«СОВРЕМЕННАЯ РОССИЙСКАЯ ДУМА — ЭТО НЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО НАРОДА. НАРОД ТУТ ВООБЩЕ НИ ПРИ ЧЕМ»

— Максим Леонардович, одним из главных событий прошедшего года явились выборы в Госдуму, завершившиеся к радости «Единой России». Как вы оцениваете качество этой избирательной кампании?

— Выборы от региона к региону были совершенно разными. Где-то выборные процессы были организованы более-менее демократично, а где-то слово «демократия» и рядом не стояло. Поэтому говорить о данной избирательной компании трудно — я бы не стал обобщать таким образом. Но в целом эта Дума не является представителем народа.

 — А кого же она тогда представляет?

— Процесс голосования или подсчет голосов не определяет на самом деле количество представителей народа. Так что социальные страты, которые представляют большинство депутатов Госдумы, к народу не имеют отношения. Это все номенклатура, руководящие слои или крупный бизнес. Если говорить откровенно, эта Дума скорее представляет подавляющую часть согласованного с бюрократией (от региональной до федеральной) чиновничества, буржуазии и лояльных по отношению к власти журналистов. Эти люди, собственно говоря, и составили такую Думу Его Величества. Это тот политический класс, те силы, которые господствуют в нашей стране. Они создали под себя политические институты. Я не говорю, что это хорошо или плохо, просто такова реальность. Повторюсь: все зависит от региона. Где-то это адекватные люди, которые органично вписались в систему современного госкапитализма России; где-то это просто криминально-коррупционная шантрапа, которая за деньги пролезла в парламент, оплатив свои места; а где-то те, кто пролез за деньги, при этом реально представляют чьи-то интересы и чьи-то группы.

Современная российская Дума — это не представительство народа, это представительство разных социальных, экономических, политических и управленческих групп. Народ тут вообще ни при чем.

— А разве в истории России — как царской, так и постсоветской — была хоть одна Госдума, которую можно назвать народной?

— Ну конечно! Вторая и третья Дума Российской империи, четвертая в какой-то степени. В их состав входили разные политические партии вплоть до революционных, до социал-демократических и до радикально-оппозиционных. В четвертой Думе даже была большевистская фракция (в ее состав входили 6 депутатов; кроме этого, социал-демократов представляли 8 меньшевиковприм. ред.). В дореволюционных думах также были национальные кандидаты, начиная со второй. Там были представители татарской интеллигенции, исламской интеллигенции, башкирской интеллигенции, представители Кавказа — они как представители мусульман проходили (всего мусульманская фракция во второй Думе насчитывала 30 депутатовприм. ред.). Были представители финнов или поляков — разных народов страны (польское коло в 1907 году составляло 46 человекприм. ред.). Собственно говоря, царская Дума, особенно вторая, третья, четвертая, была гораздо более адекватная, чем нынешняя.

В нынешней Думе, как я уже говорил, партии представляют интересы не народа, а отдельных лоббистских групп. Часть этих групп можно назвать эффективными. Вот, допустим, Татарстан — эффективно развивающийся регион. Если регион эффективный, то надо сделать так, чтобы группа, его представляющая, соответствовала уровню и стратегии развития региона. А есть регионы, которые разорены, как Дагестан. Но давайте посмотрим, кто представляет Дагестан? Миллионеры, миллиардеры. Хотя, повторяю, это разоренный регион. Если богатые люди представляют богатый регион, это адекватно, мне кажется. Например, я ничего не имею против миллиардера Дональда Трампа, который представляет Америку. Америка богатая — и президент богатый. А когда бедные и нищие регионы, где чудовищная социальная инфраструктура, такие как Дагестан, представляют богатеи, мне кажется, это неадекватно. Это дискредитирует Государственную Думу и дискредитирует политическое представительство в целом.

— Между тем Вячеслав Володин, став спикером седьмой Думы, делает акцент на том, что нижняя палата парламента должна быть самостоятельной.

— А до этого Владислав Сурков и Вячеслав Володин сами сделали все, чтобы Дума стала ничем. Теперь, конечно, им хочется в роли спикеров, чтобы Дума была чем-то. Вот начали они с правительства, но с правительством они уже не справились. Может быть, в парламенте им удастся что-то подмять под себя, приобрести больше полномочий. А дальше посмотрим. Но я что-то сомневаюсь. Как может быть самостоятельной Дума, не имеющая широкой социальной поддержки, а имеющая лишь лоббистскую поддержку? Вообще, вся система современной политической России — лоббистская. Я не считаю, что это как-то ужасно, просто вот такая система. И вот такая Дума. Данная политическая конструкция так устроена.

В публичном пространстве Госдума действительно занимается законотворчеством — на мой взгляд, каким-то чрезмерным законотворчеством. Как недавно сказал Михаил Федотов (председатель совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человекаприм. ред.), это ненормально, когда в неделю десяток законов выпускается. Лучше в неделю один, но хороший, качественно продуманный закон.

Помимо этого, Дума занимается мифологией, публичным пиаром и лоббированием интересов разных бюрократических, экономических и управленческих структур. Может быть, силовых структур. Лоббированием интересов регионов, естественно, тоже. Вот и все. Вся страна построена как карточный домик. Как представительство народов Госдума, безусловно, выглядит нелепо, а вот представительство управленческих структур в ней есть.

— На ваш взгляд, обоснованно отказались от идеи предварительных выборов в 2017 году? Если, конечно, такая идея вообще была, ведь официально она нигде не озвучивалась.

— Я не понимаю, на чем эта идея основывалась. Есть закон, и закон надо соблюдать. Я против того, чтобы законы прыгали туда и обратно, чтобы их изменяли сначала в одну сторону, потом — в другую. Я не вижу никаких проблем в том, если выборы президента пройдут в 2018 году, как это изначально и планировалось.

«ВОЙНА С СЕКТОЙ НЕОЛИБЕРАЛОВ ОБЪЕДИНЯЕТ ПУТИНА И ТРАМПА»

— Теперь, если позволите, поговорим о Дональде Трампе. Его неожиданная победа на выборах в США стала одним из главных событий года. Большинство высказываний Трампа о Путине и России звучит непривычно благожелательно. Но вот недавнее его заявление о наращивании американского ядерного потенциала настораживает, заставляет увидеть в нем очередного «ястреба Пентагона».

— Ядерный потенциал — это формальность, это просто символ лидерства. Понятно, что ни в какой войне современный ядерный потенциал не может быть применен в том объеме, в котором он существует. Ядерный потенциал — это, условно говоря, как объем мускул. У тебя крутые бицепсы — значит, у тебя ядерный потенциал не меньше 12 тысяч ракет, ты такой шарообразный громадный Кинг-Конг. Менее крупный — 200 ракет, но тоже круто. А у тебя одна ракета — тоже хорошо. А у тебя вообще нет ракет — тогда сиди и отдыхай. А к бицепсам добавляются еще и деньги. У американцев крутые бицепсы и еще денег целая мошна. У России бицепсы тоже крутые, но денег не очень много. Вот так по ранжиру и распределяют.

Таким образом, наращивание потенциала — это просто демонстрация американского лидерства, а не угроза миру. Вряд ли американцы начнут ядерную войну, тем более при Трампе. Я еще допускаю, что при совершенно безумных демократах любая война могла начаться, включая ядерную. Но Трамп — бизнесмен. Зачем бизнесмену начинать войны? Ядерное вооружение — это такая метафора превосходства, метафора членства в клубе, который определяет судьбы мира. Денег много — значит, тебе надо нарастить еще мускулы. Все нормально.

Что касается отношения трамповской Америки к России, то, на мой взгляд, это отношение будет выстраиваться не с расчетом на Россию или, скажем, Зимбабве. Неважно, как называется страна. Американцы эпохи Трампа будут делать ставку на союз национальных бюрократий. Они, как я уже говорил, делают ставку не на глобальное единое пространство, которое обустраивали либеральные сектанты, чьими лидерами являются демократы, а на некую систему равновесия национальных государств, среди которых Америка опять-таки самая раскрутейшая. Для этого и нужен ядерный потенциал, чтобы быть раскрутейшим с ядерными авианосцами, да еще и с ядерными ракетами.

— А как будут складываться личные отношения Трампа и Путина? Заочно они не раз расписывались в уважении друг к другу, но личной встречи между ними еще не было.

— Мы видим, что новым госсекретарем США стал человек, награжденный орденом Дружбы народов Российской Федерации, — Рекс Уэйн Тиллерсон. Поэтому пока все идет хорошо. Операция внедрения прошла успешно. Это такая шутка.

А так наши интересы совпадают. Путину и Трампу угрожала эта сектантская мировая либеральная банда — такая неолиберальная, неосионистская, мондиалистская, неофинансовая. Это сектанты, которые считают, что человечество должно соответствовать новым принципам антропологическим и новым принципам гуманистическим. По их мнению, следом за технологической революцией должна измениться природа человека.

Это такой новый марксизм, новый социализм — то, что символизируют собой Клинтоны и другие представители поколения неолибералов. Даже их реакция на гибель нашего самолета Ту-154 под Сочи, к примеру, то, что Божена Рынска написала в своем «Фейсбуке» (скандальный блогер приветствовала смерть журналистов НТВприм. ред.)… Перед нами просто религиозные фанатики, уроды такие, сектанты абсолютные.

А Трамп — это реальный человек, это реалист, как и Путин — реалист. В чем-то они плохи, в чем-то хороши, но это, по крайней мере, люди — со всеми слабостями и со всеми своими сильными сторонами. А по поводу неолибералов не покидает ощущение, что они не люди, они просто настоящая секта. И война с ними объединяет Путина и Трампа. Это очень серьезный враг, который ждет, что через четыре года Трамп уйдет и они опять возьмутся за свое: за переделку человеческого материала в глобальном масштабе. У них свои представления о том, какой должна быть экономика, какой должна быть психология, каким должен быть человек, каким должен быть набор человеческих свобод и так далее. По их мнению, не мир является результатом гения человека, а человек является результатом преобразования мира. Это абсолютно неосоциалистический взгляд, новый социализм, а по сути — новая казенщина. Ну да, с бо́льшими деньгами для некоторых, новыми типами финансовой экономики. Если добавить к марксизму финансовый капитализм, получилось бы то, что мы сейчас наблюдаем. Конечно, идею справедливости надо вычесть. «Пусть богатые будут богаче», — как писала любовница Сердюкова Евгения Васильева, которую по делу «Оборонсервиса» заключили под домашний арест. Это тоже их идеология.

