Общественное сознание России напоминает озеро, в котором плавают три огромные льдины. Сталкиваются, трутся друг о друга, откалывают куски, слипаются, вновь распадаются, шуршат, гремят. И в этом озере не проплыть, не проехать.

В сегодняшнем российском обществе присутствуют три огромных, соперничающих друг с другом фрагмента. Белые, к числу которых относятся монархисты, православные, защитники консервативных ценностей. Красные, исповедующие социализм, весталки исчезнувшего великого Советского Союза. И синие — либералы, западники, желающие для России западных форм существования — политических, идеологических, культурных. Все эти три фрагмента соперничают, враждуют, истязают друг друга, люто ненавидят, желают друг другу погибели. Иногда они слипаются во временные союзы — два против одного, распадаются, находят новых союзников… И в итоге — все против всех, а все вместе — против России и русского развития.

Все эти три фрагмента исполнены боли, ожидания катастроф, одержимы реваншем. Белые, потерпев поражение в 1917 году, мечтают о создании «белого» консервативного государства, ненавидят красных и синих — своих губителей и мучителей. Красные — исповедники советских идей, пережив тотальный разгром в 1991 году, грезят о реванше, восстановлении Советского Союза, о новых формах социализма, ненавидят белых и синих, которые отняли у них их красное царство. Синие, либералы, одолев Советский Союз, став властной силой, оседлав Кремль, потерпели поражение в 2000-м году и теперь оказались на обочине российской политики. Негодуют, атакуя власть, мечтают о возвращении девяностых годов и своём главенстве.

В российском обществе живут три разгромленные и травмированные идеологии, присутствуют три реванша, что делает невозможным примирение сторон. В центре этой жуткой круговерти находится Путин. Он — как шарнир, вокруг которого вращаются эти три громады, как ямщик, управляющий бешеной, разлетающейся в стороны тройкой, поддерживает баланс в этой межвидовой борьбе. Когда один из укладов начинает вдруг доминировать, его подрезают и уменьшают. Когда кто-то ослабевает, его увеличивают и наращивают.

Роль Путина нелегка, требует колоссального искусства управления, сложной технологии, чревата многими опасностями. Целлулоидный шарик, который трепещет на вершине фонтанных струй, упадёт, если один из фонтанных потоков усилится, а другой ослабеет. Этот шарик — он же ямщик, он же президент России, должен удержаться на этом шатающемся треножнике.

Быть может, примирению всех этих трёх фрагментов, умягчению исполненных реванша сердец мог бы послужить рывок, который совершит государство, переходя из сегодняшнего, остановившегося состояния, в новое. Совершив бросок в грядущее, государство обнаружит формы, приемлемые для всех трёх составляющих, формы, в которых погаснет чувство реванша, и творческие, заложенные во всех трёх укладах силы найдут себе применение в развитии.

Однако нет намёка на то, чтобы государство в ближайшее время совершило рывок в грядущее. Запрос народа на обновление, на развитие остаётся без ответа. Стабильность, которая обеспечивает равновесие всех трёх враждующих сил, оборачивается стагнацией. У государства нет идеологии будущего. У государства нет проекта, основанного на этом будущем, нет институтов будущего, философов и мистиков будущего, конструкторов мобилизационного проекта, концептуалистов, понимающих, в какую фазу входит новое человечество. Отсюда — неподвижность, мертвящая стабильность.

Однако между тремя упомянутыми силами есть четвёртая, не столь очевидная, спрятанная за тремя громыхающими в обществе силами. Это — узкая группа миллиардеров, которые являются истинными хозяевами государства, создавшими грандиозный экскаватор, вычерпывающий из России её нефть, газ, алмазы, лес, творческие умы — всю русскую энергию, и переносящими её в другие цивилизации, туда, где эта энергия мгновенно усваивается, идёт на строительство иного, не русского будущего. Эта группировка заинтересована в том, чтобы схватка трёх идеологических реваншистов продолжалась, чтобы она оставалась злой и непримиримой, чтобы всё общественное внимание было приковано к этой схватке и не замечало тех процессов, что творятся в загадочном закулисье миллиардеров.

Что сдвинет русскую историю с мёртвой точки? Что прекратит дурное движение по кругу трёх изнуряющих друг друга общественных движений? Как долго президент сможет управлять этими бешеными, грызущими друг друга конями? Как долго магнитное поле сможет удерживать в токамаке пылающую плазму? Как долго шарик сможет мерцать на вершине фонтана? Все прогнозы и рецепты кажутся шаткими, сиюминутными, высосанными из пальца.

В эти пасхальные дни вспоминаешь нашего великого старца Иоанна Крестьянкина, которому наяву явился Господь и сказал: «Стой и смотри, что попустил я для вразумления вашего без насильственной кончины людей. Никого не вини. Молись. Будь всегда и во всём очень осторожен».

comments powered by HyperComments