О таможне и ползучей девальвации

Михаил Хазин

И. ВОРОБЬЕВА — 16.06. Наконец можем начать мучить, я не буду отказываться от этого слова Михаила Хазина вопросами.

Л. ГУЛЬКО – В хорошем смысле.

М. ХАЗИН — Есть начальник, не побоюсь этого слова товарищ Венедиктов, вот товарищ Венедиктов работал школьным учителем. Я работал школьным учителем и у любого человека, который работал школьным учителем по зову сердца, не потому что его туда, не какая-то шкрябина, а по зову сердца, он на любой вопрос должен уметь отвечать. Потому что предсказать, какой вопрос задаст чадо, которое…

Л. ГУЛЬКО – На последней парте.

М. ХАЗИН — Там их много.

Л. ГУЛЬКО – С оторванным рукавом.

М. ХАЗИН — Это совершенно невозможно и вы должны на любой вопрос давать такой ответ, чтобы чадо понимало, что вы главный авторитет.

И. ВОРОБЬЕВА — То есть вы нас воспринимаете как школьников.

М. ХАЗИН — Тренировка, дрессировка.

Л. ГУЛЬКО – Как в прайде. Есть начальник прайда, его должны все уважать.

М. ХАЗИН — Да, и как ошибешься один раз, и потом отмазываться будешь очень долго.

И. ВОРОБЬЕВА — Ну ладно.

Л. ГУЛЬКО – Начнем. Неудобные вопросы.

И. ВОРОБЬЕВА — Вопрос с последней парты.

Л. ГУЛЬКО – Давайте начнем с блокады Киева. РБК сегодня красиво начинает: глава федеральной таможенной службы России Андрей Бельянинов бросил вызов защитнику интересов потребителей Геннадию Онищенко, пока последний дегустировал сыры и конфеты, таможенники включили всех импортеров с Украины в список рисковых контрагентов.

М. ХАЗИН — Вообще говоря, теоретически должны досматриваться все грузы. Абстрактно. Конкретно все понимают, что сие невозможно. Поэтому таможенники досматривают либо те грузы, по которым есть наводка, мы же понимаем, в русском языке слово «наводчик» обычно используется в качестве неприятного синонима слову «стукач». Мы понимаем, что этого добра выше крыши. Все тут же докладывают, наводят, еще чего-то. Я просто знаю. У меня пара приятелей в 90е годы эксперименты ставили. Просто из любопытства. Они чего-то говорили в какой-то большой компании, типа я вот тут еду куда-то там, в какую-то иностранную страну, я туда провезу, и каждого второго именно по этой теме. Причем было видно, что они не были уверены, что наводка точная, потому что человек не вписывается. Но, тем не менее, все работает. А что касается данного случая, все понятно. В ноябре саммит ЕС в городе Вильнюсе. На котором очень хотят Украину включить в зону свободной торговли. Украине много раз объясняли, что ребята, если вы туда ступите, то граница Таможенного союза для вас закроется. Они говорят, а это все мура. Вот я так понимаю, что им решили продемонстрировать, какая это будет мура. При этом это же Украина. То есть иными словами с вероятностью 95% документы оформлены неправильно. Была такая замечательная книжка «Математическая смесь» Харди и Литлвуда, в которой Литлвуд объяснял, что какая бы ни была математическая работа, в ней на каждой странице обязательно найдется опечатка. А это математики они люди серьезные. В таможенных документах. Невозможно их оформить точно. Поэтому повод есть всегда. То есть на самом деле фактически Украине продемонстрировали: ребята, вас никто ни к чему не принуждает. Более того, вас никто и не трогал 20 лет. Но сегодня ситуация такая, что если вы пойдете туда, на Запад, налево, то соответственно Таможенный союз для вас закроется. Вы поймите сегодня, что это для вас будет. Л. ГУЛЬКО – А для нас.

М. ХАЗИН — Для нас наплевать. У нас есть белорусы, казахи.

