— Надеюсь, вы уже обжились в нашем часовом поясе. Скажите, встреча в Соединенных Штатах, что это было? Это была просто демонстрация некой открытости, готовности к диалогу? Это были такие добрые намерения? А вообще, о чем вы говорили с американцами? С кем пообщались?
— Это был прорыв блокады. Это было установление межпарламентских отношений (как выразился товарищ Рубио, гражданин Рубео), создание канала коммуникаций. Ожидается создание так называемого русского кокуса, то есть группы по нормализации отношений с Россией в американском Конгрессе. Американские конгрессмены хотят к нам приехать. Но в целом мы обсудили достаточно широкий круг вопросов, которые представляют обоюдный интерес и где, выводя санкции, американцы сами себе портят жизнь.
Поговорили с представителями американской администрации. Поговорили с конгрессменами. Была большая встреча с ведущими аналитиками, куда пришло человек 20, на самом деле.
— Что касается санкций, вы что, открыли американцам глаза на что-то, чего они сами не видели?
— Надо понимать, что американцы предельно идеологизированные. Как сказал представители одного из ведущих американских тинк-тэнков, во-первых, решения принимаются на основе идеологических представлений, в том числе не совсем адекватных, в силу бюрократической инерции, которая колоссальна, без учета конкретных последствий, в том числе экономических, и без глобального видения, то есть рассматриваются отдельно друг от друга разные регионы.
После чего мне просто осталось развести руками и сказать, дорогие друзья, я, конечно, тоже ностальгирую по Советскому Союзу, но не до такой степени, чтобы всё это воплощать в жизнь в России.
С конгрессменами разговор был очень прямой, жесткий, очень откровенный. То есть начали с того, что мы вам не друзья, на что мы выдохнули с облегчением, сказали: «Ребята! Наконец-то! Мы вам тоже нет!»
То есть мне лично приходилось объяснять уважаемым сильно верующим людям, что идеология бандеровщины это идеология нацизма, и она сильно отличается от других идеологий, что это немножко не демократия, а террор.
Мне пришлось объяснять участникам военных действий, почему я ношу этот галстук, сколько у меня погибло товарищей. Когда он сказал, что у меня 50 друзей погибло с начала века, я сказал, ну, хорошо. Мне пришлось объяснять, что я понимаю, как вы планируете военные действия, как вы планируете свои действия, но вы понимаете, что с начала 90-х годов во всех конфликтах присутствует третья сила, против которой вы сейчас абсолютно беззащитны.
Мы немножко поспорили о том, что это за третья сила, на чьей она стороне играет.
— И к чему пришли?
— Нет, это был просто обмен мнениями. Но когда им Вячеслав Алексеевич (Никонов — ред.) объяснял, что люди, которые посоветовали Трампу напасть на Иран, они не друзья Трампу, и, как я понял, даже не друзья Америки, надо было видеть. Госпожа Луна, это такая: «глазки сияют», улыбка в 32 зуба, такая сияющая латиноамериканская куколка, — надо было видеть, как у нее желваки ходили.
— Извините, что вас перебиваю, Анну Паулину Луну у нас, по крайней мере, наши политологи, некоторые называют ее едва ли не ренегатом в трамповском лагере, отреклась от идей трампизма и теперь она чуть ли не воплощается.
— Списочек этих дебилов мне потом после эфира дайте. Хорошо. Я объясню очень просто. Они просто перепутали Анну Паулину Луну с Такером Карлсоном.
Луна — это самая преданная трампистка, которую только можно себе вообразить. Именно поэтому она имеет колоссальное влияние.
— Когда вы говорите о таких открытых дебатах, непростых разговорах, вам не кажется странным, что наши соседи по евразийскому огороду, европейцы наглухо от нас закрыли, сидят за своим забором, за своей калиткой, и никаких парламентских контактов у нас нет, хотя сами небеса велели нам с ними о чем-то разговаривать. А американцы, приглашают вас в гости, выслушивают иногда вещи, которые, возможно, им не очень приятно слышать.
— Неприятно, но они ведут переговоры, потому что они видят, что ситуация зашла в тупик. А Европа сейчас находится в положении Британской империи после войны, когда Советский Союз и Соединенные Штаты Америки просто методично ее ели. Сейчас блюдо на столе — это Европа. Потому что Америка управляется разумными людьми, Россия управляется разумными людьми, Англия управляется людьми очень опасными, но при этом имеющими свою стратегию, а Европа управляется недоразумениями.
— (Набранными — ред.) по объявлению?
— По объявлению нашли бы лучше.
— Несколько интимных вопросов. Вся сеть шумела в то время, пока вы были в Америке, что всем нашим законодателям там подарили носки с портретом Трампа. Я не прошу их демонстрировать. Действительно, трамповские носки теперь у вас в гардеробе?
— Нет, они у меня лежат в шкафу среди прочих подарков, потому что в американской политической традиции дарить всякую ерунду. Ну, для понимания, мы подарили в ответ добрый кола. Тоже маленькие бутылочки. Ну, а что касается огласки, понимаете, переговоры имели, как бы, эм… открытую часть и некоторые элементы, которые не надо публичить. Чтобы все поцтриоты на зарплате и без зарплаты, не снимая кастрюлю с головы, бросились куда-то, нужно было кинуть камни по кустам.
Это получилось.
