Александр ПРОХАНОВ.

Евгений Владимирович, вы — человек с огромным жизненным опытом. Кем вы только ни перебывали за свою жизнь! Вам знаком физический труд, вы управляли небольшим регионом, потом руководимые вами пространства разрастались. Вы знаете политику, знаете систему власти. А система власти в России — весьма загадочное явление, она не даётся чужаку, пришлому.

Вы шли очень сложным путём. И складывается ощущение, что своей судьбой готовили себя к тому, чтобы получить в управление грандиозный, сложный, во многом таинственный регион, имя которому — Урал. Это одна из мощнейших земель современной России. А как вы чувствуете эту таинственную мощь, огромность, эту, с одной стороны, неповоротливость, а с другой — стремительную динамичность региона?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Действительно, Александр Андреевич, для меня огромная честь и большая ответственность — работать у нас в области, на Урале. И вы абсолютно правильно подметили: здесь огромная энергетика, которая даёт силы людям, придаёт силы региону для его развития. Здесь происходит постоянное движение, всё пребывает в динамике. И, безусловно, та невидимая мощь, энергетика присуща людям, которые здесь живут и работают. Урал — удивительная пассионарная земля, энергия которой тянется к небесам. И я каждый день убеждаюсь в этом. У людей — особый склад ума, своё мировоззрение. Здесь нельзя никого заставить силой сделать что-то, здесь нужна сила убеждения, нужна идея. И когда идеи овладевают людьми, когда ты убеждаешь в значимости того, что необходимо сделать, люди горы свернут.

Александр ПРОХАНОВ.

Эта земля и берёт, и даёт. А чего больше? Чтобы управлять такой махиной — заводами, лабораториями, институтами — нужно столько тратить! А с другой стороны, ведь силы восполняются?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Конечно. И, особенно приятно, что люди удивительным образом решают самые сложные задачи. Мы у себя на Урале производим практически всё, что окружает нас, в чём человек испытывает необходимость в своей жизни. И каждый на своём месте, начиная от индивидуального предпринимателя, от маленького завода до крупных гигантов, ставит перед собой задачи, и, как правило, с успехом их решает, добивается результатов. Безусловно, в этом — огромные усилия каждого человека. Но и, конечно, управленческих команд: на заводах, в наших городах, районах и, конечно же, в правительстве области. А когда люди объединены общей идеей, целью, удаётся решать многие задачи. И я, пожалуй, не вспомню какой-то большой поставленной задачи, в том числе и тактического характера, которую бы люди не смогли решить и не добились бы поставленных целей.

Так было всегда. Достаточно вспомнить Уральский добровольческий танковый корпус. Когда во время Великой Отечественной войны страна оказалась в тяжелейших условиях военной жизни, когда нужны были усилия, рывок для того, чтобы прогнать фашистов за пределы нашей страны, тогда в январе 1943 года газета «Уральский рабочий» призвала собрать средства на формирование новых боевых частей. И за три месяца был сформирован Уральский добровольческий танковый корпус. Люди отдавали свои сбережения, вносили личные пожертвования, работали сверхурочно для того, чтобы собрать средства и сформировать танковый корпус. И в первый же день его создания было подано свыше 10 тысяч заявлений от граждан, желающих вступить и воевать в этом соединении. И оно дало один из первых боёв в Курской битве, ставшей, как мы знаем, переломной в ходе всей Второй мировой войны. Люди были объединены идеей, объединены бо́льшим, чем то, что их окружало в повседневной жизни. И, на мой взгляд, это во многом показывает суть, характер людей, которые здесь живут и работают.

Александр ПРОХАНОВ.

Конечно, Урал — это и природа, и недра, и великие заводы, и человеческие отношения. И на Урале есть какая-то загадочная русская тайна. Такое ощущение, что через Урал проходят таинственные синусоиды, таинственные силовые линии русской истории. И достойно осмысления, почему именно здесь, на Урале, завершил свою жизнь последний государь — Николай II. А вместе с ним закончила своё существование романовская империя. Ещё до того, как на Ганиной Яме был построен монастырь, я смотрел в ту щель, в провал, куда бросали изуродованные останки царской семьи: туда, в эту щель кануло всё 300-летнее романовское царство. Туда ушёл и Петербург, и Полтавский бой, и пушкинский «Евгений Онегин», и «Могучая кучка», и все наши победы, и все наши свершения. В этот маленький пролом в земле ушла вся русская история! Ганина яма всосала в себя всю историю.

