Двадцать лет назад, 9 августа 1999 года, Владимир Путин был назначен первым заместителем и исполняющим обязанности председателя правительства Российской Федерации. В тот же день в своём телеобращении президент Ельцин назвал его своим преемником.

Когда Владимир Владимирович только появился в российском политическом пространстве, в его образе практически отсутствовали личные качества. В этой персональной «пустоте», собственно, и заключалась сама идея так называемого «преемника» кране непопулярного, мягко говоря, президента Бориса Ельцина.

Но и без «преемника» было никак не обойтись, а это значит, что подобрать его нужно было таким образом, чтобы за ним не тянулся шлейф непрекращающихся и фатальных для страны и общества ельцинских провалов, ошибок и рукотворных поражений, а проще говоря, предательств.

Отсюда естественный логический вывод – у преемника не должно было быть персонального политического портрета. Он должен был быть никому не известен, чтобы избиратель был по-хорошему обескуражен и растерян, ошеломлён, так сказать, неожиданностью выбора и неизвестностью основных параметров.

Именно поэтому Владимир Путин пришёл к высотам власти, повинуясь именно запросу, под заранее определённые параметры. Да, у него не было весомого политического, партийного или аппаратного веса, он не имел опоры ни на какие консолидированные политические силы или социальные пласты. Но у него было главное качество – политическая чистота и непричастность к преступлениям ельцинского режима, что и стало главным критерием успеха.

Став президентом, Владимир Путин обрёл вкус к власти не сразу. По сути, первый срок Путина исключал какую-либо выраженную персонализацию, ведь надо было соблюсти баланс интересов множества групп, при этом сильно не пережимая момент личной власти, а значит, ни в коем случае не выказывая даже признаков какого-либо авторитаризма.

Все начальные решения Путина были основаны на чёткой и вполне определённой политической логике – умиротворить кипящий политический котёл, отодвинуть конкурентов и политических противников подальше от принятия решений, сконцентрировать максимальную власть в своих руках, собрать и укрепить целостность России, присмирить региональную фронду.

В этой программе практически отсутствовал волюнтаристский момент, доминировавший при Ельцине, но присутствовал предельный прагматизм, ставший визитной карточкой Путина, а также строгое следование закону. Чего даже близко не наблюдалось при Ельцине, который «правил указами», зачастую выбивавшимися за рамки действующего законодательства. Путин жёстко пресёк эту вакханалию, отчего ему смело можно присвоить маркер «законника».

Но это было не единственное отличие. Как совершенно верно заметил философ Александр Дугин, став президентом, ещё в самом начале первого срока, Путин воплотил в себе политологическую формулу: державность (патриотизм) + либерализм (экономические реформы). Иными словами, Путин по своим взглядам является строго правым лидером: как политически, так и экономически.

Правой политической компонентой является патриотизм, сильная роль государства (как в делах общества, так и в экономике), консерватизм и сохранение традиционных ценностей. В этом Путин оказался незыблем.

Составных же правой экономической компоненты – приверженность принципам рыночной экономики, терпимое отношение к крупному частному бизнесу, экономический либерализм и монетаризм – было предостаточно как в период первого срока Путина, так и в дальнейшем, хотя, время от времени, в его экономических приоритетах и проскакивали элементы отстаивания социальной справедливости, особенно учитывая то, что Россия по конституции – социальное государство, а конституция для Путина – это действительно «святое».

То есть Путину, как всякому русскому человеку, конечно, не чужды и левые принципы экономической справедливости, особенно в плане реализации ряда социальных программ, например, выплаты пострадавшим от пожаров и наводнений (что исключено в строго правой, либеральной экономической парадигме, там всё компенсируется только страховкой, если она есть). Но всё же в целом Путин экономически правый, и это сочетание – правая (патриотическая) политика + правая (либеральная) экономика сохранилось в его идеологической модели по сей день.

Стоит ли говорить, что для большинства жителей страны первое – патриотическая политика – объект всеобщей поддержки, а второе – правая экономика, подразумевающая превалирование рыночных моделей взаимоотношений, либерализм и монетаризм – источник неприязни. Но в том то и секрет формулы Путина, что первое он принимает в интересах масс, то есть населения, народов России, а второе – в интересах элит – крупного частного капитала, в первую очередь.

На этом балансе патриотизма в политике и либерализма в экономике и держится устойчивость путинского правления все эти годы. Эта формула и есть основное содержание феномена Путина. Можно даже предположить, что в момент поиска «преемника» для Ельцина в 1999 году, личность кандидата была подобрана именно под политическую формулу – патриотическая политика (для масс) – либеральная экономика (для элит).

