Прочёл колонку Владислава Суркова «Куда делся хаос? Распаковка стабильности».

Конечно, она написана не для обычного рядового читателя, который бросит её читать, максимум, на третьем абзаце. Адресат – политическое и экспертное сообщество, кому и направлен это месседж. Впрочем, как и во всех предыдущих текстах Владислава Суркова.

У меня, после её прочтения, осталось двойственное впечатление. Написано умно, и логика в написанном есть. Но, так же есть ощущение, что В.С. как школьник-середнячок увлёкся, вдруг, открывшейся ему истиной хорошо выученного уроков — второго закона (начала) термодинамики (ТД). И теперь пытается им, как найденным ключом, лезть во все замочные скважины. Его камлания вокруг энтропии-хаоса интересны и оригинальны, но что делать с остальными законами всё той же ТД, которые, следуя логике В.С., тоже можно «натянуть» на общество?

Ну, например первое начало ТД:

«В любой изолированной системе запас энергии остается постоянным. Количество теплоты, полученное системой, идет на изменение внутренней энергии системы, а также на совершение работы против внешних сил»

Или с «распределением Максвелла» Которое гласит, что покой является конечным пунктом назначения любой системы и точкой максимального хаоса?

Можно, при определённом старании, всю термодинамику, не говоря уже о теории относительности Альберта Энштейна, натянуть на процессы в обществе. Вопрос только в том, будут ли они работать?

Кстати, некую двусмысленность работе Владислава Суркова предаёт известное шуточное изложение начал термодинамики самими физиками:

Первое начало термодинамики: Вам не выиграть.

Второе начало термодинамики: Вам не сыграть вничью.

Третье начало термодинамики: Вам даже сыграть не дадут

Жизнеутверждающе, не правда ли?

Мне кажется, что В.С., как это было с ним раньше, «очаровывается» какой-то одной изящной схемой и дальше начинает под неё аккуратно подгонять факты. По этой части ему равных нет. При этом автор весьма эффектно, в стиле НЛП, придаёт своей работе вид неоспоримости, начиная её и заканчивая обращением к базовым физическим законам, спорить с которыми бессмысленно и глупо. Соответственно, и то, что написано между ними, приобретает флёр неоспоримости. Но, если всё же отделить физику от политологии, то, собственно, колонка состоит из нескольких тезисов, которые В.С. рассматривает через призму так полюбившейся ему сегодня термодинамики.

Тезис первый.

— Любое государство всегда стремится к максимальному контролю над жизнью своих граждан. И любое ослабление государства приводит к нарастанию социальной энтропии – хаоса. Этот процесс В.С. называет «социальной физикой»

— На уровне любой стабилизации или даже социальной заморозки государства сохраняются процессы социальной энтропии.

— Рост социальной энтропии очень сложно выявлять, и ещё сложнее контролировать.

— Игнорирование или эксперименты с социальной энтропией чреваты социальными потрясениями.

— Эти же процессы проецируются вовне – в отношения между государствами.

— Выход из кризиса – на уровне внутренней политики – имперская идеология. Во внешней политике – стратегия непрерывного «расширения» и договоры между «сверхстранами» (термин В.С.)

Не скажу, что все эти тезисы являются откровением. Скорее – кратким курсом одного из разделов политологии.

Далее В.С. довольно точно, но весьма кратко констатирует процессы, происходящие в США, ЕС и Китае и чётко формулирует угрозы, стоящие перед ними. Переходя к России, он так же, скупыми мазками, формулирует процессы, прошедшие в нашем социуме за последние четверть века, но, переходя к современности, начинает заниматься политической магией, «заклиная» социальную стабильность в нынешнем её состоянии, как некую константу: «…Прямой угрозы для установленного порядка перешедший в режим молчания и параллельной общественности беспорядок не представляет. Система как никогда, слава богу, прочна, и хаос для нее не проблема. Галопирующая централизация остается генеральным трендом. Применение экстрактов исторической памяти, просроченной морали, административно-духовных ценностей и других тяжелых социальных консервантов в неограниченных дозах обеспечивает сохранение желанной стабильности»

Но большинству экспертов нынешняя энтропия российского общества не видится столь слабой и безопасной. Есть ощущение, что В.С., в силу политической конъюнктуры, и своего непростого положения на нынешнем российском политическом Олимпе, просто не решается называть вещи своими именами, подчёркивая свою лояльность «системе», и стараясь не получить обвинения в том, что многие из процессов разбалансировки начались именно в его бытность заместителем руководителя Администрации президента Российской Федерации, отвечавшего за внутреннюю политику и идеологию.

«Глобальный» рецепт борьбы с социальной энтропией от В.С. – имперское мышление (экстракты исторической памяти, просроченная мораль, административно-духовные ценности и другие тяжелые социальные консерванты в неограниченных дозах) и расширение «вовне»: «На протяжении веков Русское государство с его суровым и малоподвижным политическим интерьером сохранялось исключительно благодаря неустанному стремлению за собственные пределы. Оно давно разучилось, а скорее всего, никогда и не умело выживать другими способами. Для России постоянное расширение не просто одна из идей, а подлинный экзистенциал нашего исторического бытия».

И вот для этого необходим договор с другими макросистемами о правилах этого расширения: «…Как бы то ни было, необходим очередной раздел сфер влияния. И он (рано или поздно, формально или неформально, тайно или явно) обязательно состоится. Вопрос лишь в том, какой ценой. С точки зрения социальной физики сфера влияния это ограниченное договором пространство для рассеивания и утилизации хаоса, вытесняемого из стабильной политической системы. Если договора нет, турбулентные потоки, образуемые суперстранами, начинают сталкиваться между собой, порождая разрушительные геополитические штормы. Чтобы избежать таких столкновений, нужно направить каждый поток в отдельное русло»

И этот тезис меня, честно говоря, разочаровал своей банальностью. Это, примерно, из того же раздела, как призыв объединиться всем хорошим людям протии всех плохих. Или как у Манилова, «как хорошо было, если бы вдруг от дома провести подземный ход или через пруд выстроить каменный мост».

А что делать, если «суперстраны» не желают договариваться? То есть, абсолютно не желают? Проблема в том, что макросистема, в которой развиваются существующие политические системы – планета Земля чрезвычайно мала. Её ресурсы давно взвешены и поделены и, как всем теперь понятно, конечны, а исторические векторы разных «систем» совершенно не собираются угасать, но лишь набирают скорость. Поэтому «договор» — всегда уступка части своих прав, а значит — и ресурсов своего будущего.

И тут бы В.С. вспомнить не физику за 8 класс, а предмет, изучаемый уже на более высоких ступенях обучения, и куда как более глубоко исследовавший нынешнюю эпоху — марксистско-ленинскую философию, как бы кто к ней ни относился. В. И. Ульянов (Ленин) в своей книге«Империализм, как высшая стадия капитализма» и затем в целом ряде других работ сформулировал, а последовавшие за тем две мировые войны подтвердили один из главных законов нынешнего мироустройства: «Мировое господство», — указывает В. И. Ленин, — есть, говоря кратко, содержание империалистской политики, продолжением которой является империалистская война» И сей вариант развития событий и сброса энтропии таким вот «взрывным» способом В.С. не рассматривает и не исследует, лишь констатируя: «Исторические примеры неутешительны: и Мюнстерские договоренности, и Венский конгресс, и Ялтинская конференция стали возможны и успешны лишь после того, как хаос достиг уровня ада».

А такая вероятность, как это ни грустно констатировать, становится всё более актуальной. И в основе её лежит не вульгарная «социальная физика» Суркова – сброс энтропии вовне, а беспощадная война за ресурсы. За XXI век!