Или, например, на Урале родился Ельцин. Случайность? Конечно, случайность. А может быть, не случайность, потому что ведь именно Ельцин положил конец Красной империи. Его усилиями, его Беловежскими делами завершилась Красная эра. Значит, Урал как бы собрал в себе энергию двух великих цивилизаций — романовской и советской. Здесь они, так или иначе, получили своё завершение, свой финал. Эта тайна уральских гор, уральских недр. Эти магнитные исторические линии вы чувствуете?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Здесь действительно особая энергетика, которой питаются талантливые люди. У нас потрясающий слой научных деятелей, художников, писателей, поэтов. Здесь особые люди, потому здесь необходим особый подход к жизни, к управлению. И это ко многому обязывает.

Александр ПРОХАНОВ.

Но Урал очень важен для государства Российского не только тем, что он куёт оружие, оборону, в трудную минуту подставляет стране свой Уральский хребет, свою спину, а именно тем, что здесь каким-то образом сходятся сами судьбы государства Российского. Этот вопрос не разгадать ни в беседе, ни в практике, здесь нужен то ли мистик, то ли какой-то проникновенный человек, который мог бы священную роль Урала в судьбах государства Российского разгадать. Иногда страшно становится от огромности Урала. Урал — замковый камень государства Российского. Здесь в этом году прошёл грандиозный крестный ход. И человеческий наплыв на кровавую тропу от Ипатьевского дома до Ганиной Ямы — это тоже великое таинство.

Евгений КУЙВАШЕВ.

Безусловно. Собралось более 100 тысяч человек, и патриарх Московский и всея Руси Кирилл возглавил этот крестный ход. Я сам прошел весь путь — прямо за Святейшим: шли больше четырёх часов без остановки. И дело даже не в монархической идее, хотя наверняка в этом крестном ходе были люди, которые придерживаются монархических убеждений. Но верующие люди собрались для того, чтобы, во-первых, не забывать того, что произошло 100 лет назад, чтобы такого больше не происходило. Каждый на этом долгом пути думал о своём. Но я уверен, что все те, кто принимал участие в крестном ходе, хотели, чтобы не было больше подобных трагедий в нашей истории.

И во многом это заслуга нашей Церкви, что она нашла слова, которые необходимы людям, чтобы побудить их сплотиться на этом крестном пути. Безусловно, нет никакого оправдания тому, что произошло. Но наша общая задача, и моя в частности, не допустить, чтобы такое происходило в дальнейшем.

Александр ПРОХАНОВ.

И есть какой-то парадокс, который для меня до сих пор неразрешим, как, думаю, и для большинства наших людей. С одной стороны, совершено злодеяние. Даже самые яростные коммунисты понимают, что уничтожение этих принцесс, детей, женщин, семьи — это чудовищное злодеяние. И это злодеяние отбрасывает чёрную тень на весь последующий период истории. Но, с другой стороны, последующий период истории и создал великий советский индустриальный Урал: эти заводы, этот взлёт цивилизации. И как одно с другим совместить? То ли это проклятый период, то ли это великий период, то ли это и проклятый, и великий период? Я даю себе такой ответ: это злодеяние, после которого царь был наречён святым. И он, царь‑святой, не требовал возмездия и проклятия, а требовал, наоборот, прощения и благословения. Потому что мы-то, земные, можем требовать мести, а святые не могут быть наполнены местью. И поэтому эти мученики, включая царя, смотрели на последующую жизнь государства Российского с благоговением и молитвой, то есть стремились взрастить здесь новую живую силу.

Евгений КУЙВАШЕВ.

Вы правы: здесь такое огромное смешение и чувств, и деяний! И та энергетика, которая образовалась благодаря этому смешению, должна быть направлена именно для развития. В этом, наверное, и кроется ответ, почему мы такие неспокойные, почему всегда двигаемся вперёд, почему здесь у нас своеобразная политическая культура. Безусловно, всё это даёт движение, даёт возможность не застаиваться и постоянно быть в поиске новых проектов, новых идей. И это касается абсолютно всех: не только меня как губернатора, но и подавляющего большинства граждан, которые здесь живут именно так. Уральцы — трудолюбивый народ. И вы правильно отметили: всё то, что здесь происходило, даёт силу, энергию для движения вперед, и каждый для себя черпает уроки из происходящего.

Александр ПРОХАНОВ.

Урал переживал несколько периодов освоения или становления. Демидовский, строгановский период, когда сюда пришла промышленная элита петровской, екатерининской России. Это первые заводы, первые домны, рудники. Потом советский период Урала. Это и предвоенный этап, когда шло бурное строительство оборонных заводов. И когда началась война, сюда перекочевало огромное количество заводов. В истории Урала — это мощнейший период. Затем период, который называют застоем, хотя это никакой не застой. Это было ровное, плавное наращивание возможностей, создание новых типов оружия — новый этап уральской цивилизации. Далее — крах Советской Родины и здесь — уничтожение заводов. Я езжу по Уралу и до сих пор вижу пустыри, где прежде были великолепные заводы. И целый период после 90-х — воссоздание этой цивилизации. Сколько энергии было потрачено, какие подвиги совершали, особенно советские старики, которые сберегли технологию, падали в голодном обмороке, но не оставляли цеха! И сейчас всё это задышало, задвигалось, зазвенело. А какой следующий период ожидает Урал? Предстоит ли какой-то рывок? Просматривается он или нет?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Вы верно описали то, что было. Ещё 20 лет назад здесь сложно было представить, что можно достичь такого уровня в промышленности, в развитии социальной сферы, который видим сегодня. Я прекрасно помню, какая была безысходность не только на Урале, но и везде. А сегодня мы уверенно стоим на платформе развития, и я убеждён, что и Свердловскую область, и весь Урал, и страну в целом ждёт серьёзный рывок технологического развития, социальной сферы. И уже сегодня, если говорить сухим языком цифр, наблюдается неплохая динамика в развитии нашего промышленного сектора — не только оборонных предприятий, но и гражданских, высокотехнологичных отраслей. Сегодня молодое поколение учёных готово совершить тот самый рывок. Это не пустые слова: общаясь с научным сообществом, со студентами, с людьми в трудовых коллективах на заводах, можно убедиться — всё готово для того, чтобы Урал совершил рывок. Где-то этот рывок уже начался. Где-то мы предпринимаем попытки для того, чтобы сдвинуть ту или иную отрасль, то или иное направление в развитии. Но сегодня люди — наш самый главный потенциал — готовы совершить тот самый рывок. И я нисколько не сомневаюсь в наших людях, в их стремлении и способности этот рывок совершить.

Александр ПРОХАНОВ.

А что это будет? Старые предприятия попросту перейдут на новый технологический уклад, или появится цифровая тема?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Надо сказать, что старые предприятия переходят на новый технологический уклад уже сейчас. И речь идёт не только о совершенствовании и модернизации существующих промышленных предприятий. Речь — о новых отраслях. Мы ежегодно сдаём десятки совершенно новых по своим подходам к производству предприятий. Кто бы подумал ещё 10 лет назад, что у нас на Урале появится своя авиационная промышленность? Сегодня она есть. И это серьёзный кластер, который бурно развивается.

Александр ПРОХАНОВ.

А что вы строите?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Во-первых, мы скоро будем сдавать завод по производству гражданских самолётов L-410. В особой экономической зоне «Титановая долина» одним из крупнейших мировых авиастроителей введён в строй самый большой в мире завод по обработке металлоконструкций и изделий из титана. Вокруг титанового производства, вокруг производства самолётов развивается целый авиастроительный кластер, авиационная отрасль. Ещё несколько лет назад никто об этом и не думал. Во-вторых, мы ставим себе задачу внедрять цифровые технологии во все сферы нашей жизни — речь идёт об «умном регионе». Это предполагает внедрение самых передовых технологий для организации жизни, производства, нашей повседневной работы. Это огромная задача, которую необходимо реализовывать. И не только внедрять технологии. Мы должны быть готовы и сами постоянно чему-то новому обучаться. Только это способно обеспечить рывок.

У нас сегодня происходит полный цикл производства инсулина, выпускаем антибиотики. Прекрасная линейка лекарственных препаратов разработана и реализована нашими российскими учёными. Совершенно новые отрасли для нашего региона! И это всё внедрено за 20 лет. Огромный кластер развития связан с нашими предприятиями атомной промышленности. Мы всерьёз задумались и начали реализовывать программу создания ядерного медицинского центра. Практически все высокотехнологичные отрасли развиваются и реализуются здесь, у нас.

Александр ПРОХАНОВ.

Я был на Ямале, и когда говорил с губернатором Дмитрием Артюховым, видел, как он погружён в гигантский инфраструктурный проект — в создание коммуникаций, в соединение железных дорог и их выход к океану — в Сабетту, в создание порта Северного морского пути. И такое ощущение, что там совершается очередной этап в освоении планеты. А здесь есть крупные проекты, которые могут заворожить? Проект «Северный Урал» реализуется?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Да. Более того, те проекты, которые реализуются на Ямале, напрямую касаются и нас. Я прекрасно знаю проект Северного широтного хода, область участвует в нём. Мы думаем (уже даже просчитывали с нашими экономистами и транспортниками) о создании ещё одного транспортного коридора — меридионального: соединение по хребту Урала, в направлении как раз к той части, где строят порт Сабетта. Создание транспортного логистического хаба, можно сказать, мирового уровня, влечёт за собой огромные возможности развития. Всё это имеет под собой серьёзные экономические выкладки, и мы уже сегодня этим вплотную занимаемся.

Поскольку мы находимся в самом центре нашей страны, наши логистические центры, наши хабы развиваются очень стремительно. Мы являемся мостом между Европой и Азией, и любая транспортная логистика из Европы на Дальний Восток, в Азию, так или иначе, идёт через Урал. У нас многоаспектные хорошие отношения с нашими китайскими партнёрами, да и не только с китайскими. Мы занимаемся созданием мощнейшего транспортного логистического центра, и этот проект, поверьте, не менее значим, чем Северный широтный ход.

Александр ПРОХАНОВ.

Если смотреть на Урал, то увидишь: он зарождается где-то в астраханских пустынях, потом медленно возвышается через Челябинск, проходит среднюю зону, доходит до океана, ныряет под воду, там где-то под водой копошится, затем выныривает в виде Новой Земли, потом опять ныряет под воду… И, по сути, вы владеете Полюсом. И если юристы будут разбираться и смотреть пути, шельфы, делить Арктику, по существу, Урал своим подводным хребтом даёт нам право претендовать на Северный полюс. Поэтому вы одновременно — Урал Аркаима и Верхотурья, а также Урал Северного полюса.

Я думал, какую бы найти метафору для Урала. Что Урал отличает от других наших земель? Ясно, что всё отличает. Но что в нём главное? Я был на форуме в Сочи. Это место для отдыха, для празднования, там казино роскошные, люди в санаториях отдыхают, в море купаются. Или Калининград — это пограничный регион, очень сложный, оторванный. А что для Урала наиболее характерно? Я подумал, что метафорой Урала является труд.

Евгений КУЙВАШЕВ.

Верно. У нас очень трудолюбивые люди.

Александр ПРОХАНОВ.

В советское безбожное время место Бога занял труд. «Владыкой мира будет труд!» И труд был почитаем как вероисповедание. Фигуры сталеваров, шахтёров, учёных, колхозниц возводили, словно античных греческих богов. А сейчас труд у нас в стране ушёл на задний план. На первом — деньги, экономика, престижность. Мне кажется, что сегодняшний Урал, который пережил период восстановления народного хозяйства, мог бы сформулировать общенациональную идеологию труда.

Евгений Владимирович, а есть на Урале такие философы, которые не только бы строили танки и атомные электростанции, а сформулировали бы эту огромную, важную для страны доктрину — доктрину труда?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Конечно, есть. И не только философы: у нас достаточно мощное профсоюзное движение, которое создано не по чьей-либо указке, и это — целая философия труда. У нас множество других общественных объединений, которые не просто говорят о том, что необходимо сделать для защиты человека труда, а реально его защищают и отстаивают права. И, безусловно,  ничто не мешает трудиться и верить в Бога, ничто не мешает трудиться, зарабатывая средства на жизнь семьи. И такое мировоззрение на Урале нормально, здесь ненормально думать и относиться к труду иначе.

Александр ПРОХАНОВ.

Но профсоюзы вряд ли сумеют сформулировать философию труда.

Евгений КУЙВАШЕВ.

Согласен, но я говорю о том, что здесь есть и люди, которые способны на эту тему рассуждать, формулировать концепции. И есть общественные движения, умеющие сплотить трудящихся людей. И здесь, на Урале, действительно очень важно, престижно трудиться, здесь непрестижно не трудиться и ничего не делать!

Александр ПРОХАНОВ.

Мне кажется, что рывку, о котором мы говорим, может предшествовать формулирование новой философии для сегодняшней России. Мы Россию опять возродили из праха — трудами. А ведь, если говорить о религиозном наполнении этого термина, то сказано: «Царствие Небесное усилиями даётся». Или, другими словами, «Царствие Небесное трудами даётся». То есть мы трудимся, не только создавая материальные ценности. Мы трудами создали государство, трудами строим нашу историю. Вся наша история — непрерывный огромный труд. И сформулировать труд как священную, божественную категорию можно в основном на Урале! В Сочи её не сформулируешь…

Евгений КУЙВАШЕВ.