Не то чтобы Путин и миллиардер Трамп против богатства… Но еще раз повторяю: они люди со всеми присущими им грехами, а это — не люди, они, на мой взгляд, символизируют уже что-то нечеловеческое. Новое тоталитарное глобальное мышление.

— Это трансгуманизм так называемый.

— Да, трансгуманизм — так можно сказать. Причем с ударением на «транс».

«ЕЩЕ ВЧЕРА НОСИК ГОВОРИЛ, ЧТО ЧЕМ БОЛЬШЕ УБИТО СИРИЙСКИХ ДЕТЕЙ, ТЕМ ЛУЧШЕ. А СЕГОДНЯ ОНИ ВСЕ ЛЬЮТ СЛЕЗУ ПО ДЕТЯМ АЛЕППО»

— По Сирии Путину и Трампу удастся договориться? Вот уже и Алеппо освобожден от террористов.

— Я думаю, после освобождения Алеппо нам предстоит торговля с турками. Туркам предоставили возможность взять Мосул (второй по значению город Ирака, захвачен террористами в июне 2014 года прим. ред.) но, судя по последним сообщениям, они несут большие потери. К примеру, потеряли танк «Леопард-2» — один из самых современных танков в мире. ДАИШ (арабское название запрещенной в РФ группировки ИГИЛ прим. ред.) — орешек, который не всем по зубам. ДАИШ отличается тем, что наносит удары эффективные, быстрые, современные, технологичные на разных участках фронта. Можно сказать, что ДАИШ напоминает махновскую армию периода ее расцвета (1919 — 1920 годы), когда махновцы большими массами конницы могли перемещаться на большие расстояния и наносить удары по коммуникациям белых, красных и петлюровцев, достаточно эффективно громя всех подряд. И только невозможность для Махно заключения длительных союзов привела к его гибели и разгрому. ДАИШ кончит так же, просто для этого должно пройти несколько лет. Совокупная мощь стран, участвующих в конфликте, в конце концов приведет к тому, что ДАИШ будет раздавлена.

Почему продолжается сирийская война? Потому что Западу и Израилю, а также демократам, стоящим за ними, необходимо уничтожить единую Сирию. Им все равно, кто будет во главе Сирии — Башар Асад или так называемая суннитская оппозиция, главное — чтобы страна не была единой. Для Запада и Израиля лучше всего, чтобы сирийцы убивали друг друга еще много десятков лет. Главное, чтобы новая Сирия не была базой для становления антисионистского сопротивления — палестинского, ливанского, сирийского и так далее.

А сейчас в чем проблема у Запада и у Израиля? Почему такой вой стоит по поводу детей Алеппо, по поводу того, что русские бомбят город и катастрофы следуют одна за другой? Потому, что если Асад одерживает победу, то он выходит из этой войны лидером модернизированного, современного государства. Представьте только: армия, которая прошла шестилетнюю тяжелейшую кровопролитную гражданскую войну и одержала в ней победу, по определению не может считаться слабой. Кроме этого, выстроились связи, которые обусловлены войной с терроризмом, — например, с «Хезболлой», которая вступила в войну полупартизанским формированием, а выходит из нее современным оперативно-тактическим формированием, чуть ли не обладающим оружием среднего радиуса действия и способным планировать и эффективно проводить масштабные операции по взятию городов. То есть одним из самых эффективных боевых подразделений в регионе, а то и в мире.

Это все представляет такую угрозу Израилю и Западу, которую трудно переоценить. Им на самом деле наплевать на все остальное, и вопли про суннитские слезы им нужны лишь потому, что это играет на руку Израилю и его западным американским партнерам. Им главное, чтобы война не прекращалась. Понятно, что взятие Халеба (другое имя Алеппо прим. ред.) — это шаг к прекращению войны. Военное поражение одной из сторон — это, так или иначе, прекращение войны.

Что касается детей… На самом деле детей убивают в Газе. И этот вопль по поводу детей Алеппо стоит как раз затем, чтобы мы не спрашивали, что делают Израиль и его западные партнеры в Газе и на территории Палестины.

Давайте посмотрим на Сирию. Асад в их восприятии — плохой. Однако гражданская война — это всегда красные и белые, Ленин плохой, Деникин плохой — всегда будет кто-то плохой. Масса государств участвует в гражданской войне. Но побеждает только одна сторона. Понятно, что исключен вариант, который рассматривался два года назад, когда некая коалиция вторгается на территорию Сирии и устраивает там то, что ей удобно. Очевидно, что будет одна доминирующая сторона — скорее всего, правительство Сирии, а также те, кто будет с этим правительством заключать соглашение. Те, кто сегодня кажется смертельными врагами, завтра будут сидеть за одним столом.

