Вся минувшая неделя в европейской политике прошла под знаком милитаризации. Впрочем, пока только на уровне официальных деклараций. Армия Евросоюзу необходима для того, чтобы расширить возможности европейских стран отстаивать интересы европейцев в случае возникновения кризисов, заявила 18 ноября всегда сдержанная министр обороны Германии Урсула фон Дер Ляйен.

Днем ранее президент Франции Эммануэль Макрон предложил создать независимую от США «общеевропейскую армию», в том числе для кибербезопасности. «Европа не сможет сыграть надлежащую ей роль, если станет игрушкой в руках некоторых больших держав, не отнесётся с большей ответственностью к своей обороне и безопасности и согласится на вторые роли на международной арене», — заявил Макрон.

Также в минувшем сентябре председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер призвал к созданию общеевропейской армии, «которая сотрудничала бы с НАТО». При этом он дипломатично отметил, что «это не означало бы сокращение трансатлантического сотрудничества».

Таких речей в Европе не слышали, пожалуй, со времен Де Голля. Даже если, вслед за обещаниями европейских политиков, «евроармия» будет функционировать внутри Альянса, то это уже означает автономность собственных вооруженных сил в Европе. Даже без активного участия в горячих конфликтах – одним своим существованием она сможет стать важным фактором на пути обретения Европой суверенитета.

После окончания Второй Мировой Войны экономическая, политическая и даже культурная жизнь в Европе постепенно переходила под влияние США, но лишь там, где не сталкивалась с Варшавским блоком и влиянием СССР. Когда же не стало Союза, американцы не только не ослабили своего влияния в Европе, но и продолжили экономическую и военную экспансию на восток. Военное присутствие Америки в ЕС только увеличилось и на сегодняшний день превышает 60 тыс. военных.

Вся мировая политика входит в зону турбулентности, а глобальное доминирование США все чаще ставится под сомнение. В противовес тенденциям глобализации конца XX — начала XXI века трендом становятся патриотизм и стремление к суверенитету: США ограждают свою экономику таможенными пошлинами, популярные некогда структуры Джорджа Сороса бойкотируют по обе стороны океана, а европейцы все чаще на самом высоком уровне говорят о собственной независимости.

Патриотизм и суверенитет становятся глобальным трендом, и именно это объясняет личную популярность российского президента в западном обществе. Владимир Путин отождествляется с защитой национальных интересов, традиционных ценностей и жесткой внешней политикой, чего очевидно не хватает политикам европейским. Через тяжелые испытания и ломку прежних правил игры мир постепенно входит в новую фазу многополярности, где Китай, Россия и независимая Европа будут играть ведущие роли на мировой шахматной доске.