Л. ГУЛЬКО – Потом наши кондитеры только рады.

М. ХАЗИН — Это не та проблема, которую нельзя решить. Есть, я думаю некоторые вещи, которые решить нельзя, я думаю, что еще остался технологический импорт из Украины тех предприятий, которые включены в технологические цепочки. Я думаю, что их никто не тронет. Речь идет о том, что можно заменить. Но это общая ситуация. Я по-моему рассказывал, когда был две недели назад в Вильнюсе, меня спрашивали по поводу оккупации. Я им говорю, ребята, она же вам будет мешать. Я уже сказал в кулуарах. А почему – говорят они. Ну вы подумайте сами. Белорусский конкурент ваш, что он сделает. Он придет куда-нибудь, в Москве неважно, и будет говорить, смотрите, а это русофоб и ненавидит Россию. Почему вы пускаете его товары на свои рынки. Он говорит, что Россия оккупировала Литву. Нужно его наказать. Ну дальше какая-то общественная организация вызывает представителя этого импортера литовского и говорит ему: вы говорили, что Россия оккупировала Литву. А сзади стоит белорусский конкурент или казахский с микрофончиком. И если он говорит да, оккупировали, тут все понятно, белорусский конкурент захватывает территорию. А если он говорит, нет, то белорусский конкурент тут же бежит в спецслужбы Литвы и говорит, вот смотрите, видите, какой он у вас нехороший. Надо его наказать.

Л. ГУЛЬКО – Кстати, у меня есть соответствующий…

М. ХАЗИН — Ничего личного, только конкуренция.

И. ВОРОБЬЕВА — Я по поводу таможенных документов хочу спросить. А зачем они такие сложные?

М. ХАЗИН – Вы как ребенок ей богу. Есть же соответственно наука о бюрократии. Есть целая куча принципов, что любая бюрократическая система всегда расширяется. Что соответственно за те 30 лет, что колониальная система британской империи сократилась в 10 раз, с 29-го по 60-й год, а министерство по делам колоний выросло в три раза. Это известно. Любая бюрократическая должна же оправдывать свое существование.

Л. ГУЛЬКО – Любопытный вопрос задает Савл1, ничего так себе ник: почему ни один из кандидатов в мэры Москвы не выдвинул лозунг: хватит кормить Москву. Другими словами не подпитывать бюджет Москвы из федерального бюджета, это нанесло бы сокрушительный удар по коррупции.

М. ХАЗИН — Савл он же как известно был большой специалист по налогам. Не знаю. Вообще говоря, предвыборная кампания такое дело тонкое, деликатное, я бы сказал немножко иррациональное. То есть не всегда получается считать. Иногда соответственно приходится, люди, у них какие-то странные… Я уже давно говорил, что с точки зрения здравого смысла то, что происходит сегодня в этой предвыборной кампании это попытка вынудить население Москвы голосовать протестным образом. Есть к этому много причин. Причина первая. Собянин реально был одним из кандидатов на пост премьера. Он еще полгода тому назад и не собирался идти на выборы. Зачем ему это надо, он сидел и ждал, сейчас Медведев уйдет. И вдруг ему устраивают выборы, после которых идти как-то сложно. Но с другой стороны, если он сейчас с триумфом выигрывает московские выборы, он политик номер два по легитимности в стране. Потому что проголосовали за Путина и за него, а за всех остальных не голосовали. И он крутой как вареный, вот сейчас ему устроят протестное голосование. Я уже говорил, 2 сентября по возможности из дома на машинах не выезжайте и в метро не заходите.

Л. ГУЛЬКО – А что такое будет?

М. ХАЗИН — Я думаю, что если эта гипотеза верна, она ни на чем не основана, нет никаких фактов. Что просто устроят небольшой транспортный коллапс. Кабели загорятся в двух линиях метро. Они уже отработали вариант. Не на одной. А на двух. На кольцевой и на серой или фиолетовой или на красной. И все, Москва встанет намертво, машины не ходят, потому что они друг в друга упираются. Метро не ходит, и народ пребывает в состоянии нервическом. А газеты тут же говорят, вот это все виноват кто?

