Правозащитники всех стран и народов в последние годы весьма озабочены разворачивающейся в Китае Системой Социального Кредита (доверия) — SCS. Анализ фабрики мысли ChinaFile (Гонконг, Китай – 2019) показал, что подавляющее большинство не только медийных публикаций, но и исследовательских докладов, относительно SCS не понимают сути этой системы, подменяют изучение исторического контента, традиций китайской цивилизации, как ментального базиса SCS, ограничиваясь ссылками на «Большого Брата» Д.Оруэлла, «Паноптикум» И.Бентама и «Номерную систему в Едином Государстве» Е.Замятина.

В этой связи, прежде чем переходить к описанию SCS, ее функционала, структуры и порядка развертывания, ChinaFile предлагает остановиться на ментальном и управленческом базисе Китая, породившем SCS.

Впервые необходимость развертывания SCS была сформулирована в 2007 г. прежним Председателем КНР Ху Цзиньтао. По его инициативе был разработан первый технический план развертывания системы, и в том же 2007 г. были опубликованы «Некоторые замечания канцелярии Госсовета КНР о создании системы социального кредита».

Уже после прихода к власти Си Цзиньпина Госсовет КНР в 2014 г. опубликовал новый документ – «Программа создания системы социального кредита (2014–2020)».

Основные принципы SCS глубоко укоренены в китайском менталитете и традиции государственного управления. Примерно в 400 году до н.э. великий китайский реформатор Шан Ян приказал народу разделиться на группы по 5–10 семей. Они должны были наблюдать друг за другом и нести коллективную ответственность за преступления. По закону на дверях домов должны были висеть таблички с подушевой описью семей. Об отъезде и приезде каждого человека регулярно докладывал своему начальству сотский староста. Эта система называлась «баоцзя».

Идущий уже свыше двух тысяч лет спор между последователями Шан Яна, легистами, которые выступали за управление обществом с помощью жесткой системы поощрений и наказаний, и конфуцианцами, ратовавшими за воспитание в народе этических норм с помощью образования и личного примера властей предержащих, стал одним из главных стимулов для развития управленческой мысли в Китае.

Примечательно, что недавно Си Цзиньпин заявил, что сильное централизованное руководство партии позволило вступить в новую эру реформ и открытости, начать новый путь к великому возрождению китайской нации. На этом пути руководство партии и государства опирается на тысячелетние традиции китайской управленческой мысли и берет все лучшее, надежное и проверенное от положений конфуцианства, легизма и даосизма.

Нынешний председатель КНР Си Цзиньпин в 2013 г. выдвинул концепцию «китайской мечты», под которой подразумевалась мечта о создании процветающего и могущественного государства, мечта об осуществлении национального возрождения и достижения народного благоденствия. В своих выступлениях Си Цзиньпин говорил о том, что для достижения «китайской мечты» необходимы три основных условия:

«1.Обязательно идти по китайскому пути, то есть по пути социализма с китайской спецификой. Китайская нация — это нация незаурядной креативности. Раз мы сумели создать великую китайскую цивилизацию, то, тем более, сможем продолжать и расширять путь развития, соответствующий китайским реалиям.

2. Необходимо возвышать единство китайского народа, основанное на доверии, китайский дух, сердцевина которого — патриотизм, а также дух эпохи, сердцевина которого — реформы и новаторство.

3. Необходимо объединять силы нации, которые рождаются великой сплоченностью 56 национальностей 1,3 миллиардного населения. Китайская мечта- это мечта всей нации и мечта каждого китайца в отдельности».

В рамках китайской традиции, доверие является синонимом гармонии между человеком, общиной и государством. Гармония же – это высший долг, цель и потребность китайца. Гармония достигается самосовершенствованием, соблюдением приличий и норм общества, и выполнением ритуалов, предполагающих следование традиции. Что же касается самосовершенствования, то ключевым его смыслом в конфуцианстве является «преодоление себя, как отдельного оторванного от семьи, общины и народа индивидуума, выполнение общественного долга, стремление к китайской мечте».

Главную целевую функцию SCS сформулировал еще в декабре 2016 г. Си Цзиньпин на заседании Политбюро ЦК КПК. Он заявил: «Для борьбы с острой проблемой недостатка доверия нужно крепко взяться за создание системы оценки надежности, покрывающей все общество. Нужно совершенствовать как механизмы поощрения законопослушных и добросовестных граждан, так и механизмы наказания тех, кто нарушает закон и утратил доверие, чтобы человек просто не осмеливался, просто не мог потерять доверие».

В ходе совещаний по вопросу разработки SCS китайские руководители неоднократно высказывались, что эта система позволяет реализовать на практике принцип золотой середины или срединного пути, который выражается в:

— соблюдении необходимой умеренности и неприятии двух крайностей – избытка и недостатка;

— осуждении всякой крайности и стремлении к полноценной, открытой, не имеющей темных секретов жизни от окружающих;

— усилении справедливости, когда не чиновники или соседи, а искусственный интеллект оценивает проступки и выносит суждения, свободные от предвзятости и односторонности;

— выработке усредненных норм и ценностей, приемлемых для широких слоев населения;

— отказе от чрезмерной и неплодотворной регламентации всех сторон жизни китайцев, администрирования и зависимости жизни простых людей от возможного произвола чиновников, не выполняющих партийные указания и не следующих курсу китайской мечты.

Поскольку SCS – это важнейший контур партийно-государственного управления, то программно-аппаратные решения в этой системе должны полностью соответствовать идеологии китайского менеджмента на современном историческом этапе. SCS должна в рамках партийного курса и идеологии менеджмента обеспечить:

— реализацию лежащего в основе китайского менталитета принципа «Великого Предела», предполагающего взаимопроникновение и снятие противоположностей;

— решение всех вопросов «по обстоятельствам» — по конкретной ситуации на основе унифицированной для всех системы оценок;

— учет, предполагающий, что в видимом порядке скрыт беспорядок, но в кажущейся беспорядочности, напротив, сокрыт нерушимый порядок;

— усиление базисной для поведения любого китайца взаимозависимости в отношениях между людьми друг с другом, с общиной, с партией и государством.

SCS должна способствовать реализации в конкретных современных условиях важнейшего принципа «следование обстоятельствам времени». Он предполагает, что:

— всякая практика служит совершенствованию себя (это верно как для индивидуумов, так для организаций и самой SCS);

— применение SCS будет способствовать формированию поведения граждан на основе открытости, следования ритуалам и стремлению к душевному покою;

— по мере формирования у народа привычки жить в условиях SCS это будет способствовать повышению искренности жизни, и позволит людям хотя бы отчасти предвидеть ход событий и направлений собственной жизни.

Подавляющее большинство публикаций сводит SCS к оценке поведения рядовых китайцев. Однако, это не так. В выступлениях Си Цзиньпина и в нормативных документах отмечается, что создаваемая ныне система индивидуального рейтингования – не более чем лишь первый шаг.

В ближайшей перспективе рейтинговаться будут не только китайцы, как физические лица, но и компании как юридические лица, а затем различного рода некоммерческие и управленческие структуры и организации, и их руководство.

Основные принципы создания SCS

Выступая в начале 2019 года на встрече с руководителями транснациональными интернет-компаниями, ответственный за информатизацию, заместитель Председателя Центральной комиссии КПК по проведению административной реформы, Председатель Центральной комиссии КПК по руководству деятельностью в области духовной культуры, член Политбюро Лю Юньшань сказал: «Система Социального Доверия – это базирующаяся на китайских традициях, больших данных и искусственном интеллекте, система формирования гармонии, искренности и доверия, а также воспитания и обеспечения развития. SCS – это инструмент осуществления китайской мечты в условиях информатизации и технологического развития Китая».

Обобщая нормативные документы и выступления руководителей партии и правительства Китая по вопросам SCS, и принимая во внимание оценки зарубежных исследователей, можно выделить несколько основных принципов создания и функционирования SCS.

Во-первых, централизм. В соответствии с китайскими традициями иерархического и процедурного управления, имеющими за плечами как минимум 2500 лет непрерывного использования, SCS разрабатывалась и будет функционировать по принципу: сверху вниз — подчиненность и снизу вверх — данные. Централизованно осуществляется разработка архитектуры системы. Также по принципу сверху вниз будет осуществляться анализ полученных данных и принятие ключевых решений.

Во-вторых, модульность. SCS является крупнейшей и наиболее сложной в мире системой мониторинга и воздействия на поведение. Соответственно разработчики и будущие операторы системы приняли решение не стараться создать всю систему сразу целиком, а сконструировать ее по модульному принципу. Этот принцип предусматривает достаточно высокую автономность отдельных блоков системы и возможность введения их в эксплуатацию постепенно, а при возникновении возможных проблем –осуществление доработок тех или иных блоков системы. При модульном подходе каждый элемент большой системы представляет собой своего рода законченное целое, способное выполнять те или иные полезные, функции в одиночку.

В-третьих, конкуренция. При всей централизации, китайская традиция всегда ценила разнообразие. Исторически такая огромная страна, как Китай, состоит из непохожих регионов и провинций с неодинаковым уровнем развития, менталитетом и информационно-технологической зрелостью и т.п. Исторически в Китае высшие руководящие органы ставят задачу, но жестко не регламентируют способы ее выполнения. Всегда предоставляется возможность проявить инициативу. Однако, во всех случаях, это – не инициатива постановки цели, а инициатива способа решения поставленной задачи. Затем центр изучает найденные решения и, как правило, выбирает одно, базовое. Потом это базовое решение корректируется, но радикально не изменяется применительно к специфическим условиям отдельных регионов и провинций. Принцип конкуренции не только позволяет наиболее экономично и эффективно достигать целей, но и обеспечивает вовлечение творческого потенциала нижних уровней в решении задач высших.

В-четвертых, единая платформа. При модульности и относительной независимости блоков и компонентов системы, они изначально базируются на единой платформе. Это проявляется в единстве организационных процедур, одном для всей системы языке программирования, утвержденных для всех разработчиков и операторов протоколов общения и взаимодействия и т.п. Платформа, как программно-аппаратная база системы предполагает возможность поэтапного подключения тех или иных модулей. Более того, она носит открытый характер. Иными словами, мощности и возможности платформы позволяют дополнять ее модулями, которые изначально не предусматривались в архитектуре платформы. И, напротив, без ущерба для функционирования, исключить на том или ином этапе жизнедеятельности системы, ранее функционирующие модули.

В-пятых, гибридный интеллект. В силу сложности поставленных перед SCS задач, которые будут реализовываться в динамичной и достаточно неопределённой обстановке, предусмотрено, что важнейшие функции будет осуществлять не искусственный, а гибридный интеллект, т.е. не автоматические, а человеко-машинные системы. В первую очередь это будет относиться к анализу сложных тенденций и осуществлению прогнозов на основе полученной предиктивной информации. Гибридный характер системы предусматривается реализовать не только на высшем, но и на всех, вплоть до районного или городского, уровнях. В то же время, применительно к рутинной работе, подавляющее число (вплоть до 90-95% ситуаций) оценок будет выставлять именно ИИ.

В-шестых, мягкие рейтинги. Ядром SCS являются социальные рейтинги. Социальный рейтинг – своего рода интегральная оценка поведения человека по критериям доброжелательности и открытости по отношению к обществу, следования национальной традиции и приверженности реализации «китайской мечты», построения социализма с китайской спецификой. При всей важности количественных оценок, разработчики системы, по крайней мере, на настоящем этапе предполагают, что интегральные оценки гражданина, складывающиеся из числовых и нечисловых оценок, будут осуществляться в рамках шкального интервального оценивания (очень плохо, плохо, удовлетворительно, хорошо, отлично).

В-седьмых, возможность тиражировать систему. Стремясь к созданию мира социального процветания и успешного развития при обеспечении сочетания тесного сотрудничества с уважением суверенитета других государств, руководство Китая полагает, что после отработки SCS ее отдельные модули, а также упрощенные варианты системы могут продаваться или безвозмездно дариться третьим странам для обеспечения их национального развития. В первую очередь, имеется в виду предоставить помощь в обеспечении внутренней гармонии странам, входящим в программу «Один пояс — один путь», а также друзьям Китая в Африке и Латинской Америке.

SCS призвана реализовать триединую задачу:

— укрепить доверие, повысить прозрачность и гармонизовать отношения китайских граждан друг к другу, к административным органам на местах и предприятиях к партийному и государственному руководству. Исторически, как свидетельствуют многочисленные исследования и опросы общественного мнения, китайское общество веками было открыто и прозрачно. Эти открытость и прозрачность не столько навязывались сверху, сколько была реализована на уровне соседских общин и городских микрорайонов, где все знали всех и жили при этом достаточно обособленно от других частей города с поправкой на городское добрососедство.

Житейская повседневная прозрачность была характерна для всех, преимущественно сельскохозяйственных обществ в Европе Америке и даже в Африке. Слом прозрачности произошел первоначально в 40-50- начале 60-х гг. в ходе ускоренной урбанизации Китая, а затем закреплен в 60-70-е гг. из-за социально-политических потрясений, способствовавших скачкообразному росту мобильности населения из-за различных неурядиц. В результате, в 80 – нулевые годы под воздействием массовой индустриализации и внедрения передовых технологий в Китае, соседская прозрачность и межчеловеческое доверие во многом были утрачены. Нормой жизни, особенно в крупных городах стали закрытость, автономность и независимость друг от друга. Это подрывает китайскую традицию, национальный менталитет и базис низовой, житейской и общественной безопасности. Об этом свидетельствуют не только статистические данные, но и результаты социологических опросов, проведенные в различных городах страны по решению руководства Коммунистической партии.

Соответственно возникла задача использовать достижения современных технологий для возврата к исконно китайским традициям и восстановления гармоничной жизни граждан в согласии с собой, соседями и обществом в целом на основе доверия, прозрачности и добродетелей. Эту задачу и призвана решать SCS. Конкретно речь идет о том, чтобы:

— повысить эффективность воспитательной работы среди населения и особенно лиц, допустивших отклонения от норм и традиций, и тем более граждан, их преступивших. Такое сложное и разнообразное общество, как китайское, имеет определенную, как правило, в пределах 3-5% долю лиц, склонных к девиантному, находящемуся на грани или за пределами писаных и неписаных норм поведению. Девиант – это не обязательно преступник. Чаще это люди, которые в силу тех или иных обстоятельств, что называется, находятся на границе зоны закона и своим поведением нарушают не только юридические, но и этические нормы.

Наряду с социально-бытовым девиантным поведением и преступной деятельностью, существует еще один тип лиц с поведением, которое отслеживает система. Речь идет в первую очередь о приверженцах таких экстремистских культов, как фалуньгун, радикальный салафитский ислам, определенные толкования религии бон, дьяволопоклонничество и т.п.

В настоящее время воспитание, а когда необходимо, перевоспитание приверженцев экстремистских религиозных культов осуществляется весьма действенными, но достаточно жесткими методами, включая ограничения в поведении, заключение под стражу и т.п. В то же время, по мнению китайских аналитиков, внедрение SCS дает возможность:

— перейти от преимущественно карательных методов к воспитанию, и в отдельных случаях перевоспитанию социально и политически опасных, склонных к девиантному поведению граждан. SCS предполагает не ужесточение, а гуманизацию методов государственного управления в тех регионах, где религиозный фанатизм создает потенциальные опасности порождения преступности, разжигания национальной розни, угроз для движения страны к «китайской мечте»;

— создать всеобъемлющую систему награждения достойных, обеспечения их развития и самосовершенствования. Десятилетия жизни народного социалистического Китая – это время высвобождения творческого потенциала народа, раскрытия до того дремавших способностей и склонностей миллионов и миллионов китайцев. В то же время ускоренное экономическое развитие в последнее десятилетие увеличило неравенство внутри китайского общества, создало проблемы для социальной стабильности и гармоничного восприятия будущего.

В этой связи третьей важнейшей задачей SCS является поощрение, развитие способностей и запуск социальных лифтов для лучших граждан, для тех не только молодых людей, но и лиц средних и даже старших возрастов, кто уже сегодня живет по принципам доверия, прозрачности и гармоничности.

SCS как платформа, включает в себя три важнейших контура:

— контур сбора самых разнородных данных, характеризующих на первом этапе физические, а на втором – юридические лица – резидентов Китая;

— контур хранения и структурирования самых разнообразных данных, характеризующих состояние и поведение физических, а затем юридических лиц;

— контур программно-аппаратного обеспечения, позволяющий на основе ИИ проводить обработку, анализ больших персональных данных, установление на этой основе текущей и вероятной добродетельности граждан, а в последующем юридических лиц, с использованием шкал, а также осуществления на этой основе прогнозных расчетов.

Истоки SCS находятся в далеком прошлом Китая. Уже в Древнем Китае была осознана необходимость создания методики оценки и ранжирования людей, в первую очередь, чиновников и военных различных уровней для благополучия Поднебесной. Первым письменным сочинением на этот счет считается трактат Лю Шао «Учение о человеческих способностях», созданный около 240 года н.э. Эта книга была написана крупным государственным деятелем и администратором в эпоху упадка династии Хань. Разработкой, а главное, применением созданной им методики оценки, Лю Шао надеялся избавиться от нерадивых чиновников, бездарных военачальников, и заменить их талантливыми, добросовестными и преданными ему людьми.

После воцарения Империи Цзинь для оценки работы чиновников и отбора на их должности талантливых граждан, использовались так называемые таблицы «небесного мандата». Для заполнения таблиц все претендующие на должности чиновников проходили экзамены, и к результатам экзаменов прибавлялась оценка впечатления, полученных опытными администраторами, беседовавшими с кандидатами.

Таким образом, Китай еще в начале первого тысячелетия стал первой и единственной вплоть до XX века страной мира, где использовались методики ранжирования оценки достаточно большого, измеряемого тысячами, числа людей.

В первые 30 лет коммунистического Китая экономические потрясения, политические пертурбации и международные конфликты привели к полному забвению руководством традиции шкалирования и оценки. Первым об этом вспомнил в начале 90-х гг. минувшего века в контексте рыночных экономических реформ Дэн Сяопин.

Он, под воздействием своих европейских советников, счел крайне положительным опыт капиталистических экономик, предполагающих наличие рейтинговых кредитных бюро.

В 2004 г. по поручению руководства Коммунистической партии, коллектив разработчиков во главе с выдающимся ученым, ключевой фигурой в создании межконтинентальных баллистических ракет, участником космической программы США и основоположником космической программы Китая Зянь Сюэсэном и президентом Академии инженерных наук Китая Сунь Цзяном начали разработку программно-аппаратной оценки надежности и эффективности работы государственных служащих и системы кредитных рейтингов для формирующейся национально-государственной кредитной системы.

Их наработки были использованы для создания уникальной, малоизвестной за рубежом, системы отслеживания работы кадров государственного аппарата с элементами кибернетической обратной связи и самокоррекции. Также их работы стали основой совершенствования, наращивания мощности и эффективности проекта «Золотой щит», известного в мире, как «Великий китайский файервол».

В 2002 г. на 16 Съезде КПК уходящий Генеральный Секретарь Цзян Цзэминь поставил задачу разработки и запуска в течение трех-пяти лет общекитайской системы социального кредита. Так впервые получила права китайского гражданства аббревиатура SCS. Однако в тот период речь шла не о создании всеобъемлющей системы оценки поведения граждан Китая, а о доведении до практики важнейшего элемента современной развитой банковской системы – сплошного рейтингования заемщиков – физических и юридических лиц – на предмет выдачи кредита.

На практике реализовать это решение оказалось более сложно, чем ожидалось. В 2006 г. Народному Банку Китая удалось создать национальное бюро кредитного рейтинга юридических и физических лиц. К 2012 г. центр имел досье на 280 млн. граждан и почти 1,5 млн. юридических лиц. Казалось бы, программу постигла неудача. Однако, это не вполне так. Дело в том, что до начала десятых годов банковские счета в Китае имело лишь немногим более 300 млн. человек и около 3 млн. предприятий, из которых как минимум треть были спящими. Это означает, что по факту задачи, поставленные на партийном съезде, были выполнены и подавляющая часть физических и юридических лиц, реально участвующих в кредитных отношениях, была охвачена системой.

Успешное решение задачи создания национальной системы кредитного рейтингования, несомненно, подтолкнула политиков и управленцев к мысли использовать метод рейтингования на основе показателей, используемых в банковской сфере для решения исторической для Китая проблемы социального рейтингования граждан в рамках укрепления «мандата Неба».

В 2013 г., как полагают наиболее осведомленные зарубежные корреспонденты в Китае, по инициативе руководителей партийных организаций Шанхая, Гуанчжоу, Чуньцын и Чжецзянь выступили с инициативой проведения в этих провинциях экспериментов по апробации системы всестороннего рейтингования граждан. Например, в Шанхае было предложено разработать для каждого жителя города карту искренности, и учитывать ее показатели не только при предоставлении социальных благ, но и при определении общественных и профессиональных перспектив гражданина.

