ИСТИНА ВОССИЯЕТ ОТ ЗЕМЛИ И ПРАВДА ПРИНИКНЕТ С НЕБЕС

Виталий АверьяновВиталий Аверьянов

Я бы хотел оттолкнуться от слов, которые вызывают много вопросов, особенно у людей, которые не знакомы с православной экзегетикой. Я имею в виду слова из Псалтыря царя Давида: "Милость и истина встретятся, правда и мир облобызаются. Истина воссияет от земли и правда приникнет с небес".

У святых отцов эти слова толкуются таким образом, что истина, которая от земли, — это Христос. Почему от земли? Потому что, хоть он и был Богом, но родился как человек. И, казалось бы, что истину естественно ожидать с неба, а она в данном случае воссияла от земли. И тогда получилось, что правда и истина, милость и мир сошлись в одном лице — лице Господа Иисуса Христа.

Но помимо чисто богословского толкования, здесь может быть и религиозно-философский подход. Я сейчас попробую развернуть его.

Здесь явлена неочевидная для человека связь между истиной и милосердием, а также между правдой и гармонией. Она не очевидна, потому что в нашей жизни мы, как правило, строгое и непреклонное знание истины воспринимаем как что-то беспощадное, нелицеприятное, есть такая формула известная — срывающее все и всяческие маски. А здесь получается, что она каким-то образом стыкуется именно с милосердием, с гармонией. Как же это возможно?

Мне кажется, что настоящее стремление к истине и к справедливости имеет своим венцом, после того как оно обличило зло и пороки, всё-таки милость, милосердие. Потому что любой преступник и грешник в последнем приближении сам является жертвой — либо дурной наследственности, либо дурной среды, дурного воспитания или собственной извращённой воли, которую он по глупости проявил.

И поэтому именно здесь пророк Давид показывает как бы уже последние глубины познания мира, познания законов бытия. И когда мы говорим о справедливости божественной и человеческой, мы тот зазор, который в нашей реальной жизни присутствует, должны всё время ощущать и правильно на него смотреть.

Когда мы говорим о социальной справедливости или справедливости в юридической плоскости, мы должны различать эти измерения — высшее измерение, которое в своём полном объеме заключает всё, в том числе и малую человеческую правду, узкую правду, которой человек смотрит на жизнь. Обычно под справедливостью понимают распределение благ, когда люди стараются никого не ущемить, пропорциональное распределение, когда есть некая соразмерность правосудия.

Например, что такое соразмерность правосудия? Око за око, зуб за зуб. По этому принципу юридическая мысль и функционирует. Потому что главная забота, которую человек полагает в своём человеческом правосудии, заключается в том, чтобы за одно око два ока не выбить, или, наоборот, за один зуб человек прощается и не получает, никакого наказания. То есть может быть уклон и в одну, и в другую сторону.

И справедливое распределение — это, конечно, очень важно, но если мы стремимся никого не ущемить, но при этом общество не развивается, то это не даст плода. Если мы даже учредим справедливый суд, а при этом нет развития, если достоинство человека как образа Божьего, как творящего начала не подтверждается, то не удастся воровство одолеть, мы захлебнёмся в воровстве и обмане.

В этом смысле настоящая справедливость для общества заключается в том, что оно должно развиваться и раскрывать потенциал человека. Только в динамичной модели справедливость может восторжествовать. В статистической модели она не восторжествует. В энтропии она заглохнет.

И сегодня наиболее остро в России ощущается эта проблема как некое противоречие между волей олигархического, богатого меньшинства, которое хочет сохранить статус-кво, и представление о справедливости как гармонии слоёв общества. Потому что меньшинство этой гармонии не хочет. Оно хочет сохранить пропасть между собой и обществом. В конечном счёте они заинтересованы, чтобы их дети, которые, как правило, учатся не в России, сохранили свои привилегии любой ценой, несмотря на то что есть более достойные дети. Это вопиющая несправедливость, которая видна всему народу.

comments powered by HyperComments