Русский мир против национальной шизофрении

(Орловская среда)

На прошлой неделе в Орле прошло первое заседание регионального отделения Изборского клуба. Историки, краеведы, преподаватели орловских вузов, представители духовенства, научной интеллигенции обсуждали тему, ставшую в последнее время как нельзя более актуальной – «Русский мир».

Русские против русских

Эксперт Орловского регионального отделения Изборского клуба Александр Иванович Якименко – один из тех, кто в полной мере ощущает свою личную принадлежность к русскому миру. Ибо, по его утверждению, к этому миру принадлежат все, кто осознает свою причастность к России.

Александр Якименко – человек советской формации, родившийся в великой стране СССР, служивший в Советской армии, оказался «за рубежом» после распада Советского Союза, когда его родная Одесса стала областным городом в «незалежной Украине». На протяжении двух десятков лет Александр Якименко наблюдал, как меняется идентичность украинцев, в свое время не отделявших себя от русского мира, как они становятся чужими и враждебными этому миру.

– Менее чем за четверть века в этой стране удалось сделать страшное, – говорит Александр Якименко, – воспитать поколение молодых людей, которые на русском языке сочиняют такие стихи, как нашумевшие вирши Анастасии Дмитрук под названием «Никогда мы не станем братьями». Данный проект, очевидно, одна из последних разработок, направленных на раскол русского мира. Русские против русских, России – вот уж действительно достижение злого гения! На Украине в течение 23 лет происходило настойчивое вытеснение русского языка. В частности, число русских школ сократилось в разы. Могу сказать на примере своей семьи: одна из моих внучек учится в Одессе. Так вот, в русской школе русский язык преподается практически как иностранный. По часам не более, чем какой-нибудь китайский или английский.

Чтобы разрыв с русским миром был благожелательно воспринят образованным классом, его преподали как европейский выбор. Если Украина – это не Россия, тогда она – Европа. Многие поверили. В результате возникла национальная шизофрения, вырвавшаяся наружу зимой 2013-2014 годов, когда русофобия приняла агрессивные и жесткие формы и страна оказалась на пороге новой Руины. Украинский кризис стал самым серьезным вызовом для русского мира после революции 1917 года.

Страшные последствия «национальной шизофрении» Александр Якименко испытал на себе: в мае 2014 года отставной русский офицер и его товарищи оказались в печально известном Доме профсоюзов в Одессе, где националисты сожгли заживо десятки людей. Якименко удалось выбраться из этого пекла живым.

Одесская трагедия глазами очевидца

– Я родился и вырос в Одессе, – рассказывает Александр Якименко, – там же окончил школу и артиллерийское училище, служил в Советской армии, окончил Артиллерийскую академию в Ленинграде. Потом из армии уволился. Ни в каких других армиях не служил и присяг больше не принимал. Занимался бизнесом, политики не касался.

После захвата власти на Украине хунтой получил предложение стать комендантом палаточного городка на Куликовом поле в Одессе. И был там с первого до последнего дня. На Куликовом поле в мае 2014-го было три городка: Народная дружина, Одесская дружина и Православный городок. Люди собирались там каждый вечер, в выходные и праздничные дни. Это были такие своеобразные митинги, где любой мог высказать свое мнение по отношению к власти и событиям, которые на тот момент в стране происходили. Там были лозунги, плакаты, там были портреты погибших бойцов «Беркута» – и к ним одесситы каждый день приносили свежие цветы. Со стороны за этим наблюдали сотрудники МВД и СБУ.

– У нас в Православном городке было всего три палатки. Одна церковная – там проходили службы, и любой православный, если у него была такая потребность, мог в любое время посетить этот походный храм. Вторая палатка – жилая и третья – штабная. В них располагались те, кто следил за поддержанием порядка в палаточном городке. Это были такие же одесситы, как и я, кто старше, кто моложе. И через какое-то время мы решили, что нужно как-то организовываться. Мы оформили документы на общественную организацию офицеров Одессы «Честь имею!» и четыре раза пытались ее зарегистрировать. На четвертый раз мне сказали открыто: больше не подавайте, нам сказали вас не регистрировать, зря ходите. Организация не ставила своей целью свержение власти или что-то подобное. Нашей задачей было обеспечить возможность выразить свое мнение каждому человеку, который приходил на Куликово поле. И наше мнение в том числе.

