Медведев на финишной прямой

Михаил Делягин

Я прочитал подряд несколько выступлений Дмитрия Анатольевича Медведева, председателя правительства России, и настоятельно рекомендую это чтения для всех людей с заниженной самооценкой, у которых проблемы в жизни, которые думают, что всё вокруг плохо, которым кажется, что они несовершенны. Знаете, иногда бывает такое чувство, вас страшно оскорбили как-то, вы не смогли ответить, и вам кажется, что вы не человек. Это ужасное внутреннее состояние. Если вы вдруг в него попадёте, я раньше думал, что единственный способ лечения – это чтение стихов министра экономического развития господина Улюкаева, оказывается, публичные выступления Дмитрия Анатольевича Медведева работают ничуть не хуже.
Я подумал, что, может быть, действительно стоит мне идти на выборы, потому что это же теперь совершенно простое занятие. Это раньше люди типа меня, скептически относящиеся к «Единой России», нуждались в какой-то содержательной критике, нужно было что-то придумывать, что-то обосновывать, что-то доказывать, помните, несколько лет назад люди плясали на улицах, как украинцы, и кричали, что «Единая Россия» — партия жуликов и воров. Причём убедили в этом, насколько можно судить, даже саму «Единую Россию». И, когда суд признал Навального жуликом и вором, «Единая Россия» его немедленно поддержала с воплями восторга.
А теперь этого не нужно, теперь достаточно просто сказать: Дмитрий Анатольевич Медведев – лидер «Единой России». Никакой другой критики не нужно, никаких оскорблений не нужно, никаких обвинений, умозаключений, никакой конспирологии, разговоров о том, у кого есть конкретный представитель в каком регионе, не надо.
Просто: Дмитрий Анатольевич Медведев – лидер «Единой России». По-моему, для братской могилы этого достаточно.

Я цитирую дословно, Дмитрий Анатольевич Медведев это сказал позавчера, 20 апреля на коллегии Минфина. Я цитирую: состояние российской экономики гораздо лучше, чем в прошлые исторические периоды.
Ну, в принципе бывали исторические периоды, конечно, и похуже. Может быть, кто-то помнит, как в дефолт 98-го года Черномырдин в Госдуме, который пытался стать премьером перед Примаковым, после дефолта уже сказал, что по Руси как Мамай прошёл. Его из зала спросили, как фамилия Мамая, он засмущался, и в итоге премьером не стал. Мы помним, из учебника истории, разумеется, что было время разрухи после гражданской войны, и действительно президенту на его прямую линию, писали СМСки, они честно транслировались на экран, и слово разруха там появлялось достаточно часто впервые за всю нашу историю.
Помним послевоенный голод, ну, некоторые семьи помнят, некоторые семья помнят войну, некоторые семья помнят коллективизацию, когда рассказы о том, как это было, передаются из уст в уста. Может быть, товарищ Медведев имел те исторические периоды, и тогда, в общем-то, это заявление действительно имеет некоторое отношение к реальности.
Но, если говорить о прошлых исторических периодах в прямом смысле слова, то есть, о нулевых, о десятых годах, то, простите, это доказывает, что у человека очень короткая, мягко скажем, историческая память.
Но, чтобы не злобствовать, давайте проведём голосование. Может быть, я не прав, может быть, вы меня сейчас поправите. Итак. Те, люди, которые считают, что правительство Медведева может – я подчёркиваю, может – обеспечить нормальное экономическое развитие +7-495-134-21-35. Те, кто считают, что правительство Медведева в принципе не может обеспечить нам нормальное экономическое развитие, +7-495-134-21-36.
Я ещё номер не успел объявить, народ уже начал голосовать. Молодцы-молодцы, есть у Медведева сторонники. А теперь о том, что меня подвигло на эту формулировку.
