Миссия принца

Николай Коньков, Александр Нагорный

Зачем глава саудовской разведки приезжал в Москву?

Президент России Владимир Путин 31 июля провёл в Ново-Огарёво переговоры с принцем Саудовской Аравии, секретарём Совета Безопасности и главой общей разведки этой страны Бандаром бен Султаном.
Официальная информация об этой встрече минимальна: "обсуждался широкий круг вопросов двусторонних отношений, обстановка на Ближнем Востоке и в Северной Африке". Но с учётом событий последних недель данное событие представляет огромный интерес.
Давайте попытаемся рассмотреть то, что осталось вроде бы "за кадром".
Первое — это раздрай между Саудовской Аравией и Катаром, двумя главными спонсорами "арабской весны", по поводу событий в Египте. В Эр-Рияде фактическое смещение Мохаммеда Мурси с поста президента "страны пирамид" поддержали и одобрили, в Дохе — напротив, расценили как "военный переворот" и заявили о поддержке "братьев-мусульман". Учитывая, что Эр-Рияд напрямую связан с Вашингтоном, а Доха — с Лондоном, данный конфликт идеально вписывается в версию "войны Ротшильдов с Рокфеллерами".
Эмиссары из госдепартамента США, специально приехавшие в Египет с целью склонить Мурси к участию в некоем "коалиционном правительстве", получили от интернированного президента жесткий отказ с требованием восстановить статус-кво и наказания виновных в "государственном перевороте". Столкновения военных с исламистами продолжаются и приобретают всё более ожесточённый и масовый характер.
В данной связи показательно, что Бандар бен Султан прилетел в Москву прямиком из Вашингтона, где, видимо, получил определенную информацию для переговоров с российским президентом, в том числе — инструктивного характера.
Далее — это уже второе — развитие конфликта в Сирии, где салафитская оппозиция терпит очевидное поражение в боях с правительственными войсками, ставит на повестку дня вопрос о будущем государственном устройстве этой страны. Причем, боевики-сунниты, судя по всему, допустили тяжелейшую политическую ошибку, расстреляв на севере Сирии 450 заложников-курдов, что полностью разрушило все усилия официального Вашингтона по втягиванию 40-миллионного курдского народа в антисирийский и антииранский альянс. Теперь, помимо ливанской "Хезбаллы", на стороне Башара Асада в Сирии будут сражаться и вооруженные курдские формирования.
Что, в свою очередь, — это уже третье — ставит Турцию, переживающую собственное издание египетских событий, в весьма сложное положение. Пожизненное заключение для бывшего начальника генштаба турецкой армии Илькера Башбуга и ряда других видных военных и гражданских деятелей, обвиняемых в причастности к деятельности тайной организации "Эргенекон", которая якобы готовила государственный переворот ("план "Кувалда"), по замыслу сторонников премьер-министра Турции Реджепа Эрдогана, видимо, должно ослабить "кемалистское" крыло в армии, готовое поддержать протестное движение в крупных городах против "диктатуры исламистов".
На фоне триумфальной инаугурации президента Ирана Хуссейна Роухани позиции нынешнего турецкого руководства выглядят критически ослабленными, а необходимость нормализации отношений с Тегераном становится очевидной и для США, и для Саудовской Аравии. То же самое касается и международного статуса иранской ядерной программы, и — еще раз — ситуации в Сирии.
Конкретное содержание тех предложений, которые привез из Вашингтона и Эр-Рияда в Москву Бандар бен Султан, разумеется, нам неизвестно, но там непременно должны были присутствовать как явные "пряники" (многомиллиардные саудовские инвестиции в российскую экономику, сохранение высоких мировых цен на углеводородные энергоносители, являющиеся основой социально-экономического благополучия России), так и неявные, но от того не менее неприятные "кнуты" (прекращение притока "нефтедолларов", поддержка и активизация салафитского подполья в "исламских" регионах и на всей территории России, особенно в связи с грядущей сочинской Олимпиадой, и т. д.).
Судя по реакции российского президента, на "пряники" совместного американо-саудовского производства он не польстился, а "кнутов" не убоялся. Не исключено, даже напомнив своему высокому гостю о ливийском прецеденте, когда мягкая позиция России, пошедшей не только на введение санкций ООН против Муаммара Каддафи, но и на выдачу собственных граждан ливийским боевикам, ничего хорошего нашей стране не принесла. Да и Ливии тоже.
Столь жёсткая позиция Кремля обусловлена прежде всего тем, что в пространстве официальной дипломатии усилиями американских политиков ему не оставлено ни малейшей "степени свободы": либо безропотно подчиниться американскому диктату, либо пойти на открытую конфронтацию с Вашингтоном. И абсолютно права политолог Вероника Крашенинникова, которая охарактеризовала американскую позицию в отношении к России так: "Владимир Путин должен отдать Сноудена, сдать Башара Асада и сам уйти из власти". В принципе, Обаме и Ко достаточно даже последнего пункта — тогда предыдущие решатся автоматически. Собственно, вся "болотная" оппозиция была "заточена" на достижение данной цели, а специалист по "цветным революциям" Майкл Макфол именно поэтому был назначен американским послом в Москве. Но — не сложилось, и теперь Макфол вынужден изображать из себя убежденного политического вегетарианца, стоически переносящего "хулиганские нападки этих несносных русских". Что ж, не мытьем так катаньем американский "товарищ волк" будет добиваться своего.
Иное дело, что сегодня Путин может чувствовать себя гораздо увереннее, чем зимой 2011/2012 года. Все рычаги власти снова в его руках, процессы евразийской интеграции успешно развиваются, отношения с Великобританией можно считать почти нормальными, а с Китаем — близкими к оптимальным. Достаточно вспомнить в этой связи грандиозный договор между "Роснефтью" и CNPC, согласно которому Россия получит за 25 лет 270 млрд. долл., из них 70 млрд. — в качестве единовременной предоплаты. Россия востребована во всех международных организациях, от ООН и ШОС до "большой восьмерки", реализуются (или легализуются) крупные инфраструктурные проекты, призванные придать единству страны новое пространственно-временное измерение.
Разумеется, все эти успехи и достижения ничуть не отменяют внутренних проблем страны — особенно чудовищного уровня социального и регионального неравенства, которое особенно остро воспринимается в условиях экономической рецессии. Несмотря на все разговоры о модернизации, сохраняется и даже углубляется сырьевая, нефтегазовая ориентация российской экономики. Финансовая система страны по-прежнему действует в рамках "вашингтонского консенсуса", что приводит к оттоку из страны около ста миллиардов долларов ежегодно и закрепляет стагнацию реального сектора экономики, особенно её высокотехнологичных отраслей, которые душит пресловутый налог на добавленную стоимость (НДС), оставляя им только "экспортную лазейку".
Добавьте к этому галопирующую инфляцию (стоимость минимальной потребительской корзины за семь месцев текущего года, согласно данным Роскомстата, повысилась более чем на 13%), проблемы, связанные со вступлением в ВТО, а также вызванный социально-экономическими причинами всплеск межнациональных конфликтов, — и станет понятно, что Кремль сегодня вынужден действовать в весьма узком "коридоре возможностей", параметры которого он либо не хочет, либо не может менять самостоятельно.
Всё это очень хорошо понимают и за рубежом. Так что нынешняя миссия саудовского принца вовсе не была случайным экспромтом. Её следует рассматривать скорее как одну из последних попыток повлиять на курс Кремля, открыто задействовав как мусульманский, так и нефтегазовый рычаги давления. Но, повторим еще раз, эти рычаги не сработали.
Оправдает ли себя всё более очевидная ставка Путина и Кремля на конфронтацию с США и на союз с Китаем (и — за скобками — Великобританией)?
Пока этот вопрос остаётся открытым — поскольку и внутри США, и внутри Великобритании, и внутри РФ (даже внутри КНР), не говоря уже о мусульманском мире, действуют очень разные и разнонаправленные политические силы, поэтому обозначенное выше противостояние носит куда более сложный характер.
Но в целом сделанный российским президентом выбор следует признать верным — тем более, что он объективно способствует усилению патриотических сил как в обществе, так и на всех этажах российской "властной вертикали". Впрочем, новыми возможностями необходимо еще эффективно распорядиться. А для этого нужен новый политический субъект, не сводимый ни к существующим парламентским партиям, ни к личности действующего президента России.

Завтра 8.08.2013

ПОДЕЛИТЬСЯ
Александр Нагорный
Нагорный Александр Алексеевич (р. 1947) ‑ видный отечественный политолог и публицист, один из ведущих экспертов по проблемам современных международных отношений и политической динамике в странах с переходной экономикой. . Вице-президент Ассоциации политических экспертов и консультантов. Заместитель главного редактора газеты «Завтра». Постоянный член и заместитель председателя Изборского клуба. Подробнее...