К слову сказать, формула того же Ельцина была строго либерально-демократической – левая политика (индивидуализм, раскрепощение, «феминизм», «легалайз» и прочие левые политические компоненты) и правая экономика (рынок, олигархия, монетаризм) – то есть, в совокупности, всё то, к чему большинство жителей России относится крайне неприязненно.

Являясь политически правым, Владимир Путин в отношении к пространству всегда следовал принципу «просвещённой геополитики». Сама по себе геополитика – достояние правой идеологии, ориентированна на державность и восстановление, а затем и проявление могущества (power), на участие в Большой игре и отстаивание интересов государства на мировой арене. Всё это с явной активностью и интересом реализовывалось Путиным уже с первого срока.

Последовательная геополитическая логика заставила его заняться укреплением единства России, активизировать интеграционные процессы сначала в рамках СНГ, а затем и реализуя евразийские инициативы. В создании стратегических, политических и экономических блоков, как со странами постсоветского пространства, так и с Европой, и Азией, он весьма преуспел.

Вообще, внешняя политика – это, действительно, сильная сторона Путина. Тут он, очевидно, преуспел, обретя всеобщее признание в качестве одного из главных (а в какой-то момент, главного) мировых игроков. За годы своего правления Владимир Путин не раз становился номером один в мировой политике, оставляя за спиной и лидеров США и всех европейских лидеров вместе взятых.

В целом Путину удалось отыграть ситуацию провала 1990-х, вернув Россию на мировую арену в качестве полноценного геополитического субъекта. И в этом несомненный плюс и огромная личная заслуга Путина, вернувшего, в частности, Крым России, за что, не учитывая даже всёго остального, ему уже можно было бы поставить памятник при жизни.

А создание евразийского геополитического блока на фоне восстановленных отношений со странами Азии, в первую очередь, с Китаем, Ираном, Индией, позже – возобновление отношений с Турцией – заложило основу строительства многополярного мира, поставившего точку в развёртывании и становления западной однополярности под предводительством США.

Но несмотря на очевидные успехи во внешней политике, в вопросах экономики Путин последовательно и с настойчивостью, достойной лучшего применения, реализует либеральные экономические рецепты, формируя одно либеральное правительство за другим, проводя жёсткую монетаристскую политику, будучи, почему-то убеждённым в экономической эффективности либералов.

В целом экономическая политика Путина была изначально выстроена в строго либеральном ключе, и здесь он действительно сохранил полную преемственность со времён президента Ельцина. В реализации моделей экономического функционирования он непоколебим – только монетаризм, только либеральная экономика, «только хардкор». Все ключевые фигуры в экономике с самого начала были исключительными либералами – Греф, Чубайс, Кудрин, Илларионов первого-второго сроков, и далее – Медведев, Набиуллина, Силуанов, Орешкин.

Ни одного патриота-экономиста, ни одного сторонника реализации левых экономических подходов – в этом его убеждённость в непогрешимости либеральных рецептов, его вера в рыночную экономику, в этом фирменный стиль Путина-экономиста, которому он остался верен до конца, осуществляя либеральные реформы последовательно и в ущерб своим рейтингам, вопреки неприязни большинства.

Из-за приверженности либеральным рецептам в экономике формула Путина (либерализм + патриотизм), оставаясь, по большому счёту, той же самой, начинает постепенно смещаться, нарушая баланс стабильности.

С другой стороны – патриотическая политика – это то, чем Путин занимается сам, практически монопольно. Ибо именно политика ставит вопрос о власти. И именно патриотизм – всегда и беспроигрышно популярен в российских массах, в отличие от того же либерализма, который исповедуют представители экономического блока.

Но что мы получаем на выходе: на одной чаше весов он, пусть и источник всей власти, главный патриот, «националист», консерватор, но всё же один. А на другой – весь экономический блок правительства и олигархи (настолько тихие и сладкие, что их и за олигархов-то никто не считает).

Получается явный дисбаланс. Патриотическая составляющая формулы Путина по прошествии последующих сроков оказалась в значительной степени ослаблена. Стихийные патриоты разогнаны и маргинализированы, думские – окончательно приручены.

Умаление патриотической составляющей – данность, которая привела к смещению формулы Путина в сторону либерализма, и в этом, по прошествии двадцати лет – серьёзный риск возникновения нового кризиса. Как в 1990-х.

ИсточникРодина на Неве
Валерий Коровин
Коровин Валерий Михайлович (р. 1977) — российский политолог, журналист, общественный деятель. Директор Центра геополитических экспертиз, заместитель руководителя Центра консервативных исследований социологического факультета МГУ, член Евразийского комитета, заместитель руководителя Международного Евразийского движения, главный редактор Информационно-аналитического портала «Евразия» (http://evrazia.org). Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments