Крымское застолье

В Симферополе состоялось совместное заседание Крымского и Изборского клубов

Поездка делегации Изборского клуба в Крым ставила целью не только встретиться с крымчанами, собрать людей, ратующих за единство русского мира, прилагающих к этому усилия. Но и собрать священные земли Крыма, чтобы всыпать их в изборский холм — место соединения русских земель всего мира. На конференции "Крым — русское чудо", состоявшейся в Таврическом национальном университете имени В.И. Вернадского (ТНУ), речь шла о проблемах и перспективах Крыма.

Дмитрий ПОЛОНСКИЙ, заместитель председателя Совета министров Республики Крым, министр внутренней политики, информации и связи.

Александр Андреевич, хочу поприветствовать вас и членов вашего клуба от лица главы республики Сергея Аксёнова и всех крымчан. Передать слова благодарности за вашу последовательную позицию и в нашем крымском вопросе. Считаем, что ваше мнение сыграло значительную роль в событиях "крымской весны".

Надеюсь, совместное заседание Крымского экспертного и Изборского клубов в центре нашей интеллектуальной жизни — Таврическом университете, будет интересно обеим сторонам и положит начало сотрудничеству.

Александр ПРОХАНОВ.

Мы благодарны, дорогие друзья и коллеги, уважаемый Дмитрий Анатольевич, что вы нашли время и желание встретиться с Изборским клубом. Не случайно мы образовали свой клуб в Изборске, городе-крепости. Потому что мы мыслим себя как оружие — идеологическое оружие. Среди нас экономисты, политики, политологи, журналисты, историки, художники, религиозные деятели, концептуалисты, которые способны многоаспектно исследовать сегодняшнюю российскую и мировую реальность и создать идеологические формулы, идеологический концепт.

Мы безоговорочно поддержали Крым в его новом русском явлении и преображении. Мы поддерживаем Юго-Восток. Недавно образован филиал Изборского клуба в Донецке. Бородай, Стрелков и Губарев вошли в филиал нашего клуба, под огнём и пулями проводят изборские заседания.

В Крыму мы посетили наиболее значительные и таинственные места, где история поцеловала крымскую землю, оставив свои негаснущие отпечатки. Мы приходим на эти священные места и забираем горстку земли. Сотворяем вокруг неё метафорическую поэтическую литургию, чтобы привезти в Россию под Изборск, где нами насыпан огромный холм, который венчается огромным распятием.

В этот холм мы насыпали земли со всей России: со святых мест, с полей сражений, с мест славы, усадеб культуры. Холм — символ соединения пространств, земель, соединения времён, эпох, потенциалов, которые бывают разбросаны по историческим пространствам. А мы эти земли сочетаем.

Этот холм — своеобразный реактор, где метафизически происходит слияние сил, элементов, ТВЭЛ исторических, в этом реакторе вспыхивают энергии, которые оплодотворяют сегодняшнюю Россию.

После девяносто первого года, когда была разрушена государственность, разрушена сталинская империя, русский народ оказался рассечённым, растерзанным, в состоянии уныния, печали, полусна.

Конечно, Крым принёс в Россию Черноморский флот и базу, черноморскую геостратегию, принёс великолепные виноградники Массандры, возможность курортной индустрии…

Но главное — он принёс в Россию солнце, принёс пробуждение. Русский народ после воссоединения с Крымом проснулся, Крым прервал чудовищную спячку России.

Неверующие стали верующими, унывающие — ликующими, согбенные распрямились — произошло чудо Крыма.

Внесение священных крымских земель в материковую Россию — это своего рода метафизический обряд оплодотворения России энергией Крыма.

И мы приехали к вам, чтобы у вас поучиться, узнать то, чего не ведаем, задать вопросы, что нас томят и волнуют.

Леонид ИВАШОВ, президент международного центра геополитического анализа, доктор исторических наук, генерал-полковник

Осознаёте ли вы, что в переходный период все важные сферы деятельности будут под давлением, под атакой? Украина и Запад в целом будут подрывать Крым различными способами. Окажут не только политическое давление, но и военное, развернётся диверсионно-террористическая деятельность. Насколько готовы крымчане противостоять? Может быть, стоит создать совет безопасности республики Крым и проводить мероприятия по мобилизационно-психологической устойчивости и готовности населения?

Александр ФОРМАНЧУК, председатель Крымского экспертного клуба

Отмечая 100 дней Республики Крым, мы проводили круглый стол с участием главы республики, обсуждали проблемы и перспективы. Да, раздражителей переходного периода много, и у людей вызывают недовольство и цены, и получение паспортов — не всё гладко в очередях. Но крымчане не жалеют о своём выборе. Они в подавляющем большинстве считают, что выбор в пользу России был справедливый, и понимают, что трудности переходного периода не на месяц, не два и не год. Осознают, насколько сложные системные преобразования идут в плане интеграции республики Крым в политико-правовое пространство Российской Федерации.

И мы рассматриваем этот процесс не как поглощение Республики Крым российским государством. Мы хотим сохранить ту крымскость, которая помогла нам 16 марта сделать выбор. Ведь выбор наш не случаен, это не стечение обстоятельств.

Мы рады, что вы понимаете наши проблемы и озабочены ими. И я бы попросил найти формы нашего дальнейшего сотрудничества. Это должны быть системные формы, и мы могли бы совместно решать возможные проблемы и задачи. Крымчане не любят, когда нами понукают или спускают готовые рецепты нашей жизни. А совместное творчество на экспертном уровне было бы полезно нам, вам, в целом России.

Сергей КИСЕЛЁВ, доцент ТНУ

После 20 последних лет жизни, что у нас была, мы готовы ко всему: к цунами, к падению метеорита, к тому, что у нас вообще не останется рабочих мест. Потому что действия Украины не имеют, думаю, аналогов того зоологического политического подхода, который мы наблюдали все эти годы. Иррациональная, основанная на умственных отвлечённых понятиях политика, что подчиняла людей воле давно умерших идей, которые актуализировались усилиями пропагандистской машины государства. Сегодня мы видим их практическую реализацию — это зверства и безумие.

На протяжении всех прошедших лет люди в Крыму не бездействовали. Мы читали тексты, которые писали вы и ваши соратники, слушали программы. И они стали теми угольками нашего негодования, которые разожгли крымское кострище. И он стал огнём того маяка, что засветился именем Россия.

Мы никогда не сомневались, что рано или поздно Крым воссоединится с Россией, и работали на эту идею. Ещё не оценён подвиг тех незаметных людей, что ежедневно работали на нашу победу: библиотекари, учителя, экскурсоводы, журналисты, которые явно, скрыто, подспудно проводили мысль: Крым — особая земля, русская земля. Здесь сосредоточены ценности, которые не могут замыкаться в рамках украинского государства. Они нужны большому геополитическому пространству, и мы знали, что рано или поздно воссоединение в Россией произойдёт.

У нас создана целая литература: от небольших тезисов и статей, выступлений на конференциях по всему миру до монографий, диссертационных исследований. Наши студенты изучали с разных сторон воссоединительную идею. Мы подготовили кадры, в том числе социологические.

Украина подписала договор об ассоциации с ЕС, а там одним из пунктов является статья о реституции. И мы говорим, что Крым и есть реституция. И ничего не могут с этим поделать, в какие бы международные суды ни обращались. А разговоры — Путин отдаст Крым, не отдаст — исключают из системы международных отношений в политико-правовом вопросе такой важный элемент, как носители суверенитета. А носители — мы, жители. И мы высказались — 97% — что никакого будущего в политическом теле Украины Крым не видит.

Подлинная, настоящая оккупация на территории бывшего СССР — это оккупация Крыма. Уничтожены наши культурные ценности, размыты наши моральные и нравственные устои. Собственность наша расхищена и уничтожена.

В Симферополе было 150 заводов, это такие индустриальные гиганты, имевшие значение для экономики всего Советского Союза, как завод по производству телевизоров: "Фатон" производили здесь, заняты были тысячи рабочих.

Крымчане готовились к таким трудностям, как отсутствие воды, света, продуктов. Но всё удачно получилось, и люди потеряли бдительность. Думают, так и должно быть: и вода в кране, и продукты, не должно быть тех проблем, которые сопровождают революционный скачок, что произошёл. Нам надо вести разъяснительную работу, что если сейчас хорошо, не значит, что через год-два не случатся проблемы.

Те, у кого родина в магазине, и кто свои политические и идеологические предпочтения определяют по ценникам в магазине, всегда были, есть и будут недовольны. Но у нас их меньшинство. Потому что вся наша интеллигенция работала на идею крымского просвещения.

Вопрос стабильности в регионе намного серьёзнее, чем трудности переходного периода. Начиная от теории большой игры, заканчивая теориями этноконфессиональных конфликтов, которые можно создать на пустом месте. Эта проблематика ярко сосредоточена вокруг проблемы Чёрного моря и Крыма в частности. Причерноморский регион — Балканы, Кавказ, юг России, Украина, Малая Азия, через неё Ближний и Средний Восток. А так как это сегодня один из мировых узлов, центров геополитики, где решаются судьбы мироустройства на ближайшие десятилетия, то и роль Крыма возрастает. Это надо разъяснять не столько крымчанам. сколько россиянам, чтобы они понимали, что взяли не два миллиона голодранцев на содержание, а взяли крепость с двумя миллионами бойцов, которые стоят на рубежах, и многие готовы на этих рубежах и лечь, как не раз и было в нашей истории.

Возьмите феномен крымских партизан. Сравните потери, которые нанёс крымский партизан и воин УПА: согласно исследованиям, один партизан в 150 раз эффективнее одного деятеля УПА.

Готовы ли мы противостоять? Только офицерских дивизий, состоящих из крымчан, можно выставить несколько. Несмотря на сложное геополитическое уравнение, которое мы обязаны решить для крымского народа, оно будет решено в нашу пользу.

Сергей ЧЕРНЯХОВСКИЙ, доктор политических наук

Существуют угрозы актуализации некоторых конфликтов, характерных сейчас для России. Первое — предоставление особого статуса тем, кого называют крымскими татарами. (Надо отметить, что славяне пришли сюда на тысячу лет раньше). Некоторые действия, направленные на удовлетворение определённых обид данного народа может привести — как ответная реакция — к чему-нибудь подобному крымской Кондопоге. Ощущаете ли вы эту угрозу и как намерены её преодолеть?

Сергей ЮРЧЕНКО, доктор политических наук

В переходный период определяются фокусные группы, группы риска, которые по-разному относятся к произошедшим изменениям. К этим группам относятся следующие.

Бизнес. Он потерял привычную среду обитания, привычные схемы решения вопросов. А представители бизнеса являются активным слоем населения. Более того, есть. бизнес, который не возродим для тех или иных людей: когда их бизнес создавался, им было по 20-30 лет, сейчас им уже по 50. И здесь могут вызревать сложности, в том числе политического характера.

Вторая группа — часть молодёжи, которая в течение 23 лет ориентировалась на те установки, что транслировались в рамках известной идеологии украинской государственности.

К группам риска можно отнести татарское и украинское население Крыма. Хотя они согласились с выбором, но не все приняли его.

Относится к группам риска и определённое чиновничество, которое остался не у дел. Крым разный. Есть трудовой. Есть Крым курортный, он ориентируется на человека с деньгами. И если курортный сезон будет не очень активным, возможно определённое напряжение. Степень готовности населения Крыма противодействовать большим игрокам, которые могут прибегать и к террору — низкая.

Что касается российских структур — правовых, общественных — я бы сказал о хаотической деятельности на данный момент. А нужна определённая программа, которая бы обобщала и опыт российских и крымских специалистов, что прожили 20 лет в составе другого государства и имеют определённые представления. Нужна крымская модель, которая должна стать обобщением интегрирующего опыта.

Александра ШВЕЦ, доцент ТНУ

Конфликтным Крым был всегда. А мы не хотели осознавать проблем и говорили, что здесь живут в мире и дружбе разные этносы. А это было не совсем так, или совсем не так. За 20 лет существования Крыма в составе Украины произошло перемещение той конфликтности, которая возникает в межэтнических отношениях крымских народов в географически чёткие пределы. Это предгорная дуга — территория трёх административных регионов Крыма: Бахчисарайский, Симферопольский, Белогорский. Кировский районы — Старый Крым. Данная дуга предгорья все эти годы создавала определённое напряжение, проявлявшееся в различных конфликтах: социально-экономических, земельных захватах, захватах церковного имущества. Были межэтнические непростые отношения по разным поводам. И вандализм также концентрировался здесь. Мы условно называем эту территорию Крыма конфликтным полумесяцем. Если это не учитывать, проходить мимо того, что Крым совершенно разный, и есть конфликтный Крым, то будем получать картинку благоденствия — ложную.

В Крыму наступил этап конкретных дел. Крым ищет тот образ, к которому надо двигаться дальше. Понимает ли это Россия? Что по телевидению? Там обговаривается гораздо больше ситуация в Донецке, Луганске, что правильно. А о Крыме забыли, воспринимают его всё также на эйфорической волне. Есть уже усталость, недоумение, непонимание того, почему так, почему о нас не говорят. Интеллектуальная элита эти вопросы задаёт. Вот университет. Мы пишем бесконечные стратегии: то развитие университета, то стратегия развития факультета, посылаем куда-то… Ответа нет. Мы не знаем, что будет с нами. Ответа нет на конкретные предложения!

По телевидению говорят о вещах сакральных, метафизических. Хорошо. Нужно. Но люди живут в конкретных условиях. Возникает вопрос с ценами. Почему никто не объясняет, например, что это объективно — транспортные издержки. Надо говорить о конкретных делах и объяснять конкретные проблемы, давать ответы, иначе дуга нестабильности, которая притихла сейчас, может активизироваться. Меджлис сейчас заседает на территории Херсонской области, чётко определился — не участвовать ни в каких вариантах правительства Крыма. Это будет подогреваться со стороны, и дуга нестабильности может вспыхнуть.

Шамиль СУЛТАНОВ, президент центра стратегических исследований "Россия — исламский мир"

Встречаясь с исламскими деятелями, заметил, начиная с середины мая, что всё чаще стал обсуждаться вопрос крымских татар. Значит, есть силы, которые этот вопрос подогревают. В июне начали поднимать другой вопрос: а чем мы можем помочь нашим братьям? Влияние меджлисов сократилось заметно. За меджлисом сейчас идёт максимум 30-35% народа. 15-20% — это люди, связанные с командой Аксёнова. Большая часть — 50-55% крымских татар — похожи в целях и настроениях на остальных крымчан. Они ждут. Если всё будет хорошо и Россия выполнит обещания — они будут лояльными. Если ситуация будет пробуксовывать, тогда они выступят в поддержку меджлиса. Проблема в том, что кто-то подстёгивает ситуацию.

Виктор ХАРАБУГА, кандидат исторических наук

Все вопросы, которые здесь звучат, звучат и на самом простом уровне людей. Вот пройдитесь по социально проблемным местам — домишки, на лавочках вечером народ сидит — поговорите. Самый волнующий вопрос: а не сдаст ли нас Россия? В Путине нет сомнения. А кто вокруг Путина? А как пятые-шестые колонны будут действовать в рамках Садового кольца? Что, если линия будет меняться?

Есть люди, готовые действовать активно, вопрос в том, кто помимо официальных органов власти, силовых структур и как их организует внутри.

Что касается терроризма, то при хорошей работе органов в таких регионах, как Крым, терроризма быть не должно. Надеюсь, руководитель ФСБ Крыма — человек опытный, его заместители тоже, национальную проблему они правильно понимают. И если в Москве соответствующие решения будут приняты, и власти крымские также решительно будут действовать, то обстановка не обострится.

Этнополитический конфликт объективно есть, все эти годы сохраняется. Вытекает он из того, что меджлис ставит вопрос об изменении формы государственности. А такая постановка вопроса свидетельствует о таящемся конфликте. Люди на бытовом уровне конфликт понимают как столкновение, но конфликт проходит целый ряд стадий в своём развитии. И сейчас, слава богу, не самая плохая ситуация. Скажем прямо: меджлис западные спецслужбы и украинские власти воспитывали как ту организацию, которую можно направить против "русских сепаратистов". И счастье татар, что не все по этому пути идут. Но дело в элитах. А элиты эти очень прикормлены. Власти должны чётко определиться относительно таких организаций и работать с молодыми энергичными людьми среди татар, которые готовы взаимодействовать с Россией, с местной властью, помогать своему народу решать социальные вопросы…

Вопрос сводят к правам ущемлённых народов…. Но каких прав лишены крымские татары? Назовите хоть одно. Избирать, быть избранным, формировать организации? Никакого. Кроме права иметь собственную государственность и этнический приоритет в Крыму в качестве коренного народа. Вот вокруг этого и крутится вся полемика.

