ОТРЕЗВЛЕНИЕ ОТ ЕВРОПЫ

Андрей Кобяков

Оживят ли отечественное село продуктовые санкции, рассказывает известный эксперт

— Ну что, Андрей Борисович, сидите, небось, и прикидываете, когда под гнетом непроданных йогуртов и яблок Европа начнет трезветь?

— Никакого отрезвления Европы нет. Скорее начинается отрезвление от Европы. Европа для России — вечное очарование. В XIX веке все разговаривали по-французски, в конце XX уверовали в то, что нас там примут с распростертыми объятиями. На самом деле мы сейчас наблюдаем саморазоблачение Европы, благородство которой преувеличено. Потому что ситуация прямо противоположна той, что мы видим в Сирии: там повстанцев против законно избранной власти вовсю поддерживают извне. А в случае с Украиной гуманитарный конвой считают вторжением.

— Очарование Европой было пропорционально поставляемым в Россию деликатесам?

— Это взаимосвязанные вещи, поскольку Европа стала нашим главным торговым партнером. Последствия санкций еще долго будут сказываться, мы зависимы друг от друга. Правда, пармезан с моцареллой я бы из этого списка вычеркнул, потому что мы их научились готовить не хуже, чем в Италии. Скорее мы можем недосчитаться каких-то экзотических французских сыров. Ну переживем как-нибудь. Что же касается овощей: какая разница, из Польши эти яблоки придут или из Турции? Для последней, кстати, открываются новые рынки сбыта продукции, которая раньше в Россию не поставлялась.

— А Европа как ястреб не накинется на этого вечного кандидата в Европейский союз — примерно так же, как она пытается надавить сейчас на страны Латинской Америки?

— Ну а с какой стати Турции прогибаться? Что, ее позиция каким-то образом учтена в ЕС? Думаете, ей нравится столько десятилетий находиться в позорном статусе кандидата? Внутренние политические события в последние год-полтора показывают, что турков ведут по сценарию «арабской весны». Президент Эрдоган это прекрасно понимает, и для него в этой ситуации открывается серьезное окно возможностей. Если Турцию не хотят видеть в одном интеграционном образовании — Евросоюзе, вполне логично попытаться стать претендентом на вхождение в другое, которое называется Евразийским экономическим союзом.

В ТУЛУ СО СВОИМ САМОВАРОМ

— А кто из попавших под санкции стран реально понесет потери?

— Для целого ряда европейских государств это может оказаться ощутимым ударом. Достаточно сказать, что в Прибалтике до 90% рыбоконсервной промышленности работает на российский рынок. Пока называется цифра убытков в 55 миллионов евро — это только для Эстонии. Для Латвии с Литвой можно прогнозировать в разы большую сумму. Куда девать литовский сыр? В Польшу? Там своего полно. Во Францию? Это как в Тулу со своим самоваром.

— И что они будут делать? Трясти матушку Европу?

— В Греции местные союзы сельхозпроизводителей требуют от руководства выйти из режима санкций против России. Такой же шок в Финляндии. Для Европы весь этот режим санкций — самоубийство, в условиях когда вблизи нуля находятся темпы экономического роста, а безработица в ряде стран просто зашкаливает. Возьмите Испанию: безработица среди молодежи — 55%! Единственное, что удивляет: потери понесут как те страны, которые в нынешнем конфликте яро выступали против России, так и те, что занимали нейтральную позицию. Я думаю, что из этих наших встречных мер должны быть сделаны какие-то исключения.

ПОЧЕМУ ИРЛАНДСКОЕ МАСЛО ДЕШЕВЛЕ РОССИЙСКОГО?

— Скажите, а с каких примерно времен мир вообще знает, что такое торговая война?

— Эти вещи происходят постоянно. Совсем недавно в топе новостей были банановые войны между Евросоюзом и США. До этого — взаимные санкции США и Франции.

— То есть на торговых войнах мир и держится?

— Конечно. Почему у нас вообще так много импортных продуктов из ЕС? Казалось бы, в Европе очень дорогая рабочая сила, а сельхозрабочие во Франции и Дании получают в разы более высокую зарплату, чем в России. Дело не в климате, а в огромной поддержке странами Евросоюза своих сельхозпроизводителей. Объем этой поддержки превышает 300 — 350 миллиардов евро в год. А у нас — на уровне 4,5 миллиарда. То есть на всю Россию поддержка сельскохозяйственного производителя почти в сто раз меньше, чем в ЕС. Это и потоварные дотации, и субсидии молодым: если какая-нибудь молодая семья во Франции изъявит желание работать в сельском хозяйстве, ей предоставляются колоссальные выплаты, для того чтобы они обзавелись техникой. И это не считая дополнительных кредитов, которые она получит в сельскохозяйственных банках! При этом кредитная ставка в Евросоюзе составляет единицы процентов… У нас же даже специализированные банки предоставляют кредиты по коммерческим расценкам. То есть нас делают неконкурентоспособными различия в экономической политике.

— Интересно, в головах людей, которые назначают такие высокие ставки, тоже произойдет отрезвление?

— Это как раз очень и хотелось бы получить в качестве результата. Нужны не только контролирующие и карающие действия государства, а одновременно и стимулирующие меры, которые бы поддержали отечественного производителя, особенно в критически уязвимых сферах.

— А деньги у нас на это есть?

— А чего мы сидим на них столько лет? Наши «самые лучшие» министры финансов, по версии журнала «Евромани», уверяли, что подушка безопасности — это хорошо. Мы засолили деньги, как кильку в бочках, вместо того чтобы ими пользоваться. Они тысячу раз бы уже окупились, если бы мы пустили их на инвестиционные программы, на поддержку отечественного сельского хозяйства, и сейчас не пришлось бы выкуривать с рынка дотируемых европейских производителей. Потому что нельзя объяснить, почему ирландское масло более конкурентоспособно, чем отечественное.

В СУХОМ ОСТАТКЕ

Нам нужны амбиции!

— Креативный класс сейчас бы сморщил носик и сказал, что качество наших продуктов значительно уступает импортному…

— То, как сморщит носик креативный класс, меня, честно говоря, не просто не волнует, а даже радует. Вот кто должен был бы отрезветь в первую очередь!

— Ну вопрос-то они ставят верно — по качеству наши продукты уступают импортным?

— Все обстоит в точности до наоборот. Нормальный человек скучает по тем продуктам, которые были в советское время. Я лично не буду покупать «высокоэкологичное» масло из Новой Зеландии, на котором написано: срок хранения — пять лет…

— А вы не видите здесь противоречия: с одной стороны, мы приветствуем страны, которые готовы поставлять нам продовольствие. С другой — говорим о том, что нужно развивать российское сельское хозяйство.

— Есть, конечно, в этих посылах определенный взаимоисключающий элемент. Я являюсь членом оргкомитета Московского экономического форума. Так вот: даже те программы продовольственной безопасности, которые публикует Минсельхоз, отличаются очень неамбициозным характером. Ощущение, что и через 20 лет мы будем зависеть от импорта сельхозпродукции, в то время как давно могли бы превратиться в нетто-экспортера.

— То есть нас ждут пустые полки?

— Нет. Наличие на мировом рынке альтернативных поставщиков позволяет эту проблему купировать. Наверное, какое-то время норвежскую семгу мы можем не увидеть. Отечественный бизнесмен тоже мог бы ее воспроизвести, но тогда ему надо дать гарантии, что через год эти меры с Норвегии не будут сняты. Потому что если мы опять откроем зеленый свет дотируемой сельхозпродукции из ЕС, то обманем ожидания отечественного производителя. Во второй раз он на это уже не решится.

Комсомольская правда, 29.08.2014

ПОДЕЛИТЬСЯ
Андрей Кобяков
Кобяков Андрей Борисович (р. 1961) – русский экономист, публицист, общественный деятель. Председатель правления Института динамического консерватизма. Заместитель главного редактора еженедельного общественно-политического журнала «Однако». В 2002-2005 гг. главный редактор аналитического журнала “Русский предприниматель”. Основной автор и соредактор Русской доктрины. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...