Товарищ Медведев выступил в Госдуме с отчётом. Это прекрасно, это замечательно, когда политики отчитываются, ну, хотя бы перед депутатами, а президент так, вообще-то говоря, отчитался перед нами всеми, показав пример. Я тоже скептически отношусь ко многим его заявлениям, но ещё раз повторюсь, что западные политики и другие лидеры западных стран так не могут. Не то, что не умеют, но не могут в принципе.
И вот товарищ Медведев, выступая перед Госдумой, проявил потрясающую безграмотность, которая меня просто потрясла. Оказывается, главная проблема правительства Медведева – это дешёвая новость и другие виды экспортного сырья. Не то, что мы, когда нас обзывают бензоколонкой, мы должны благодарить за то, что нам делают необоснованный комплимент, потому что мне, например, неизвестна бензоколонка, которая бы торговала сырой нефтью. Не то, что как с 86-го года нам говорят о сырьевой зависимости и необходимости диверсифицировать экономику, нет. Оказывается, главная проблема – нефть подешевела и другое сырьё тоже подешевела. Ну, фишка по-другому ляжет, полнолуние сменится новолунием или наоборот, и, авось, они подорожают, и проблемы решатся. Председатель правительства России, великой страны с атомными ракетами, хотя их очень не любят либералы и хотят от них избавиться, так они мешают нас бомбить, искренне считает, что главная проблема – это удешевление сырья.
Он, вероятно, просто не знает, что нынешняя острая фаза экономического кризиса с девальвацией рубля, с паническим бегством капитала, с дикой дискредитацией государственности как таковой началась не тогда, когда у нас нефть подешевела внутри с половиной раза, и один из нефтяных баронов сказал: нефть подешевела в три с половиной раза, бензин подорожает не более чем на 10 процентов. Нет.
Острая фаза кризиса началась, я напоминаю, кто забыл, в январе 2014 года, когда никаких санкций никто не мог вообразить, включая западников, когда цена нефти превышала 105 долларов за баррель, когда десятки тысяч людей на Украине были ещё живы. Вот тогда у нас начался кризис. И не из-за дешёвой нефти, а из-за коррупции, из-за произвола монополий, из-за принципиального, на мой взгляд, отказа правительства Медведева от экономического развития как такового.
Так что люди, которые говорят в правительстве о проблемах страны, я думаю, что , в первую очередь, они должны смотреть даже не сводки Росстата, они должны, в первую очередь, смотреть на зеркало.
Я тут выписал яркие цитаты Медведева. Следующая цитата это подтверждает. Он говорит, что необходимы структурные реформы. Все, правда, тактично умалчивают, что это такое. Но любое форсирование структурных реформ, которые нужны, продлит кризис на несколько лет. Слушайте, это непереводимая игра слов, это нужно, по его собственным словам, отлить в граните, или в чём он там ещё собирается отливать, или куда он собирается отливать.
То есть, по словам Медведева, то, что ему необходимо, продлит кризис на несколько лет.
То есть, председатель правительства России искренне считает, что для него необходимы вещи, которые вредны для российской экономики, которые продляют кризис.
Это как? Выходит человек, который отвечает за экономическую политику и не только, выходит человек, который нами, ну, пусть, не правит, но который руководит, и говорит с трибуны Госдумы, и никто ему даже слова на это не отвечает, я уж не говорю, чтобы наказать его за такие слова по закону, что, оказывается, он считает необходимым то, что продлит кризис на несколько лет. И, видите ли, в качестве высочайшей милости он это будет осуществлять н форсировано, вредить нам не форсировано, а вредить нам растянуто, чтобы мы не сразу умерли, а ещё немного помучались. Понимаете?
Это когда либералы, гайдаровские, чубайсовские, ясинские, медведевские, кудринские бесконечно говорят нам о том, что непопулярные меры – это хорошо, а всё, что вызывает поддержку народа – это абсолютно не приемлемо, и абсолютно не допустимо. Это понятно: они как либералы служат глобальному бизнесу, интересы глобального бизнеса принципиально расходятся с интересами народа России. Они вообще не совместимы на данном историческом этапе. Что будет через 5 лет, мы не знаем, но пока это так. И, служа интересам глобального бизнеса, они вынуждены уничтожать страну, и поэтому для них всё непопулярное – это хорошо, а всё, что вызывает у людей поддержку, всё, что вызывает у людей понимание и приятие – это плохо, это популизм, и это абсолютно недопустимо со времён Гайдара. Это понятно.
Ещё никогда нам открыто и публично даже Гайдар не говорил, что он считает необходимым то, что будет продлевать кризис, что он считает необходимым то, что вредно для российской экономики. Это потрясающее признание. Как говорят следователи, признательные показания. Меня поражает, что в Госдуме никто этого не заметил.
Ну, конечно, есть и хорошие вещи у господина Медведева.
Он, например, сказал, что необходимо вернутся к бюджетному планированию на три года. Это правильно, учитывая, что бюджет осуществляет инвестиции, а у инвестиций в среднем горизонт реализации и окупаемости – 5-8 лет. Ну, хотя бы один шажочек в этом направлении, хотя бы вернуться на прежние позиции уже хорошо. Так что возврат к трёхлетнему бюджетному планированию – это правильная вещь, и я доложен сказать, что товарищ Медведев хоть что-то разумное говорит. Спасибо вам большое!
Но кто будет заниматься этим бюджетным планированием? Водолаз, прости, господи, Улюкаев, который нащупал уже пятое дно? Я могу не любить «Единую Россию», я могу критиковать «Единую Россию», но в ней есть вменяемые люди, в ней много вменяемых людей. Эти люди из «Единой России» господина Улюкаева публично зовут водолазом за бесконечные поиски этого дна. Причём, абсолютно бессмысленные, потому что такое ощущение , что она проваливается на это дно, подпрыгивает на нём и проваливается дальше. Товарищ Улюкаев доказал уже экспериментально, что любой его прогноз неверен.
Три недели назад, по-моему 31 марта или 30 марта, он заявил, что у нас экономический спад в первом квартале будет более 2 процентов. 2 процента с чем-то. Ну, понятно, в прошлом году у нас был спад 3,7 процента, в первом квартале прошлого года 2,8 процента. Ситуация достаточно скверная, Росстат пугается говорить, пугается давать данные, по моим ощущениям, об инвестициях в первом квартале вообще – и в январе не давал, и в феврале не давал, и в март не дал. Судя по всему, там совсем дело швах всё-таки, вопреки, что отдельные статистические показатели выглядят красиво. В общем, все поверили, что экономический спад будет более 2 процентов.
Проходит три недели, и выясняется вдруг вчера, что экономический спад у нас не более 2 процентов, а 1,4 процента по итогам первого квартала. И он замедлился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года более чем в два раза. Ну, ровно в два раза, если быть точным. И господин Улюкаев в конце марта не имел представлений о том, что у него в экономике происходит в прошедшем месяце.
Вы от этого человека, господин Медведев, собираетесь требовать прогнозирований на три года вперёд? Ну, это, что называется, жестокий цинизм.
Ну, и, конечно, обращение с фактами.
Для Медведева по-прежнему, как для Гайдара в 92-м году, главное – это снижение инфляции. Других приоритетов у него – он, конечно говорит много красивых слов – но реальных приоритетов на уровне экономической политики, насколько можно судить, у него нет. Он радостно гордится тем, что у нас государственный долг 13,6% ВВП. Это хорошо, это мало, только, вообще-то говоря, внешний долг России снижается. В первом квартале он не снизился, он остался на прежнем уровне – 516 миллиардов долларов – но он, по крайнеё мере, 1,5 года снижался. Но это не наша заслуга, во-первых, а, во-вторых, он по-прежнему больше 40 процентов ВВП из-за девальваций всех этих бесконечных. И это абсолютно не приемлемо, потому что для экономики нашего типа безопасный уровень внешнего долга – это 30 процентов ВВП. Мы не Япония, где может быть 200 с лишним. Мы не США, где больше 100 процентов ВВП, в общем, безопасный уровень. У нас другая экономика, у нас другие руководители правительства, прости, господи, поэтому для нас порог – 30 процентов. Вот об этом товарищ Медведев тактично умалчивает.
Потрясающие выражения, которые показывают степень глубочайшей идеологизированности и, одновременно, безграмотности. Ну, обычно эти вещи связаны для руководителя нашего правительства и «Единой России». Он заявил, что национализация крупных коммерческих компаний смертельно опасна для экономики.
Во-первых, про национализацию толком, всерьёз, пока никто не говорит в обществе. Пока проблема – как бы сдержать приватизацию, разграбление России, и передачу контроля за нашей экономикой нашим стратегическим конкурентам, и соответственно уничтожение государственного суверенитета, которым занимается господин Медведев, но, вообще-то говоря, у нас есть национализированные крупные компании. То есть, господин Медведев, который говорит о смертельной опасности национализации для экономики, исходит из того, что для нашей экономики смертельно опасен, например, Газпром.
В начале правления Путина одним из его безусловных достижений бесспорных был возврат под государственную собственность, под государственные контроль России Газпрома, и за это мы действительно должны благодарить Кудрина. Как бы я к нему не относился, за это ему большое человеческое спасибо. «Алмазы России – Соха» вернул под контроль России, насколько я могу судить, лично господин Кудрин. Спасибо ему только за это, но, тем не менее, спасибо.
А теперь вдруг выясняется, что, с точки зрения председателя правительства, и Кудрин, и Путин осуществили действия, которые смертельно были опасны для национальной экономики, и удивительно, что ж мы после этого не померли?
То есть, у человека уровень идеологизации, судя по всему, зашкаливает. Он выше, чем у членов политбюро ЦК КПСС, он выше, чем у нынешних европейских бюрократов, он где-то на уровне скачущих на Майдане европейцев, насколько можно судить.
Ну, давайте, может быть, вы меня поправите опять, я всё-время себя стараюсь контролировать. Дорогие друзья, честно говорю, если вы с одного телефона проголосуете 2, 3, 4 или 50 раз, то всё равно будет зачтён только ваш первых звонок. Поэтому, пожалуйста, не тратте цветы совей селезёнки, а некоторые – ещё и денежку.
Итак, возвращаясь к выступлению Медведева в Госдуме. Он считает, что приватизацию нужно осуществлять в том случае, если передача компании в частные руки повысит объём денег, которые компания зарабатывает, и соответственно повысит уровень налогов, которые она платит. Формально, внешне выглядит вполне пристойно. Но здесь прекрасно всё. Во-первых, мы не знаем, как будут развиваться события в этой компании после смены собственника. Собственно говоря, мы даже не знаем, как там будут развиваться события даже при прежнем собственнике. Иметь чёткое представление о том, как повлияет на компанию смена собственника – это означает, что мы как минимум знаем точно, кто будет этим будущим собственником, а это уже отмена представлений о конкурсном характере приватизации, о том, что кто больше заплатит, того мы при прочих равных условиях и пустим. То есть, это уже признание того де-факто, что приватизация будет не конкурсной, что это будет дружеской приватизацией в стиле бандитского капитализма Бориса Николаевича Ельцина. Это первое. Ну, не бандитского, хорошо, олигархического, или олигархического на глобальном уровне. Второе. Очень легко из любой компании, которая работает, и которая что-то производит, резко повысить её доходы, и резко повысить уровень налогов, которые она платит. Любой налоговик вам расскажет, как это делается. Но, даже если мы не будем брать налоговый террор, печальный пример налогового террора, то, вы знаете, финансист, когда приходит в производственную компанию, не понимая производства, сразу сокращает, рубит касты, как это называется. Сокращает очень многие виды расходов, которые ему кажутся ненужными. А потом выясняется, что эти производственные расходы необходимы для длительного цикла производства, и в результате их сокращения или полной ликвидации, компания несёт колоссальные потери. Но это происходит чуть позже. Я могу приводить довольно много примеров такого рода. Вот товарищ Медведев, оказывается, всего этого не знает. Он хочет в краткосрочном плане максимизировать доходы, прикрываясь нуждами бюджета, в котором без движения, после того как в марте месяце, и в этом отношении Силуанов молодец, весь дефицит бюджета, который был довольно приличным, был покрыт за счёт не используемых остатков. После того как марте месяце вся отрицательная курсовая разница, поскольку рубль укреплялся, была покрыта из не используемых остатков бюджета, после этого из не используемые остатки бюджета всё ещё составляют 8,6 триллиона рублей, они всё ещё достаточны для того, чтобы заново построить страну. И после этого люди рассказывают, что им в бюджете не хватает денег, что они хотят ограбить страну, по сути дела, ради того чтобы получить денежку в бюджет. Почему ограбить страну? Потому что, несмотря на то, что в рублях действительно фондовый индекс достиг максимума, извините, иностранные инвесторы, а внутренних инвесторов у нас почти нет, будут покупать в долларах, и для них это будет бесплатно или почти бесплатно. Сегодня вы валюте наш фондовый рынок крайне слаб, крайне низко стоит, и соответственно распродажа будет гарантирована по вбросовым ценам, даже если она будет чуть выше текущего рынка. А это значит, что это грабёж. И второе. Продаются предприятия, которые занимают ключевые позиции в российской экономике. Уже «Роснефть» плачет, что, не дай, бог, уйдёт 19,5 процентов опять BP, и тогда BP получит блокирующий пакет и сможет полностью блокировать деятельность компаний, если вдруг кому-то в мире это захочется. Но понятно, что, если 19,5 процентов будут проданы кому-то в мире, то они очень быстро об этом договорятся с BP. И уже американские, и не только американские политологи пишут: а какая разница, кто там, в России, будет президентом, если командные высоты экономики будут принадлежать нашему бизнесу, мы всё равно будем всем владеть. Товарищ Медведев, судя по его высказываниям, целиком поддерживает этот подход. Даже госпожа Дергунова, бывший руководитель «Майкрософта», полностью коммерческий человек, человек, представитель бизнеса, человек, который придумал замечательную схему, когда деньги, получаемые государством от приватизации предприятия, этим же самым государством отдаются предприятию, чтобы оно уже при новом владельце хорошо жило. Понимаете? Безумная схема. Вот человек, который эту схему придумывал, лоббировал и оправдывал, не захотел иметь ничего общего с этой безумной приватизацией и ушёл со своей должности. Потому что даже представитель бизнеса понимает, что это абсолютно не допустимо. Но, вероятно, мне не стоит употреблять фамилию лидера «Единой России» господина Медведева со словам «понимает» в одной фразе. Ещё одна замечательная фраза: он говорит, что мы не будем повышать налоги, потому что это приведёт к возвращению конвертных зарплат. Господин Медведев, судя по всему, не имеет представления о том, о чём знает даже его вице-премьер госпожа Голикова, которая заявила, что не знает, чем занимаются 34 миллиона человек, российских работников, а 34 миллиона человек – это 45 процентов рабочей силы. Понятно, что там есть и домохозяйки, и домохозяева, и люди нетрудоспособные, и всё остальное, но об уровне теневой занятости в наше стране это даёт очень внятное представление. И понятно, что у нас колоссальная теневая занятость, безумная, и эта теневая занятость вызывает, в том числе пенсионный кризис. И, когда господин Медведев говорит об угрозе возвращения конвертных заработных плат, он просто показывает, что он не имеет ни малейшего представления о реалиях российской экономики. И, более того, по моим ощущениям, он бредит не только в экономике, но и в политике. Непереводимая игра слов: лидер «Единой России» решительно выступил против, цитирую, неисполнимых обещаний во время избирательной кампании. Что тут модно сказать, кроме слов Марка Твена: опустим занавес жалости над этой сценой. Тут пишут, что можно сказать, что Валуев намного лучше справится с должностью председателя правительства не за счёт своих габаритов, он хотя бы скромный, умный , воспитанный человек в отличии… Ну, вы знаете, во-первых, я Валуева не знаю, к сожалению, но о нём так говорят, у него есть такая репутация. Но, даже если он будет не очень скромный, не очень умный, за счёт габаритов он, безусловно, сможет обеспечить исполнение своих просьб и поручений. Это первое. Второе. У меня есть сильные подозрения, что Ленин всё время писал, что любая кухарка не может управлять государством, и поэтому нужно развивать людей, поэтому нужна культурная революция. Эту цитату переиначили в пропагандистских целях, но я тоже её переиначу: у меня есть ощущение, что почти любая кухарка даже из Средней Азии, даже плохо говорящая по-русски, справится с исполнением этих функций, по крайней мере, не хуже. Мой знакомый бизнесмен мне сказал, что, когда он услышал от Медведева, что государство продолжит поддержку бизнеса, он воспринял это как угрозу. Действительно федеральный бюджет устроил искусственный жесточайший региональный кризис. Сейчас этот региональный кризис усугубляется из-за чудовищного экономического кризиса. То есть, денег физически нет, и налоговые инспекции во многих регионах работают, относятся к бизнесу по принципу «умри ты сегодня, а я завтра». Потому что им любой ценой нужно выколотить деньги сейчас из людей. Они прекрасно понимают, что они творят, но им в ряде случаев действительно некуда деваться. На фоне этой политики обещания Медведева продолжить политику в отношении бизнеса, пусть, даже названную поддержкой, действительно звучит угрозой. Медведев объявил о намерении создать комиссию по развитию агропромышленного комплекса во главе с собой любимым. Это, на мой взгляд, тоже угроза для агропромышленного комплекса. Как бы скептически ни относиться к господину Ткачёву, но он всё-таки к сельскому хозяйству имеет хоть какое-то отношение. Если он теперь вынужден будет вдвойне подчиняться премьеру ещё и в рамках этой комиссии, будет плохо. Медведев отстаивал справедливость налога на капремонт. Может быть, это описка журналистов, может быть, он действительно не знает, что это не налог, а плата. Ну, это классическое представление «Единой России» о справедливости. Мне многие представители этой партии, в том числе под камеру объясняли, что ситуация, когда, чем человек беднее, тем больше у него забирает государство из его фонда его оплаты труда – это и есть справедливость для «Единой России». Но вот справедливость налога на капремонт – точно такая же справедливость в представлении Медведева и «Единой России». Я не могу пройти мимо очередного акта поддержки, насколько я могу судить, господином Медведевым российских коррупционеров. Тут вот говорят, что я против фразы, что «Единая Россия» — партия жуликов и воров. Я не против этой фразы, но, на мой взгляд, её подтверждает лидер этой партии. Он заявляет, что он рассмотрит вопрос о конфискации имущества коррупционеров. Это правильно, хорошая вещь. Но в реальной жизни коррупционеры всё своё имущество переписывают на членов своих семей. Поэтому в США, когда в середине 70-х были приняты законы Рико о борьбе с оргпреступностью, когда великий Никсон, самый нгедооченённый из американских президентов, заложил основу победы над оргпреступностью в этих законах, он зафиксировал, что любой член организованной преступности, который не сотрудничает со следствием, он не лично расплачивается, у его семьи конфисковывают все активы, все имущество, оставляя семье социальный минимум, чтобы дети выросли не озлобленной шпаной, а относительно социализированными людьми. Только так. Всё остальное конфискуется, даже добросовестно приобретённое, потому что любой нормальный мафиози легализует своё имущество. А коррупция во власти – это всегда организованная преступность. Это в детском садике или у врача на рабочем месте, может быть, единичная коррупция, а коррупция во власти – это всегда оргпреступность. Что же нам говорит руководитель правительства России? Он заявляет, что, если мы будем бороться с коррупцией по-настоящему, как это принято, цитирую, в цивилизованных странах мира, в частности, США – это я либералов цитирую, они всегда отсылают нас к западному опыту – то это проклятый сталинский