На атаку своей страницы в Фейсбуке, что Александр Проханов считает составной частью информационно-идеологической войны против России и Русского мира, писатель и главный редактор «Завтра» отвечает новым циклом под условным названием «Покайтесь, ехидны!».

Ольга Бычкова была из хорошей семьи. Когда кто-нибудь в её присутствии говорил «скотина тупая», она морщилась и на время прекращала общение. Её и Михаила Веллера связывали нежные отношения: оба гоняли голубей, разводили морских свинок и искали дружбы с Марин Ле Пен. Причиной, почему оба любили Марин Ле Пен, была старинная французская легенда, согласно которой Марин Ле Пен вела свою родословную от Жанны Д’Арк, за что к ней очень привязался Жорж Помпиду, и оба вынашивали идею восстановления во Франции монархии.

Жорж Помпиду страстно любил лошадей. Это он вывел уникальную породу, которую называли «лошадь Пржевальского», но в справочниках она значилась как «лошадь Жоржа Помпиду». Впервые Жорж Помпиду услышал выражение «скотина тупая» в момент, когда он и Михаил Веллер, оба кавалергарды, мчались в атаку, и под Михаилом Веллером споткнулась лошадь, а тот в сердцах назвал её «скотина тупая». Жорж Помпиду и Михаил Веллер были однополчане. Они участвовали во всех мировых войнах. Причём то на одной, то на другой стороне, и объясняли это тем, что набирают опыт.

Михаил Веллер, как и Жорж Помпиду, был естествоиспытатель. Но если Жорж Помпиду экспериментировал на лошадях, то Веллер занимался крупным рогатым скотом. Он обучал скотину правильному русскому языку, для чего читал ей стихи Дмитрия Быкова в испанском переводе. Когда коровы и быки не понимали его, он сердился и называл их «скотина тупая».

В общении Ольги Бычковой и Михаила Веллера, которое порой далеко их заводило, им не хватало посредников. Эти посредники не замедлили явиться с самой неожиданной стороны — они явились с Петроградской стороны. Это были Ольга Журавлёва, Оксана Чиж, Наргиз Асадова, Майя Пешкова, Ксения Ларина, Ирина Воробьёва, Евгения Марковна Альбац, а также Юрий Кобаладзе, Алексей Алексеевич Венедиктов. Среди них находился также Жорж Помпиду. Он являлся в Петербург инкогнито и рядился под известную петербургскую звезду Александра Глебовича Невзорофа. Жорж Помпиду, как и Александр Глебович Невзороф, слегка прихрамывал: на его правой ноге не хватало двух пальцев. Нос провалился, что затрудняло дыхание, поэтому он ходил с кислородной подушкой на спине, называя её «мадам». Черепа, которые украшали перстни Александра Глебовича Невзорофа, были настоящие и принадлежали сотрудникам радиостанции «Эхос Мундис». Невзороф научился извлекать черепа из голов, не нарушая кожный покров. Собирая коллекцию черепов сотрудников «Эхос Мундис», он одновременно собирал коллекцию их высушенных кожных покровов. Ольга Бычкова не любила кожные покровы, содранные с голов сотрудниц «Эхос Мундис». И, забывая, что Александр Глебович Невзороф — это Жорж Помпиду, нередко бормотала ему вслед: «Скотина тупая».

В то лето было много игр и празднеств. В небо запускали салюты. В Неве плавали разукрашенные галеры. Дамы носили кринолины, а кавалеры — плюмажи. В массовом заплыве через Неву первыми оказались Майя Пешкова и Кобаладзе. Выйдя из вод, они удалились по улице Марата в направлении гостиницы «Гельвеция». В это время в гостинице «Гельвеция» проживали гости из Бенилюкса, не видевшие разницы между бефстрогановами и Нателлой Болтянской. Отчего пылкий Юнис не выдерживал и называл их «скотина тупая».

Дмитрий Быков, приезжая в Петербург, жил в коридоре гостиницы «Гельвеция» и принимал укоризны Юниса на свой адрес. И это его так обижало, что в конце концов он стал седым. Станислав Александрович Белковский, ночью бродя по коридорам «Гельвеции», видя под ногами белое мелькающее пятно, принимал Дмитрия Быкова за зайца. И в сердцах назвал безобидное животное «скотина тупая».

Для Дмитрия Быкова было только одно утешение: чесать своей задней ногой правое ухо, где обнаруживалось маленькое отверстие, что послужило началом образования у него жабр.

Алексей Алексеевич Венедиктов по своей натуре был плантатор. Он общался со своими сотрудниками как рабовладелец и работорговец: он продавал их на невольничьем рынке, а потом выкупал обратно, играя на разнице курсов. Наргиз Асадова, если её продавали богатому шейху Саудовской Аравии, всегда прибегала обратно и тёрлась ушами о ногу Алексея Алексеевича Венедиктова. Майя Пешкова, напротив, будучи проданной в Эмираты, легко приживалась, привязывалась всей душой к новому господину, и её приходилось изгонять из Эмиратов в Петербург палками. Оксана Чиж, проданная в рабство, пребывала в прострации и первое время ничего не клевала. Когда её силой усаживали на яйцо, чтобы она его высиживала, она упрямилась и заявляла: «Чижи в неволе не размножаются». На что новый владелец сердился на Оксану Чиж и называл её «скотина тупая».

Ксения Ларина доводила нового хозяина до чесотки. Он начинал чесаться и расчёсывал себя до костей. В конце концов он догадывался о причине своего недуга, заколачивал Ксению Ларину в ящик с надписью «Карго» и морем отправлял в Петербург с просьбой по дороге не кантовать, потому что груз предназначался для петербургского зоопарка.

Евгению Марковну Альбац никто не покупал, поэтому Алексей Алексеевич Венедиктов сдавал её в аренду.

Жорж Помпиду, он же Александр Глебович Невзороф, Ольга Бычкова и Веллер любили посещать зоопарк, наблюдая, как происходят роды у слонов. Ольга Бычкова, воспитанная в целомудрии и неведении, не знала, как размножаются слоны. Она думала, что слониха сначала мечет икру, слон плывёт на нерестилище и там оплодотворяет икру. Ольга Бычкова пыталась загнать слониху в воду, а когда та не шла, кричала на неё: «Скотина тупая!»

То же самое она говорила в адрес слона, который начинал лезть на слониху, а потом срывался с неё и ломал себе ногу. Михаил Веллер укорял свою подругу Ольгу Бычкову и говорил: «Скотина тупая — это сквернословие. И найдите для слона иное определение». Но та настаивала на своём.

Алексей Алексеевич Венедиктов, торгуя своими сотрудницами, разорился, потому что покупать их приходилось за большие деньги, чем те, за которые он их продавал. Чтобы скомпенсировать убытки, он решил заняться продажей своих собственных волос. В это время на мировом рынке цены на шерсть резко подскочили, а скорость, с которой росли волосы у Алексея Алексеевича Венедиктова, превосходила скорость роста африканского бамбука. Алексей Алексеевич Венедиктов брился наголо, сметал волосы в мешок, продавал их, а лысую голову натирал лыжной мазью и наутро уже весь зарастал.

Однажды Ольга Журавлёва решила над ним подшутить. Когда Алексей Алексеевич Венедиктов спал, а волосы у него уже были длинные, Ольга Журавлёва, не срезая волос с головы, сваляла из них валенок. Валенок получился отменный. Юрий Кобаладзе, который иногда заглядывал в опочивальню Алексея Алексеевича Венедиктова, увидел валенок, сунул в него ногу и пошёл гулять по Невскому проспекту. Встречные люди на него оглядывались, и он принимал это на счёт своей красоты. Когда же услышал, что кто-то из его валенка, обращаясь к нему, называет его «скотина тупая», то был весьма раздосадован. Он обратился в Фонтанку.ру, чтобы там провели расследование. Журналисты Фонтанки.ру провели расследование и написали по этому поводу сразу две статьи. Первая статья называлась «Юрий Кобаладзе», а вторая — «Скотина тупая». Итоги расследования стали достоянием широкой общественности, и об этом заговорили в кулуарах.

Марин Ле Пен, которая приезжала в Петербург в январе, купалась в канале Грибоедова, потому что была моржом. Она ныряла с набережной, но никак не могла попасть в прорубь и ударялась головой о лёд. В сердцах она восклицала: «Скотина тупая!», хотя и не знала, что это значит. С этими же словами она обращалась к Ольге Быковой, думая, что таким образом в России говорят друг другу комплименты. На это Ольга Бычкова тонко улыбалась и красила себе брови.