Андрей ФЕФЕЛОВ. Андрей Ильич, недавно случилась история, которая взволновала российскую общественность. Речь идёт о движении «Бессмертный полк». Это движение — явление драгоценное, великий поток, в котором соединяются живые и мертвые, ушедшие и ещё не родившиеся. Через «Бессмертный полк» возродилось великое понятие народ. Ведь народ — это все мы, в большом, в бессмертном, в бесконечном смысле!

Но у этого широкого народного движения существуют координирующие органы, которые каким-то образом кем-то избираются, взаимодействуют с властью и прочее. Долгое время главным координатором «Бессмертного полка» был Николай Земцов — человек, стоящий на прочных патриотических позициях. В прошлом году его «ушли», а на его место водворились другие люди. Некто Артём Хуторской возглавил организацию «Бессмертный полк России». К сожалению, в результате этих изменений начались недоразумения. Недавно вышел циркуляр, подписанный Хуторским, который называется «Принципы организации и проведения народного шествия «Бессмертный полк»». Документ весьма странный, если выразиться мягко…

Андрей ФУРСОВ. Я ознакомился с этим документом, и он произвёл на меня очень противоречивое впечатление. С одной стороны, там вроде бы говорится о правильных, очевидных вещах. Я согласен, например, с тем, что местные начальники не должны стремиться в обязательном порядке возглавить шествие. Но в целом пункты этого документа, а их двадцать один, производят впечатление бюрократической попытки регуляции того, что, в общем, и так неплохо работает.

А один пункт, под номером семь, вызвал у меня и настороженность, и смех. Я его процитирую: «Следует обратить особое внимание на спекулятивное использование рядом политических сил атрибутики военного времени — красных флагов — и портретов военачальников и руководителей страны времён Великой Отечественной войны. Портрет маршала в руках правнуков — это проявление личной памяти, но тиражирование данных символов и портретов является попыткой приватизации «Бессмертного полка», превращения его из общенародного явления в придаток конкретной партии или политического течения».

И что же получается: если идёт правнук или внук и несёт портреты, например, Сталина, Жукова и Рокоссовского, то это нормально, а если эти же портреты в руках у человека, у которого, например, никто не воевал, но он хочет выразить своё уважение и благодарность советским полководцам, то он, по мнению авторов «Принципов…», является представителем какой-то политической партии, которая пытается приватизировать движение «Бессмертный полк»?

Андрей ФЕФЕЛОВ. И организаторы должны к каждому подходить и спрашивать: «Ты правнук, внук? Или нет?» Глупость, конечно!

Андрей ФУРСОВ. Ещё глупее и смешнее выглядит утверждение, что «…тиражирование данных символов превращает его из общенародного явления в придаток конкретной партии…». Я что-то не видел, чтобы одновременно несли портреты и символику каких-то партий, будь то КПФР или «Единая Россия». Несут портреты. И почему у авторов документа появилась идея, что «Бессмертный полк» приватизируется какими-то партиями? Возможно, люди просто не понимают, ведь трудно себе представить, что кто-то из организаторов будет подходить к участникам шествия и говорить: «Ну-ка, вы, наверное, из какой-то партии… Уберите-ка портреты Сталина и Жукова!»

Но, скорее всего, Хуторской и его коллеги всё прекрасно понимают и просто лукавят. На самом деле, авторам этого 7-го пункта не нравится большое количество красных флагов и портретов Сталина. И этот 7-й пункт можно трактовать как желание уменьшить количество красных флагов и портретов советских руководителей времён Великой Отечественной войны.

Если такая моя трактовка справедлива, то получается, что авторы документа сами себя загоняют в очень неприятную ситуацию, потому что в таком случае им могли бы поаплодировать и бандеровцы, и нацисты из Прибалтики, и польские националисты и многие другие. Им тоже не нравится, что у нас несут красные флаги, портреты Сталина.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Кумачовые знамёна и портреты советских военачальников — это дух нашей Победы, это зримое явление того, что мы — победители!

Андрей ФУРСОВ. Конечно! И я очень хорошо помню, как «эхомосковская» шушера реагировала на «Бессмертный полк», когда это движение только начиналось. Они его высмеивали! Но когда выяснилось, что это мощное общенародное движение, у которого есть своя идеология, они попытались превратить праздник Победы в праздник панихиды, скорби и памяти. И из этого тоже ничего не вышло.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Всё это так, но мне лично не очень понятно, как реагировать на данные циркуляры. Затевать в праздник какие-то разборки с организаторами совсем не хочется. Возможно, следует предложить всем желающим надеть майки с изображением Сталина. Благо сейчас они выпускаются разных видов и в большом количестве…

Андрей ФУРСОВ. Идти и со Сталиным, и с Рокоссовским, и с другими военачальниками, но, самое главное, идти с красными флагами! Никогда нельзя забывать, что именно Красное знамя реяло над Рейхстагом!

Андрей ФЕФЕЛОВ. Именно так!

Безусловно, наш стратегический противник много и напряжённо думает над тем, как остановить движение «Бессмертный полк». Ведь это вопрос нарождающейся победной солнечной идеологии! Её хотят заглушить, очернить, навязывая нам «вечный ГУЛАГ».

А теперь, может быть, «Бессмертный полк» такими циркулярами решили «засушить изнутри», так сказать? Это, конечно, только предположение… Ясно одно, что любое напоминание о нашей Победе вызывает резкое отторжение у наших западных «партнёров».

Андрей ФУРСОВ. Вообще, попытка выхолостить всю победительность из празднования 9 мая — одно из магистральных направлений западной пропаганды, которая ведётся против России. Я столкнулся с этим несколько лет назад в Страсбурге, когда отмечали круглую дату окончания Великой Отечественной войны. В дискуссиях западная сторона всё время говорила о том, что «не надо вообще вспоминать о Победе, поскольку война — это трагедия. А раз война — трагедия, то никто не может быть победителем, и вообще странно говорить о Победе».

Более того, некоторые представители Запада, особенно немцы и французы, утверждали, что «на войне у всех есть своя правда». И в этом звучал такой подтекст: вы, русские, тут особенно не выступайте, потому что у вас была своя правда, а у немцев — своя.

Андрей ФЕФЕЛОВ. В этом же духе высказывался и печально знаменитый Коля из Уренгоя…

Андрей ФУРСОВ. Да, он в бундестаге, по сути дела, «спел» с этого голоса, когда сказал, что ему очень жаль немецких солдат, которые погибли на русской земле. То есть якобы была у них своя правда, а вот они погибли.

На тех же мероприятиях в Страсбурге, в 2015 году, о которых я упоминал, мне довелось по этому же вопросу дискутировать с одной женщиной. Я очень сожалею, что это было не на пленарном заседании, а в кулуарах, но, тем не менее, нас слушало человек тридцать-сорок. Она пыталась мне и моим коллегам доказать, что правда есть у всех: «Правда не только у вас, русских, поэтому не надо вообще говорить о победе, не может быть победителей в трагедии». Тогда я спросил её: «А что, наличие у каждого участника войны своей правды — это универсальное правило?» И она, чтобы не оставить мне никаких шансов на то, что у нас есть правда победителей, ответила: «Да, это универсальное правило».

И тогда я ей «врезал» уже, что называется, со всем удовольствием — я ей сказал, что она только что оправдала холокост, потому что у эсесовцев, которые гнали евреев в печи, если следовать её логике, тоже была своя правда. От этого она просто позеленела и стала лепетать, что я её не так понял, что, конечно, у них не было никакой правды. Я тут же ей сказал: «Так, значит, это всё-таки не универсальное правило?» Она говорит: «Да, наверное, не универсальное, есть исключения». Я говорю: «То есть для кого-то есть исключения, а для русских вы исключения не делаете; вы не любите русских?» Ну, тут народ, собравшийся вокруг нас, начал уже смеяться…

Андрей ФЕФЕЛОВ. Да, линия на то, чтобы лишить нас Победы, совершенно чётко просматривается…

Андрей ФУРСОВ. Отмечу ещё такой момент: в Страсбурге, помимо экспертов, были молодёжные делегации: с нашей стороны — 35 человек и столько же молодых представителей Европы. Наши ребята потом рассказывали, что в последний вечер, когда эксперты уже уехали, собралась молодёжь, эти 70 человек. Они пели песни, всё было очень хорошо. Когда наши ребята запели песни военных лет, им активно стали подпевать сербы. И тут опять же французы, немцы начали говорить, что «всё-таки вы, в России, очень милитаризованный народ — зациклены на своей победе». И тогда один из наших ребят сказал прекрасную фразу: «Мы не зациклены на победе. Мы — Победители! И сербы — Победители. А вы все легли под немцев, вам нечего праздновать, поэтому вы и говорите о «непобедительности». А мы, наши отцы и деды, — Победители. Поэтому мы и поём песни Победы».

Я думаю, что эта позиция и должна быть зафиксирована: «Бессмертный полк» — это шествие детей и внуков Победителей. Эта Победа — то немногое, что осталось неоплёванным в нашей истории, несмотря на все попытки в 90-х. И то, что власть в лице нашего президента идёт в первых рядах «Бессмертного полка», означает очень важное изменение в идеологической ситуации. И, наверное, очень многим — тем, кого в многосерийном фильме «Спящие» назвали спящими, это не нравится. 

ИсточникЗавтра
Андрей Фурсов
Фурсов Андрей Ильич (р. 1951) – известный русский историк, обществовед, публицист. В Институте динамического консерватизма руководит Центром методологии и информации. Директор Центра русских исследований Института фундаментальных и прикладных исследований Московского гуманитарного университета. Академик Международной академии наук (Инсбрук, Австрия). Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments