Полярная звезда России

Владислав Шурыгин

Северный флот вчера, сегодня и завтра

"Лидером XXI века станет тот, кто укрепится в Арктике — там сосредоточены важнейшие ресурсы. Причем укрепится не словом и росчерками в картах, а на деле — платформами и морским флотом… России нужен новый флот — военный и гражданский"

Дмитрий РОГОЗИН, вице-премьер Правительства России, председатель Военно-промышленной комиссии

Севера

…Из Москвы мы вылетели уже в темноте. Немолодой лизинговый "бобик" — "Boeing 737", подрагивая и поскрипывая бесчисленными сочленениями, отжавшись от бетона внуковской полосы начал карабкаться на эшелон, оставляя внизу справа огромное электрическое зарево Москвы. Оно ужималось и отдвигалось всё дальше за спину, и скоро за иллюминатором была лишь только тьма. Но ночь была недолгой. Совершенно неожиданно за иллюминатором, на западе, забрезжила багряная заря. Тьма стала растворяться в серой мгле сумерек, а ещё через полчаса из малиново-оранжевой зари вдруг совершенно неожиданно густо брызнули лучи солнца. При этом мы не летели за ним, догоняя день. Нет, солнце появилось откуда-то слева. Сумерки тут же сменились сизой вечерней дымкой. Под плоскостями ослепительно засеребрились бесчисленные озёра, а из-за горизонта выглянул ослепительный край солнечного диска. В Мурманске мы сели уже почти при ясном дне. Светило солнце, за дверями аэропорта на выходящих пассажиров наваливался густой головокружительный запах цветущего шиповника, того, который у нас отцвёл уже месяц тому. На градуснике аэропорта светились цифры "+26". На часах было половина двенадцатого ночи.
Вот тебе и Севера…
— Это в Питер народ едет "белые ночи" смотреть, экзотикой наслаждаться. У нас обычно от "белых ночей" уезжают, — словоохотливый водитель рассказывал о мурманской жизни, — здесь в июне солнце вообще не заходит. Спать можно только при зашторенных окнах. Не все это переносят. Но полярная ночь это ещё хуже. Круглые сутки темно. Зато у нас служить легко.
— Это почему? — я с любопытством встрепенулся
— Так что той службы? Всего два дня… — И, поймав мой удивлённый взгляд в зеркале заднего вида, засмеялся, понимая, что я попался на его шутку. — У нас же дни полярные. По полгода. И ночи такие же. Вот и служат солдаты на Севере всего два дня. А теперь так вообще, всего на один день в армию идут… — и он снова весело хмыкнул…
За окнами авто мелькал странный лес. Точнее, подлесок. На бесчисленных гранитных скалах и "черепах" густо теснились невысокие, в руку толщиной деревца, в основном берёза. Но среди березняка часто мелькала рябина с её наливавшимися оранжевыми тяжёлыми кистями ягод. Тут было царство мха всех цветов и расцветок и царство воды. Справа и слева от дороги непрерывной чредой мелькали зеркала и блюдца озер. Они были всех размеров: от небольшого бочага до роскошных "швейцарских", которые обычно украшают туристические проспекты, при этом располагались на разных высотах, иногда почти балконами, друг над другом.
Севера…
…Почему здесь повелось говорить о своей жизни на Севере во множественном числе, теперь уже никто не сможет пояснить, но традиция есть традиция. И в разговорах с мурманчанами, с теми, кто живёт и служит в гарнизонах вокруг Мурманска, я то и дело слышал: "…у нас на Северах", "…вернуться на Севера", "уехать с Северов". Может быть, потому, что русский Север — это целая вселенная, у которой тысяча непохожих друг на друга лиц. И, проехав всего тридцать километров от Мурманска до легендарного Полярного, ты оказываешься в совершенно другой реальности. Никакого леса, никаких деревьев. Только зализанный до округлости гранит скал, мох в расщелинах и низинах и неподвижная, словно вырезанная из тёмного обсидиана плита Екатерининской бухты.

Полярная звезда России

Долгие годы бывший и остающийся закрытой военно-морской базой Полярный, в силу своей искусственной "изоляции", оказался незаслуженно "замолчен" в отечественной истории. И только когда оказываешься в Полярном, когда прочтёшь названия его улиц, надписи на памятниках и пройдёшь через залы неожиданно большого и завораживающе интересного городского музея, начинаешь понимать истинное значение Полярного в русской истории. По сути, Полярный — легенда. Именно с именем Полярного, а ещё раньше Александровска, связана почти вся история исследования и освоения Севера и Арктики.
В 1900 г. из Александровска на поиски таинственной Земли Санникова отправилась экспедиция Эдуарда Толля на судне "Заря". И эта погибшая экспедиция стала прообразом экспедиции в романе Владимира Обручева "Земля Санникова". В романе без фамилии упомянут и один из оставшихся в живых офицер команды "Зари". Без фамилии, потому что прообразом его был не кто иной, как один из лидеров "Белого движения" барон Александр Врангель, гидрограф, гидролог, магнитолог, гидрохимик и картограф экспедиции.
Именно из Екатерининской бухты отправлялись в полярные экспедиции русских исследователей Арктики: Литке на шлюпе "Камчатка", Русанова на судне "Геркулес", Брусилова на шхуне "Святая Анна", той самой, чья история потом легла в основу знаменитого романа Вениамина Каверина "Два капитана", который, кстати, писался здесь же, в Полярном! И ещё десятки других менее известных экспедиций и походов.
В 1898-1929 гг. здесь базировалась знаменитая биологическая станция, переведённая с Соловецких островов, в которой трудились такие звёзды отечественной науки, как академик Николай Вернадский, будущие академики зоолог Артемий Иванов, геохимик Александр Виноградов, геофизик и океанолог Василий Шулейкин, гидробиолог Лев Зенкевич, члены-корреспонденты Академии наук биохимик, физиолог и микробиолог Владимир Буткевич, протозоолог и паразитолог Юрий Полянский, океанолог и полярный исследователь Николай Зубов, зоолог и художник-анималист Николай Кондаков, морфолог-эволюционист Дмитрий Федотов, гидробиолог Павел Ушаков.
А вообще, освоение Екатерининской гавани началось ещё в 1723 г., когда Пётр I подписал указ об организации Кольского китоловного промысла. С 1803 г. гавань стала основной базой Беломорской китобойной компании.
В 1899 г. был официально открыт новый административный центр края — город Александровск-на-Мурмане, и порт, названный в честь жены Николая II императрицы Александры Фёдоровны. Позже город стал называться Александровск и несколько лет был уездным городом.

И всё же самая яркая и героическая страница Полярного была написана в советское время, когда здесь, в Полярном, в который был переименован Александровск в июле 1937 года, побывала группа высших руководителей СССР во главе с Иосифом Сталиным. Именно Сталин был тем человеком, который выбрал базу для созданного Северного флота. На буксире "Буревестник" он с Наркомом по военным и морским делам, председателем Реввоенсовета СССР Климентом Ворошиловым, лидером ленинградских большевиков Сергеем Кировым, первым секретарём Мурманского окружкома ВКП(б) Абрамом Абрамовым и председателем окрисполкома Пётром Горбуновым обошёл несколько бухт Кольского залива и выбрал для базы флота Екатерининскую гавань.
15 апреля 1933 г. народный комиссар обороны СССР подписал приказ, согласно которому на Север совершили переход эскадренные миноносцы "Урицкий" и "Куйбышев", сторожевые корабли "Ураган" и "Смерч", а также подводные лодки "Декабрист" и "Народоволец". Эти корабли составили экспедицию особого назначения (ЭОН-1).
1 июня циркуляром начальника штаба РККА была сформирована Северная военная флотилия с местом базирования в Мурманске — Кольский залив. Первым её командующим был назначен флагман 1 ранга Захар Закупнев.
5 августа 1933 года корабли ЭОН-1 пришли в порт Мурманск, конечный пункт похода и временную базу. К этому моменту уже полным ходом шло строительство первой военно-морской базы в Полярном, и 5 ноября 1935 года над Екатерининской гаванью прогремел 21 залп из орудий эсминца "Карл Либкнехт" в честь перехода военных кораблей из Мурманска в Полярный на постоянное место базирования. И почти сразу началась боевая учёба, освоение северных широт.
В том же году дивизион подводных лодок впервые совершил поход к Новой Земле. В 1936 году два эскадренных миноносца "Войков" и "Сталин" совершили уникальный переход из Заполярья на Дальний Восток Северным морским путем. Экипажи подводных лодок Д-1, Д-2, Д-3 под командованием капитана 1 ранга К.Н. Грибоедова удачно преодолели путь через Маточкин Шар в Карское море.
11 мая 1937 года приказом народного комиссара обороны флотилия была преобразована в Северный флот. Командующим флотом был назначен флагман 1 ранга Константин Иванович Душенов. До назначения командующим Северным флотом он два года командовал Северной военной флотилией. Под его руководством на Севере продолжалось строительство баз и аэродромов, создавались береговая оборона и судостроительная база, осваивался и оборудовался морской театр.
Судьба первого командующего сложилась трагично. Через год Душенов попал под маховик репрессий, был арестован и в феврале 1940 года расстрелян. Но имя его бережно хранят моряки Полярного.
Роль и значение Северного флота по-настоящему стали понятны в годы Великой Отечественной войны. Мурманск фактически стал северной крепостью страны и одновременно её воротами, через которые в страну пошла помощь союзников, знаменитый "ленд-лиз", и на Северный флот легла задача прикрытия полярных конвоев, которые шли из английских портов и после 20-го градуса восточной долготы у острова Медвежий входили в нашу оперативную зону. Всего за годы войны силами Северного флота было проведено 78 конвоев, в порты Мурманска и Архангельска пришли 1548 судов.
И даже в знаменитой песне "Прощайте, скалистые горы" строфа "Прощай, любимый город, уходим завтра в море…" посвящена именно Полярному, где находились база Северного флота и штаб командующего Северным флотом контр-адмирала Арсения Головко.
Судьба адмирала Головко хранит немало тайн: так, Арсений Григорьевич единственный из командующих флотами, кто за годы войны не был награждён званием Героя Советского Союза, хотя Северный флот под его командованием проявил себя с самой лучшей стороны и воевал воистину героически.
Интересная деталь, мало кто знает, что Великая Отечественная война на Севере началась не 22 июня, а 17 июня, когда над Кольским заливом появился немецкий самолет-разведчик. Приказ Головко был категоричен: неопознанные самолеты — сбивать!
Как невесело шутят историки Северного флота, адмирала Головко можно заносить в книгу рекордов Гиннесса. Арсений Григорьевич пять раз представлялся к званию Героя Советского Союза, из них четыре раза посмертно и два раза к званию Героя России, тоже посмертно. Итого, семь раз!
Но до сих пор историческая справедливость не восстановлена…

Океанский, атомный, ракетно-ядерный…

Уже к концу войны стало ясно, что Екатерининская бухта не отвечает требованиям растущего флота, и 1 сентября 1947 года штаб и командование флота переместились в Североморск, который с этого дня стал "столицей" Северного флота. И уже там Северный флот продолжал совершенствоваться, стал атомным, ракетоносным, океанским. Самым мощным и многочисленным флотом Советского Союза.
Вот основные вехи его "взросления":
В сентябре 1955 года впервые в мире в Белом море был произведен старт баллистической ракеты с подводной лодки, а в июне 1956 года первая ПЛ "Б-67" с баллистическими ракетами была принята в состав Северного флота.
1 июля 1958 года был поднят военно-морской флаг на первой отечественной атомной подводной лодке "К-3" (впоследствии получившей наименование "Ленинский комсомол"). 10 апреля 1959 АПЛ "К-3" вступила в состав Северного флота.
В сентябре 1960 года произведен первый в мире пуск баллистической ракеты из подводного положения подводной лодкой "Б-67" (командир — капитан 2 ранга В.К. Коробов).
17 июля 1962 года, совершив поход подо льдами Арктики, атомная подводная лодка "Ленинский комсомол" впервые в истории всплыла в районе Северного полюса, где были водружены государственный флаг СССР и военно-морской флаг.
Всего с 1962 года подводники побывали на Северном полюсе и выполняли задачи в приполюсных районах более 300 раз.
В 1966 году отряд подводных лодок Северного флота совершил групповое кругосветное плавание, пройдя без единого всплытия 25 тысяч миль.
В сентябре 1963 года две атомные подводные лодки СФ впервые в истории совершили переход подо льдами Арктики с Северного на Тихоокеанский флот. В последующие годы такой переход совершили более 25 подводных лодок.
Подводниками Северного флота с 1962 по 1996 год совершено более 300 плаваний в приполюсные широты, более 25 подводных лодок совершили межфлотские переходы Северным морским путем с Северного на Тихоокеанский флот, а 3-с Тихоокеанского флота на Северный.
С 1972 по 1996 годы 69 кораблей Атлантической эскадры надводных кораблей выполнили задачи 33 боевых служб только с отличными и хорошими оценками.
Всего в послевоенный период за самоотверженное выполнение воинского долга, мужество и героизм звание Героев Советского Союза присвоено 41 североморцу, 27 воинов флота стали Героями Российской Федерации, из них десять — за Чечню….

