В последний день визита Дональда Трампа, уже побывавшего в Храме Неба — центре традиционной Поднебесной, отвели в Чжуннаньхай, центр современного Китая. Парк в юго-западной части Запретного города был выбран китайскими коммунистами после мирного освобождения Пекина в феврале 1949 года в качестве рабочей резиденции КПК, а затем и КНР. Примером послужили русские большевики, решившие поселиться в Кремле после переезда из Петрограда. Среди искусственных озер, мостиков и пагод императорского парка советские специалисты быстро возвели современные здания вилл руководства, рабочие помещения для аппарата, казармы охраны. На виллах жили и работали все руководители Красного Китая — от Мао Цзэдуна до Си Цзиньпина. Дональда Трампа могли бы пригласить в дом Мао Цзэдуна, где он в 1972 году встретился с Президентом США Ричардом Никсоном. Могли пригласить в резиденцию Си Цзиньпина. Но ограничились «обзорной экскурсией» по дорожкам парка и любованием старинными деревьями. Такой формат подтвердил высокую, но не самую высшую оценку итогов визита.
Вопросы вызывает необычная близость визитов в Пекин американского и российского президентов. Вряд ли стоит искать в этом скрытый смысл. Визит Владимира Путина с самого начала планировался на вторую половину мая. Визит Дональда Трампа — на 30 марта — 1 апреля. Но началось нападение на Иран и главнокомандующий вооруженными силами США решил остаться в Белом Доме. Китайская сторона не возражала, стремясь избежать двусмысленной ситуации, при которой приказы о налетах на Иран, стратегический партнер КНР и участницу БРИКС, будут исходить из Пекина через личный самолет Трампа, являющийся летающим командным пунктом для войны любого масштаба. Эту озабоченность Пекина учли, и в дни визита Трампа американцы не бомбили Тегеран.
Государственный визит 47-го Президента США в КНР прошел штатно, без протокольных шероховатостей и неожиданностей из-за непредсказуемого поведения гостя. Видимая часть диалога ярче всего проявилась в выдвижении Си Цзиньпином новой концепции «конструктивная стратегия стабильности» для отношений с Америкой. Она предусматривает сохранение нынешнего уровня без ухудшения как в двусторонних связях, так и на мировой арене. Стабильность в важнейшей области торговли не была подкреплена сенсационными сделками. Стабильность в мировых делах проявится или не проявится уже в ближайшие дни — Ормуз, Куба, оружие для Тайваня.
«Трамп в Китае» — дубль 2. Так можно назвать три майские дня в Пекине. Не только из-за переноса первого приезда 47-го Президента США. Этот визит очень похож на самый первый визит Трампа в ноябре 2017. Торжества, речи, посещение Императорского дворца, обещания прорыва в торговле с закупками Китаем сотен «Боингов», миллионов тонн сои, говядины. «Дубль 1» закончился через несколько месяцев началом полномасштабной «торговой войны» в июле 2018 года. Нисколько не снизился и уровень геополитического соперничества ни при самом Трампе, ни при Байдене.
Важной темой переговоров Си Цзиньпина и Трампа был Тайвань. Китайский лидер подчеркнул непримлемость стимулирования сепаратизма. Американец не проявил готовность ослабить поставки оружия и иные формы стимулирования сепаратистов. Уже на обратном пути, на борту самолета он даже употребил сочетание «война за независимость Тайваня». Вашингтон не намерен отказаться от одного из последних рычагов влияния на Пекин. При этом не учитывается несопоставимость мощи КНР и военного потенциала Тайбэя, даже насыщаемого новейшим американским оружием. Не учитывается и воля населения Тайваня, которое на последних парламентских выборах отдало предпочтение партиям, которые исходят из признания «одного Китая». Так что визит закончен, но провокации не отменяются.
