ТАЙГУ ЖГУТ, ЧТОБЫ ПРОДАТЬ ЛЕС ЗА КОРДОН

Максим ШевченкоМаксим Шевченко

Журналист федерального канала Максим Шевченко в программе «Точка» обсудил с гостями студии ситуацию с пожарами в Сибири.

— 5 месяцев горит Сибирь. В Бурятии огненный ад. Вот карта пожаров. Посмотрите внимательно. Пока в Москве говорили о принятых мерах и ситуации под контролем, мы потеряли площадь лесов, равную территории Словении – 20 тысяч кв. метров. Что мы слышим? «Слепой случай», «виновных нет, так сложилось». «Лето было сухое, а туристы жгли костры». Знаете, что мне больше всего понравилось из оправданий чиновников? «Осколки битого бутылочного стекла, которые якобы как линзы поджигают траву». Вот попробуйте положить такой осколочек у себя на даче и ждите, — такой речью Максим Шевченко предварил репортаж своего коллеги Сергея Холошевского из Иркутской области и Бурятии.

— Мой коллега, репортер НТВ Сергей Холошевский только что вернулся из Бурятии. Битые стекла оказались не причем. Тайгу жгут, чтобы продать лес за кордон, — утверждает ведущий программы.

Сергей Холошевский показал пожары в прибайкальских регионах глазами местного населения – жителей сел, лесничих, волонтеров, тушащих пожары, и сотрудников центра экологии.

Жечь по-русски

Смог от пожаров накрыл Иркутскую область 1,5 месяца назад. Дышать невозможно, видимость, как при густом тумане и даже хуже. Деревня Курей как раз на полпути между Иркутском и уникальным островом Ольхон на Байкале. Пожар остановился всего в нескольких километрах от домов.

— Завешиваем окна простынями, чтоб меньше дыма попадало в дом. У ребенка аллергия на дым. Ну, куда бежать? Нам некуда бежать. Тушить будем, — говорит жительница деревни.

— Лес практически никому не нужен, его бросили на произвол судьбы. Поэтому и рассуждения: ну, сгорела, тысяча гектаров, ну сгорит еще тысяча, ну, нестрашно – тут поймаем, там отожжем, догорит, подождем дожди. Ну, дождей нет, но снег же упадет по-любому, — говорит Виктор Воротынцев, сотрудник Байкальского центра экологии и этнографии «Настоящая Сибирь».

По словам Сергея Холошевского, на Ольхоне пожары этим летом заметили туристы и сразу же позвонили в МЧС. Но первые пожарные появились там только через три недели, когда огонь уничтожил уже сотни гектаров леса, а первым объектом, куда направились спешно брошенные на Байкал самолеты-амфибии «Бе-200» стала любимая база отдыха иркутского губернатора.

— Система лесной охраны, лесовосстановление и предупреждение лесных пожаров в принципе разрушено. Пожарных станций на Байкале нет ни одной, — констатирует Дмитрий Говорухин.

— С другой стороны Байкала пожары бушуют еще сильнее. В Бурятии по всей республике горит 140 тыс га уникального леса. Недалеко от поселка Турка лесники пытаются остановить продвижение огня встречным палом, — рассказывает журналист.

Бороться с пожарами в Бурятии по большому счету некому. Сейчас на 1 млрд га леса в стране 18 800 лесников. Для сравнения в Беларуси, где оставили советскую систему лесоохраны, столько же лесников, но на 8 млн га. И ничего не горит. Лесной кодекс от 2006 года ответственность за лесные пожары возлагает на регионы, а у них, как всегда нет денег и нет людей. В правительстве Бурятии сетуют на то, что последние 19 лет каждое лето в этих краях было засушливым.

— Небывалые пожары в Бурятии и вокруг Байкала в этом году обернулись потерей сотен тысяч гектаров леса. Оценить ущерб еще никто не пытается, но все сходятся в одном: причиной большинства пожаров стала деятельность человека. А знаменитый лозунг «Лес – наше богатство» в этих местах каждый понимает по-своему, — продолжает Сергей Холошевский.

— Причина простая – это бизнес. Вы посмотрите, стоит только тонкий лес. Этот лес никто не выпишет, его не сдашь, как деловую древесину, поэтому его сжигают и сдают как баланс. Другой работы нет. Если я скажу кому-то: «ты не жги и не заготавливай», он скажет: «А кто будет кормить мою семью? Ты?», — говорит житель Заиграевского района Сергей Пьянников.

Журналист Сергей Басаев выделил удивительную закономерность: лес загорается там, откуда его удобно вывезти.

— В пожарах заинтересованы не только черные лесорубы, которым легче получить разрешение на вырубку горелого леса, но и сами лесхозы, заключающие каждый год выгодные им контракты на тушение пожаров. Парадокс в том, что именно пожар, а не его профилактика – строка в бюджете, — подчеркивает журналист в расследовании.

Если не будет пожаров, не будет денег. Потому что финансирование пожаров составляет приблизительно треть от всего финансирования работ по охране лесов от пожаров

Максим Шевченко
Максим Леонардович Шевченко (род. 1966) ‑ российский журналист, ведущий «Первого канала». В 2008 и 2010 годах — член Общественной палаты Российской Федерации. Член президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments