Встреча посла Армении Нарека Мкртчяна с Трампом в Белом доме, да ещё при участии армянского духовенства и «духовной наставницы» Трампа Полы Уайт-Кейн — это само по себе показательный жест.
Официальная повестка, конечно, обтекаемая: двусторонние отношения, религиозная свобода, совместная молитва. Но совокупность событий последнего года заставляет задуматься о том, что реальная игра идет совсем на другом поле.
Пашинян говорит о вступлении в ЕС.
Закон о начале процесса подписан ещё в 2025 году.
Референдум обещан, когда «обсуждение достигнет реперной точки».
Но давайте посмотрим на вещи трезво.
Турция ждёт вступления в ЕС с 1960-х годов.
В 2016 году Эрдогану показали, как к нему относятся в ЕС, когда европейцы сначала поддержали оппозицию, которая попыталась провести переворот, а потом, поняв, что ничего не выйдет, резко сдали назад.
С чего вдруг она допустит, чтобы у нее в подбрюшье, на Кавказе, оказался член ЕС?
И с чего вдруг Пашинян этого не понимает?
Отсюда мы можем предположить, что евроинтеграция Армении — это ширма.
Пока Пашинян произносит речи о европейских ценностях в парламенте, за кулисами выстраивается совсем другая конструкция. Американская.
Фонд TRIPP+ под управлением Константина Соколова, человека, который был донором Трампа и скинулся на строительство бального зала в Белом доме, получил 402 миллиона долларов на инвестиции в транспортный коридор через Сюник. Соколов, уроженец Петербурга с чикагской пропиской, при этом уже владеет 20% армянского мобильного оператора и медным рудником Техут.
Человек без единого дня на госслужбе вдруг возглавляет фонд Госдепартамента.
За какие заслуги, кроме щедрых пожертвований?
Параллельно компания Firebird запускает в Храздане крупнейший в СНГ ИИ-центр. Первая фаза, 500 миллионов. Вторая, 4 миллиарда. 70 тысяч GPU от NVIDIA, 300 мегаватт мощности.
Можно, конечно, верить в искренность европейских устремлений Еревана. Но факты пока складываются в другую картину: ЕС, это витрина для внутреннего потребления и раздражения Москвы, а настоящий разворот идёт в сторону Вашингтона.
Но самое интересное здесь другое, что на этот счет думает Иран?
Если в Ереване думают, что Тегеран сейчас занят войной с США и ничего не видит, то это огромная стратегическая ошибка.