террор. Вы знаете, я много раз сталкивался с ситуацией, когда говоришь либералу, что вор должен сидеть в тюрьме, а не в правительстве, они скидываются, и начинают громко кричать, что это оправдание сталинских репрессий, оправдание сталинского террора, и что я негодяй, коммунист, фашист, и дальше всё через запятую. Я говорю: простите, пожалуйста, а почему вы считаете исполнение уголовного кодекса вашей страны чем-то недопустимым. Они теряются, но смысл очень простой: для них коррупционеры социально близки. Господин Медведев в бытность свою президентом под маркой либерализации уголовного кодекса ввёл чудовищные нормы, которые позволяют коррупционерам откупаться от уголовного наказания за взятки – это средневековая норма. Когда за преступление против государственности плачу деньги, и всё, у меня всё хорошо, всё нормально. За взятки, на которых поймали коррупционера, он сегодня имеет полную возможность откупиться из тех взяток, за которые его не поймали. И господин Медведев и «Единая Россия» в целом считает это абсолютно нормальный. И, когда сейчас действительно начинается разговор из разных слоёв общества все говорят, что необходимо бороться с коррупцией так, как это применяется в тех странах, где это работает. Кто-говорит: давайте стрелять, как в Китае. Между прочим? я поддерживаю, за особо крупные размеры, которые повлекли за собой человеческие жертвы. Всё-таки кровь за кровь принцип должен работать. Но, простите, пожалуйста, есть опыт без расстрелов, есть опыт Италии, есть опыт США. И вот сейчас Медведев говорит, что, оказывается, это не опыт США, оказывается, это абсолютно не допустимо, потому что, видите ли, коррупционеры и их семьи могут пострадать. На этом фоне мне задают вполне реальный… Ну, вот я сказал фамилию Валуев, и все клоуны, судя по всему, с Украины, судя про их грамотности, с Владимира Владимировича Путина переключились на Валуева. Я думаю, что Валуев должен быть польщён этим. Меня Андрей спрашивает, как я отношусь к предлагаемой реформе госуправления, которую предлагает Медведев. Медведев предлагает не реформу госуправления, Медведев на самом деле расписался в своём бессилии и неумении управлять. Он там написал Путину записку, на которую Путин наложил резолюцию «согласен», что для Путина большая редкость, но, тем не менее, это пока не реформа, это некоторый плач по поводу того, что всё плохо. Медведев выделяет пять позиций, которые плохи в госуправлении. Первое. Он пишет прямым текстом: в правительстве нет взаимодействия между органами власти, необходимого для решения комплексных задач. Слушайте, ну, это явка с повинной, человек даже не понимает, насколько я могу судить, смысла того, что он говорит. То есть, председатель правительства жалуется президенту страны на то, что он сам не может организовать взаимодействие между структурами собственного правительства, и даже не догадывается о том, что это его прямая служебная обязанность. Бурные продолжительные аплодисменты. Я поздравляю «Единую Россию» с таким лидером. Вы знаете, я будут стараться не критиковать «Единую Россию», потому что их и так жалко. Я питал к ним страшные чувства, нехорошие, но, когда я увидел их лидера Медведева, я понял, что в определённых ситуациях не нужно пытаться наказывать самому, боженька наказывает сам. Не всегда, но иногда это случается, и мы видим этот пример. Вторая жалоба Медведева. Оказывается, за работой правительственных ведомств нет внешнего контроля. Одна из обязанностей председателя правительства заключается в контроле за работой ведомств правительства. Обязанность аппарата правительства заключается, в том числе, грубо говоря, это следственный комитет, административный, он разбирается в конфликтах между ведомствами, он урегулирует эти конфликты, он выступает переговорщиком, он выясняет, кто прав, кто виноват, и чем вызвана та или иная позиция, он подстёгивает, он не просто организует взаимодействие, он, безусловно, обязан контролировать. Господин Медведев жалуется президенту Путину на самого себя. Что ещё можно сказать про эффективность государственного управления? Он пишет: работой министерства занимается только министр, кавычки закрываются. То есть, непереводимая игра слов. У нас сложная система управления, в которой много недостатков. Например, министры не подчиняются в ряде случаев премьеру, не только потому что премьер такой, как Дмитрий Анатольевич Медведев, а потом что министры назначаются и увольняются не премьером, а президентом. Это действительно внутренняя управленческая проблема, она политически обусловлена, но эта проблем есть. Наконец, он хочет ввести ключевые показатели эффективности для отдельных министерств, KPI, так называемая. Это хорошее и красивое иностранное слово. В советское время это называлось КТУ – коэффициент трудового участия. Я очень хорошо помню, когда я был с стройотряде, я как продвинутый экономист, ка я им оказался в отряде единственным, вёл КТУ. Меня посадили на его расчёт, потому что инициативы наказуется исполнением, и меня спасло от смертного боя только то, что я всё сделал по-честному, и я справедливо оценил, что люди, которые таскают камни 8 часов в сутки, должны получать больше денег, чем я, который сижу и рассчитываю коэффициент трудового участия. Только по этому меня там не линчевали, потому что у меня КТУ оказался по-честному самый маленький. Все остальные в прямом смысле слова передрались. Попытка ввести KPI для чиновников под другими терминами, оценить вклад каждого чиновника в конечный результат, была предпринята в 2003-2004 годах, и продолжалась несколько лет. Обернулась полным бюрократическим параличом, и выяснилось азбучная истина, что чиновник не токарь. Производительность труда измерить невозможно. Качество работы измерить затруднительно. И никто, за исключением редчайших исключений, не может оценить, а то или иное изменение в обществе является результатом управленческого воздействия какого-то чиновника, ещё какого именно чиновника, или результатом объективных обстоятельств. Мы все помним, что в нулевые годы мы все стали жить лучше. И вот официальные пропагандисты скажут, что спасибо товарищу Путину, благодаря которому мы стали жить лучше. Причём, на самом деле они говорят «при котором», а не «благодаря которому». Даже они понимают, что ещё было удорожание нефти. А оппоненты кричат, что было удорожание нефти, и власть здесь вообще ни при чём, и, если бы власть вела себя, как в 90-е годы, то люди бы стали жить ещё лучше, чем они улучшили свою жизнь в нулевые годы. У нас господин Улюкаев нам рассказывал про спад более 2 процентов, а потом он оказался 1,4 процента. Это кто внёс вклад? То, что в марте месяце у нас резко подорожала нефть? То, что госпожа Набиуллина укрепила рубль? Или то, что господин Улюкаев под ковром шевелили ручками, искал дно, и, наконец, нашарил потными ручонками это дно? Кто внёс вклад? А непонятно. Нужна серьёзная следственная работа, именно следственная по каждому отдельному пункту, и не факт, что вы получите результат. Итак, я хочу подвести итоги. Мы сегодня чуть раньше уходим из эфира. Вы знаете, у меня какая-то тоталитарная демократия получается на всех опросах. Я пытаюсь задавать вопросы, которые должны раскалывать общественное мнение, если судить по официальному рейтингу господина Медведева. Но 93 процента людей говорят, что правительство, возглавляемое лидером «Единой России» господином Дмитрием Анатольевичем Медведевым, в принципе не может обеспечить нормальное экономическое развитие. 7 процентов говорят, что он в принципе может обеспечить нормальное экономическое развитие, и я сильно подозреваю, что 7 процентов – это что-то, вроде, реального уровня популярности «Единой России», хотя, разумеется, все социологические опросы показывают на совершенно другие результаты. Но я должен защитить Дмитрия Анатольевича Медведева. Когда говорят, что программа импортозамещения – это полная ерунда, полная околесица, не работае

ПОДЕЛИТЬСЯ
Михаил Делягин
Делягин Михаил Геннадьевич (р. 1968) – известный отечественный экономист, аналитик, общественный и политический деятель. Академик РАЕН. Директор Института проблем глобализации. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...