И. ВОРОБЬЕВА — Газеты так не говорят.

М. ХАЗИН — Скажут. Бога ради. Тут же как главное вбросить. И народ соответственно скажет, вот как, сейчас мы этой власти покажем. Будут голосовать за кого угодно, только не за Собянина.

И. ВОРОБЬЕВА — Но Собянин при этом все равно победит.

М. ХАЗИН — Да, но во втором туре. Главное, чтобы он не выиграл в первом.

Л. ГУЛЬКО – Такая хитрая история.

М. ХАЗИН — И тогда кто такой Собянин. Обычный рядовой мэр.

И. ВОРОБЬЕВА — А что касается финансирования Москвы из федерального бюджета.

М. ХАЗИН — Москва донор на самом деле.

И. ВОРОБЬЕВА — Все-таки Москва донор…

М. ХАЗИН — Донор. Но есть проблемы, в Москве очень много структур, которые федерального уровня. И местные все орут, а чего это так, у нас тут создается прибыль, а жирует Москва. Ну дальше как полагается.

И. ВОРОБЬЕВА — Но при этом Москве необходимо содержать какие-то федеральные вещи, находящиеся в Москве.

М. ХАЗИН — Хорошо, давайте выделим бюджет, сколько денег нужно выделить на чиновника, чтобы его содержать.

И. ВОРОБЬЕВА — Хороший вопрос, кстати.

М. ХАЗИН — Вот и все. И проблема сразу решается. Если слишком много, это не очень правильно с точки зрения рейтинга власти, а если очень мало, то Москва говорит, хорошо, вот столько выделим, а больше ни копейки.

И. ВОРОБЬЕВА — Прекрасно.

М. ХАЗИН — У меня была история в моей жизни, когда я готовил встречи Бориса Николаевича Ельцина с министрами, губернаторами, разными персонажами. И у меня в один день оказалась встреча с Чубайсом и Лужковым.

Л. ГУЛЬКО – Как вам повезло.

М. ХАЗИН — Причем случайно. При этом соответственно я звоню помощнику Лужкова, говорю, что вы хотите от президента. — Кто такой? – Я? Я человек, который готовит материалы. Они говорят: Лужков все сам Борису Николаевичу скажет. Я говорю: очень хорошо, тогда мы напишем сопроводиловку от Чубайса. Потому что Чубайс уже материалы дал. – А тогда мы дадим. Дальше я звоню Чубайсу…

И. ВОРОБЬЕВА — Примерно то же самое говорит.

М. ХАЗИН — Мы все подготовили, первым должен был быть по-моему Лужков, мы ему сказали, что нужно ему сказать, когда он будет просить вот это, надо ему сказать вот это со ссылкой на Чубайса, а когда он будет просить вот это, ему дать, а когда придет Чубайс, и он будет что-то просить, нужно будет ему сказать, что вы Лужкову вот это уже не дали, и по этой причине мы вам это не дадим. Первый раз была устная личная благодарность Ельцина в наш адрес. Это было в июне, по-моему, 1997 года. Что, ребята, спасибо, вы молодцы. Поэтому я знаю, как это все происходит. Это было ужасно смешно. Мы когда эти бумажки писали, ржали во весь голос.

РЕКЛАМА

И. ВОРОБЬЕВА — Мы продолжаем Дневной Разворот. Михаил Хазин у нас в студии.

М. ХАЗИН — Байки рассказывает.

И. ВОРОБЬЕВА — Да, хотя он все время приходит, рассказывает байки. То про Кострому…

Л. ГУЛЬКО – Я вам сейчас задам вопрос.

М. ХАЗИН — Про Кострому.

Л. ГУЛЬКО – На самом деле про доллар. Поскольку куча вопросов про этот доллар.

И. ВОРОБЬЕВА — Каждый эфир.

Л. ГУЛЬКО – Во-первых, скажите, пожалуйста, когда оправдается, ваш прогноз доллар превратится в резаную бумагу.

М. ХАЗИН — А я не говорил, что он превратится в резаную бумагу.

Л. ГУЛЬКО – До ползучей девальвации.

М. ХАЗИН — Она идет, два месяца назад было 30, сейчас 34. Я думаю, что до 36 они дойдут, а дальше уже нет. Дальше банки и крупные корпорации государственные начнут орать, вы чего, с ума сошли, дефолт хотите устроить. Но это просто деваться им некуда. Они обещали солнцу нашему Владимиру Владимировичу экономический рост, а имеет место спад. Ну что делать. Они вспомнили, что спад сменился ростом в 1998 году, когда они устроили дефолт. Они поэтому, они усвоили, что это все произошло не из-за дефолта, а из-за девальвации. И они решили девальвировать рубль в расчете на то, что жить станет полегче. Жить станет немножко полегче, но с учетом наших других инноваций. Я тут слышал, что вы чего-то по маршрутки разговаривали.

Л. ГУЛЬКО – Это кандидаты.

М. ХАЗИН — Вот типичный совершенно пример. Отрава такая, омерзительная совершенно. Называется сигареты. И вот некоторые люди эту отраву употребляют, и отказываться не хотят. Хотя им говорят, что не надо этого делать.

Л. ГУЛЬКО – Наркотик.

М. ХАЗИН — Ну вот, так вот соответственно этот самый наркотик, продажа легального наркотика, она обеспечивала существование для довольно большого количества маленьких магазинчиков.

Л. ГУЛЬКО – В просторечье колдырь.

И. ВОРОБЬЕВА — Я думала, что колдырь это человек, который пьет.

М. ХАЗИН — Тоже наркотик, но совсем слабый. Скорее такое психотропное средство. Оно настроение повышает.

И. ВОРОБЬЕВА — В какую-то другую программу сейчас попала.

М. ХАЗИН — Так вот, и малые ритейлеры, вот зуб даю, что они пролоббировали. Что только у них сигареты. В результате довольно большое количество маленьких магазинчиков закроется. В результате бабушки будут вынуждены ехать за три остановки в крупный универмаг. Крупный универмаг поднимет цены, поскольку не будет конкуренции. Я же либерал. Настоящий. Я считаю, что конкуренция это наше все. Но у нас нет конкуренции.

Л. ГУЛЬКО – Ну и чего, закрылись маленькие. Не закрылись.

М. ХАЗИН — Закроются.

Л. ГУЛЬКО – У нас вокруг на Кутузовском проспекте рядом с Триумфальной арки одни маленькие магазинчики, ни одного большого. Страдаем со страшной силой.

М. ХАЗИН — Закроют, закроют.

Л. ГУЛЬКО – Наоборот открываются.

М. ХАЗИН — Вот у нас вокруг дома лавочки закрываются. Что очень раздражает. Была лавочка, где молоко продавали. Не продают молоко теперь.

И. ВОРОБЬЕВА — Но кстати раздражает то, что убирают какие-то например, палатки только, где фрукты. А чего ни оставить ее. Бабушки там из соседних домов…

Л. ГУЛЬКО – Они потом появятся. Но другие палатки.

М. ХАЗИН — Во всяком случае, наша власть очень целенаправленно истребляет малый и средний бизнес. Абсолютно целенаправленно. Почему? Потому что у больших, которые платят чемоданы носят, не хватает доходов. Кризис. А вот если вы ликвидируете, то, во-первых, появляется очень большое количество людей, которые деятельные по своей натуре, потому что бизнесом занимаются люди деятельные. И которые власть сильно не любят.

И. ВОРОБЬЕВА — Теперь.

М. ХАЗИН — Да.

Л. ГУЛЬКО – Никакую причем.