На Востоке рациональность всегда побеждает фанатизм и упертость, а слезам и словам долго верить здесь может только сумасшедший. Но, как сказано в Коране, «вы хитрили, но Аллах — наилучший из хитрецов». Единая Сирия в союзе с эффективными движениями сопротивления нужна антиколониальному, антисионистскому консенсусу. Можно сколько угодно говорить, что Путин, Иран и Турция действуют по заданию Америки, но это бессмысленная трескотня, которая просто эффектно звучит. Они не действуют по заданию Америки, потому что, во-первых, как мы выяснили, Америка разная, а во-вторых, интересы коалиции трех региональных супердержав — России, Турции и Ирана, раздел между ними региона Кавказа и Малой Азии — это принципиально новый формат мира, по крайней мере, в этом регионе.

Это серьезная глобальная антиколониальная операция. Вопрос Сирии — это вопрос борьбы не только с терроризмом, это вопрос антиколониальной борьбы и освобождения Ближнего Востока от наследия британского, французского и американского колониального господства. Давайте вспомним, что королевства и многие государства Ближнего Востока были созданы колониальными империями. Однако сегодня сирийская война делает сирийский народ по-настоящему субъектом истории. Я лично верю, что сунниты, алавиты, баасисты и прочие договорятся между собой рано или поздно и сирийская резня прекратится.

В настоящее время актуальны два варианта: либо перегруппируется армия, оппозицией начнется штурм Идлиба, что приведет к новым человеческим жертвам, или те группировки, которые сидят в Идлибе и за спиной которых стоит Турция, пойдут на политические переговоры. Я считаю, что Турция получает слишком большой куш в лице газового контракта с Россией, в лице «Шелкового пути», в лице договоренностей с Ираном, и этот куш больше и дороже для Турции, чем Идлиб и Алеппо вместе взятые. Этот куш плюс Мосул с его нефтеносными полями, которые, очевидно, они собираются передать Масуду Барзани (лидер Демократической партии Курдистанаприм. ред.) — из числа протурецких курдов. Поэтому, я думаю, сирийский вопрос будет очень важным и существенным для многих политических сил.

Что касается Дональда Трампа, то да, республиканцам выгодно, чтобы все планы, которые строили демократы, в том числе и те, что касаются транснациональных корпораций, были сорваны. Поэтому администрация Трампа будет сейчас разрушать все нити и узлы, которые создавались при Обаме. Они прекратят поддержку антиасадовской оппозиции и переведут ее полностью под турецкую ответственность. А у турок, как я уже сказал, интерес договориться как можно быстрее с Ираном и Россией, чтобы выйти из состояния этой войны, которая грозит Турции огромными убытками и является для нее чудовищной нагрузкой.

— Уже понятно, кто мог стоять за убийством российского посла в Турции Андрея Карлова?

— Я считаю, что это следствие информационной истерии, которую раскручивали западные СМИ в информационном пространстве. По поводу кампании Save Aleppo я уже сказал: она ориентирована только на то, чтобы мы не говорили, что делает Израиль, а сосредоточились на Асаде, Сирии и Путине. Вот у нас плохиши, вот у нас главные враги. Все эти прикормленные «суннитские» комментаторы… «Суннитские», разумеется, в кавычках: я не хочу обижать суннитов — это достойные и справедливые люди в подавляющем своем большинстве, как и шииты тоже. Но те, кто в соцсетях вопит… Я уверен, что большая часть из них — вообще никакие не мусульмане, а всего лишь те, кто пытается эту кампанию нагнетать и поддерживать. Посмотрите, все либералы и сторонники израильской политики уничтожения палестинцев — все вопят «Спаси Алеппо!». Алеппо для них — свет в окошке, они прямо умирают от жалости к сирийским детям. Хотя еще вчера блогер Антон Носик говорил, что чем больше убито сирийских детей, тем лучше для Израиля и для самого Носика тоже. А сегодня они все льют слезу по детям Алеппо — это абсолютная ложь и лицемерие.

Итак, гражданская война заканчивается военным поражением одной из сторон. Чем быстрее это военное поражение настанет, тем быстрее закончится эта гражданская война. Если стороны сейчас придут к соглашению, меньше людей погибнет. Теперь уже понятно, что никто Сирию делить не будет, что Сирия будет антисионистской в сто раз больше, чем была до этой войны, и что «Хезболла» еще больше будет антиизраильской и антиамериканской, чем была прежде. Более того, я уверен, что «Хезболла» заключит соглашение даже с теми, с кем она воевала на поле боя, с группировками, стоящими на позиции организации «Братья-мусульмане». Таким образом, из этой войны антисионисткое, антиимпериалистическое движение выйдет обновленным, окропленным огнем и кровью, но гораздо более современным и технологически развитым. Поэтому я лично считаю, что война Израиля против «Хезболлы» и Сирии неизбежна. Израиль не позволит, чтобы сирийская война прекратилась, и вся его информационная обслуга как в России, так и в мире будет работать на это. Все эти воющие и льющие слезы по сирийским детям блогеры — это проявление информационных войн со стороны информационной обслуги Израиля.