Но военная история Полярного после перехода штаба флота в Североморск не закончилась. Город продолжил нести боевую вахту. Здесь была развёрнута Кольская флотилия разнородных сил. Тральщики, малые ракетные корабли, противолодочные корабли и, конечно, подводные лодки, знаменитая Краснознаменная ордена Ушакова 1 степени эскадра подводных лодок, чьи дизельные лодки выходили на боевую службу практически во все моря и океаны.
А потом пришли лихие девяностые. Они страшно ударили по флоту. Без финансирования флот очень скоро "встал у стенки" — перестал ходить в море, не было денег ни на содержание, ни на ремонт кораблей. Да что там говорить, даже зарплаты морякам не платили иногда по четыре-пять месяцев. В этих условиях начался распад. Без ремонта и обслуживания корабли стремительно выбивали ресурс и застывали у причалов мёртвыми утёсами стали. Началось массовое списание и вывод из линии кораблей, которые в нормальных условиях могли ещё десятилетия находиться в строю. Новые корабли не строились. Базы и гарнизоны приходили в упадок. Увольнялись люди.
За следующие десять лет безвременья флот потерял половину своего корабельного состава и больше 60% своих подводных лодок.
Это было страшное время. Казалось, история флота заканчивается навсегда, и вот-вот он просто прекратит своё существование. Фактически флот держался только на энтузиазме и преданности ему моряков, которые без денег, изыскивая любые возможности, поддерживали жизнь своих кораблей, служили, защищали страну.
Ситуация начала выправляться только в середине "двухтысячных".
Сегодня можно уже с уверенностью сказать, что в прошлом остались годы, когда флот практически стоял у стенки без топлива. Теперь корабли Северного флота можно встретить в самых дальних уголках планеты. Они несут службу в Средиземном море у берегов Сирии и в Аденском заливе борются с пиратами.
Но, несмотря на то, что времена глухого безденежья и угасания флота ушли в прошлое, проблем у флота хватает.
И первая из них — старение флота.
За двадцать лет на флот пришло считанное количество новых кораблей и подводных лодок, при этом практически не вёлся ремонт находящихся в строю. И что особенно критично — ни один корабль флота не прошёл так называемый "средний ремонт", это ремонт, который проходит корабль по достижении им середины срока службы. У нас корабль в среднем служит двадцать пять-тридцать лет. Это значит, что через десять лет службы он должен встать на ремонт, который гарантирует ему ещё не менее десяти лет полноценной службы. Меняются и "капиталятся" многие важнейшие механизмы, часто корабль в среднем ремонте модернизируется, на него устанавливаются новые системы и вооружение. Без этого ремонта жизненный цикл корабля резко сокращается, как у автомобиля, который вовремя не проходит техническое обслуживание. В связи с этим состав флота продолжает сокращаться, и многие соединения и части, громко называясь дивизиями и бригадами, в реальности состоят из двух-трёх кораблей.
Справедливости ради, надо сказать, что сейчас развёрнута масштабная программа строительства новых кораблей, но поступление их на флот начнётся не раньше, чем через два-три года.
Материально моряки-"северяне" сегодня живут хорошо. Матрос-контрактник получает от 40 до 60 тысяч рублей, мичман до 90 тысяч, а офицер от 90 до 180 тысяч. Поэтому улицы Полярного заполнены дорогими иномарками, тут открылось множество магазинов, город переживает "бум" квартирного ремонта. Правда, в полный рост стоит проблема досуга. После реформы Сердюкова — Макарова были сокращены и закрыты все матросские клубы и Дома офицеров. Теперь они мёртвыми громадами стоят: посреди "нового" Полярного, а другой на базе подводников в "старом" Полярном, а ведь когда-то они были фактически центрами жизни гарнизона. Сюда приезжали артисты из Москвы, здесь выступали известные московские и ленинградские театры, тут работало множество секций и кружков. Теперь же, по замыслу авторов сокращений, военные и члены их семей должны развлекать себя сами. Причём, формы "развлечения" в условиях Севера крайне ограничены. Ну, кроме алкоголя разве что. Впрочем, и оный после 22 часов не продаётся.

"Крепостные" Полярного

Но, говоря о жизни гарнизона, нельзя не упомянуть и о тех, кто сегодня в Полярном оказался фактически "замурован".
Много десятилетий Полярный был, по сути, "транзитным" городом. Гарнизоном, куда военные прибывали на несколько лет отслужить "северные" или пройти определённый должностной цикл; и откуда обычно либо переводились в другие гарнизоны, либо, если здесь завершали службу, ещё какое-то время жили, ожидая получения квартиры где-то в России. Из постоянных жителей были разве что немногие местные гражданские, из тех, кто по разным причинам когда-то осел в этих краях. Так было до прихода, недоброй памяти министра Сердюкова. Прославившийся диким воровством министр пять лет назад получил распоряжение президента России решить, наконец, квартирный вопрос уволенных в запас офицеров. Тогда "безквартирными" по стране числилось больше двухсот тысяч находившихся в запасе офицеров, точнее, семей. Потому как 99% уволенных в запас офицеров были людьми семейными. Кроме этого, начался невиданный со времён хрущёвских сокращений "секвестр" офицерского корпуса, в ходе которого должно было быть уволено больше половины действующего офицерского корпуса — ещё около двухсот тысяч офицеров. На строительство жилья для военнослужащих были выделены громадные бюджетные средства, но этот лакомый кусок был настолько ловко поделен между приближёнными к бывшему министру коммерсантами и фирмами, что жильё строилось вроде как невиданными темпами, но очередь почему-то почти не сокращалась. О том, как строилось жильё для военнослужащих, сегодня хорошо могут рассказать прокуратура и следственное управление, которые до сих пор разбираются с "посёлками-призраками", выстроенными где на болотах, где посреди кладбищ без всякой инфраструктуры, коммуникаций, дорог с нарушениями всех возможных "снипов". Но надо было как-то отчитываться перед президентом о выполнении его распоряжения и для сокращения очереди Сердюковым были изобретены гениальные способы "одомашнивания" бездомных офицеров. Один из них — фактическое "закрепощение" офицеров в гарнизонах, где они закончили службу. Был придуман оригинальный ход. Жильё гарнизонов разделили на "служебное", то, которое принадлежит Министерству обороны и "муниципальное", которое больше министерству было не нужно и передавалось местным властям. И все, кто на тот момент, жили в этих домах, автоматически стали считаться обеспеченными жильём и утратили право на его получение. Так, одним росчерком пера бывшего министра Сердюкова десятки тысяч людей по всей России оказались "закрепощены" в военных городках и гарнизонах, не имея никаких возможностей их покинуть. Таких "крепостных" в Полярном сегодня многие десятки семей и перспектив у них никаких.
Как горько пошутила она из жительниц Полярного, коренная ленинградка, похоронившая недавно мужа-моряка, с которым она вместо положенной ему от государства квартиры оказалась навсегда замурованной в вечно промерзающей "двушке" одного из полуобитаемых домов: "Теперь мы стали коренными полярниками"…

Завтра 22.08.2013