Там люди тоже трудятся, но в других отраслях, в сфере услуг. На Урале люди приучены трудиться руками, изобретать, внедрять. И здесь огромное количество компетенций у людей, в том числе и научных, технических. И всё вокруг — та самая энергетика, с чего мы с вами начинали разговор, — позволяет нам говорить о труде как главной метафоре Урала.

Александр ПРОХАНОВ.

Сейчас идёт сражение за месторасположение выставки «ЭКСПО-2025». Екатеринбург участвует в конкурсе на право проведения этой выставки. Расскажите об этой задаче, этих трудах. Ведь, конечно, ЭКСПО в Екатеринбурге — это было бы грандиозное событие.

Евгений КУЙВАШЕВ.

У нас и конкуренты сильные. Это Осака (Япония), Баку (Азербайджан). Нам выпала честь представлять Россию в конкурентной борьбе за право проведения. Сейчас идёт планомерная работа по продвижению нашего города. Тема нашей заявки — «Преобразуя мир: инновации и лучшая жизнь для будущих поколений».

Александр ПРОХАНОВ.

Чем вы пленяете экспертную комиссию, какими аргументами?

Евгений КУЙВАШЕВ.

Самый главный аргумент, конечно же, — это наша тема. И второй, не менее важный — то, что мы хотим устранить историческую несправедливость. Дело в том, что Россия принимает активное участие в выставочном движении уже 160 лет. Наши павильоны, достижения, российские разработки всегда удостаивались самых высоких наград международного выставочного сообщества. И павильон, который был в Париже в 1900 году, находится здесь, в музее, он полностью выполнен из каслинского литья, и тоже завоевал все возможные титулы. А вот самой выставки в России ещё никогда не было. В Японии же выставка была несколько раз. Мы рассказываем о преимуществах нашей заявки. Наши коллеги, надо сказать, проделали огромную работу, подготовив заявочную книгу. Мы зарезервировали самый большой участок из всех городов-кандидатов на право проведения — 555 гектаров на берегу Верх-Исетского пруда. Это живописнейшее место в Екатеринбурге. По идеологии создания «Экспо-парк» будет со всех сторон «умным проектом». На основе смарт-технологий предполагается управление жилыми домами, социальной сферой, внедрение беспилотных технологий. Наш проект предусматривает создание биологического парка. Безусловно, предполагается внедрение самых передовых технологий в организации как городской жизни, так и в ведении бизнеса. И после проведения выставки мы получаем самое лучшее наследие — научно-образовательный центр, центр международного общения. Это даст толчок к развитию научного, культурного, гуманитарного и политического диалога со всеми.

Александр ПРОХАНОВ.

Перед войной была Всемирная выставка в Париже. И там два павильона стояли один против другого: фашистский немецкий и советский. У фашистского символом был огромный орёл из нержавеющей стали. Он держал какой-то венок, свастику. А с другой стороны стояла скульптура Мухиной «Рабочий и колхозница». И, по существу, этот памятник для Всемирной выставки стал лучшим памятником всей русской скульптуры всех веков. Когда я проезжаю мимо этой скульптуры, рабочий и колхозница стоят, как два серебряных ангела.

И я подумал, что если Бог даст, и в Екатеринбурге будет проходить ЭКСПО, а ЭКСПО всегда нуждается в символах, это же не просто выставка товаров, это символизм, то Россия могла бы предложить миру как символ категорию труда, причём труда божественного, а не чистогана и Золотого тельца. И если б появилась новая Вера Мухина и создала символическую скульптуру, связанную с трудом, тогда продолжилась бы ваша традиция.

Евгений КУЙВАШЕВ.

Не представляете, Александр Андреевич, сколько идей рождается вокруг выставки! И я должен сказать, что мы, несмотря ни на что, будем реализовывать то, что задумали. У нас есть энергетика, есть идеи, как всё задуманное реализовать. И мы при любых условиях будем воплощать намеченные планы.

Александр ПРОХАНОВ.

Если будет удача, приглашайте меня. И спасибо, Евгений Владимирович, за оказанное внимание.

Евгений КУЙВАШЕВ.

Обязательно пригласим, Александр Андреевич. Спасибо и вам.

ИсточникЗавтра
ПОДЕЛИТЬСЯ
Александр Проханов
Проханов Александр Андреевич (р. 1938) — выдающийся русский советский писатель, публицист, политический и общественный деятель. Член секретариата Союза писателей России, главный редактор газеты «Завтра». Председатель и один из учредителей Изборского клуба. Подробнее...