«ВОЙНА В СИРИИ ВЕДЕТСЯ ПРОТИВ ДВУХ НОЖЕЙ, КОТОРЫЕ ЗАПАД ВОТКНУЛ В ТЕЛО ИСЛАМСКОГО МИРА»

— А на кого может опереться Израиль в своей непримиримой борьбе?

— Только на США. Просто в Израиле тоже есть разные силы. Биньямин Нетаньяху (премьер-министр Израиля прим. ред.), видите ли, сам пытается с Трампом говорить о чем-то и, скорее всего, договорится, потому что Трампу нужны устойчивые партнеры в национальных государствах.

Израиль всегда опирается на США, на лобби внутри этой страны. Причем не на еврейское лобби — учтем, многие евреи в США против Израиля, это не какие-то абстрактные коммунисты, а многие крупные американо-еврейские финансовые структуры. Потому что Израиль — это тяжелая нагрузка для американского еврейства, которое прекрасно живет в Америке, зарабатывает огромные деньги и имеет очень высокий статус. Израиль — это такой плохиш, который евреев Америки и мира тянет вниз, хотя формально они авторитет, но неформально, конечно, они постоянно являются заложниками действий этого государства в отношении палестинцев либо еще кого-то.

Я хочу подчеркнуть: я говорю о государстве Израиль, а не о еврейской народности, которая живет в Израиле, — я хочу, чтобы это четко понимали. Политика Израиля — это всегда шантаж Запада и Америки, это всегда балансирование на грани войны с арабскими странами, над которыми Израиль имеет невероятное технологическое преимущество, в частности около 300 ядерных боеголовок, не говоря о суперсовременной авиации, системах разведки и так далее. Война с соседями-арабами — это способ выдаивать из Америки деньги. Израиль — это один нож, который воткнут Западом в тело исламского мира Ближнего Востока. Второй нож — это Саудовская Аравия, которая ведет карательные операции в Йемене против хуситов. Говорят, что там голод, геноцид и истребление народов, горный Йемен просто блокирован, там эпидемия. И туда даже не пропускают караваны с едой саудовские союзники американцев и союзники наших либералов, которые так любят государства, где на площадях рубят головы. Кроме этого, Саудовская Аравия, безусловно, это государство, которое обеспечивает стабильность американского доллара. Таким образом, подведем итог: Израиль и Саудовская Аравия — это два американских ножа, которые воткнуты в тело исламского мира. Против этих ножей и ведется война, именно эти два ножа и стоят за спинами тех, кто превратил Сирию в пылающий правовой полигон.

— Разве у Трампа хватит сил и решимости не продолжать эту политику на Ближнем Востоке?

— Я думаю, что Трампу эта политика не очень выгодна, поэтому он будет договариваться о ее прекращении. Чем быстрее прекратится сирийская война, тем Трампу лучше. Он сейчас даст карт-бланш Ирану и России договориться между собой. Если не получится, тогда американцы вмешаются. Но где-то год-полтора они будут смотреть и наблюдать, будут выражать озабоченность, будут даже формально санкции вводить. Но де-факто они, безусловно, дадут зеленый свет возможности самим нести ответственность за эти регионы. Поверьте, это очень тяжело. Очень тяжелая нагрузка ляжет на Иран, Россию и на Турцию. Но, как говорится, взялся за гуж, не говори, что не дюж.

— Что касается судеб Европы: после Brexit, после триумфального отчасти шествия друзей Путина по некоторым европейским странам будет ли новый прорыв во Франции, в Германии, изменится ли там расстановка сил?

— Видите ли, в Австрии во втором туре проиграла Австрийская партия свободы, хотя представители самой партии приезжали в Москву и заключили договор с «Единой Россией» (в этом, к примеру, участвовали Сергей Железняк, Петр Толстой). Сам по себе такой договор — очень серьезное событие. Это политический договор ведущей российской политической силы (я считаю это не партией, но, скажем так, номенклатурной и парламентской силой) с одной из популистских партий Европы, настроенной против Евросоюза. Поэтому в целом, конечно, продолжится триумф таких политиков, как Марин Ле Пен. Триумф — это необязательно победа, триумф — это обретение новых сторонников, укрепление позиций, усиление популярности, радикализация риторики. При этом внутренние конфликты проблемы ЕС, безусловно, будут нарастать, равно как и политическая конфронтация. Я не считаю, что в этом виноват Путин, Путина тут просто политтехнологи привязывают. Виноваты внутренние проблемы ЕС. Евроскептики ищут союзников, и их союзниками в войне против неолиберального сектантства, нового глобального коммунизма (финансово-олигархического) естественным образом становятся национальные бюрократии — Россия и Китай в какой-то мере.

«КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ ДОЛЖЕН ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЛОНГАЦИЮ ДОГОВОРА С ТАТАРСТАНОМ»

Перейдем к Татарстану. В июле 2017 года истекает срок договора о разграничении полномочий между республикой и федеральным центром. Должен быть подписан новый договор. Каким, на ваш взгляд, он будет — более авторитарным и жестким?

— Я считаю, что договор между Москвой и Казанью является важнейшим фундаментальным блоком федеральной структуры нашего российского государства. Именно это разграничение полномочий легло в основу эффективно развивающейся Федерации. Недаром РТ стала одним из самых современных, высокоразвитых регионов страны, принося бонусы как народу Татарстана, так и Российской Федерации в целом, являясь основой военно-промышленного комплекса и комплекса, связанного с гражданским производством разного рода: химического, нефтепромышленного — какого угодно. Да и сам Татарстан является регионом, который не требует денег из бюджета, а, наоборот, сам дает деньги в бюджет.

В Татарстане — и не только в Казани, но и в селах — в целом люди живут лучше, чем во многих других регионах страны. И это не случайно. Я считаю это прямым следствием федеративного договора. Если бы со многими регионами — возможно, практически с каждым — заключить подобные договоры, это укрепило бы нашу Федерацию, укрепило бы государство в целом, привязало бы национальные регионы к федеративной системе не страхом, не взятками, которые получает бюрократия в некоторых регионах, как в Дагестане, и не полукриминальными бонусами, а нормальными и естественными конституционными принципами. Договор с РТ надо взять за образец. Олег Морозов, сенатор от Татарстана, написал об этом в своей книге о федерализме, показал, что федерализм — это сложнейшая система баланса интересов не только политических, но и экономических, социальных. Правильно выстроенные федеративные отношения приводят к развитию не только субъекта, но и государства в целом. Это позволяет аккумулировать как свободную творческую энергию мощь огромного количества людей, которые уверены в том, что внутри региона в силу федеративного договора их права будут гарантированы. Таким образом, они как будто инвестируют свою энергию из региона в глобальное развитие страны, то есть энергия развития региона становится фундаментальной частью энергии развития страны. Это совсем иная концепция страны по отношению к той, которую сегодня предлагает часть правящей номенклатуры в России, которая хочет восстановить парадигму царствования Николая Первого, в том числе уваровское «самодержавие — православие — народность». В их понимании сильное государство — это фактически бюрократия, которая владеет землей и остальными статьями экспорта. До революции это было зерно, сейчас — нефть и газ, хотя и зерно сейчас остается важной статьей экспорта. Они этим владеют, а под ними живут какие-то подданные.

А договор с Татарстаном — это фундамент гражданства, то, чего у нас нет в полной мере. У нас де-юре есть гражданственность и гражданские паспорта, но мы не являемся в полной мере гражданами как обладатели прав и свобод. Мы бесправны и зависимы перед государственной, судебной, правовой, экономической и иными системами. Мы являемся заложниками действий бюрократии. Поэтому я считаю, что федеративный договор с Татарстаном должен быть обязательно продлен. Распространяемая некоторыми пропагандистами точка зрения о пересмотре отношений с РТ — это наглая уловка, вредящая нашей стране. Я считаю, что каждый человек демократических взглядов и патриот России, где бы он ни жил — в Смоленске или Курске, должен поддержать пролонгацию договора с Татарстаном. Это в интересах русского народа и русских губерний. Более того, надо требовать, чтобы похожие договоры были заключены федеральным центром с другими регионами. Это, мне кажется, приведет систему в целом к сбалансированности и к нормальному структурному развитию.

— Не было ли, на ваш взгляд, в Татарстане некоего перекоса в сторону национальных элит, которые заняли большинство ключевых мест в РТ, в то время как русская диаспора априори оказывалась второсортной?

— Русская диаспора? На территории своей страны диаспор-то не бывает. Татарстан — это родина русских, как Москва — родина татар или уже и многих кавказцев. А для многих русских родиной стал Дагестан или Чечня. Наверное, есть личные, индивидуальные проблемы. Но, во-первых, это не совсем так. Всякий бизнес и всякая иная система, естественно, выстраивается не из головы — дескать, давайте все пропорционально сделаем, чтобы никого не обидеть. Этой проблемы в Татарстане просто нет. Сколько я ни наблюдал, никаких серьезных этнических конфронтационных моментов между русскими и татарами не существует. Я бы даже сказал, что конкуренция между татарами и башкирами гораздо более серьезная, чем между татарами и русскими. И эту конкуренцию можно объяснить. Я уже упоминал Олега Морозова, я знаю министров и политиков, которые работают от Татарстана, — русских, украинцев, евреев и так далее. И мне кажется, что для Татарстана вопрос несущественный. Конечно, кому-то в РТ хочется иметь президента татарина, ну и прекрасно, ради бога. Я считаю, что Минтимер Шаймиев — это патриот из патриотов, благодаря ему вообще Россия не развалилась, благодаря его принципиальной политике, благодаря его миротворческой миссии. Мне все равно, кто он по национальности. Слава богу, что он татарин. Но это человек, который заслуживает самых высоких правительственных наград за то, что приложил огромные усилия к сохранению единства страны в 90-е годы. Что он защитил Татарстан как анклав страны, где были кооперации (Шаймиев их сохранил), какие-то элементы поддержки села. В республике не дал уничтожить село — как русское, так и татарское.

Ведь у нас регионы не похожи: все-таки Дагестан — это одно, там, допустим, национальное квотирование или контроль за национальным представительством имеет смысл. Или в Карачаево-Черкесии это крайне важно, потому что там конкуренция внутренних элит. А в Татарстане это вообще не проблема, на мой взгляд. Я просто знаю миллион случаев, когда русские с татарами совместно ведут бизнес на очень высоком уровне.

Почему не только Татарстан, но и Москва называется родиной татарского народа? Есть татары, которые живут по 500 — 600 — 700 лет в Москве, это их родина, это их город, дай им Бог здоровья. Точно так же как Казань — родина русского народа в той же степени, как и татарского. Конечно, есть радикальные позиции националистов — ничего, пусть они звучат, но мы-то должны быть разумными людьми.

«УКРАИНА БЫЛА, ЕСТЬ И БУДЕТ НАРОДНОЙ ПОВСТАНЧЕСКОЙ ТЕРРИТОРИЕЙ»

— Вопрос по Украине: недавние бои под Дебальцево снова сделали Донбасс горячей точкой. В будущем году, на ваш взгляд, Донбасс полностью перейдет под юрисдикцию Киева? И каким образом?

— Перейти полностью под юрисдикцию Киева он не сможет. В Донбассе созданы устойчивые боевые подразделения, которые, может быть, не до конца соответствуют современной армии, но которые по эффективности напоминают «Хезболлу». Это три-четыре корпуса, которые, естественно, капитулировать не собираются и разоружаться не будут. Они перейдут под юрисдикцию Украины при сохранении всех этих форматов парагосударственности, которые существуют в ДНР и ЛНР. Киев формально будет столицей страны, но я боюсь, что для Киева это неприемлемая ситуация, поскольку наличие ДНР и ЛНР внутри Украины уже существенно меняет саму Украину. К примеру, Надежда Савченко, которая еще вчера была национальной героиней, подобно Жанне д’Арк объявлена врагом украинского народа, потому что на нее повлияла эта ситуация в Донбассе. ДНР и ЛНР становятся фактором изменений внутри украинской политической жизни, они радикализируют эту жизнь, переводят ее на позиции антиолигархического протеста. Не то чтобы я считаю, что руководство ДНР и ЛНР антиолигархическое. Нет, это не так, они ставленники олигархов, прежде всего российских и пророссийских. Но само их наличие внутри Украины вынуждает украинскую политическую жизнь к поляризации. С одной стороны, появляется класс правящей олигархии, с другой — появляется народное движение, Савченко тут является лидером (почему я ее стал поддерживать). Это то, о чем я говорил всегда: Украине нужны народное движение, народная социальная революция, а не национальная. Революция может говорить на украинском, на русском языках — на каких угодно. Но это должна быть революция, которая ставит политические задачи, а не псевдонациональные (вроде «украинского мира» или «русского мира»). Это все прикрытие олигархических интересов. Когда слышу слово «мир» применительно к прилагательному «русский» или «украинский», я сразу понимаю, что здесь есть какие-то интересы глобальных корпораций.

Савченко ставит вопрос о том, что к власти на Украине пришла такая же олигархия, как при Януковиче, только гораздо хуже. Этот процесс, я думаю, будет на Украине продолжаться, мы еще увидим Савченко сидящей в украинской тюрьме, или, не дай Бог, ее убьют там еще. Но на сегодняшний день Надежда Савченко является серьезным фактором политической жизни Украины, и она, конечно, будет радикализироваться. Вокруг нее будет стягиваться пространство радикальных ребят, которые будут задавать тон антиолигархической борьбы как против олигархов киевских, так и против донецких. В том числе и против российских, которые накладывают лапу на Украину.

Украина была, есть и будет народной повстанческой территорией, в этом суть украинства настоящего, махновства и атаманства. Я думаю, что в украинском самосознании будут доминировать наследники Максима Кривоноса (казацкий предводитель, один из ближайших сподвижников Богдана Хмельницкого прим. ред.), наследники Ивана Гонта (руководитель украинского гайдамацкого движенияприм. ред.), наследники казаков Хмельницкого (хотя к самому Хмельницкму есть масса вопросов). Украина — это территория между мирами: между западным европейским миром, католически-протестантским, и восточным, таким ордынско-имперско-православно-исламским. Вот что такое Украина — это территория свободы.

Я с самого начала украинских событий всегда поддерживал национальную социальную революцию. Мы тогда составили манифест народно-освободительного фронта Украины. Я думаю, демократическая народная республика в большей степени соответствует интересам украинского народа, чем власть олигархов этой продажной бюрократии. С такой Украиной мы найдем общий язык гораздо быстрее, чем с Украиной, которая будет зависеть то от Порошенко, то от Коломойского, то от Ахметова, то от Януковича.

«НАМ НУЖНО ПРЕКРАТИТЬ ЗАПУГИВАТЬ И КОШМАРИТЬ КРЫМСКО-ТАТАРСКУЮ ИНТЕЛЛИГЕНЦИЮ»

— Накануне Нового года на рассмотрение ООН вынесена резолюция по соблюдению прав человека в Крыму, где в очередной раз говорилось о дискриминации крымских татар. Насколько адекватна эта резолюция, на ваш взгляд?

— Она абсолютно провокационна, она лишь помогает усиливать репрессии в отношении крымских татар. Мне понятны политика и стратегия российского государства — разгромить всякое организованное движение, которое может представлять для него угрозу, а часть его перекупить. Хотя даже не перекупить — я не хочу оскорблять людей, которые перешли сторону России, к примеру председателя Госкомнаца республики Заура Смирнова… Это все во многом достойные люди. Просто, условно говоря, часть из них смогла войти в структуры российской власти. При этом в правительстве Крыма нет на самом деле крымских татар. Есть вице-спикер парламента Крыма Ремзи Ильясов, но вот в ранге министра нет ни одного крымского татарина.

Кроме этого, я считаю, что указ президента РФ о реабилитации крымских татар и о восстановлении их в правах не выполняется в полной мере, это моя принципиальная позиция. Мне говорят, что я не прав, но пусть мне докажут, что это не так. Лично я вижу, что это так. А провокаторы типа Ленура Ислямова, Рефата Чубарова или Мустафы Джемилева, наоборот, заинтересованы, чтобы репрессии усиливались. Они дают силовикам в Крыму гораздо больше материалов для усиления репрессий. Когда Ленур Ислямов говорит, что у них в Крыму десятки тысяч людей, которые только ждут, когда они войдут в Крым, чтобы поднять вооруженное восстание, — все, фактически он выступает в качестве бесплатного (мне хочется в это верить) информатора и провокатора для спецслужб. Десятки тысяч — значит, хватай любого, практически всех мужчин из числа крымских татар Ленур Ислямов ставит под подозрение.

Это не означает, что действия властей в отношении крымских татар правильные. Нет, они неправильные. Власти пошли по репрессивному пути. В свое время российский президент поручил Рустаму Минниханову и Татарстану взаимодействовать с крымскими татарами. Если бы эта линия продолжалась и развивалась, я уверен, все было бы совсем по-другому. Крымско-татарский народ имел бы и автономию, культурную или даже территориальную, был бы восстановлен в своих правах. Вместо этого мы видим, что люди годами не могут получить справки о реабилитации — при Украине не могли и при России не могут получить их. Тем временем телевидение показывает, что в республике строят дома для крымских татар, но люди нам присылают фото и видео из этих домов, где все сделано тяп-ляп, шалтай-болтай, так что становится понятно, что все это показуха.

К сожалению, к крымским татарам относились и до сих пор относятся как какому-то враждебному элементу. Я считаю, это абсолютно неправильная политика: крымские татары хотят интегрироваться в Россию, хотят учиться в Казани (кстати, отдельное спасибо столице РТ за то, что там есть программа по образованию крымско-татарского управленческого класса). Они хотят работать, хотят быть гражданами РФ. Но на пути у них препятствия в виде репрессий — то «Хизб-ут-Тахрир» на полуострове найдут, то меджлис арестуют. То это безумное дело 26 февраля, которое разворачивалось еще при Украине (за участие в событиях у Верховной рады Крыма 26 февраля 2014 года прим. ред.). Ну были в тот день столкновения — так забудьте, придите к национальному примирению. Вы же мирите красных и белых, горло себе сорвали, говоря: «Давайте прекратим гражданскую войну, давайте помирим Ленина и Деникина, надо прекратить это противостояние». А сами судят людей за события 26 февраля, хотя это противостояние было вызвано непониманием ситуации, страстью, горячностью и так далее. Невозможно видеть такое лицемерие в исполнении большого государство, это просто постыдно.

Нужно оставить в покое крымско-татарский народ, прекратить все уголовные или политические дела в отношении крымских татар, которые находятся на территории России. Надо изолировать верхушку, которая полностью продалась киевскому олигархату и западным спецслужбам, от влияния на крымско-татарский народ. Это, наверное, правильная линия, эти люди сами себя поставили в такую ситуацию. Но во всем остальном нам нужно прекратить репрессии в отношении крымско-татарской интеллигенции, прекратить ее запугивать и кошмарить и наконец-то заняться реальным исполнением указа президента и закона Российской Федерации о восстановлении в правах депортированного и репрессированного при Сталине крымско-татарского народа.

ИсточникБизнес Online
ПОДЕЛИТЬСЯ
Максим Шевченко

Максим Леонардович Шевченко (род. 1966) ‑ российский журналист, ведущий «Первого канала». В 2008 и 2010 годах — член Общественной палаты Российской Федерации. Член президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее…