Украинство не лечится

Александр Дугин

Во время президентства Виктора Ющенко украинскому политфилософу Александру Дугину запретили въезд на Украину — за принципиальную позицию относительно отнюдь не светлого будущего страны, которая — не прошло и десятка лет — в точности оправдывает его прогнозы. Тогда еще украинский Крым оказался землей, с которой его прогнали и куда он теперь наконец вернулся, чтобы встретиться с жителями полуострова в рамках медиа-клуба «Формат А3».

Шахматы — это игра для двоих

1К В 2009 году, подобно оракулу, Вы сказали, что президентские выборы 2010 года будут последними, которые пройдут «в единой Украине». Тогда же Вы справедливо отметили, что, победи Юлия Тимошенко, этим будет недоволен восток страны, выиграй Виктор Янукович, это неизбежно вызовет возмущение жителей западных регионов, что в результате и произошло. На евромайдане весьма отчетливо проявились контуры раскола страны — и уже через полгода о выходе из состава уже так называемой единой страны, лишившейся Крыма, заявили Донецкая и Луганская области. Вы говорили, что следом за ними отъединятся еще ряд регионов, которые образуют единое государство Новороссию. А дальше что?

АД О распаде Украины я написал после ее возникновения, в начале 90-х, в «Основах геополитики». В то время я читал курсы по геополитике в академии Генштаба, и из Киева, узнав о них, ноты протеста слали Родионову (Игорь Родионов, в то время начальник Военной академии Генштаба ВС России — ред.). На курсах я говорил: украинское государство настолько хрупкое, что достаточно сделать несколько ошибок — и Украина распадется на несколько частей. Крым, юго-восток и на западе Подкарпатская Русь, а также малороссийский центр и галицийско-волынский запад представляют собой автономные округи. Позднее, в 90-х, я предложил смягченный вариант: Украина все-таки становится мостом между востоком и западом и действует в многовекторной ориентации как условии ее существования. Но после «оранжевой» революции стало понятно, что это недостижимо, время упущено, и распад Украины для меня стал очевиден. В скором времени меня, кстати, депортировали из Симферополя за такой анализ, позднее объявили в розыск — в общем, на Украине я стал персоной нон грата. Как только в начале 90-х я применил к Украине геополитический метод противостояния цивилизации суши и моря, мне стало понятно, что с ней произойдет и где пройдут новые границы.

1К А как же еще один вопрос: когда?

АД На него, как правило, геополитики ответить не могут. Ведь зная, что должно произойти, это можно предотвратить. Бжезинский (Збигнев Бжезинский, один из ведущих идеологов внешней политики США — ред.) говорит: нам необходимо оторвать Украину от России, и это задача. Я писал, что нам необходимо сохранить Украину в нашей зоне влияния, и это задача. Позиции прямо противоположные, а говорим мы об одном и том же: где и что. Один предлагает перетянуть в одну сторону, другой в другую. Мы встретились с Бжезинским в Вашингтоне в 2005 году. Между нами была шахматная доска. И я его спросил: «Збигнев, а Вам не приходило в голову, что шахматы — это игра для двоих?» Он посмотрел на меня и сказал: «Нет».

1К И это сказал человек, который назвал Евразию шахматной доской, «на которой продолжается борьба за глобальное господство».

АД А что значат шахматы как игра для одного? То, что он не воспринимает нас как игроков, а воспринимает только свой проект и пятую, шестую колонны в Москве, которые играют за него же. Шахматы для него — это игра в поддавки, где играет один Бжезинский с помощью своих агентов влияния в Кремле. Они просто двигают шахматы в общепринятом для фигур порядке, но куда их двигать, говорит один. Так вот, в отношении того, что и где происходит, все согласны — и Запад, и Восток. А ответ на вопрос «когда» зависит от того, будет ли на том конце кто-то, кто ответит.

Ничего уже вернуть невозможно

1К А так ли неизбежен был распад Украины или все-таки можно было ее удержать в прежних границах?

АД Только если бы вся политическая воля была направлена на то, чтобы этого избежать. Если признать две идентичности, пойти навстречу русским юго-востока, сделать вторым государственным русский язык, начать постепенное формирование гражданской нации с учетом всех настроений, выстроить баланс отношений между востоком и западом, не идти до конца в сторону России, чтобы не будоражить Запад, но ни в коем случае не углубляться на Запад, чтобы не провоцировать юго-восток — тогда можно было бы сформировать нацию. Для этого необходимы ум, понимание геополитики и признание вызовов. В украинской политике не нашлось ни одного человека, кто бы мог вменяемо все это осмыслить — ни одного. Все кричали «тут і негайно», «все і негайно», политическая элита была устремлена на Запад. А народ пассивно отторгал это. И когда давали возможность, юго-восток по-своему, даже голосуя за никудышных кандидатов вроде Януковича, выступал против западной идентичности. Совершенно очевидно, что не нашелся интеллектуальный лидер, который мог бы объединить страну.

1К Кто ж тогда нашелся, так сказать?

АД Украинские политики — больные, чрезвычайно глупые и упертые. Я сам украинец, но иногда упрямство и идиотизм некоторых охватывают как бы изнутри. Анализируя себя, я понимаю, что в отдельные моменты я становлюсь патологически упрямым — в бытовых, слава Богу, вещах. Но это очень нелегко, наверное, для окружающих и, главное, рационально необъяснимо. Вот если взять комплекс персональный, который есть во мне, и обобщить до глобальных масштабов, мы получим объяснение, почему эти люди с таким упорством разрушают собственное государство. Это такой самоуничтожающий активный идиотизм, когда устойчивость в саморазрушении приобретает характер жизненной экзистенциальной программы.

1К Как у алкоголиков и наркоманов, например?

АД Вы знаете, все гораздо серьезнее: от этих болезней лечатся, а вот украинство не лечится. Видимо, оно исчезнет вместе с украинцами. И неслучайно гимн Украины начинается словами «Ще не вмерли…» Кто поет: «Ще не вмерли…»? Тот, кто боится, что саморазрушительная тактика рано или поздно дойдет до логического конца.

1К Если с Донецкой и Луганской народными республиками все более или менее ясно, понятно, что они для Киева потеряны, какая судьба ожидает оставшуюся Украину?

АД Да, ДНР и ЛНР уже отрезанный ломоть. Одесса и Харьков — два города, где протестные настроения очень сильны, но структурно никак не оформлены. Чтобы пробудить людей, нужны резкие действия со стороны репрессивного аппарата, а они неизбежно последуют. Потому что протесты так или иначе сохранятся, кто-то перейдет на нелегальное положение, начнется гражданская война уже с подпольем, и рано или поздно все пройдут путь ДНР и ЛНР: возникнут отряды самообороны, которые развернут национально-освободительное движение и захватят Херсон, Николаев — там население настроено аналогично, просто более пассивное. И Днепропетровская область будет в итоге поделена на две части. Как скоро возникнет Новороссия, трудно сказать.

1К По крайней мере, российский президент не решается ввести миротворческие войска на территорию ДНР и ЛНР.

АД Может быть, когда, например, количество детей, убитых нацистами, перейдет какую-то грань, Путин решит подключиться по-настоящему. И кстати, нынешняя информационная атака на Крым, сопоставление Путина с Гитлером, да еще из уст принца Чарльза, — все для того, чтобы он не повторил это в отношении Новороссии или ограничился ДНР и ЛНР. Это блеф. Запад нападает на нас за то, что он давно признал, чтобы мы не сделали то, что он уже тоже готов признать. Но при этом делает вид, что не готов признать давно свершившийся факт. И так будет долго.

1К Каким после формирования Новороссии Вам видится будущее Центральной и Западной Украины?

АД Подкарпатская Русь показывает, что некоторые западные земли неправомочно находятся под властью Киева. Дальше — Буковина, населенная румынами. Румынский национализм, как и венгерский, очень силен, и сейчас они на подъеме. Соответственно претензии могут развиться, особенно после того как украинские националисты попытаются эти меньшинства подавить. Ответ из Венгрии и Румынии последует незамедлительно. Польша на самом деле явно не против усилить свое влияние на Волынь, потому что считает ее своей территорией, для поляков волынская идентичность часть их культурного плана. Между Галичиной и Волынью существуют принципиальные противоречия: галичане считают, что жители Волыни умственно неполноценные. Поскольку нацизм не имеет остановки, деление продолжится: Галичина — это укры первой категории, волыняне второй. Среди волынян очень много адептов Русской православной церкви, в отличие от Галичины, где больше униатов или раскольников, — соответственно начинается этноконфессиональное дробление украинского общества.

1К Как Вы оцениваете победу Порошенко на весьма сомнительных президентских выборах уже в первом туре?

АД Порошенко не обладает настоящим авторитетом ни в народе, ни среди олигархов. Это компромиссная фигура, за него люди проголосовали от отчаяния. По сути, его выбрали так же, как Януковича. А Яроша, предлагающего продолжать нацистский дебош, поддержали около 1%. Это означает, что западные украинцы не хотят эскалации ситуации и тем самым просят все вернуть назад. Они не понимают, что ничего вернуть невозможно, и если не осознают, что уже сейчас надо строить западно-центральную Украину, удерживая Сумы и Чернигов, то продолжат заниматься любимым украинским делом, то есть самоубийством — целенаправленным разрушением нации.
Порошенко с формированием западно-центральной Украины не справится, он этого не понимает, хотя голосованием его попросили спасти все, что еще можно. У него в глазах написано, что он как был Вальцманом (настоящая фамилия его отца — ред.), как был олигархом, так и остается. Остальное для него формальность. Своей ответственности за преступления против Украины, за финансирование майдана он не осознал и считает, что все еще можно спасти. А спасти уже ничего нельзя.

Первая крымская 30.05.2014

ПОДЕЛИТЬСЯ
Александр Дугин
Дугин Александр Гельевич (р. 1962) – видный отечественный философ, писатель, издатель, общественный и политический деятель. Доктор политических наук. Профессор МГУ. Лидер Международного Евразийского движения. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...