М. ХАЗИН — Вот эту. И это очень опасная штука для власти. Особенно в условиях падения жизненного уровня населения. И поэтому собственно у меня такое ощущение, что все истории, в том числе с разными проблемами на выборах, еще с чем-то, они связаны с тем, что довольно большое количество людей в стране, на самом деле все требуют от солнца нашего Владимира Владимировича какого-то решения.

И. ВОРОБЬЕВА — По поводу.

Л. ГУЛЬКО – Политического.

М. ХАЗИН — Владимир Владимирович, мы медленно сползаем в болото, причем болото уже постепенно над нами смыкается. И будет дальше все хуже. Надо что-то делать. Рецепты у разных людей разные. Если бы солнце наше приняло какое-то решение, у него появились бы друзья и враги. Дальше можно было бы спросить. Это правильно, это неправильно. Он вообще ничего не делает. Ситуация все время ухудшается. Мне это напоминает 1916 год. Когда у Николая Второго к февралю 1917 года не было ни одного защитника. …этот идиот пускай катится. Думать нужно было раньше. Кто бы ни был, будет лучше.

Л. ГУЛЬКО – Такая безнадега.

М. ХАЗИН — Он допрыгается. Вот в чистом виде.

Л. ГУЛЬКО – Не знаю. Хотя с другой стороны опрос аналитический центр Юрия Левады, с одной стороны все хотим жить хорошо и по закону, с другой стороны все меньше россиян осуждает тех, кто не платит налоги.

М. ХАЗИН — Это тоже понятно. Потому что на самом деле у нас же страна, в которой главную роль играет справедливость. Не закон, а справедливость. Если государство кидает, оно с повышением ЖКХ не борется, с повышением тарифов естественных монополий не борется, со взятками на дорогах не борется. И далее по списку. И что же получается, мы платим налоги, а они воруют. Давайте мы не будем платить. А государство, тебе не хватает денег, ну отбери у этих, которые воруют и сразу денег будет больше.

И. ВОРОБЬЕВА — Какая-то ущербная логика.

М. ХАЗИН — Почему? Она абсолютно понятная.

И. ВОРОБЬЕВА — Если мы не хотим, чтобы воровали в государстве, почему мы сами должны воровать?

М. ХАЗИН — Мы не воруем.

И. ВОРОБЬЕВА — Люди, которые не платят налоги, ничем не отличаются от государства, которое ворует.

М. ХАЗИН — Нет, это совершенно разные вещи. Абсолютно. Потому что те люди, которые воруют, они воруют чужое. А мы всего-навсего требуем от государства, чтобы оно исполняло свои обязательства. Если оно свои обязательства…

И. ВОРОБЬЕВА — Поэтому не будем платить налоги.

М. ХАЗИН — Конечно. Мы не обязаны давать налоги тем, кто нарушает свои обязательства по отношению к нам.

И. ВОРОБЬЕВА — Требование от государства выполнять свои функции нормальные в качестве нормального договора между государством и обществом о том, что общество платит налоги, соблюдает законы, государство представляет защиту и так далее, значит требовать выполнение этих функций и не платить налоги это две разные вещи.

М. ХАЗИН — Как только будете выполнять свои функции, будем платить налоги.

Л. ГУЛЬКО – То есть кто-то должен первым начать.

М. ХАЗИН — И это государство.

И. ВОРОБЬЕВА — И куда мы придем с такой логикой.

М. ХАЗИН — Логика очень простая. Количество людей, которые понимают, что платить налоги не нужно, все время растет.

Л. ГУЛЬКО – 60%.

М. ХАЗИН — Ну вот.

И. ВОРОБЬЕВА – Мне кажется, что продуктивнее требовать от государства выполнения своих функций.

М. ХАЗИН — Как?

И. ВОРОБЬЕВА — Ну есть же механизмы.

М. ХАЗИН — Какие?

И. ВОРОБЬЕВА — Ну что вас не устраивает, что в подъезде грязно, у вас есть разные станции, куда можно пойти и добиться, чтобы в подъезде было чисто. Вам не нравится, что снег не убирают, есть разного рода инструменты.

