— «Патриотическое большинство требует от Путина накинуть узду на миллиардеров, олигархов, которые паразитируют на России, берут себе самое дорогое и бесценное, а взамен заливают её отходами и сточными водами». Так вы написали недавно в одной из своих статей. К чему призываете, Александр Андреевич — опять «отнять и поделить»?

— Олигархи в моем понимании — одна из самых разлагающих сил в российском обществе сегодня. Присутствие в России группы миллиардеров, которые поделили между собой всю страну на ломти, эксплуатируют и переправляют ее богатства за границу, оставляя народу крохи — это приговор государству. Будучи одним из самых богатых в мире, оно пока лишь беднеет. Устранение этой диспропорции и несправедливости — задача крупного политика. Путин за последнее время сделал вещь, к которой мы призывали его много лет — увеличил налогообложение олигархов. Правда, всего на 2%. И ликовать по этому поводу у меня как-то не получается. Это лишь намек на то, что нужно будет сделать дальше.

Есть несколько способов создания в России солидарного общества. Не надо сразу говорить о ГУЛАГе, расстрелах, об «отнять и поделить»… Это как раз олигархи, создавшие свое состояние на костях великой народной собственности, пугают нас жупелом нового 1917 года. Нам не нужна новая революция. Надо просто вернуть народу то, что ему принадлежит — прежде всего, недра. Тем более, что олигархи с этими недрами порой обращаются преступно. И на нашей божественно белой тундре потом проступают трупные пятна экологических катастроф.

— Ещё одна цитата из вашей статьи: «Хороши и полезны денежные дотации, которые Путин направо и налево раздаёт российским гражданам. Но граждане не должны получать эти деньги как милостыню. Они должны зарабатывать деньги на новых, ещё не построенных заводах, на верфях, на хлебных полях. Россия должна превратиться в огромную стройплощадку». А что строить-то будем?

— То, что строили ещё сто лет назад, — новую русскую цивилизацию. Сегодня весь мир переходит на другой экономический уклад. Мы в этом плане сильно отстали. Мы должны строить производства нового экономического уклада. И эти производства должны принадлежать народу России. Посмотрите, что творится в нашей пищевой промышленности. Она вся почти принадлежит иностранцам: и масло, и молоко, и консервы. Мы находимся в тотальной зависимости от зарубежных корпораций. И так везде. Россия за последнее время построила несколько мощных газопроводов, по которым русские ресурсы перекачиваются за границу. Но мы не построили за это время ни космических станций на Луне, ни заводов, выпускающих продукцию по технологиям искусственного интеллекта, которая бы превосходила китайские или американские образцы. У нас нет мощнейших научных центров, которые бы рождали не только научные открытия, но и нобелевских лауреатов. Зато у нас есть шоу-звёзды типа Собчак и Волочковой. Вместо великих ценностей мы продуцируем сор, хлам, распад.

— Но мы же, например, зерно на экспорт поставляем в огромных количествах, чего даже при СССР не было. Это не достижение?

— Да, но собираем мы это зерно в основном не отечественными, а импортными комбайнами. Мы пашем, сеем, бороним с помощью чужой или сделанной из чужих комплектующих техники. И тратим на это огромное количество валюты. Здесь не нужно обольщаться.

— В космосе мы тоже пока среди лидеров, хотя и тут нас пытаются обогнать. Какие чувства вы испытали, когда узнали о первом полёте частной ракеты Илона Маска с астронавтами на борту? Должна ли Россия как-то ответить на этот шаг американцев?

— Не было никаких особых чувств. Ну запустил частник свою ракету — здесь нет какого-то большого прорыва. Но, конечно, мы должны возродить нашу космическую программу. Она занимала сознание советских людей на протяжении десятилетий. А сегодня она окуклилась, и что там внутри этого кокона происходит, мало кто знает. Какие там проекты, кто там ковыряет отвёрткой стенки космических кораблей, кто скручивает секретные гайки…

В народном восприятии космос перестал быть мечтой и стал лишь местом вложения огромных денег. Но кроме инвестиций обязательно нужна мечта. Только мечтающий народ в состоянии выжить в условиях сегодняшней мировой конкуренции. И на ракету Маска, конечно, нам надо отвечать своими ракетами, которые будут летать ещё лучше, ещё дальше. Нам необходимо нашу космическую программу превратить в часть общенациональной программы движения в будущее. И только в таком виде она получит мощный импульс для саморазвития.

— «Народ, искусанный коронавирусом, заплесневевший на карантине, должен совершить чудо русского возрождения», — пишете вы. Каким вы представляете себе это чудо? И хватит ли сил на возрождение?

— Если их не хватит, то мы просто исчезнем с карты мира. Но я уверен, что русские обладают колоссальной способностью к самовозрождению. Русская мечта — это стремление к построению идеального, божественно справедливого общества, в котором русская душа будет петь и расцветать, в котором будет расцветать и искриться открытиями русская наука. О таком обществе мечтали древние волхвы и сказочники, мечтали наши православные мистики вроде старца Филофея, наши русские космисты, революционеры и писатели. Образ русской мечты в разные века может облекаться в разную лексику, но он движется, переносится из поколения в поколение, делая русский народ народом-мечтателем. Советский Союз был целой страной мечты, но и в современной России идея Крыма — это же тоже идея мечты. И памятником ей стал Крымский мост — это не просто транспортное, но и магическое сооружение.

— Многие, наверное, вам возразят — некогда нам мечтать, семью бы прокормить.

— Кто-то, наверное, считает, что с русским народом вообще не надо говорить о возвышенном — только о земном, о подлом, о деньгах, о гумусе. Что русский человек должен только выживать, всё время рыть землю — или окопы для войны, или могилы для ближних. Только почему-то у русского народа в своё время появились Пушкин и Достоевский. Это что — издержки нашей низменной материальности? Нет.

Русский народ — один из самых возвышенных народов мира. И сейчас он тоскует от того, что с ним уже 30 лет после краха Советского Союза не говорят о возвышенном. Он слышит всё больше какие-то тусклые слова. Ну хорошо, давайте сделаем, чтобы в стране было не 20 млн живущих за чертой бедности, а только 15. Это, что ли, великая цель? Превратить все 146 млн, живущих в России, в ангелов, небожителей — вот какая должна быть задача! Достижима она или нет, но люди должны ставить перед собой цели, связанные не с чистоганом, не с наполнением своего желудка или своих карманов, а большие светоносные задачи.

— Мне кажется, вы постоянно подразумеваете, что Россия должна стать вторым СССР, только поменьше. Почему мы все время сравниваем себя со страной, которой больше нет, и уже 30 лет испытываем фантомные боли от ее исчезновения? И ладно бы, если бы мы взяли от Советского Союза то лучшее, что в нем было — доступные для всех медицину, образование и прочие соцгарантии. Но берем в основном лишь дорогостоящие «игрушки» сверхдержавы — танки, ракеты, увлечение геополитикой…

— У нас официально заложено, что Россия — правопреемник Советского Союза. Этим все сказано… И разговоры об СССР — это не просто ностальгия. От него мы получили множество великих технологий, в том числе и военных. Многое из того, что мы сегодня показываем на парадах, создано еще в те времена нашими учеными, конструкторами, инженерами.

Слава богу, что у нас хотя бы отчасти сохранилась советская медицина, которая уберегла нас от фатального исхода с появлением коронавируса. Прекрасно, что сохранились и продолжают развиваться некоторые великие советские проекты — проект освоения Арктики, например, или Дальнего востока. Или тот же космос. Но мы действительно не уберегли, к сожалению, ни бесплатное образование, ни бесплатную медицину — в том виде, как это было при СССР. Не уберегли идеологию великой многонациональной империи. Россия и сегодня, конечно, империя, но от нее откололись Прибалтика, Средняя Азия, Украина, Белоруссия… Но она все равно остается империей, соединяющей на одной территории огромное количество народов, культур. И если мы перестанем скреплять это общей идеей развития, общими великими целями — Россия распадется на множество осколков, как чаша.

— Вы уже упомянули коронавирус. Как, на ваш взгляд, пандемия повлияла на человечество? Какие уроки из неё стоило бы извлечь?

— Мир выйдет из этой истории, конечно, потрёпанным, униженным и обескураженным. Микроскопический вирус нанёс гордыне человеческой мощнейший удар. Мы уже не можем считать себя пупом земли — природа напомнила нам о нашей хрупкости. И тут открываются два пути. Либо мы выйдем на какие-то новые рубежи, откроем в своём сознании новые представления о себе и о космосе, наполненные благоговением перед жизнью. Либо миром окончательно завладеет тот самый золотой миллиард, а остальные будут вкалывать и не поднимать головы на его плантациях.

Чтобы пойти верным путём, нам надо отделить главное от чепухи. Всё информационное пространство в России сегодня забито какой-то мутью, вокруг которой ломаются копья. Мы обсуждаем какого-то строптивого монаха, какого-то якутского шамана, спорим, из-за чего Шукшина судится с Алибасовым и зачем Лобков снял штаны… Всё вместе это создаёт энергичную, громогласную пустоту, в которой нет смысла и нет реальных проблем. А в это время в мире совершаются неведомые нам открытия, раздвигаются границы материального бытия.

И когда мы очнёмся от этой комариной толкотни, мы рискуем оказаться в другой реальности. В этом мире появятся другие машины, работающие на какой-нибудь гравитационной энергии, которая обессмыслит все наши нефте— и газопроводы. Человеческое сознание, освобождённое от рабского труда на конвейерах, будет направлено на творчество, на познание. И каждый человек не будет лишним, потому что на заводах его место заняли роботы, — он будет необходим, потому что чем больше коллективный интеллект, тем больше может быть совершено новых общечеловеческих открытий. И наша задача — не оказаться на задворках этого нового мира, а занять в нём место, достойное великой России.

comments powered by HyperComments