Перед грядущими президентскими выборами сторонники Владимира Путина вспоминают самые разные его заслуги. Политическая стабильность, экономический рост, международный авторитет и суверенная внешняя политика, возвращение Крыма и строительство Керченского моста – это далеко не полный перечень реальных заслуг самого авторитетного российского и одного из самых влиятельных мировых политиков. Из сообщений новостей эти факты за 18 лет стали частью российской истории.

Все это верно, однако до сих пор недооцененной и не до конца понятой остается самая главная, первичная заслуга Владимира Владимировича, самый главный строительный объект, капитально отремонтированный и пущенный в активную эксплуатацию, — это здание российской государственности. На него мы редко можем посмотреть с исторической дистанции потому, что сами в нем живем, а большое видится всегда на расстоянии.

Самая главная победа любого лидера государства – это не прирост ВВП и временный авторитет страны, а сформированная за время его правления система отношений, выработанные правила игры, зафиксированные в правовых актах и в политической культуре. Именно формирование нового политического формата и укрепление всей вертикали власти положил Путин в фундамент своего президентства.

С практической точки зрения в начале нулевых были предприняты самые неотложные меры, призванные остановить запущенный с крахом СССР распад государственности. С 2000 по 2002 проведена реформа Совета Федерации. В результате главы исполнительной и законодательной власти регионов потеряли прямое представительство в верхней палате парламента. Взамен был создан Госсовет России — уже совещательный, а не законодательный орган для губернаторов при президенте России.

Полномочные представители президента в семи федеральных округах были заняты формальным приведением регионального законодательства в соответствие с общероссийским и Конституцией, а неформально курировали работу назначенных и согласованных с местными парламентами губернаторов.

Еще в 90-х ельцинское «берите суверенитета, сколько сможете проглотить» дало старт всем формам сепаратизма, а в региональной прессе беззастенчиво обсуждались проекты уральской и сибирской республик, отделения Кавказа, Татарстана и Якутии. В условиях разорванной экономики неограниченную власть почувствовали региональные элиты, ставшие вместе с бандитскими группами сборщиками дани с местного бизнеса.

При Путине вслед за созданием сильной центристской партии была выстроена четкая и не деструктивная работа парламента. Жестко пресечен бандитский сепаратизм в Чечне.

В целом же за долгие годы, и в том числе во время исполнения Путиным премьерских полномочий, был сформирован общероссийский политический и экономический класс, понимающий основные принципы цивилизованной работы. Особенно это стало заметно для бизнеса в регионах. У бизнесмена как экономической ячейки общества появилась возможность опереться не на личные договоренности с местными властями, а на общеобязательные стандарты законности.  Наконец, стали стабильно функционировать независимые от местных князьков органы власти: суд, прокуратура, отдел экономической безопасности МВД и так далее. Кадры в них подлежат обязательной ротации и уже не связаны с региональной властью, которая и сама постоянно озирается на Москву. Государство повернулось к гражданину не лицом местного всевластного чиновника, а иерархией взаимоподчинённых и ответственных перед центром ветвей власти.

На централизацию страны стали работать и крупные федеральные компании, нацеленные на построение горизонтальных межрегиональных связей. Само же появление таких компаний стало возможно благодаря появлению общеобязательных и независящих от местного самодурства правил игры. Практика рейдерских захватов постепенно ушла в прошлое.

Для регионального бизнеса в России установились четкие и понятные правила игры, которые уже не зависят от зыбких договоренностей с конкретными чиновниками. В знаменитом «Открытом письме» к избирателям почти 18 лет назад, в феврале 2000 года, Путин сформулировал стратегическую линию, которой с тех пор следовал неукоснительно: «демократия – это диктатура закона, а не тех, кто по должности обязан этот закон отстаивать. Думаю, нелишне напомнить: суд выносит решения именем Российской Федерации и обязан этому высокому имени соответствовать. Милиция и прокуратура должны служить закону, а не пытаться «приватизировать» данные им полномочия с пользой для себя». Структуры федеральной исполнительной власти постепенно из персональных стали анонимными, безличностными. А когда в кресле прокурора в любой момент Ивана Ивановича может сменить Петр Петрович, договариваться и давать взятку ему в лучшем случае бесполезно.

Нам есть, с чем сравнивать. Два очень похожих по культуре и стартовым условиям в 90-е соседних государства: Украина и Беларусь. В одном – четко работающая хозяйственная система, чистые улицы, завидное сельское хозяйство и порядок на производстве, а в другой – фактически состояние гражданской войны, ультракоррупционная экономика, власть региональных финансово-промышленных групп и бандитов. В одном – четко функционирующие и обязательные для всех правила, в другом – диктатура местных царьков и уличных горлопанов. Это не разница между плохим и хорошим государством, а между отсутствующим и присутствующим. Ликвидация же законной вертикали власти всегда приносит населению несчастья и беды.

Владимир Путин нуждается в нашей поддержке на выборах именно потому, что настройка властных механизмов окончательно не завершена, и система в целом по-прежнему не лишена недостатков, ведь политическая культура огромного и очень разнородного государства не формируется за год-два. Все остальные победы – спортивные, экономические, оборонные и международные – были и будут достигнуты только благодаря четко работающей государственной системе и выстроенной властной вертикали, гарантом которой остается Владимир Путин.