В Армении нарастает политическая борьба. Новости об аресте, объявлении в международный розыск бывших высоких чиновников и их родственников, призывах к отставкам стали обыденностью армянского информационного поля. Бывшая власть, а теперь – оппозиция пытается выбить «стул» из-под действующего главы республики – премьер-министра Никола Пашиняна.

Сам Пашинян ведет опасную игру с Москвой, порой делая довольно провокационные заявления. На этом фоне отпущенный из-под ареста экс-президент Армении Роберт Кочарян заявил о возвращении в политику и собирает свою команду.

Что происходит в Армении, чем это может закончиться и о сближении России и Азербайджана в интервью «Москва-Баку» рассказал лидер Международного Евразийского движения Александр Дугин.

— Александр Гельевич, создается впечатление хаоса в Армении и нарастающей борьбы нескольких сил. Дело 1 марта 2008 года и преследование прежней власти. Республиканская партия не перестает критиковать любые действия Пашиняна. Радикальная вооруженная группировка «Сасна црер», та самая, которая захватила в заложники полицейских патрульно-постовой службы в Ереване в 2016 году, объявила, что планирует создать политическую партию…

— В Армении сейчас решается очень серьезный вопрос – какой будет новая политика страны после прихода к власти Никола Пашиняна. В стране существует несколько сил, которые сейчас получили новые позиции. Это так называемый карабахский клан Кочаряна – Сержа Саргсяна, который опирался на союз с Москвой. Несмотря на то, что клан был отстранен от власти, он все еще сохраняет свои позиции и представляет определенную силу.

В это пространство пытаются войти новые игроки. В первую очередь это прозападные силы, которые в значительной степени стоят за Пашиняном, «бархатной» революцией и которые традиционно за счет большой армянской диаспоры в США и Западной Европе стараются оторвать Армению от Москвы. При этом, в отличие от Москвы, Запад предложить Армении ничего не может. Мы видим, как легко он жертвует своими союзниками, такими как Грузия, Украина, спокойно бросая их в котел гражданской войны, кровопролития, лишь бы создать конфликтную ситуацию с Россией. В случае с Арменией пытаются реализовать тот же сценарий. Армянских сторонников прозападного курса огромное количество. Мы знаем, что в Ереване самое крупное посольство США на территории Евразии. То есть Запад ведет работу по этому направлению.

Также в Армении поднимают голову «инструментальные» националисты, как «Сасна црер». Это вооруженная антироссийская группировка, известная захватом летом 2016 года здания полка ППС полиции в Ереване. Сейчас «Сасна црер» объявила о поддержке Пашиняна,  отказе от идеи вооруженной борьбы и формировании партии.

Смею предположить, что «Сасна црер» опирается на поддержку Сороса и западных фондов. Эти фонды, кстати, с одной стороны выступают противниками всякого национализма, с другой стороны, когда национализм направлен против России или каких-то других противников, Ирана, например, или на сегодня – Турции, охотно используют неонацистские силы. На мой взгляд, если «Сасна црер» добьется формирования в партию, это станет показателем, что она представляет собой именно такой проект.

На фоне всей этой внутриполитической борьбы в Армении есть желание обычных людей выйти за пределы сложившейся в стране нездоровой ситуации. Это тоже нельзя сбрасывать со счетов, нельзя считать, что вся политика в Армении делается исключительно манипуляторами в ту или иную сторону. Есть народ, который стремится к миру, благополучию, прозрачности, разумному и справедливому обществу, демократии. Без народной поддержки Пашинян не смог бы прийти к власти.

Совокупность этих факторов рождает сегодняшнюю ситуацию в Армении. Сейчас будет решаться, какая парадигма выиграет. Геополитический статус-кво, которого придерживался Серж Саргсян, а именно альянс с Россией, руководство Армении необходимо сохранить любой ценой. Это необходимое условие существования Армении во всех смыслах.

Полагаю, даже самые прозападные демократические, либеральные или даже националистические политики понимают, что существование Армении в той форме, которая есть сегодня, опирается на поддержку России и смена этой формы повлечет за собой ухудшение ситуации в республике.

Если новое руководство Армении (а не исключено, что Пашинян не останется на своем посту) будет и дальше следовать евразийской геополитической парадигме, в рамках ОДКБ, то ситуация будет развиваться более-менее предсказуемо, по крайней мере с точки зрения расклада общего баланса сил на Южном Кавказе.

Но мы видим подъем националистических, антироссийских тенденций. Это показывает, что ситуация может выйти за грани, пойти по катастрофическому сценарию. Прежде всего для самой Армении. Ситуация станет непредсказуемой, к внутриполитической оппозиции может добавиться мощнейший геополитический фактор. Плохо это будет и для России, поскольку Армения находится в зоне российской ответственности, она участник интеграционных объединений. В этом случае, как показывает украинский опыт, Россия не может пассивно бездействовать — это будет слишком дорогого стоить. Россия не допустит в зоне своей ответственности подобного рода развития катастрофической ситуации. Это скажется на балансе сил во всем регионе. Пока ситуация еще не вышла за критическую линию. Сейчас Москва не вмешивается в ситуацию в Армении и предоставляет силам возможность определиться, устояться, надеясь на рациональность армянского народа.

— Кочарян объявил о намерении вернуться в политику, экс-президент собирает свою команду, скупает ведущие СМИ Армении. Есть ли у него перспективы в политике? Ведь народ, приняв Пашиняна, можно сказать, отказался от «карабахского клана» Кочарян-Саргсян…

— У Кочаряна есть такие перспективы. Я уже отметил, что «карабахский клан» при всем при том, что потеснен в значительной степени Николой Пашиняном, не утратил своих позиций. Для современной армянской политики Карабах, несмотря на то, что им много спекулировали и спекулируют, является во многом решающим аргументом, своеобразным козырем. Его включают в действие, когда все идет плохо и можно сказать: «Зато Карабах наш». Любая попытка поставить под сомнение вопрос Карабаха вызывает отторжение у всех сил в Армении – демократов, либералов, западников и т.д. Карабахский клан на этом пришел к власти.

Думаю, у Кочаряна есть зазор для укрепления своих позиций. Но все сейчас в Армении непредсказуемо и очень много деталей в отношениях. Нелинейная ситуация, она близка к хаосу. Пока поворота в какую-то сторону в Армении я не вижу.

При этом карабахский фактор пытаются использовать все силы армянской политики. За счет карабахского фактора в Армении объяснялось отсутствие социально-экономических успехов. Фактор карабахского конфликта нельзя недооценивать. Национальное сознание и национальная мифология в политике любого общества играют подчас решающую роль. Притом, что с рациональной точки зрения общество может понимать — это всего лишь символ, на их жизни это никак не сказывается, но может за счет него и оправдывать свои страдания.

— Какова позиция Москвы в отношении происходящего сегодня в Армении, кого она поддерживает?

— Не думаю, что Россия особо вмешивается во внутреннюю ситуацию в Армении. Нельзя сказать, что у России на армянском политическом поле есть какие-то излюбленные кандидатуры. Москве интересен тот политик, который будет выступать наследником прежней геополитической линии страны, неважно, будь он демократ, националист или кто-то еще. Россия, пока ситуация не вышла за критическую черту, наблюдает за процессом. Кстати, представители разных армянских кланов очень активны в Москве. Они-то и пытаются представить дело так, что Россия поддерживает то одного, то другого кандидата.

Реальная же позиция Москвы очень взвешенная, я бы сказал нейтральная.

Но для Москвы в отношениях с Арменией есть принципиальный вопрос. Россия твердо намерена реализовать первый этап нагорно-карабахского урегулирования с возвращением Азербайджану пяти захваченных армянскими ВС районов вокруг Нагорного Карабаха. С Сержем Саргсяном были достигнуты серьезные подвижки в этом направлении. К сегодняшнему дню это необходимое условие для блокирования дальнейших сложностей в регионе.

Москва в этом вопросе будет непреклонна, независимо от того, какая сила будет у власти в Армении. Кто бы ни пришел, он должен в отношении карабахской проблемы следовать договоренностям, достигнутым с предыдущим армянским руководством и согласованным между основными региональными силами. Против возвращения Азербайджану пяти районов ничего не имеет против и Запад, то есть это устраивало бы всех.

Кстати, этот аспект для отношений России и Армении будет тестовым моментом. Мы видим, что Пашинян на первом этапе заявил, дескать, он знать не знает ни о каких договоренностях. Это очень тревожный сигнал и признак того, что нарушаются стратегические формы договоренностей. Если новая Армения будет продолжать такую линию, к сожалению, ситуация обострится, и Москве прийдется пересматривать формы взаимодействия с Ереваном. Пока же все остается по-прежнему, по крайней мере, со стороны Москвы.

— Пашинян периодически заявляет, что сепаратисты Карабаха тоже должны стать участниками переговорного процесса с Баку. В последний раз армянский премьер сделал такое заявление на митинге в честь 100 дней своего пребывания на посту. Пашинян таким образом пытается отстраниться от конфликта, показать, что Ереван тут как бы и ни при чем? 

— На митингах политики часто делают заявления, направленные на внутреннюю аудиторию. Это классическая риторика относительно того, что Карабах представляет собой самостоятельное государство, которое по факту не признано даже самой Арменией, не то, что каким-либо другим государством. Это просто митинговая риторика Пашиняна. Со всей серьезностью к таким заявлениям я относиться бы не стал. Все прекрасно понимают, что Карабах существует за счет поддержки Армении, а также за счет диаспоры – западной, российской. Сама Армения Карабаху с трудом помогает, там ситуация плачевная. В любом случае, субъектом является не Карабах, а Армения. И все переговоры о дальнейшей судьбе азербайджанских оккупированных территорий должна вести только Армения. Карабах – это не субъект. На самом деле, думаю, Пашинян пока просто берет паузу в вопросе карабахского урегулирования, в принципе, он прямо говорит, что пока не готов этот вопрос обсуждать. Он не готов к реальным шагам для реальной политики по нагорно-карабахскому урегулированию. Мне представляется, что у Пашиняна сейчас нет ясной программы и он лавирует между разными силами.

Армянские политики довольно рациональны и, думаю, Пашинян, немного укрепившись у власти, если ему удастся, поймет, что без России этой власти просто не будет.

Пока Пашинян определенную грань в отношениях с Россией не перешел, но уже к ней подошел – в частности, заведенное на генсека ОДКБ Юрия Хачатурова дело и еще ряд подобных действий и заявлений. Может быть, это такая разведка Пашиняна боем, он смотрит на реакцию Москвы, смотрит, куда можно ходить, куда нельзя, где красные флажки. Нужно учитывать, что Пашинян только оказался в большой политике.

Возможно, Пашинян действительно воспользовался западной поддержкой, чтобы стать национальным лидером, а дальше будет действовать по обстоятельствам. Если Запад потребует от него делать определенные шаги, несовместимые с интересами Армении, а это произойдет самым быстрым образом, посмотрим, как он на это отреагирует. Многие национальные лидеры приходят к власти при поддержке одной страны и когда от них требуется ответить за поддержу, возникает конфликтная ситуация, поскольку изнутри видно, что выполнить требование стороны-«заказчика» — все равно, что совершить политическое самоубийство. Многие выбирают власть ценой предательства внутренних сил и внешних патронов, благодаря которым они восходят наверх.

Стоит отметить и такой важный фактор. На фоне колебаний, процессов на грани коллапса в Армении, мы видим, что политика российско-азербайджанских отношений напротив, очень устойчивая. Она набирает обороты и здесь президент Ильхам Алиев делает очень мудрые, последовательные шаги. Азербайджан сближается с Москвой, выходит на все новые и новые горизонты. Пока Армению штормит, Азербайджан очень эффективно набирает свои позиции и постепенно становится по-настоящему главным стратегическим партнером России на Южном Кавказе. Мне кажется, на фоне неопределенности которая есть в Армении, та конструктивная, позитивная и набирающая силу определенность, наблюдаемая сегодня в российско-азербайджанских отношениях, выгодно отличается, дает сейчас и, безусловно, представит в будущем свои самые позитивные плоды.

Об этом свидетельствует и предстоящий на следующей неделе официальный визит президента Азербайджана в Россию. После исторического саммита в Актау, очень важного для Каспийского региона, российско-азербайджанские отношения стремительно усиливают свои качества и находятся на взлете.

Насколько известно, в Азербайджане прозвучала инициатива о возможности присоединения государства к ОДКБ. Может быть это просто пожелание сил, которые хотят укрепить позиции российско-азербайджанского сотрудничества, вполне здравых и благожелательных, и я не исключаю, что именно в этом направлении развиваются наши отношения. Азербайджан все больше и больше демонстрирует свою готовность укреплять стратегический союз с Россией. И на этом пути каждая встреча наших президентов, каждый российско-азербайджанский саммит представляет собой рывок вперед. Они – лично Алиев и Путин являются архитекторами нового сближения к стратегическому союзу России и Азербайджана. Поэтому каждая встреча на вес золота. В ходе таких встреч и достигаются настоящие, серьезные исторические прорывы. Встречи заставляют двигаться неповоротливые институты наших стран, которым порой приходится догонять своих лидеров, которые по сути создают новую реальность. И на самом деле сегодня Россия и Азербайджан по факту стратегические союзники.

— На фоне той ситуации, которая сложилась сейчас в Армении, можно сказать, что Азербайджан занял выжидающую позицию по нагорно-карабахскому процессу?

— Азербайджан уже не просто выжидает, он наращивает свой потенциал. Это сродни таким ситуациям: остается здоровым, когда другой болеет; остается сильным, когда другой слабеет, остается вменяемым, когда другой сходит с ума. Это не просто стратегия ожидания Азербайджана, это стратегия победы. Я думаю, сейчас Азербайджан, если угодно, побеждает. Потому что развитие отношений с Москвой и есть прямой путь к победе и реализации своих собственных интересов. Думаю, что излишнее вмешательство Азербайджана в эти процессы могло бы быть признаком слабости и неуверенности в себе. Азербайджан же ведет себя как сильная последовательная уверенная в себе держава, имеющая свою стратегию, свой собственный план. Именно это и вызывает уважение и это является важнейшим козырем и залогом успеха.

ИсточникМосква-Баку
ПОДЕЛИТЬСЯ
Александр Дугин
Дугин Александр Гельевич (р. 1962) – видный отечественный философ, писатель, издатель, общественный и политический деятель. Доктор политических наук. Профессор МГУ. Лидер Международного Евразийского движения. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...