Идея о России как «Ноевом ковчеге» человечества год от года увлекает все больше людей, в том числе — за рубежом. Один из популяризаторов идеи «РНК» во Франции — обозреватель, естествоиспытатель и этнограф Пьер-Оливье Комбель.

Он является специалистом по квебекскому Лабрадору. Там он проводит масштабную инвентаризацию флоры и фауны, изучает топонимику, маршруты путешествий и археологические памятники. Кроме того, Комбель выступает как автор исторических статей, публикуемых во французской прессе.

В интервью «Регионам России» он рассказал, чем его привлекает указанная выше концепция, откуда у него взялась любовь к России и что сегодня происходит с Европой.

— Оливье, что изначально привлекло вас в России? Откуда интерес к ее культуре, политике, природе?

— Я родился в Версале в 1955 году, но половину своей жизни провел за границей, в Северной и Южной Америке. Чтобы лучше понимать мир страны, где проходило путешествие, я стал интересоваться международной политикой. А так как у меня классическое литературное образование, то я всегда очень критично относился к средствам массовой информации, особенно крупным, отдавая предпочтение книгам.

Я не знаю русского языка, но с юности был горячим поклонником Толстого и русских исследователей Восточной Сибири — Арсеньева и Байкова. Это во многом сформировало мое отношение к России.

Кроме того, как специалист по тайге Лабрадора (Канада), я изучал мир русской тайги и северных стран. С юности меня привлекают азиатские цивилизации (Китай, Корея, Япония), а также цивилизации доколумбовой Америки и Тихоокеанского региона, которые в гораздо большей степени, чем западная цивилизация, уходят корнями в вековые традиции. В них нет мифа о «прогрессе» и нет искусственных границ между религией, философией и искусством, как в Европе. Поэтому «евразийский» способ видения жизни для меня является естественным.

У Франции и России много общего — обе пережили кровавые революции и потрясения. Мне никогда не импонировал Наполеон, но вот Владимиром Путиным я восхищаюсь за то, что он восстановил величие России. Надеюсь, когда-нибудь расцветет и моя страна — Франция, королевство лилий.

— Как Вы узнали об Изборском клубе и концепции «Россия — Ноев ковчег»?

— В конце 2019 года благодаря «Deepl», очень хорошей немецкой интернет-программе по переводу, я смог проводить свои исследования русскоязычных материалов и обнаружил публикации Изборского клуба. На его сайте я встретил удивительную плеяду современных российских личностей: философов, экономистов, писателей, художников, геополитиков, предпринимателей, которые выражали оригинальные представления о своей стране и мире.

«Заблокированный» из-за ковида на протяжении целого года, я переводил на французский язык и почти каждый день публиковал в своем блоге те статьи Изборского клуба, которые казались мне самыми важными и интересными. И среди них оказался блестящий и уникальный проект: «Русский ковчег».

— Что вы думаете об этом проекте? Может ли он быть интересен не только для России?

— В галактике авторов и статей Изборского клуба сияет созвездие, связанное с концепцией «Россия — Ноев ковчег», впервые предложенной в 2008 году Сергеем Писаревым из Екатеринбурга — места посреди Урала, где Азия граничит с Европой. А в 2020 году Изборский клуб создал развернутую работу «Русский Ковчег», где развил эту идею.

До этого я знал о «4-й политической теории» Александра Дугина, но не ожидал найти программу, которая не только описывает глубокие недуги, от которых страдают Россия и всё человечество, но и предлагает направления и конкретные пути их лечения. На Западе, будь то Европа или Северная Америка, существует множество ясных аналитических описаний и критики глобализма и либерализма, но не существует реальной и целостной альтернативной программы. Капитализм, коммунизм, социализм, национализм — все они устарели. В течение долгого времени я видел, что проблемы почти везде одинаковы: либеральная политика, стандартизация образа жизни, общая урбанизация, общее загрязнение и деградация окружающей среды, уничтожение лесов и живой природы.

Как самая большая страна в мире, Россия состоит из самых разных территорий и народов. Эта империя, где все народы по определению должны сосуществовать в мире, где уважаются религии и традиции. Россия похожа на «мега-микрокосмос» мира. Она принадлежит одновременно Европе и Азии, наследует христианскую и эллинскую традиции. Она обогащена важной исламской, буддийской, еврейской и анимистской составляющими. Россия окружена странами очень древней и высокой культуры. Как при таких условиях Россия могла не взять на себя роль арбитра справедливости? Шарль Де Голль говорил: «Русский человек не может чувствовать себя счастливым, если где-то происходит несправедливость».

Затрагивая все сферы экономической, социальной и политической жизни, интегрируя лучшее из царского, советского и современного периодов России, концепция Ковчега сразу показалась мне ответом на апокалиптическую ситуацию, драматическим эпизодом которой стал 2020 год. Вопреки глобалистскому терроризму, который создает войну противоположностей и разделяет нас с целью господства над нами, концепция Ноева Ковчега стремится к взаимодополнению и гармонии различий (как в образе «Инь и Янь»). Такой подход уважает и природу, и Божественный закон. А сам Ковчег является символом завета с Богом. Вот почему у него есть универсальное призвание. Прежде всего — приносить людям то, в чем они больше всего нуждаются в жизни: надежду на хорошее и светлое будущее для своих детей.

— На ваш взгляд, что сегодня происходит с христианской Европой?

— С момента заключения Нюрнбергского договора и, особенно, с момента создания ЕС Атлантическая Европа стала лабораторией «мирового правительства». Это не имеет ничего общего с подлинной, исторической Европой, создаваемой на протяжении веков ее законными лидерами и народами. Сегодня существует тоталитарная синергия между глобалистской политикой, национальными правительствами, парламентами, международными и национальными средствами массовой информации, принадлежащими финансовому гиперклассу. Общественность все лучше и лучше понимает, что поставлено на карту. Она видит, что живет уже не в условиях демократии, а в условиях рыночной и полицейской диктатуры, которая навязывает им свой закон. И люди хотят альтернативы, которую им может предложить Изборский клуб. Это критический анализ того, что происходит в России и в остальном мире. Далеко не всем это по душе.

Однако с тех пор, как я публикую статьи Изборского клуба в своем блоге, все они деиндексированы в Google и подвергаются цензуре со стороны американских сетевых гигантов. На этом примере видно, что европейские народы сегодня подвергаются навязанной им пропаганде. Это происходит потому, что традиционные структуры общества были, в значительной степени, разрушены атеизмом, материализмом, нигилизмом и массовой миграцией, что само по себе является результатом колониализма.

— Каково Ваше мнение о недавней речи Владимира Путина в Давосе?

— Для меня это привлекательная, но противоречивая речь. Президент одной из ведущих суверенных стран мира выступил с ней на сессии онлайн-форума в Давосе, известном форуме неолиберализма, основатель которого Клаус Шваб издал книгу глобалистской программы «Великая Перезагрузка». Президент Путин заявил, что «человек должен быть не средством, а целью экономики». И также объявил, что приоритетами являются охрана природы, среды обитания, труда, здоровья и образования всего населения, в чем он, конечно же, прав. Последствия ковида и так называемой «Великой Перезагрузки», очевидно, прямо противоположны этим задачам. Вместе с тем, меня удивляет, что президент России в первой степени использует термины «пандемия», «изменение климата» и «инклюзивный рост», которые являются мантрами глобализма. Возможно, это связано с тем, что Россия — парадоксальная страна, где политика суверенна, а экономика все еще либеральна.

В какой-то степени речь Путина созвучна с концепцией России как Ноева Ковчега. А роль Ковчега состоит в том, чтобы дать достойную жизнь людям и спасти их от «Потопа 2.0», воспитав капитанов. То есть тех, кто управляет и ведет их по жизненному пути с целью: «привести человека в гармонию с Землей и Небом» и «не делать ничего, что противоречило бы закону природы».


Пьер-Оливье Комбель

Родился в 1955 г. в Версале, — франц. мореплаватель, натуралист, этнограф. С 1982 по 1986 гг. — сотрудник Отдела Исследований и документации Национального музея морского флота в Париже, издает исторические статьи для морского журнала Синие воротнички. В 1988 г. курирует научное издание «Остров Пасхи: журнал любителя Флоры» Пьера Лоти. Специалист в области Квебекский Лабрадор — Нижний Кот-Норд, — где он реализует в большом масштабе инвентарий флоры и фауны, изучает маршруты путешествий и топонимию Монтанье Наскапи и открывает остатки археологической культуры эскимосов. В сопровождении художников-натуралистов (Серж Николь, потом Жан Шевалье) он руководит двумя экспедициями в 1989 и 1990 гг. по следам Джона Джеймса Одюбона, Анри Вользея Байфилда и Анри Пужалона в Нижний Кот-Норд Квебека (быв. Канадский Лабрадор), район, которому он посвящает многочисленные научные и популярные работы, сотрудничая, в частности, с  журналами Канадский натуралист, Ревю истории Кот-Норд и с комиссией по топонимии  Квебека. Выпуск Таласса , ТВ5 Монд в январе 1990 распространит 26-минутный документальный фильм Величие природы о его экспедиции под парусом 1989 г., созданный Ивом Буржуа.

В 1992 г. он поступает в Национальный музей естественной истории в Париже, в лабораторию этнобиологии-биогеографии, где защищает докторскую диссертацию и получает диплом в 1997 г.

В Южной Америке он впервые осуществляет в рамках проекта ботанического сада Пурани Чуриквимбайа флористическую и зоологическую опись долины Сората в Боливии, затем то же самое в регионе Паринакоча (Перу).

Он возглавляет Институт этнобиологических исследований (с некоммерческими целями), который основал в 2001 г. в Париже., с изучением флоры и фауны региона Анды, Перу.

Отец шестерых детей.

comments powered by HyperComments