Все эти инициативы были в 2013 г. обсуждены на Межминистерской и межпровинциальной совместной конференции, где тема получила поддержку. Инициатива разработки SCS на конференции была поддержана и, получив мандат региональной партийно-государственной и народной поддержки, проект был обнародован, как партийно-государственное решение весной 2014 г.

Показатели SCS

Официально подтверждённого перечня показателей, используемых в SCS, по состоянию на начало 2019 г. не существует. Однако, внимательный анализ китайских официальных публикаций, описания в медиа опыта применения SCS в 30 пилотных городах, а также извлечение информации из научных публикаций китайских и зарубежных специалистов по системе, позволяют прийти к следующему выводу.

Базисом системы является наличие у каждого китайца уникального пожизненного электронного идентификатора. В настоящее время такие идентификаторы, предусмотренные законом об удостоверении личности 2003 г., имеются примерно у 90% городского населения и 50% сельского. Есть основания полагать, что до 2025 г. всё население Китая будет охвачено электронными пожизненными идентификаторами личности.

Идентификатор представляет собой 18-разрядный код, в котором указаны имя, фамилия, дата рождения и некоторая иная информация о человеке. Гражданин Китая не имеет права самостоятельно менять данные идентификатора. Это — полностью прерогатива властей.

Ключевое значение для создания и развертывания SCS имеет тотальный характер использования персонального электронного идентификатора. В Китае человек не может получить доступ к интернету, купить коммуникатор, машину, снять или получить квартиру, осуществить любое действие, связанное с приобретением собственности, получением или сменой работы и т.п., анонимно, а в городах – на основе бумажных, делающих возможным подделку, документов. Любые экономические, социальные и даже бытовые действия в Китае не только онлайн, но и оффлайн, начиная с 2021 г., могут быть осуществлены только на основе электронного идентификатора личности.

Иными словами, по мере развития средств хранения, аккумуляции и обработки информации, китайское руководство может получать в режиме онлайн полную картину жизни в Китае, детализированную вплоть до отдельной личности. При этом, надо иметь в виду, что такой сплошной контроль над поведением требует создания центров хранения и обработки данных минимум в пять-семь раз превышающих емкости хранения крупнейшего в мире хранилища данных — хранилища АНБ в штате Юта. В этой связи указанный выше принцип на горизонте 10-15 лет не представляется возможным к реализации. Гораздо более реальным является сплошной, начиная с 2021 г., переход на электронную идентификацию для всех жителей китайских городов с населением более 1 млн. человек.

В то же время в интересах национальной безопасности, по контрразведывательным мотивам, мотивам подавления не устраивающей правительство политической активности, уже сегодня руководство может полностью отслеживать жизнь единичных граждан и их групп.

В нулевые годы разработчики системы электронного идентификатора личности столкнулись с многочисленными сложностями при использовании идентификатора в реальном мире. В китайской действительности далеко не все города, не говоря уже о сельской местности, оборудованы специальными электронными приспособлениями, которые могли бы считывать идентификаторы и соответственно обеспечивать доступ к тем или иным сетям, терминалам и т.п.

В этой связи с настоящее время в разгаре работы по дополнению или замене электронного идентификатора личности оффлайн модулем биометрической идентификации. По оценкам к 2023-2025 гг. повсеместная биометрическая идентификация сделает любые транзакции в китайском обществе абсолютно проницаемыми.

На базе электронного идентификатора личности развертывается система SCS, которая предусматривает пять типов показателей оценки добропорядочности или искренности китайского гражданина:

— официальные показатели. В число этих показателей входят данные, которые в настоящее время официально собираются китайскими государственными министерствами и ведомствами, прежде всего, на федеральном уровне, и отчасти на местах. Совокупность этих данных немногим отличается от аналогичных официальных данных, характеризующих юридические и физические лица в мире. Это — данные о фамилии, имени, месте и времени рождения, месте прописки, семейном положении, наличии и размерах имущества, наличии или аренде недвижимости, данные судебных органов, сведения из полицейских и иных правоохранительных баз и т.п. Отличительно чертой SCS является то, что в отличие от большинства североамериканских, европейских, южноазиатских стран эти разнородные официальные данные концентрируются в одном месте и бесплатно предоставляются государством для проведения оценки;

— контрольные данные. Контрольные данные являются китайской новацией. В своей совокупности они характеризуют, насколько официальные данные соответствуют реальности. Это соответствие в решающей степени связано с искренностью и дисциплинированностью физического или юридического лица. Покажем суть контрольных данных на простом примере. Официальные данные, используемые для оценки, включают, например, информацию о собственности или аренде недвижимости и соответственно — фактическом месте и условиях проживания. Это – официальные данные. Они во всех случаях включают в себя адрес недвижимости, метраж, в отдельных случаях количество проживающих и т.п. Однако работники правоохранительных органов в Гонконге, странах ЕС и Америке отлично знают, что официальная информация, например, о недвижимости и месте проживания часто не имеет ничего общего с реальностью. Соответственно в блоке контрольных показателей содержатся сведения, уточняющие официальные данные. По замыслу создателей системы эти данные должны поставлять сами граждане. Это демонстрирует их искренность, лояльность и приносит дополнительные баллы. Однако эту же информацию на гражданина могут передавать и соседи, родственники, друзья. В тех случаях, когда эта информация показывает отличия от официальной и, например, предоставленной самим гражданином, то после проверки добровольными помощниками правоохранительных органов информаторы (доносители) получают дополнительные баллы, а оцениваемый гражданин штрафуется снятием серьезной суммы баллов. (Можно привести следующий пример. Гражданин, переехал из места постоянного проживания в другой город и снял там квартиру. При этом, он не уведомил соответствующие органы, не внес изменений в раздел своей цифровой личности, касающийся места проживания. Такую информацию, однако, вместо гражданина предоставили его соседи. Проверка подтвердила эту информацию. Соответственно, соседи получат прибавку к своему социальному рейтингу, а социальный рейтинг гражданина резко упадет вниз);

— сигнальные данные. К сигнальным данным относятся сведения, получаемые SCS в результате обработки и анализа информации, поступающей от систем видеонаблюдения в городах, а в дальнейшем – от интернета вещей. Если эти данные указывают на нарушения норм порядка, морали и нравственности гражданина, то соответственно рейтинг понижается. А если видеокамеры или интернет вещей фиксирует благородные поступки человека, например, спасение ребенка, помощь старикам при переходе улицы, то рейтинг повышается;

— ведомственная и локальная информация. Значительная часть информации о повседневной жизни граждан сосредоточена в настоящее время в базах данных компаний, предприятий, местных органов власти. Вплоть до внедрения SCS федеральные, ведомственные и местные базы сведений о гражданах никогда не были интегрированы. Это впервые происходит в рамках SCS.

Какого типа информация концентрируется в ведомственных данных? Главное, в них содержится его кредитное досье и сведения о надежности, как кредито- или ссудополучателя. Кроме того, в них содержатся сведения о соблюдении работником трудовой дисциплины, наличии/отсутствии проступков, связанных с производственным процессом и т.п. Соответственно в базах данных нижнего уровня ячеек местного самоуправления содержится информация, насколько активно человек участвует в мероприятиях по благоустройству территории, уборке мусора, как он заботится о местной экологии, не создает ли он проблемы соседям нескромным или шумным поведением и т.п. Нигде в мире сегодня нет опыта соединения баз данных федерального уровня с информационными хранилищами, характеризующими поведение гражданина не только в банковско-финансовой сфере, но и на работе и в своей общине. В рамках SCS это предусматривается. Соответственно в своей повседневной жизни, скрытой от государства, но открытой коллегам по работе и соседям, человек в зависимости от поведения может как набрать, так и потерять баллы.

В перспективе предусмотрено дополнение показателей SCS так называемыми контекстными индикаторами. Речь идет вот о чем. На первом этапе, вплоть до 2025 г. в SCS не предусматривается включать данные, связанные со здоровьем граждан, их семейными отношениями в части соблюдения супружеской верности, воспитанием детей и заботой о стариках. В то же время на совещании в Государственном Совете КНР в конце 2018 г. было принято решение о включении подобного рода показателей на втором этапе развертывания SCS на горизонте 2023-2027 гг. Пока нет четкой информации, каким образом имеется в виду получать достоверные сведения для формирования оценочных показателей поведения граждан в отношении к своему здоровью, родственникам, родителям, супругам и т.п. Однако, как показывает опыт, в Китае постановка вопроса крайне редко носит показной и не предполагающей развёртывания конкретной работы характер.

Одним из ключевых секретов SCS является на сегодняшний день алгоритмическая база расчета показателей. Сегодня никто точно не знает, как конкретно считается социальный рейтинг. Однако, принимая во внимание решения 2018 г. Межминистерской Совместной конференции по созданию и развертыванию SCS о том, что, начиная с 2021 г. показатели граждан, учитываемые при расчёте рейтинга, также как и сам индивидуальный рейтинг будут общедоступными, есть основания полагать, что в ближайшие годы удастся выяснить конкретные алгоритмы формирования рейтингов.

Наказания и поощрения

В нормативных документах, принятых в 2014 г., отсутствует обязательный перечень показателей, определяющих итоговый социальный рейтинг. При этом достаточно подробно там прописаны способы формирования интегрального рейтинга и факторы, обеспечивающие его рост или снижение. По состоянию на начало 2019 г. в Китае более чем в 30 городах проводятся практические испытания разных модулей и вариантов реализации SCS. По итогам испытаний к концу 2020 г. планируется разработать единую архитектуру системы и установить методические правила формирования показателей оценки, алгоритмы расчета интегрального показателя, а также рекомендуемый набор мер наказаний и поощрений, связанных с уровнем и динамикой рейтинга.

Однако кое-что вполне очевидно уже сегодня. Прежде всего, в рейтинговой системе поощрений и наказаний имеется некоторая сознательная асимметрия.

На нынешнем этапе развития системы «кнут» в ней гораздо сильнее «пряника». Это в целом соответствует китайской конфуцианской традиции, предусматривающей, что общественно-приемлемое, открытое и гармоничное поведение должно стать нормой для китайцев, а вот нарушение «гармонии с соседями, повреждение связи гражданина и государства, проступки и несовершенства человека должны не просто порицаться, но и строго наказываться».

Среди зарубежных аналитиков и даже корреспондентов иностранных медиа в Китае существует стойкое утверждение, что для всех категорий китайских граждан в рамках SCS используется одна и та же система оценочных показателей, стимулов поощрения и мер наказания. Однако это не так.

По инициативе Си Цзиньпина, развернувшего борьбу с коррупцией и злоупотреблениями со стороны руководителей партии и государства в центре и на местах, в начале 2016 г. Национальная комиссия разработки реформы подготовила специальный меморандум о необходимости использования особой системы наказаний для руководящих работников партии и государства на различных уровнях, а также руководителей и владельцев бизнеса в рамках развертывания SCS.

Предусматривается, что если руководители бизнес-структур и компаний допускают серьезные нарушения, выражающиеся в снижении уровня доверия, они лишаются права основывать или владеть компаниями в финансовом секторе, экспортно-импортных операциях, выпускать акции, облигации, получать фондовые опционы, участвовать в тендерах на федеральном и местном уровнях, не могут больше рассчитывать на правительственные субсидии или государственную поддержку. Руководители подобных структур также при снижении своих рейтингов, а также руководители подобных структур лишаются права переходить на высокопоставленные должности на государственной службе, в Коммунистической партии Китая и вооруженных силах.

Что касается партийных и государственных руководящих работников, то в случае понижения рейтинга они лишаются права покупать недвижимость и землю, а члены их семей, включая взрослых детей и разведенных супругов, – автоматически попадают в черные списки, ограничивающие их возможность приобретать или легально вывозить за рубеж валюту, участвовать в компаниях, эксплуатирующих природные ресурсы, а также экспортно-импортных операциях и операциях на бирже.

Также такого рода руководящие работники и члены их семей ограничиваются в престижном потреблении: лишаются права путешествовать первым и бизнес-классами, на высокоскоростных поездах и самолетах, посещать оцениваемые более чем четырьмя звездами отдели, курорты, полностью им запрещается бывать в любых ресторанах, ночных клубах, на полях для гольфа, выезжать за границу в отпуск. Для их детей закрываются платные школы и т.п.

В конце 2018 г. Главное управление Центрального Комитета КПК и Главное управление Государственного Совета Китая на совместном заседании одобрили опыт наказания руководящих работников в зависимости от показателей социального рейтинга, и обязали разработчиков системы, а также власти провинций неукоснительно реализовать эту практику при переходе от экспериментальных к крупномасштабному проектируемому варианту SCS.

На этом же совещании было принято решение, начиная с 2020 г., публиковать «черные списки» руководящих государственных, партийных работников, топ-менеджеров и владельцев бизнеса. Кроме того, была поддержана инициатива Шанхая, в котором местные АТС при установлении мобильной или иной телефонной связи с людьми, включенными в «черный список», перед соединением включает автоматизированные информаторы, которые сообщают абоненту, что «человек, которому вы звоните, находится в «черном списке» в системе социального кредита и не вызывает полного доверия».

Согласно отчету конца 2018 г. о ходе внедрения SCS, Государственный центр информации о социальном кредите в Китае сообщает, что в 2018 г. была собрана информация о 14 млн. случаях нарушений, относящихся к гражданам Китая, за исключением руководящих государственных, партийных работников, а также владельцев и топ-менеджеров бизнесов. Подавляющая часть этих нарушений связаны с просрочкой по кредиту, рекламой, вводящей в заблуждение, незаконной уличной торговлей, жестоким обращением с членами семьи и родственниками, нарушением правил общежития и т.п. К началу 2019 года в «черные списки» внесены почти 4 млн. юридических лиц (им будет запрещено участие в госзакупках, аукционах на землю, работать на фондовом рынке, вести экспортно-импортные операции и т.п.), 17,5 млн. человек не могут купить авиабилеты, 5,5 млн. человек — билеты на поезд, для 2 млн. человек ограничены возможности направления детей в лучшие школы, для 0,8 млн. – поступления в высшие учебные заведения.

В качестве поощрения при росте показателя социального доверия для рядовых китайцев предусмотрены заметные льготы по билетам на самолеты и скоростные поезда, в основном связанные с преференциями на приобретение билетов и существенными скидками – до 25% от их цены. Другой поощрительной мерой является предоставление возможности отличившимся гражданам использование интернет с максимальной скоростью. При этом, для нарушителей скорость интернета в качестве наказания ограничивается.

Китайцы с высоким социальным рейтингом имеют преимущества при направлении детей в лучшие школы и при обучении детей за рубежом. Также подобные граждане имеют официально закрепленные преимущества при конкурсах на закрытие вакансий на лучших рабочих местах, а также возможность бесплатного повышения квалификации и включение в программы кадрового резерва. Граждане с высоким социальным рейтингом имеют возможность получать банковские кредиты с процентной ставкой на треть ниже, чем установленная, с компенсацией от государства, и т.п.

Руководящих партийных и государственных работников предусматривается включать в специальные программы переподготовки кадров с последующим кадровым продвижением, а также в программы кадрового резерва федерального и муниципального значения. Что касается высокорейтинговых руководителей и владельцев бизнеса, то им открываются дополнительные возможности в льготном кредитовании, преференции при проведении тендеров на госзакупки, государственной поддержки при проведении импортно-экспортных операций.

ИИ в системе SCS

Наряду с использованием и наращиванием хранилищ данных в федеральных учреждениях и крупнейших китайских интернет-компаниях, завязанных в инфраструктуру по хранению данных, связанных с расчетами рейтингов доверия, ключевую роль в успешной реализации программы играет ИИ. Только ИИ позволяет на высоком уровне и оперативно рассчитать на основе разнообразных показателей уровень и динамику рейтинга социального доверия для миллионов и миллионов китайских бизнесов.

Кроме того, только ИИ даст возможность использовать беспрецедентный по богатству массив изменяющихся в режиме онлайн данных для опережающей аналитики социальных процессов, политических ситуаций и уязвимых аномалий китайского общества, столь необходимой для управления огромным государством в условиях турбулентного мира.

Наконец, только ИИ позволит на основе палитры богатейших, но разнородных сведений, рассчитывать прогнозы, позволяющие руководству КНР отслеживать тенденции поведения граждан, своевременно распознавать социально-политические и культурно-гражданские опасности и кризисы.

Выступая с докладом на XIX съезде КПК в октябре 2017 г. Президент Си Цзиньпин сформулировал свою мечту о Китае, как о «научной и технологической сверхдержаве». По его мнению, первой комплексной задачей, которую предстоит решить китайскому ИИ, станет обеспечение работоспособности, аналитичности и прогнозной мощности SCS.

В 2017 г. Государственный Совет выпустил «Проект разработки ИИ нового поколения». В Проекте прямо указано, что новое поколение ИИ должно обеспечить вычислительные мощности, аналитический потенциал и прогнозные когнитивные вычисления, достаточные для эксплуатации самых сложных систем, включая SCS.

Для решения этой задачи до 2030 г. Китай израсходует на развитие ИИ как минимум 150 млрд. долларов. И еще 1,5 трлн. долларов – на компьютеризацию важнейших государственных институтов, программ и превращение Китая не позднее 2025 г. в первое в мире государство, комплексно управляемое на основе больших данных. Китайские исследователи отмечают, что SCS – это беспрецедентная по масштабам система обработки больших персональных данных на основе наиболее изощренных и эффективных методов ИИ.

Важнейшей составляющей китайской стратегии ИИ является его изначальная привязка к наиболее актуальным проектам, типа SCS, и развертывание интернета всего с использованием 5G коммуникаций. Китай стал первой в мире страной, предоставившей для исключительно коммерческого использования частоты, где наиболее эффективно применение 5G.

ИИ и 5G сети свяжут воедино нынешний обособленный китайский интернет с программно управляемыми объектами критической и иной — экономической, политической, социальной – инфраструктура, а также с интернетом всего. Это должно превратить не позднее 2030 г. Китай в первое в мире полностью цифровое государство.

Особенностью проекта SCS является его автаркичность, слабая зависимость от глобальных сетей и развития ИКТ. SCS является одним из краеугольных связующих блоков феномена замкнутого китайского интернета, располагающего собственными поисковиками, торговыми площадками, коммуникаторами и т.п., никак не связанных с их западными конкурентами. Эта китайская цифровая среда будет управляться, анализироваться и прогнозироваться китайским же ИИ в рамках гибридного интеллекта. По факту соединение ИИ, интернета всего с SCS позволит китайскому руководству стать наиболее мощной интеллектуальной силой на планете. Главное же, оно позволит китайскому руководству заметно снизить риски в наиболее турбулентный период цивилизации, который по всем прогнозам придется на 2025-2035 гг.

Сеть видеонаблюдения в SCS

В 2015 г. Министерство общественной безопасности запустило проект создания глобальной системы видеораспознавания граждан на базе разработок LLVision Technology Co. Задача проекта, который должен быть полностью реализован в 2022 г., является создание системы распознавания, которая могла бы в течение трех секунд опознать человека с точностью до 90% с охватом граждан в 1,3 млрд. человек.

Система должна стать ключевым компонентом трех общенациональных проектов, Во-первых, проекта технологической помощи Национальной милиции. Во-вторых, проекта SCS. В-третьих, проекта наращивания потенциала высокотехнологичного экспорта Китая. В рамках проекта уже в настоящее время установлены и работают 176 млн. камер. К 2020 г. их число возрастет до 450 млн. Для сравнения, в США в настоящее время действуют в рамках федеральной, региональной и коммерческих программ 50 млн. видеокамер внешнего распознавания.

В 2018 г. принято решение объединить Национальную милицейскую базу, Национальную базу лиц, представляющих интерес для Правительства, и Национальную базу данных о подозреваемых сотрудниках милиции и других правоохранительных органов. Все три базы данных должны с той или иной степенью полноты быть подключены к SCS и к коммерческим онлайн-сервисам китайских интернет-гигантов, типа Baudi, WeChat, Alibaba. При этом, связь будет носить односторонний характер. Интернет-гиганты будут предоставлять без дополнительных юридических решений в режиме онлайн информацию государственным базам, а не наоборот, как это имеет место в США.

В 2016-2018 гг. в качестве испытательного полигона системы была выбрана провинция Синьцзянь, где живет 10 млн. уйгуров-мусульман. В этом районе сильны антиправительственные настроения и подпольно действовала подпольная группировка «Восточный Туркестан». В Синьцзяне начали тестировать систему, которая на основе видеонаблюдения оповещает милицию, если местные жители отклоняются больше, чем на 300 метров, от «безопасных зон» (ими считаются дом, работа, маршруты между ними, рынок и близлежащие магазины). В этих случаях милиция имеет право остановить человека или допросить его родных. Кроме того, чтобы следить за перемещениями жителей Синьцзяна, они обязаны устанавливать в обязательном порядке GPS на свои автомобили и проходить через камеры, которые установлены между городскими районами, а также на вокзалах, рынках, торговых центрах и автозаправках.

Базовый набор данных Национальной системы, содержащей видеоинформацию на каждого гражданина Китая, составит примерно 13 мегабайт данных на каждого человека. Размер полной базы данных с подробной личной информацией и всеми показателями, необходимыми для расчета рейтингов SCS составит в 2022 г. примерно 90 террабайт информации. Всего это потребует наличия хранилищ данных, объемом при минимальном уровне в 5 экзабайт и при полном — более 12 экзабайт, что больше, чем хранилище АНБ в Юте. По этой причине в Китае в настоящее время в разгаре работа по созданию мощнейшей серверной сети, которая позволит обеспечить необходимое облачное хранилище данных для полной базы данных с выходом на эксплуатацию не позднее конца 2022 г.

Проведенные в 2018 г. зарубежными корреспондентами эксперименты по скорости распознавания показали следующие результаты. Для тех иностранных корреспондентов, которые в течение последнего года постоянно находились на территории КНР скорость распознавания на оживленной улице их лиц составила 34 сек, а для тех, кто был на территории страны не более семи дней – 1 минута с небольшим. При этом в ходе эксперимента корреспонденты были не только распознаны полицейскими камерами, но и идентифицированы по именам, фамилиям, номерам иностранного паспорта, стране постоянного гражданства и основного места пребывания в Китае. Вся эта информация была получена полицейскими в оперативных центрах Шеньчженя, Харбина и Шанхая.

То касается SCS, то главная надежда относительно видеосети возлагается на распознавание бытовых позитивных и негативных поступков, типа уличных драк, мелкого воровства, нарушения прав уличной торговли, нахождение на улице и в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения и т.п. По мнению идеологов SCS, эти, казалось бы, небольшие бытовые нарушения должны максимально строго караться в рамках рейтингования.

Городские и финансовые системы социального рейтингования

Подавляющая часть зарубежных корреспондентов и исследователей китайской действительности убеждены, что SCS является единственной, применяемой в Поднебесной, системой социального рейтингования или скоринга. Однако, это не так. Еще в начале нулевых годов ряд городов и финансовых институтов приступили сначала к разработке, а в начале десятых годов – к использованию систем социального рейтингования и кредитного скоринга.

Администрация одного из крупнейших городов страны – Шанхая в 2015 г. запустила систему поощрительного социального рейтингования, под названием «Искренний Шанхай». Система представляла собой трехблочную программно-аппаратную конструкцию. Первый блок конструкции – это охватывающая весь город система видеонаблюдения. Второй блок – это один из наиболее мощных в Китае центр ИИ Шанхайского университета, способный к оперативному в режиме реального времени распознаванию не только лиц, но и ситуаций, с отнесением их к различным классам или типам. Наконец, третий блок – это программа, реализованная как приложение к смартфонам, которая фиксирует на видео те или иные поступки владельца и передает их на центральные сервера.

Каждый шанхаец мог по собственному желанию скачать приложение «Искренний Шанхай» и участвовать в скоринговой программе. Администрация Шанхая разработала шкалу поощрений за каждый добродетельный поступок, включая помощь милиции в задержании преступников, помощь детям, инвалидам и старикам в преодолении трудностей или нежелательных ситуаций и т.п. Соответственно жители Шанхая в течение месяца набирали положительные баллы и по итогам получали месячную оценку. Начиная с определенного уровня, шанхайская администрация премировала жителей города скидками на посещение развлекательных мероприятий, возможностью до начала официального открытия посещения торговых центров, где проводятся распродажи, охотнее предоставляла льготы по оплате коммунальных услуг и т.п.

На сессии Академии общественных наук в Шанхае в начале 2019 г. было высказано мнение о необходимости корректировки SCS с учетом шанхайского опыта в целях более активного использования положительных стимулов и поощрений, и уменьшения асимметрии в пользу наказаний, как это предусматривается в большинстве экспериментальных вариантов SCS.

Одновременно большинство обществоведов высказало мнение, что гораздо большим весом в системе социального рейтингования должны обладать показатели, которые так или иначе оцениваются через юридические и договорные обязательства, а также отражаются в официальной и ведомственной информации. Было предложено несколько сократить влияние на итоговый рейтинг показателей морального поведения, имеющих оценочный, а не юридический характер. Правда, это предложение не получило закрепления в сборнике решений сессии. Соответственно можно предположить, что оно будет проигнорировано партийными органами.

Если общекитайская система социального рейтингования делает только первые экспериментальные шаги, то единая информационная общекитайская система персонального финансового скоринга уже находится в стадии полноценного внедрения. В 2017 г. по инициативе Председателя Си Цзиньпина в целях ускорения экономического развития и предания большей устойчивости финансово-инвестиционной системе страны было принято решение сформировать на основе накопленного положительного опыта единую общекитайскую систему персонального экономического скоринга.

В настоящее время эта система разворачивается под брендом Baihang Credit. Эта система консолидирует и объединяет восемь уже действующих коммерческих скоринговых систем, часть из которых ранее была доступна не только для банков, инвестиционных компаний, бизнеса, но ив приоритетном привилегированном порядке – для милиции, других правоохранительных органов, и при запросе – федеральных органов власти Китая. Начиная с 2021 г., Baihang Credit будет доступен для органов федеральной власти. правоохранительных органов и судебной системы.

Основой Baihang Credit станет Sesame Credit, созданный подразделением Alibaba — Ant Financial. Системой пользуются в настоящее время компании холдинга Alibaba, Национальная милиция и Министерство внешней торговли, а также Таможенная служба. По состоянию на конец 2018 г. рейтинг охватывает почти 600 млн. китайцев. Sesame Credit был запущен в 2015 г. Он представляет собой комбинацию традиционного в мировой банковской системе рейтинга кредитоспособности клиента с компонентами оценки лояльности и поведения человека. Рейтинг вычисляет оценки в интервале между 350 и 950 баллами. Для вычисления используются пять групп показателей. Они включают:

— кредитную историю в стандартном для всего мира виде;

— поведенческие тенденции, рассчитываемые на основе данных о приобретении товаров и услуг на платформе Alibaba или дочерних сайтах, соотношение между покупками с использованием безналичных расчетов, кэша, покупок в кредит, а также структуры предоплатных покупок и покупок по факту;

— данные о стабильном экономическом доходе (заработной плате, поступлений от ценных бумаг, аренды жилья и т.п.), а также оценку персональных активов;

— персональные данные в стандартном для мирового банковского дела виде, включающем имя, фамилию, место жительства, год рождения, семейное положение, место проживания и контактные данные;

— социально-поведенческий портрет человека. Формируется по данным из социальных сетей по 15 параметрам.

Удельный вес каждой из групп показателей соответственно равен 35%, 25%, 20%, 15% и 5%. В зависимости от набранных баллов участники холдинга Alibaba принимают решения о выдаче или не выдаче займов, заключения договоров с поставщиками или покупателями в торговой части и т.п.