Есть объективные социально-экономические проблемы у переселенцев и тех, кто ещё желает переселиться. Эти проблемы должны решаться. И не меджлисом. Ведь деньги выделялись на решение этих вопросов. Куда они деньги дели, не решив проблемы людей? Вот и поднять эту цепочку за 23 года. Пусть отчитаются перед своим народом.

Говорят, мол, после воссоединения уехали студенты на Украину. В мединституте два-три человека уехало. Им предложили хорошие условия — уехали. Один пишет заявление декану: "В связи с невыносимыми условиями прошу перевести меня…" А какие невыносимые условия? Ему ещё и оценку округлённую ставят, махнув рукой на его недоработки, чтобы он мог перевестись, а он! И выступает во Львове как пострадавший. Это идёт пропаганда!

Всегда будут нас обвинять и к нам придираться. Чего на это оглядываться? Надо на Москву смотреть, если там начнут против нас работать, вот тогда проблемы начнутся.

Константин ЗАТУЛИН, директор Института стран СНГ

Я предпочитаю термин "освобождение". Освобождение Крыма и Севастополя состоялось. Но крымчане внимательно и настороженно следят за тем, что происходит на Юго-Востоке. И думают: что будет, если сопротивление захлебнётся? Если удастся хотя бы на время подавить Донецкую и Луганскую народные республики, многие в Крыму убеждены, что следующим на очереди будет Крым. И освобождённый русский Крым, освобождённый Севастополь, безусловно, станут мишенью для самого разного рода провокаций.

Я уверен, что внешнюю угрозу, которая может возникнуть, России удастся купировать. Нам противостоять будет та самая, внутренне разная, разновекторная Украина, где далеко не все проблемы будут решены, даже если удастся подавить сопротивление в Донецке и Луганске. На Украине к осени возникнут другие проблемы, экономические и социальные. И какие бы американцы каким бы образом ни помогали Украине, есть уверенность, что вокруг Крыма не случится серьёзного военного обострения. Но провокации, попытки раскачать крымских татар, развалить и так слабую крымскую экономику будут. Они уже есть.

Другая проблема более серьёзна. Вот тут говорили о готовности населения Крыма к жертвам. Говорить можно только про себя. Специально для героев хочу процитировать "Яссу" Чингис хана: "Нет героя, подобного Есун-баю, нет в военном деле искуснее его человека. Однако так как он не знает усталости от тяготы похода, не чувствует ни жажды, ни голода, то и других людей, которые будут вместе с ним, всех считает подобными себе в перенесении трудностей… По этой причине не подобает ему начальствовать войском". Далеко не все готовы нести испытания. И надо сделать все, чтобы людей не подвергать испытаниям, или свести их к минимуму.

Крым сразу стал рассматриваться как некая глубинная территория Российской Федерации. Сюда сейчас пришли министерства и ведомства России, которые никогда не работали с воссоединившейся территорией по простой причине — потому что такой никогда не было. А им кажется, что они всё знают и понимают. Но так ли это?

Есть соблазн стандартных подходов. Почему устав города Севастополя, утверждённый сейчас в новой редакции, предусматривает выборы губернатора Севастополя двухступенчатым путём, в Законодательном собрании? Я много лет укорял украинские власти: "Единственный город на Украине, которому не дают себе выбрать мэра, — это Севастополь. Потому что он — русский город, в нем стоит Черноморский флот. Вот как нарушаются права севастопольцев!" Но сейчас замечательный герой, который руководил Севастополем, взял да и согласовал, и внес на утверждение такой вариант устава, по которому право прямых выборов главы у севастопольцев отсутствует уже в России. Почему? В моем родном Сочи 14 сентября граждане будут выбирать мэра. А в Севастополе — нет. Сочинцы патриотичнее севастопольцев? Да нет же.

Это, конечно, не основной вопрос жизни, но и он есть. А если это ограничение временное, то в Уставе, как и в нашей Конституции 1993 г., нужно было назвать это "временным переходным положением".

Началась избирательная кампания. Но зачем такая спешка? Уже в ратифицированный, подписанный президентом закон о переходном этапе, где выборы в Крыму были предусмотрены в 2015 году, было внесено изменение: провести на год раньше. В условиях, когда паспорта ещё не все получат к моменту выборов. Российские партии ринулись сюда расхватывать сколько-нибудь известных людей: вчера они были в "Партии регионов", теперь по всем партиям разбежались.

Я понимаю жгучее желание поквитаться с прошлым и сменить лица в депутатском сословии. Но, во-первых, надо бы быть уверенным, что придут лучшие, а не наоборот. А во-вторых, не буду говорить за весь Крым, а в Севастополе начало избирательной кампании сразу стало основанием для деления на "своих" и "чужих", для разбегания по партийным спискам и квартирам. В этой возне мелькает и истончается тот самый патриотический подъем и дух Севастополя, который заставлял лично меня, приезжая, гордиться, что я — русский и считать Севастополь самым русским городом в мире, не исключая Россию.

Я и сейчас так считаю. Но за сохранение севастопольского, крымского духа придется продолжить борьбу с новыми опасностями. Убежден, что "никто на свете не может нас погубить, кроме собственных ошибок".

Мы должны понимать, что Севастополь, Крым — особая территория. И дальнейшие проблемы, которые у нас с Украиной останутся, будут решаться через Крым. Крым будет привлекать внимание, через Крым логичнее вести коммуникацию с той Украиной, которая смотрит на Россию с надеждой. Хотя Крым уже — территория России, а Институт стран СНГ, как правило, работает с ближним зарубежьем, мы перерегистрируем нашу "дочку" "Институт стран СНГ в Севастополе" и открываем "Институт стран СНГ в Республике Крым".

Денис БАТУРИН, эксперт

Настроения элиты я бы свёл к двум позициям: это люди мира и люди войны. Люди войны — те, кто ожидают буквально физическую угрозу для себя, что после Юго-Востока Крым — следующий. Люди мира — те, кто помнит слова Путина, что Крым — это геостратегия, что Крым никогда и никому не отдадут.

О чём думают люди мира? Об инфраструктуре, что Крым — это для России источник новых идей, некой сакральности. Но мы живём сегодня и нам нужно понимать, что Крым может быть источником экономических идей и управленческих моделей. В Крыму — на территории компактной и закрытой — можно и нужно развивать их. Это шанс для России в том числе. Страна большая, и выгодно развивать регионы. А каждый регион имеет свою особенность: и населения, и почвы, и духовных основ, и экономики.

И вот хотят унифицировать, к примеру, свободные экономические зоны: что в Крыму, что в Калининградской области. Но регионы разные. И свободные экономические зоны-то, собственно, не работают. А в Крыму она должна не просто быть, а работать и показать, как эти зоны могут работать.

Всё, что будет рождено в Крыму в это новое уникальное время — это будет завоевание и богатство России. И не только военно-стратегическое, но и экономическое, социальное, идейное. И правильно было бы выделение в Крыму таких точек приложения, как энергетика, как особая экономическая зона, как сельское хозяйство — оно запустит механизм синергии. И не надо закрывать границы. Иначе будет скачок цен, не будет сырья, продуктов. Надо действовать как Израиль, который не только воюет, но и торгует со всеми окружающими странами, ведёт с ними бизнес.

Нужно создавать и развивать своё, сотрудничая с соседями. Действовать вдумчиво, конструктивно.

Владислав ШУРЫГИН, военный эксперт

Когда раньше у крымчан был общий враг, общество было сплочено. А сейчас российские проблемы сюда тоже пришли. Вот людей растаскивают на различные партии. И единое ядро внутри себя начинает распадаться, идёт деление. А когда наступает какое-то испытание, происходит раскол.

И ещё проблема — экономическое разобщение. Россия не принесла сюда никакой новой экономической формы. Она пришла с тяжёлым капитализмом. Пока на границе держит "за ошейники" олигархов, ещё не произошло вторжение, которое будет воздействовать на крымское общество. Насколько и чем можно защитить крымское единство, которое обеспечивает Крыму его уникальность?

Сергей ФИЛИМОНОВ, доктор исторических наук, заведующий кафедрой Российской истории ТНУ

То, что происходит сейчас на Украине — результат образования и воспитания. И эта политика самым непосредственным образом затронула тогда ещё украинский Крым. В 1992 году на смену кафедры истории СССР пришла кафедра российской истории. Часы у этой кафедры регулярно уменьшались, соответственно уменьшалось количество преподавателей. В сентябре 2013 года на кафедре российской истории работало 4,25 штатных единиц, в результате в сентябре кафедра была реорганизована. Историю России стали читать на кафедре новейшей истории. То есть история Индии, Палестины, Израиля, США и России — это было единое целое.

7 апреля, в день Благовещения, кафедра истории России была воссоздана. Она сознаёт сложность стоящих перед ней задач, но готова их выполнять.

Николай КУЗЬМИН, кандидат философских наук

Как сохранить духовное единство? В современном обществе есть два общества: потребления и развития. И вопрос — в энергетическом доминировании одной части или другой. Если посмотрим на Крым полгода назад, то увидим доминирование общества потребления. Чем они отличаются? Одно — гипертрофированное "общество сегодня" и "общество будущего". Это общество "хочу" и общество "надо". Если общество потребления смотрит на государство как на поставщика услуг, то общество развития смотрит на государство как на способ жизни в истории. Сейчас в Крыму в результате изменений, которые я назвал "конец конца истории" (в условиях конца истории не может быть духовного единства), общество развития стало преобладающим, есть духовая энергетика, и вопрос — как её не растерять, как сохранить.

Общество потребления манипулируемо, и оно жаждет манипуляции. В этом шанс. Потому что оно может быть манипулировано как извне, так и изнутри. И с ними надо работать: давать стимулы, социальную рекламу, потому что они — потребители реклам. А общество развития жаждет осознанных целей, идеологии, чёткого образа. Развитие объединяет людей разных национальностей. Когда в СССР начались проблемы национальные? Когда развитие фактически остановилось.

Точно так же и для Крыма: при доминировании идеологии развития многие национальные проблемы будут сниматься. Но есть риски. И в том числе идут они из России. Это деструктивный русский национализм. Красивыми словами они атакуют не в лоб, а заходят с той стороны и находят понимание. Они здесь найдут почву, смогут патриотически настроенных людей втёмную использовать. Люди порой наивны, а те спровоцируют любые конфликты. Другой риск: некоторое опопсовение крымской реальности. Образно выразился кто-то относительно Че Гевары: можно распять на кресте, а можно — на футболке. Уже появилась реклама: георгиевская ленточка, слоган — "Москва за нами". И вброс: "Мы решим ваши юридические вопросы".

Это ряд рисков, которые могут придти из Москвы и сыграть разрушающую роль.

Как-то прозвучала фраза по радио из Москвы относительно внутренней нашей ситуации: у вас всего три месяца, а уже меняете правительство.

Но это уже три месяца! Это другой режим времени, другой режим истории, это надо понимать.

Николай СТАРИКОВ

Таврический университет был основан в 1918 году — в разгар Гражданской войны. Я этим примером хотел повести нить между Гражданской войной начала прошлого века и событиями нынешними. И сегодня беженцы ищут убежища и в Крыму. Насколько сегодня остра ситуация с беженцами? И как крымская власть эту помощь оказывает, какая помощь может быть оказана со стороны материковой России?

Александр ФОРМАНЧУК

Сегодня здесь у нас порядка семи тысяч беженцев, тех, кто изъявил желание лето провести в Крыму, к 1 сентября они надеются вернуться домой: 90% беженцев рассматривают своё состояние как временное. Поэтому они неохотно оформляют документы, которые позволяют правительству принимать решения. А если люди, оказавшиеся в Крыму, хотят переправиться в материковую Россию, тут же снаряжается самолёт МЧС, который переправляет людей. Этот процесс очень динамичен. Волонтёры активно занимаются и размещением, и досугом. Медикаменты, питание есть в полной мере.

Проблем особых нет. Но часть людей под видом беженцев просто проводят время в Крыму.

К сожалению, у нас есть крымская эмиграция внутренняя, которая работает против Крыма. Андрей Сейченко был заместителем председателя Совета министров, в начале 90-х годов я с ни