М. ХАЗИН — Я привожу пример, мне не нравится, что соответственно ЦБ не финансирует родные российские банки. Я про это пишу много лет. Чуть ни каждый день. По радио говорю у вас. Никакой реакции нет. Более того, я знаю, что некоторые руководители секретариатов некоторых чиновников ЦБ бегают по Москве и говорят, ну давайте нам чемоданы, мы решим все ваши вопросы. Имена называть не будем, поскольку у нас теперь видите ли клевета. Но все знают. Кто бегает, как бегает.

Л. ГУЛЬКО – Михаил, если не платят налоги, я сейчас о пенсионерах. И что делать? Значит, пенсий нет.

М. ХАЗИН — Я прошу прощения, а почему, в бюджете деньги есть.

Л. ГУЛЬКО – Без налогов.

М. ХАЗИН — Хорошо, давайте уменьшим деньги, которые выделяются на сочинскую Олимпиаду, и дадим пенсионерам. Я считаю, что это правильно. А Олимпиадам скажем, ребята, вы уже потратили в 4 раза больше, чем нужно, вот из этих денег и финансируйте. Вы же их украли, давайте обратно. А нет, мы вас расстреляем.

Л. ГУЛЬКО – Выход есть.

М. ХАЗИН — Конечно.

И. ВОРОБЬЕВА — Я ждала, когда мы все-таки придем к такому.

М. ХАЗИН — Я просто привожу пример. У каждого есть в жизни разные произведения, которые производят сильное впечатление, причем даже не цельное, а кусочки. История. Некий царь такой доисторический у него министр был казнокрад. Он взял министра, всю его семью посадил в клетку, и сказал, что соответственно кормить не буду, вот выделяйте, говорите, где у вас деньги, из этих денег будем возвращать и вас кормить. Не вернете денег…

Л. ГУЛЬКО – Нормально, допрос с пристрастием называется.

М. ХАЗИН — Всех и все вернули. На самом деле это вовсе не значит, что всех надо сажать в клетку, это же замечательная идея…

И. ВОРОБЬЕВА — Спасибо на этом.

М. ХАЗИН — Соответственно хоть завтра всех посадить в клетку на Красной площади и держать всю оставшуюся жизнь.

Л. ГУЛЬКО – Настоящий либерал.

М. ХАЗИН — Я настоящий либерал.

И. ВОРОБЬЕВА — Не могли мы без этого. Каждую программу никак шпильку нельзя при себе оставить.

М. ХАЗИН — Надо же как-то, вы же должны посмеяться. Дело в том, что у нас сила закона не в строгости наказания, а в ее неотвратимости. Поэтому если у вас нет вообще никакого наказания казнокрадам, то воровать будут все. Все.

И. ВОРОБЬЕВА — Не платить налоги это не выход.

М. ХАЗИН — Еще раз повторяю, я в этом смысле твердо убежден, что это естественная реакция общества на политику государства. Я считаю, что общество право.

И. ВОРОБЬЕВА — Жалко, что у нас заканчивается время. Я бы с вами еще поспорила.

М. ХАЗИН — Ну Венедиктову скажите, в чем проблема.

И. ВОРОБЬЕВА — Мы в следующий раз. А вас не будет. Вы уезжаете в отпуск. Вы будете греться на солнышке. Я знаю, что точно не в Египте.

Л. ГУЛЬКО – Про Кострому не успели.

И. ВОРОБЬЕВА — Приедете, расскажете. Спасибо большое. Экономист, президент консалтинговой компании НЕОКОН Михаил Хазин был в эфире «Эхо Москвы».

Эхо Москвы 15.08.2013

ПОДЕЛИТЬСЯ
Михаил Хазин
Михаил Леонидович Хазин (род. 1962) — российский экономист, публицист, теле- и радиоведущий. Президент компании экспертного консультирования «Неокон». В 1997-98 гг. замначальника экономического управления Президента РФ. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...