— Здравствуйте, Леонид Григорьевич. Мы с вами встречаемся в момент неопределённости, когда в Америке происходят самые непонятные в истории выборы и мы вместе со всем миром гадаем, кто будет новым американским президентом. Мне это напоминает время перестройки в СССР 35 лет назад. Тогда было два персонажа — Горбачёв и Ельцин. С виду диаметрально противоположные, а на деле совершенно одинаковые люди, которые просто делили власть. Один хотел оставить её себе, а второй — отобрать. Оказалось, что ни тот ни другой реальной властью не обладали. А в засаде сидели некие люди, которые ограбили страну путём мошеннической приватизации в виде залоговых аукционов. Сегодня в США то же самое. Трамп и Байден фактически одного поля ягоды. Кто в Америке сидит в засаде и чем это может кончиться?

— Сравнение несколько неожиданное. Что-то общее в контурах есть. Но сущность несколько иная. Потому что Советский Союз на самом деле развалили не два этих персонажа, хотя это и было сделано их руками. А те, кто проводил глобальную геополитическую операцию под названием «Холодная война». У этой войны было три этапа. «Сдерживание коммунизма» завершил Трумэн. Эйзенхауэр занимался «отбрасыванием коммунизма». И Рейган работал уже на последней стадии — «уничтожение коммунизма». Им было очень важно уничтожить оппонента, потому что социализм выглядел более выигрышно. Люди стремились к нему. А в США идёт борьба внутренних конкурентов, не гнушающихся никакими средствами. Но что-то общее, несомненно, есть. Борьба американских элит происходит на фоне разрушения их мира.

— Вот даже как?

— Есть такой Римский клуб. Это мозговой центр мирового олигархата. Два года назад его сопредседатель сделал заявление: старый мир обречён, новый мир неизбежен. Капитализм завёл человечество в тупик. А 1 апреля нынешнего года Андерс Вийкман, первый сопредседатель клуба, вообще заявил, что старый мир уже рухнул, капитализм себя исчерпал и его больше нельзя развивать и совершенствовать. Надо строить некую социоприродную структуру мира.

— Так кто в США сидит в засаде и следит, как этот мир рушится?

— Это всё те же люди — соросы, гейтсы и иже с ними. Тот же Бильдербергский клуб, та же трёхсторонняя комиссия. Те, кто и раньше управлял миром. Они видят, что капиталистическая модель действительно рушится. Природа под тяжестью капитализма задыхается и, как любой живой организм, начинает защищаться.

— На чьей стороне Трамп и Байден?

— Дело не в персоналиях. В Америке столкнулись не Трамп и Байден, а две мощнейшие силы. Байден представляет финансовый интернационал. Для группировки Трампа действия этих «интернационалистов» очевидны — они выводят финансы в те страны, где больше прибыль, меньше затраты. В итоге Америка превращается в один большой Детройт, город-призрак. Огромные города, некогда центры индустриальной державы, становятся мёртвыми городами. Таких в США насчитывается уже больше двадцати.

— А чего же тогда американцы голосуют за Байдена? Им не нужны рабочие места?

— Это уже технологии. С чем пришёл Трамп? Вспомним эпизод его инаугурационной речи. Он сказал: «Идёт не просто процесс передачи власти от одной администрации к другой. Я принёс вам, американскому народу, власть!» Трампу нужны живые деньги. Он сделал ставку на индустрию. Индустрию «шестого поколения».

— Любые американские изменения в итоге оборачиваются гонкой вооружений. Трамп заявляет, что они будут опять размещать в Европе ракеты средней и малой дальности. Что можно сделать, чтобы не допустить этой гонки, которая, кроме сознания, что мы можем кого-то грохнуть, больше ничего хорошего нам не принесёт?

— Я твёрдо убеждён, что никакой серьёзной гонки не будет. Ну сколько они разместят в Европе ракет? Двадцать? Тридцать? У нас на них есть и крылатые ракеты, и «Искандеры», и ещё много интересного. Сегодня ракетно-ядерный потенциал является не угрожающим фактором, а сдерживающим. Средства массового поражения идут теперь под графой «мягкая сила». Их не нужно применять, они работают самим фактом своего наличия. Есть и более страшные виды оружия, чем ядерное. Та же вирусология развивается бешеными темпами. Учёные залезли в ДНК. Уже существует расовое оружие. Есть и новое оружие массового уничтожения. А теперь посмотрим, чего хочет Трамп. Посмотрите на американские стратегические бомбардировщики B‑52. Они же 1967-го, кажется, года выпуска, пусть и сто раз модернизированные. Какие стратегические ракеты США модернизировали? Никакие. Свои огромные подводные лодки с ракетами «Трайдент-2» они не только не развили, но и 4 лодки переоборудовали под высокоточные крылатые ракеты. Они развернули свою военную доктрину с огромных ракет, на каждую из которых, если что, прилетит наша соответствующая ответка, в сторону высокоточных вооружений.

— Американцы надеются отсидеться за противоракетным зонтиком?

— Надо понимать, что Америка в плане безопасности в критическом положении. Кальдера Йеллоустоунского супервулкана имеет размеры 55 на 75 километров. Промахнуться трудно. И что с ней произойдёт в случае одного или нескольких ядерных взрывов в том районе — никто предсказать не может. (Извержение супервулкана Тоба в Индонезии 75 тысяч лет назад едва не привело к вымиранию человечества. По некоторым оценкам учёных, численность популяции людей тогда снизилась до нескольких тысяч особей на всей планете. – Прим. «АН».) Так что рисковать они не будут. Второе. Понятно, что Советский Союз рухнул без единого выстрела. Зачем им территорию, на ресурсы которой они претендуют, накрывать ядерными зарядами? Не будет этого.

— Вы намекнули о существовании нового оружия массового уничтожения.

— Его применением озаботился товарищ Греф. Он просто-таки отплясывать принялся — срочно нужна цифровизация! Так вот наши учёные, которых не хотят слушать, показывают, что человек, подвергнутый этой цифровизации — для этого не обязателен вживлённый чип, достаточно цифрового паспорта или чего-то подобного, — он уже потенциальная жертва этого оружия. Оружия электронного типа. Он объект для поражения этим оружием. Он становится управляемым. Все данные на него есть.

— Мы все под прицелом? Ведь все компьютеры, смартфоны, соцсети — они сделаны не здесь и контролируются не нами.

— Важнее то, что под контролем и наше руководство. Оперативный состав некоей иностранной структуры, который принимает решения, в силах вынудить, заставить, приказать руководству нашей страны принять стратегически неверные решения. Это залог успеха в любой войне, а в гибридной особенно. Мы говорили про Ельцина, Горбачёва. Именно они были главными объектами воздействия, когда наносился смертельный удар по СССР. Горбачёва поманили Нобелевской премией, воздействовали через Раису Максимовну, ещё какие-то точки воздействия использовали. И вот итог — Горбачёвым были приняты неправильные стратегические решения. Дальше взялись за Ельцина. С этим было ещё проще. Налить лишний стакан, и он, патологически недоверчивый человек, начинал верить во всё подряд. Поверил, что если всё приватизировать, забрать из рук государства как неэффективного собственника, то сразу заживём. И делать ничего не надо — квась с утра до ночи, рынок сам всё по местам расставит. Так добили Советский Союз. И сейчас стоит такая же задача — добить Россию. Операция не закончилась. А метод тот же — заставить наше руководство снова принять неправильное стратегическое решение.

— Чего хочет Трамп?

— Убрать российский газ из Европы. А потом и нефть. Потому что ему для восстановления индустриальной Америки нужны не деньги ФРС, состоящие из воздуха, а деньги живые, обеспеченные материальными ресурсами. Американский газ в Европе — это живые деньги. А газодобывающие компании в США — живая индустрия. Второй момент. 24 июля Трамп устами госсекретаря Майка Помпео объявил «холодную войну – 2» Китаю. Он видит, что индустриальный Китай — главный вызов Америке.

А Байден — ставленник финансового интернационала, мировой олигархии. Что вещает нам представитель мирового финансового мозгового центра в образе Римского клуба Андерс Вийкман? 98% всех финансовых операций являются мошенническими. И если Трамп считает своим главным оппонентом Китай, то Байден главной угрозой безопасности США объявил Россию. Почему? Да потому что в России «пятая колонна», связанная с финансовым олигархатом США и всего мира, гораздо сильнее, чем в Китае. И главная угроза для нашей безопасности не Трамп, и не Байден, и не американские ракеты, а эта «пятая колонна».

— Кто входит в эту «пятую колонну»? Все наши толстосумы, у которых счета в долларах и квартиры в Лондоне?

— Все, кто боится или не хочет по другой причине хранить деньги в России. Это те, кто непосредственно связан с западным бизнесом. Это те, кто хранит нажитые капиталы за рубежом. Они, за редким исключением, и жизнь свою строят там. Прежде всего это высшее чиновничество. Они работают в России. Но я не вижу ни одного признака того, что они работают НА Россию. Компания Потанина — она что, российская? «Русал» Дерипаски даже управляется американцами. И этот процесс продолжает наращиваться. В 2018 году Конгресс США создал рабочую экономическую группу по России. Эта группа выдаёт очень объективные, на мой взгляд, доклады по состоянию наших финансов и нашей экономики. Там содержится много неожиданного и интересного. Вот занимательный факт из такого доклада. Наш Минфин, Минпром считают рост экономики, рост ВВП. Они берут предприятия откровенно иностранные, западные, которые только работают на нашей территории, суммируют их успехи с нашими убытками и в среднем получают рост экономики. Те, кто так считает, — не «пятая колонна», что ли? Зачем у нас устраивать революции, когда всё — и ресурсы, и энергетика, и остатки промышленности — и так постепенно переходит в транснациональную собственность, и прежде всего американскую.

— То есть вы считаете, что у нас цветную революцию устраивать просто незачем?

— А зачем? «Пятая колонна» работает на них. Плюс нигде в мире нет такого пассивного населения.

— Наш президент достаточно часто доказывает, что он национально ориентированный лидер. Он периодически это демонстрирует делом. То же возвращение Крыма подняло просто невиданную патриотическую волну. Похоже, сейчас назрел момент для чего-то подобного, для шага, который мог бы сплотить нацию. Мне кажется, единственный сейчас способ для этого — это провести национализацию. Почему, например, не национализировать «Норильский никель»? Почему не национализировать химическую промышленность, металлургию?

— Я очень на это надеюсь. Но понимаю, что надежда эта иллюзорна. Потому что управлять такой системной страной, как Россия, нужна команда единомышленников. Новых большевиков. Я не уверен, что Владимир Владимирович готов к национализации и, главное, готова ли его команда.

— Спустимся южнее. Мы с вами в прошлый раз говорили об армяно-азербайджанском конфликте в Нагорном Карабахе. С тех пор стало ясно, что турки осознанно подзуживают азербайджанцев на активные действия в расчёте на то, что на защиту армян туда влезет Россия. В СССР в Генштабе же просчитывали подобные вещи? Что там предполагалось предпринять, чтобы турки навсегда забыли свои притязания на славу 200-летней давности?

— Первое, что делали в советском Генштабе, это пропускали ребят всех национальностей через интернациональную армию. В ней предполагалось создавать такие условия, чтобы армяне дружили с азербайджанцами. Чтобы, уезжая после увольнения в свои сёла, азербайджанские мальчишки переписывались с однополчанами-армянами. Приёмов для этого много.

— А как с турками-то?

— У Турции в то время никакого влияния ни на Кавказе, ни в Средней Азии близко не было. Мощно работала контрразведка, включая военную контрразведку КГБ СССР. Турецкая армия была самая многочисленная в Европе. У Турции имелся мощный флот. Проливы были под их контролем. Всё это было. Но! Их всё время отрезвляли. Когда Турция стала членом НАТО, встал вопрос о конвенции Монтрё касательно проливов Босфор и Дарданеллы. В случае неприятностей со стороны Турции у нас были спланированы десантные операции по деблокированию проливов и взятию их под наш контроль.

— Путин объявил, что в Нагорный Карабах вводятся российские миротворческие войска. Как вы думаете, зачем он это сделал? Особенно после того, как азербайджанцы сбили наш вертолёт Ми-24 и погибли два наших пилота?

— Я думаю, наш Ми-24 тут ни при чём. Это трагическое стечение обстоятельств. А подписание документов произошло по предварительной договорённости. С просьбой о вводе миротворцев выступили обе противоборствующие стороны, и азербайджанская, и армянская. Случилось это после взятия азербайджанской армией города Шуши и освобождения захваченных армянами в 1993–1994 годах районов Азербайджана. Можно говорить о том, что Азербайджан развязал, вернее, разморозил этот конфликт, чтобы освободить эти захваченные территории, не беря под контроль весь Карабах. То есть то, что было зафиксировано резолюцией Совбеза, подготовленной Россией в 1994 году.

— А насколько это окажется полезным? Наши миротворцы были в Приднестровье — там ситуация заморозилась, ПМР, пусть в подвешенном состоянии, но живёт до сих пор без войны больше четверти века. Наши миротворцы были в Южной Осетии, но Саакашвили не испугался, и закончилось всё войной. В Косово наши миротворцы по вашему плану захватили аэропорт в Приштине, но в итоге всё равно оттуда ушли. Как это сработает в Карабахе?

— Дело не в военных и не в миротворцах. Российские наблюдатели и в 1994 году остановили эту войну. Во всяком случае удерживали от провокаций. Важно то, что о вводе миротворцев договорились обе стороны. Это не Россия ввела войска насильно. А дальше вопрос решает политика. Политика и России, и тех стран, куда Россия вводила миротворцев. Например, из Косова наших миротворцев никто силком не выдавливал. Да, недовольные на Западе были, но ушли мы оттуда сами. Я думаю, что в Карабахе наши миротворцы сыграют свою роль. По крайней мере остановят убийства людей. Они уже сегодня прекратились.

— Ясно, что в последние дни шло накапливание наших войск на границе Армении и Азербайджана.

— Скорее на границе боевого соприкосновения.

— А почему не прошёл вариант, когда предлагалось ввести миротворческий контингент из Скандинавских стран как нейтральных? Этого не захотели азербайджанцы или армяне?

— Это тайна переговоров. Но замечу, что на тот момент Баку ещё не выполнил свою задачу, не взял город Шуша. В той обстановке миротворцы не нужны были именно Баку. Остановить начатую военную кампанию, не достигнув никаких целей, равносильно поражению. Азербайджанский народ не принял бы подобного исхода. Ведь уже погибло много азербайджанских солдат. Ради чего? Алиев не смог бы ответить на этот вопрос. А теперь может. Сейчас Баку празднует. Ереван грустит. Ну что поделаешь? Не смогли.

ИсточникАргументы недели
Леонид Ивашов
Ивашов Леонид Григорьевич (р. 1943) – российский военный, общественный и политический деятель. Генерал-полковник. В 1996 – 2001 гг. начальник Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны. Доктор исторических наук, профессор. Президент Академии геополитических проблем. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments