные люди. Выходили из вагонов в чистый лес, начинали строить. Этот чемодан полон грамот – полсотни, пожалуй. На каждой из них Ленин, Сталин, знамёна…. Чемодан принадлежал одной из «рабынь», как бы назвали либералы. Был в музее, как сказала мне экскурсовод, посетитель из Германии. Он увидел, в каких условиях строили завод, изрёк: это геноцид. Ответ экскурсовода немцу был очень простым: «Они же все жили в землянках: рабочие, руководители, инженеры. До выпуска первого вагона не строилось никакого жилья. Все жили и работали в равных условиях».

Это же феномен: человек, который лишён всяких гражданских прав, трудится лучше всех, соревнуется. Не для того же, чтобы заработать эти бумаги. Что это такое? Да, за хороший труд людей восстанавливали в гражданских правах, но это не давало им права покидать данную территорию.

На месте Уралвагонзавода был просто лес, куда фактически пришли люди с топорами, и им нужно было строить цеха, перекрывать большие пролёты. Я как инженер знаю, как делать перекрытия, например. Пилили доски и гвоздевым забоем большепролётные фермы делали — фантастика! Такую работу нельзя только насилием объяснить или политическими соображениями. У меня есть один ответ на это: суть человека оставалась его христианской сутью. Он мог терпеть большие невзгоды, чтобы сделать что-то не для себя. Это коллективизм, социальная солидарность, которую даёт и христианское воспитание. На что-то это умножалось и существовало. Так мы выжили».

Из музея идём во дворец. Красивейший – заводской Дворец культуры. Монументальность и основательность сталинского стиля. Здесь — заседание на тему «Реиндустриализация, развитие российской промышленности. Человек труда».

Было время, когда для рабочих строили дворцы. Александр Проханов считает, что «в Советском Союзе в центре идеологии стоял человек труда. Человек труда и сам труд обожествлялись. Это был не просто труд, направленный на создание продуктов, изделий. Это была целая метафизика труда. Труд должен был стать владыкой мира, то есть через труд должны были быть преодолены и социальные проблемы, и проблемы мироздания. Труд должен был победить второй закон термодинамики, опрокинуть тепловую смерть. Труд – в самых высоких пафосных выражениях — должен был преодолеть смерть. Это была религия труда. Недаром в советское время человек труда изображался в виде античных героев. Статуи сталеваров, колхозников, учёных… Фризы, фронтоны Дворцов культуры украшались этими сверхлюдьми. Их изображали новой расой — расой восхитительных великанов, которая должна была придти в человечество».

Юрий Поляков напомнил, что в период производственного бума в нашей стране появилась мощная литература — производственный роман. И этому отдали дань многие крупные писатели, в том числе Леонид Леонов. В период научно-технической революции искусство откликнулось всплеском произведений об учёных. Интеллигенция и рабочие чувствовали своё единство, они работали вместе на одну цель — процветание страны.

Но ведь до чего дошло! Какие метаморфозы: от отношения к труженику как представителю расы великанов, герою произведений искусства до презрения со стороны какого-нибудь господинчика Полонского, который именно тружеников без миллиарда посылал. Анатолий Гагарин поделился: «Изучая общественное сознание представителей реального сектора, мы специально пригласили на фокус-группы членов журналистского сообщества, которые имеют очень устойчивые мифы о том, кто такой «человек труда». И они с большим удивлением и, может быть, даже неудовольствием, увидели, что представители реального сектора прекрасно разбираются в политике и в целом далеки от того образа, который рисуется в соцсетях как в зеркале нашей повседневности, которое часто является кривым зеркалом. Отчасти это фокусированная линза, с помощью которой можно увидеть характерные искажения сознания социального слоя «виртуалов», а нередко благодаря этой линзе умельцы занимаются выжиганием «по сознанию» карикатурных фигур и оскорбительных фиг.

Но меня «зацепило» другое – эти люди, являясь представителями «реального сектора», смущаются, несут следы отношения к себе, как представителям этого сектора: презрение к рабочему, к человеку труда, что транслируют именно представители «виртуального сектора». Отсюда все обвинения, обидные прозвища, которые мы читаем в СМИ, в соцсетях. Хотя эти люди чаще всего с высшим образованием, работают на станках с программным управлением, но стесняются признаться, что являются представителями класса тружеников, потому что представитель рабочего класса в мифах, которые транслируются «виртуальным сектором» – это недалёкий работяга в грязной промасленной спецовке. Такое же снобистское презрение наблюдается в СМИ и соцсетях к человеку труда в целом, низведенному за последние пятнадцать лет к «шарикову», который посмел «подать голос». Чем нарушил монополию «на голос», который оказался приватизирован представителями самоназванного «креативного класса» («креакла»)».

В том и дело! Право на слово монополизировали те, кто криком кричал о свободе слова. И разрушение этой монополии вывело либерально-активных не только из себя, но и на площади.

Полномочный представитель президента России в Уральском федеральном округе Игорь Холманских удивлён бытующим мнением, что «активность рабочего класса ведёт к расколу общества, к диктатуре и стагнации. А креативный класс якобы является опорой демократии и прогресса. Но такое противопоставление неправомерно. И возрастающая активность трудящихся, в том числе политическая, призвана этот стереотип сломать. Ещё одна причина, по которой нельзя противопоставлять интеллигенцию и трудящихся: духовный труд — это тоже труд».

В том, что Изборский клуб приехал на Урал, посещает предприятия, Холманских видит «необходимое ответное движение от интеллигенции» в сторону труженика «реального сектора».

…Наверное, многих привлекает процесс изготовления какого-то предмета: на твоих глазах из-под рук гончара появляется кувшин, бондарь плетёт корзину, кулинар готовит блюдо… Неслучайно всё больше телепередач посвящены подетальному изготовлению чего бы то ни было… А мы — созерцаем! Вот здорово! Порой и сами вдохновляемся. А на заводе «Уралэлектромедь» нам довелось наблюдать редкий процесс, в домашних условиях точно не попрактикуешься, сколько ни смотри: получение золотого слитка. Двое рабочих, ловко управляясь формой, огромными щипцами выдали «на гора» увесистый брусок, который «пошёл по рукам». Когда ещё доведётся подержать полмиллиона долларов в руках?

Начальник производственного отдела ОАО «Уралэлектромедь» Зуфар Хазиев, который знакомит нас с заводом, рассказывает, что в медных рудах золото и серебро в разной степени концентрации. Всего на заводе выпускают около 10 тонн золота в год и более 250 тонн серебра. Меди – более 170 тысяч тонн. Производство расширяется- строится вторая очередь.

Территория завода — 125 гектаров. Пешком не находишься. Нас везут в цех электролиза меди, цех медной катанки — именно здесь Патриарх Всея Руси Кирилл впервые встречался с рабочими на их трудовом месте. Цех — самый большой в России и один из самых крупных в мире: здесь производят 970 тонн катанки в сутки. 28 метров в секунду скорость этой тонкой струны на выходе: она вылетает из жерла станка и накручивается на барабан. А вот 8 струн скручиваются в одну жилу.

По потреблению меди можно судить о промышленном производстве страны. Это как лакмусовая бумажка. И нынешнее потребление в России – возрастающее — говорит о том, что в промышленности наблюдается рост. Не очень мы его можем фиксировать. Но медь, что называется, не обманешь. Тенденция, однако.

Предприятие нуждается в профессионалах, дорожит ими. Берёт на практику студентов Уральского политехнического, горного института, а потом те и на работу приходят. Холдинг УГМК, куда входит «Уралэлектромедь», немалое внимание уделяет социальным вопросам: есть база отдыха, пансионат, работающим оказывается помощь в жилищном строительстве. Есть благотворительные программы помощи детям, ветеранам. Спорту — как профессиональным командам, так и любительским занятиям спортом — немалое внимание. Прямо напротив Дворца культуры – новый Ледовый дворец.

Ходим по цехам, сморим, слушаем. Медные трубы, например, долговечнее и эффективнее стальных, но СНИПов на них нет, поэтому при жилищном строительстве использовать их нельзя. И «секрет» этого запрета открыл Константин Черемных: «Это результат закона о техническом регулировании 2002 года. Закон фактически затормозил развитее любых технических стандартов, в том числе строительных, потому что наше развитие внешним врагам не нужно. В национальной стратегии публичной политики США сформулирована задача влияния на страны-мишени, в которых надо создать группы влияния. К ним относятся законодатели и масс-медиа». И логичный вывод писателя — «наша насущная задача — деколонизация права». Да уж. Суверенной страной ту, которая руководствуется чуждыми законами, не назовёшь.

Отмечаешь чистоту и в цехах, и в самом городе. На заводских трубах стоят мощные фильтры, которые улавливают взвесь, а потом её еще и пускают в дело. Экологии- большое внимание. Потому что работающие на заводе связывают с краем не только настоящее, но и будущее, своих детей в том числе.

Музей военной техники, часть экспозиции которого размещена под открытым небом, просто заставил рот раскрыть от удивления: пушки, танки, самолёты, корабли, автомобили. Идея создать музей родилась в год 60-летия победы: решили заводчане увековечить память 265 рабочих завода, не вернувшихся с войны, почтить подвиг народа не только воевавшего, но и работающего, ковавшего победу, и установили 2 пушки-памятники. А потом одна за другой… Всего 150 единиц ныне в музее, 80 из них — собственность военкомата, а здесь – на хранении. 20 из них участвуют в военном параде, проходящем 9 мая в городе. К 70-летию победы музей планирует иметь полный ряд артиллерийской техники времён войны. А сейчас самый старый экспонат- пушка 1909 года, отлитая на Путиловском заводе.

Вход бесплатный. «Музей формирует молодого человека», — считают на заводе, чьим структурным подразделением является музей, финансируется. 82 тысячи посетителей было в прошлом году. Приходят семьями, приезжают из разных мест. «9 мая весь город тут у нас»,- со знанием дела сообщает Зуфар Хазиев.

А каковы красавцы автомобили, выпускавшиеся на наших заводах в прошлом! Блестят, манят. Дескать, эх, прокачу! Да, побывав на заводах Урала, понимаешь, что нам есть, чем гордиться, у нас есть, что и кому развивать.

«Богатство страны должно оставаться в стране!» — чеканит Зуфар Зульфатович. Подписываемся без оговорок!

Круглый стол «Национальная модель экономики» — редкий случай, когда всем одинаково интересно говорить, слушать. Московские гости с интересом внимали хозяевам, уральцы — гостям.

Экономика не ради экономики и прибыли как таковой, а ради человека и его духовного развития — с этим согласились все: и мир, и клир, и учёные, и производственники. Национальная модель строится должна для человека и во имя человека, на его благо. А без сильной страны благополучие людей невозможно. Пока мы слушали западные голоса, уверявшие, что, только разрушив все предприятия, низведя человека до примитивного, не умеющего работать, уровня, мы обретём счастье, мир развивался. И сейчас, чтобы нас — лакомый сырьевой кусок мирового пирога — не проглотили заклятые друзья, нужен рывок. И это понимание уже есть на всех уровнях. От понимания — к воплощению!

Урал впечатляет. Прошлым, настоящим. Вселяет уверенность: у России – великое будущее. Но для этого нам всем нужно работать. Как это умеют делать труженики Урала, уральских заводов.

Екатерина Глушик

comments powered by HyperComments