«Картинки нет печальнее на свете, чем «Абрамсы» горящие в кювете…»
(Василий Шекспиров)

Совершенно удручающая история боевого применения «Абрамсов» по своей убогости намного превзошла историю боевого применения «Леопардов». Последние хоть сходили под Работино в классические атаки и горели на поле боя по-немецки гордо, среди другого отправленного в «наступ» бронированного стада. А «Абрамсов» жгут, как тараканов по щелям, выискивая их по «нычкам» и ловя на перемещениях. В общем, «презентация» «Абрамсов» на Восточном фронте явно провалилась!

Почему? Так ли уж плох «Абрамс» как танк, или украинские танкисты никчёмные бойцы? Почему после полугодичного «отстоя» в тылу «Абрамсы» так неудачно выступают на поле боя?

Сразу отметём пункт про никчёмных бойцов. В ВСУ хватает опытных танкистов! ВСУ начали войну, имея на вооружении больше 1800 танков и почти 3000 в резерве в разной степени сохранности и готовности. И все два года украинские танки постоянно присутствовали на поле боя. Более того, для овладения «Абрамсами» в США отправили лучших из лучших, а десять месяцев обучения и эксплуатации танков — вполне достаточный срок, чтобы почувствовать машину и стать с ней единым целым. Тем более нельзя назвать «Абрамс» плохим танком. Да, украинцам американцы пожалели передать последнюю его модернизацию с урановой бронёй, но и серия М1А1 вполне современная серия! Как мы видим — машина живучая. Поджечь её не так-то просто. Танк, хоть и тяжёлый, но при этом мы видим, что передвигается он на поле боя вполне уверенно. Имеет отличную пушку, современные прицельные системы и СУО. В общем, грозный противник, недооценивать которого нельзя!

Так почему же тогда «Абрамс» «не выстрелил» на поле боя?

Ответ надо искать в ситуации, сложившейся сегодня на фронте. Мы очень подробно написали о ней несколько дней назад, поэтому повторим вкратце.
На третьем году войны ситуация на поле боя начинает определяться следующими факторами:

— Способностью участвующих в войне армий быстро адаптироваться к изменению обстановки, что, в свою очередь, напрямую зависит от того, как быстро усваиваются уроки войны, как быстро военное командование реагирует на эти изменения на организационном уровне и насколько быстро военная промышленность отзывается на потребности войск и обеспечивает их всем необходимым.

— Полководческими талантами высшего командного состава, боевым опытом среднего и младшего комсостава и боевым опытом бойцов, сражающихся на передовой. Точнее, сохранением этого опытного боевого «ядра» подразделений на уровне, обеспечивающем успешное ведение всех видов боя.

— Наличием в распоряжении командования подготовленных резервов для планирования и проведения как наступательных, так и оборонительных операций в рамках, как минимум, текущей кампании (3-4 месяца).

И, в свете всего сказанного, становится понятна «трагичность» судьбы неприкосновенного резерва ВСУ батальона тяжёлых танков М1А1 «Абрамс» 4-й танковой бригады (по другим данным танки сейчас вошли в качестве пополнения после тяжёлых потерь лета 2023 года в состав 47 механизированной бригады «Магура»).

Изначально предполагалось, что и «Леопарды», и «Челленджеры», и «Абрамсы» станут «презентационным ядром» летнего украинского наступления, и видеосюжеты с ними на захваченных российских позициях и улицах занятых российских городов станут лучшей рекламой западной танковой промышленности. Но вышло всё иначе. В ходе неудавшегося «наступа» ВСУ были потеряны сотни танков, среди которых десятки «Леопардов» и несколько «Челленджеров». Фактически, танковый парк ВСУ к концу января просто «сточился», число боеготовых машин уменьшилось до нескольких сотен танков на всей линии фронта. К тому же, начались проблемы с поставками снарядов для основных артсистем ВСУ. Нормы ужались больше чем в два раза. А затем и российская армия перешла к активным действиям, начав наступательные операции сразу на нескольких направлениях. И ВСУ срочно потребовались резервы для купирования этих угроз. А таковых не было! Поэтому и пришлось кидать в бой даже неприкосновенные резервы — танковые и механизированные бригады, которые берегли для весенне-летней компании, в ходе которой предполагалось наносить энергичные контрудары и держать фронт.

Поэтому «Абрамсы» и пришлось использовать, что называется «поштучно» в качестве средства огневой поддержки своих обороняющихся войск. На тактическом уровне была повторена классическая ошибка оперативно-стратегического уровня, когда, проиграв темп, противник вынужден вводить свои резервы в бой по частям и без подготовки, теряя весь эффект их использования.

История презентации «Абрамсов» как раз про это! Командование ВСУ просто не располагает ни собственный военной промышленностью, способной обеспечить украинскую армию всем необходимым, воюя только тем, что ей передаёт Запад, у него нет необходимых резервов, и оно использует имеющиеся в его распоряжении танковые и механизированные бригады в качестве «пожарных команд». И, наконец, непрерывные потери всё сильнее «стачивают» профессиональное ядро ВСУ, и делают действия украинского командования всё более шаблонными и предсказуемыми. А тут уже никакие «Абрамсы» не помогут…

ИсточникТелеграм
Владислав Шурыгин
Шурыгин Владислав Владиславович (род. 1963) ‑ военный публицист, обозреватель газеты «Завтра», член редколлегии АПН.ру. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...