ПЕРЕДЕЛКИНО ДОЛЖНО СТАТЬ МЕСТОМ ЕДИНЕНИЯ

Юрий ПоляковЮрий Поляков

В четверг, 12 ноября, исполняется 61 год писателю Юрию Полякову, главному редактору «Литературной газеты».С 2001 года он постоянно живет на даче в Переделкине. «Новые округа» расспросили его о том, что значит для него этот писательский поселок.

— Юрий Михайлович, вы помните свой первый приезд в Переделкино?

— Да. Это было в начале 1979 года. Мне было 24 года. Мне дали путевку в Дом творчества, я приехал туда с пишущей машинкой и лыжами. С тех пор я ездил туда каждый год, обязательно зимой — там была замечательная локомотивовская трасса для лыжников.

— Что за обстановка была в Доме творчества?

— Ну, пили крепко (улыбается). Бывало, ночью раздавался стук в дверь, вползала умирающая тень и спрашивала: «У тебя что-нибудь осталось? А то не доживу до рассвета». Но даже выпивка была празднеством литературной мысли. И люди приезжали вообще-то трудиться. Идешь по коридору — слышишь из-за обитых черным дерматином дверей клекот пишущих машинок.

— А как вы стали переделкинским жителем?

— В 1998 году мне неожиданно предложили пепелище от сгоревшей дачи. До меня там жил критик Виталий Озеров, автор бессмертной монографии «Образ коммуниста в советской литературе». А до него — поэт Михаил Луконин. Я за два года выстроил дом.

— Чем на досуге занимаетесь? Есть у вас сад, огород?

Огород есть. Люблю гулять в дубовой роще, в полукилометре от дома. Знаю грибные места, где можно набрать по два десятка белых. И это в черте Москвы! Дачу мне пришлось обнести высоким забором, чтобы на участок не заглядывали любопытные. Тут же рядом Музей Булата Окуджавы, приезжают автобусы с экскурсантами. Иногда попадаются на улице с горящими глазами, спрашивают: «Как пройти к Булату?» Я говорю: «Прямо. А если в другую сторону — попадете в Музей Евтушенко».

— Какого еще музея не хватает Переделкину?

— Я уже давно предлагаю сделать в старом корпусе Дома творчества музей «Литературное Переделкино». Рядом с поселком — усадьба Самарина. Там — сделать Музей западников и славянофилов. Тогда Переделкино снова стало бы местом единения писателей разных убеждений.