Договор между «суперстранами» возможен только при столкновении интересов равных противников, осознающих, что любой конфликт чреват взаимным уничтожением. Таким договором был заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1975 года. Но уже всего через 15 лет он был выброшен в урну «суперстраной» США, как только она получила преимущество над СССР, ослабленным, по тезису ВС «…руководством Советского Союза открывшим беспорядочный «огонь по (собственным. — авт.) штабам» и устоям» Т.е. внешний фактор, внешняя энтропия была и остаётся постоянной константой, сохраняющейся при любом состоянии дел с энтропией внутри. Разделы Российской Империи в 1917 году и СССР в 1991 году — постоянное напоминание об этом.

Как мне видится, в теории В.С. есть фатальный пробел – вера в то, что «сверхстраны» могут о чём-то договориться. Но это иллюзия. Любой договор — это не более чем «заморозка» или оттягивание по времени следующего этапа противостояния. Той самой «битвы за будущее». Фактически, это непрерывная «холодная война» итогом которой, неизбежно станет большая «горячая» война, или цепь военных конфликтов, ослабляющих того или иного участника противостояния до его «сведения с орбиты» и последующей разделки победителями.

Ещё в 2005 году в работе «Война и Миф» я писал:

«…Вдоль границы с Россией в ближайшие 3-4 года будет создан «пограничный кордон» из лояльных США государств.

Кроме того, в угрожаемый период США намерены организовать коалицию НАТО и стран «разделяющих западные ценности», готовых единым фронтом выступить против России.

Далее предусматривается организация полной экономической блокады России, которая должна истощить её и спровоцировать на «неадекватные» и «недружественные» действия, которые могут быть истолкованы как прямой вызов Западу.

Саму войну американцы видят как постепенное втягивание России через цепь региональных пограничных инцидентов и конфликтов в многонедельную войну на «изматывание» с НАТО и США, которые не должны позволить нам применить ядерный потенциал, так как потери в подобной войне будут, прежде всего, качественные. И основной целью этой войны является разрушение стратегической инфраструктуры государства, его политического и боевого управления, энергетической и транспортной инфраструктуры, систем связи, аэродромов, портов, космических систем. Но без бомбардировок и разрушений густо заселенных районов, что могло бы послужить оправданием для перерастания обычной войны в ракетно-ядерную.

Иными словами, оставшаяся без электричества, связи, дорог парализованная Россия, но не понесшая при этом массовых жертв среди мирного населения, не будет готова решиться перенести еще и ядерную войну только для того, чтобы причинить противнику подобный урон. И предпочтет условия более-менее выгодной капитуляции с установлением полного контроля над ее военно-промышленным потенциалом и политическим устройством»

Вот эту перспективу «сброса энтропии» Владислав Сурков не рассматривает вообще. Возможно, в силу своей профессиональной деформации – кремлёвского чиновника, свято верующего в силу слова, в то, что договорится можно всегда. Но В.С. забывает, что за последние сто лет политики куда более опытные и ушлые, чем он, пытались договориться между собой о «разделе мира», но всё это закончилось двумя мировыми войнами и долгим балансированием на грани третьей…

Заканчивая свою статью, и возвращаясь к столь полюбившимся В.С. терминам термодинамики, я бы хотел напомнить и о не менее важном третьем базовом законе, который можно сформулировать так: «Абсолютная энтропия идеального кристалла при О Кельвина (температура абсолютного ноля) равна нулю. В идеальном кристалле при 0К все частицы находятся в одном энергетическом состоянии, т.к. кристалл упорядочен, тепловое движение отсутствует»

Его В.С. вообще не рассматривает. А ведь большевики в своё время попытались построить именно его – идеальный кристалл. И чем сильнее нарастает энтропия в современном обществе, тем больше возникает ощущение, что большевики были правы. Менять нужно само общество, а не бороться с энтропией!

comments powered by HyperComments