– Мы ожидали тех событий, которые произошли 2 мая, – это было ясно из высказываний представителей украинской власти о том, что Одессу надо пугануть так, чтобы они там голову больше не поднимали. И власть к этому готовилась: в город свезли несколько тысяч боевиков, в том числе и с Майдана, которые были хорошо организованы, вооружены, у которых были бронежилеты – в отличие от нас. Их заранее разместили на каких-то базах отдыха, на окружной дороге были выставлены посты. Накануне майских праздников их посетил депутат Парубий, который был комендантом Майдана и который, как мы теперь знаем, руководил и кровопролитием на Греческой площади в Одессе. И эти головорезы 2 мая двинулись на площадь. В драках на Греческой площади наши офицеры участия не принимали – там были наши разведчики, которые докладывали о том, что происходит. Поэтому, когда они двинулись в сторону Куликова поля, я об этом знал. На Куликово поле они ринулись со всех сторон одновременно – с криками, с воплями. И нам ничего не оставалось, как укрыться в доме профсоюзов – от этих палок, цепей, металлических прутьев, камней, дубинок… Двери пытались забаррикадировать мебелью – но они бросили несколько бутылок с зажигательной смесью, и все это запылало моментально. Плюс разбитые окна, сквозняк, хорошая тяга… Воду в пожарных кранах в здании перекрыли. А дальше началась бойня. На первом этаже входов много, людей зашло много – в основном молодежь, женщины, старики. Как они могли им противостоять? К тому же боевики разбросали на полу ампулы, которые лопались от высокой температуры, и выделялось боевое отравляющее вещество – фосген. Использовались и американские гранаты с фосфором: попадая на слизистую, при разрыве он вызывает страшнейшие ожоги. И огнестрельное оружие там применялось: я видел, как стреляли снайперы и падали люди. Там было много стариков, но этих бабушек и дедушек практически нет в списках погибших 48 человек. Хотя даже 4-го числа, уже после событий, там оставались стариковские сумочки, оставшиеся на месте их гибели, а тела уже были убраны, все было выметено до блеска. Тех, кого не убили, они вывезли по разным отделениям МВД. Меня привезли в областное отделение, где продержали до следующего вечера. Но из-за состояния здоровья меня и еще двух женщин вынуждены были отпустить. А всех остальных освободили только к 11 часам вечера 4 мая, когда народ ворвался в городское отделение. И того же 4-го числа на месте нашей палатки появились большие черные буквы – «Честь имею»…

Глобальный проект

– Из Дома профсоюзов Якименко вышел – через крышу – почти последним, вместе с ним – еще 50 человек. А через два месяца Александра Якименко и его товарища Юрия Трофимова задержали и возбудили уголовное дело по статье «государственная измена». Срок – до 15 лет… В одесском сизо Александр Иванович испытал на себе все «прелести» обращения с инакомыслящими – избиения и пытки. В конце 2014 года его обменяли на украинцев, оказавшихся в плену у ополченцев на Юго-Востоке. Воевал в Дебальцево. А в мае 2015-го перебрался в Россию, гражданином которой является с 1998 года. В Орловской области живет с октября прошлого года.

– У нас в стране, безусловно, много голов, которые считают, что мы живем не так, как должны были бы жить, – говорит Александр Якименко. – Но если бы эти головы думали о том, как улучшить нашу жизнь, не разрушая ее, это было бы одно. Но почему-то они единственным правильным образом жизни считают американский. Я лично так не считаю. Я увидел, к чему ведет такая позиция – на примере Украины, на примере Одессы… Конкретно ощутил это на своей семье, на себе лично. И хотя бы в этом вопросе я многое могу рассказать тем буйным головам, которые говорят, что мы живем неправильно, а правильно живет кто-то и где-то. Я с этим никогда не соглашусь.

Для того чтобы донести свою позицию до общества, до российской молодежи, до тех, кто будет определять будущее страны и ее граждан, Александр Якименко и принял предложение стать экспертом орловского отделения Изборского клуба.

– Изборский клуб – это клуб патриотов прежде всего, – уверен Александр Якименко. – Все экспертные оценки его участников носят исключительно патриотический характер. И эти оценки помогают понять, что мешает развиваться и укрепляться русскому патриотизму.

По мнению Алексндра Якименко, сегодня Россия может предложить миру уникальный проект под названием «Русский мир». И этот проект должен стать альтернативой западному проекту, основанному на либеральных ценностях, в основе которых лежит индивидуализм и неограниченное потребление.

– Формируя русский мир как глобальный проект, Россия обретает новую идентичность, новые возможности сотрудничества с остальным миром и дополнительные импульсы собственного развития, – считает Александр Якименко. – Мир – это отсутствие вражды. Русский мир – это еще и русское примирение, согласие, русский лад, единство, преодоленные расколы XX века. Русский мир должен быть не столько воспоминанием о прошлом, сколько деятельным, мобилизующим началом для построения лучшего будущего для великого народа, живущего в мире с собой и остальным миром.
comments powered by HyperComments