Система Tencent в настоящее время принадлежит крупнейшему в Китае Интернет-провайдеру, на которого приходится примерно 60% китайского рынка мобильного доступа. Она является вторым по значимости блоком, аккумулированном в рамках Baihang Credit. Система начала разворачиваться только в январе 2018 г. и отчасти копировала Sesame Credit, отчасти пыталась оценить клиента по критерию платежеспособности и лояльности, т.е. продолжительности подписки на услуги мобильного интернета. Для оценки лояльности клиента система использовала такие показатели, как частота пользования интернетом в течение дня; доля времени, проводимого в интернете; соотношение между развлекательным, информационном, торговым и иным контентом; соотношение между временем, проведенным на текстовых, торговых и видео сайтах (по мнению китайских психологов, соотношение между временем, проведенным на текстовых и визуальных сайтах является одним из лучших показателей уровня рациональности принятия решений. Посетители видеосайтов, как правило, гораздо более импульсивны, поддаются манипулированию и не способны к долговременному планированию).

Также в Baihang Credit вошла основанная в 2015 г. в Шеньчжене рейтинговая компания Kaola Credit. По состоянию на сегодняшний день, в этой системе обслуживается 150 млн. человек. Она является эксклюзивным партнером крупнейшей платежной системы China UnionРay. По состоянию на начало 2019 г. UnionРay эмитировала 4,8 млрд. карт, действует в 152 странах мира и в прошлом году вышла на первое место в мире по объемам транзакций среди всех платежных компаний. Сама по себе система рейтингования Kaola Credit является калькой с Sesame Credit, которую она приобрела у Alibaba с усеченным блоком поведенческого анализа. В системе Kaola Credit информация из социальных сетей анализируется исключительно под углом зрения надежности заемщика без попытки оценить его лояльность и иные положительные черты.

Старейшей рейтинговой системой, включенной в Baihang Credit является Pengyuan Credit, основанная в 2005 г. Компания использует традиционные методы оценки надежности заемщика. Главным аргументом для включения ее в общекитайскую систему стали 130 млн. клиентов, не пересекающихся с означенными выше скоринговыми компаниями.

Также в общенациональную китайскую систему включены такие существующие крупные компании с обширными скоринговыми базами, как Sinoway Credit, Qianhai Credit Service, China Chengxin Credit, Intellicredit.

Наибольшего внимания заслуживают China Chengxin Credit и Intellicredit. China Chengxin Credit является скоринговой компанией, которая не только имеет собственную базу кредитных рейтингов, но и подключена к Sesame Credit. Эта компания, наряду с обычными скоринговыми функциями, является своего рода двухсторонним шлюзом между скоринговыми компаниями и милицией, судами и т.п. Именно база этой компании находится в распоряжении правоохранительных органов, судебной системы, местных администраций. Именно через нее они могут просматривать и использовать, в том числе базы Sesame Credit. В свою очередь, именно в базах этой компании находятся важные для оценки надежности и лояльности заемщиков официальные данные от милиции и судов.

В рамках Baihang Credit именно модули China Chengxin Credit используются для прямой и обратной связи между Baihang Credit и Национальной милицией, судебной системой, местными администрацями.

Что касается Intellicredit, то это — на сегодняшний день крупнейшая скоринговая компания, располагающая данными относительно кредитной истории, надежности и лояльности китайцев, которые живут или работают за рубежом. Компания имеет значительную базу досье на граждан Китая, живущих на территории страны, однако в этом качестве она на порядки выступает перечисленным выше компаниям. Поэтому именно благодаря своей зарубежной базе и отлаженной системе ее пополнения она была включена в Baihang Credit.

В целом, по состоянию на начало 2019 г., Baihang Credit представляет собой гораздо более отлаженную, продвинутую и эффективную систему оценки кредитоспособности, надежности и лояльности китайцев в метрополии и за рубежом, по сравнению с формирующимся SCS. По состоянию на конец 2018 г. Baihang Credit охватывает 1,2 млрд. досье и является одной из крупнейших работающих систем анализа персональных данных в мире.

Что касается взаимодействия между SCS и Baihang Credit, то в официальных документах какая-либо информация об этом отсутствует. Однако зная прагматизм китайского руководства, не приходится сомневаться, что Baihang Credit будет использован как готовый, возможно, ключевой модуль SCS на этапе ее полноценного развертывания.

Зачем Китаю SCS?

По состоянию на начало 2019 г. Китай передал в дар систему видеонаблюдения и некоторые блоки SCS для создания системы внутренней безопасности в Никарагуа. Контракты на создание адаптированных к потребностям стран программно-аппаратных, видео и поведенческих модулей SCS подписаны с Боливией, Эквадором, Танзанией, Мозамбиком и Эритреей. Начиная с 2020 г. по соглашению с руководством Казахстана, Монголии и Киргизии китайские специалисты начнут работу по подготовке полного пакета документации и технико-экономического обоснования систем социального рейтингования для этих стран. Во всех случаях основные расходы берет на себя Китай.

На протяжении двух тысячелетий китайской истории можно наблюдать один и тот же процесс. Мощные единые империи после 300-400 лет блестящего существования неизменно оказывались ввергнуты в пучину восстаний, конфликтов, междоусобиц. Они заканчивались неминуемым распадом единого государства и хаосом на 200-300 лет. Затем все начиналось сначала.

Детальный анализ китайских партийных документов, выступлений Си Цзиньпина, статей приближенных к китайскому руководству исследователей наводят на мысль, что в Китае всерьёз опасаются приближения нового смутного времени. Отчасти это связано с уроками истории. С одной стороны Китай очень внимательно изучил опыт СССР и хотел бы любой ценой избежать его повторения.

С другой стороны, китайское руководство всерьез относится к навязыванию Китаю торгово-экономической войны с США. Наконец, наибольшие опасения у китайского руководства вызывают экспортный характер экономики, растущие различия в уровне и темпах развития между городом и деревней, севером и югом, между прибрежными и центральными районами страны.

Согласно моделированию социально-экономической и политической динамики Китая, а такие работы выполнены в нескольких китайских университетах, в MIT, по заказу правительства Австралии, складывается следующая картина. Комбинация неблагоприятных, в значительной степени не зависящих от управляющих воздействий руководства Китая, внешних и внутренних факторов дестабилизации Китая достигнет своего максимума примерно в 2023-2037 гг. В этом контексте стремление китайского руководства в ускоренном режиме развернуть SCS может быть интерпретировано как надежда на SCS, как на систему опережающего купирования конфликтов, противоречий и очагов недовольства в китайском обществе, а при наиболее жёстком сценарии развития событий как инструмент подавления инакомыслия, недовольства и протеста.

ИсточникЗавтра
Владимир Овчинский
Овчинский Владимир Семенович (род. 1955) — известный российский криминолог, генерал-майор милиции в отставке, доктор юридических наук. Заслуженный юрист Российской Федерации. Экс-глава российского бюро Интерпола. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments