Прошла ровно неделя со дня выборов различного уровня в регионах России. Все возможные протесты от оппозиции уже поданы, аргументы за и против высказаны, представлены точные данные по явке и процентному соотношению в пользу кандидатов и партий.

Не углубляясь в анализ результатов по всем регионам, можно выделить несколько основных итогов кампании. Во-первых, все ожидаемые системные кандидаты в губернаторы от власти одержали победу. Во-вторых, результаты «Единой России» оказались в целом значительно хуже, чем на предыдущих выборах. В-третьих, явка в некоторых областях России упала до критически низких показателей. Последнее и самое очевидное – выборы окончательно потеряли идеологическую составляющую. Выборные кампании перестали быть даже соревнованием различных программ, превратившись скорее в плебисцит по доверию власти. Что все это в совокупности значит?

Конечно, не оправдались и не могли оправдаться ожидания московской уличной оппозиции – на должности глав регионов избраны опытные профессионалы, а не блогеры, журналисты и дизайнеры. Власть и значительная часть населения России не допустили фатального сценария по той же причине, по которой не устраиваются голосования и публичные демократические процедуры при выборе, например, директора Атомной электростанции или командира военного корабля.

По опыту хотя бы советской эпохи мы знаем, что ответственность руководителя перед вышестоящим начальством в жесткой вертикали власти – это не то же самое, что ответственность перед избирателями, которую всегда можно нивелировать информационными и политическими технологиями. В масштабах же российского государства расширение выборных процедур и вовсе может оказаться фатальным. Подобные эксперименты в 90-х чуть не закончились для страны новым распадом. Главы субъектов тогда, ссылаясь на свою избранность народом, уже начали растягивать страну по фрагментам.

С другой стороны, имидж власти и представляющей ее «партии власти» упал как никогда низко. Это говорит о том, что главная партийная сила страны стала слишком неповоротлива, и один лишь авторитет первого лица ее уже не спасает. В режиме реальной политической конкуренции «Единая Россия» не вытягивает, а если такой конкуренции нет, то протестное голосование превращается в протестный бойкот. Так случилось, например, в Петербурге, где при исторически самой низкой явке (порядка 30%) в итоге за победившего губернатора отдал свой голос только каждый пятый избиратель. Остальные либо выборы проигнорировали, либо проголосовали за другого кандидата. Если бы не вовремя появившийся Алексей Навальный с идеей «умного голосования», мобилизовавшего на участие протестный электорат, то явка в целом была бы еще ниже. В итоге по результатам социологических опросов ФОМ уже на эти выходные рейтинг «Единой России» достиг нового минимума в 31%.

При относительно стабильном рейтинге президента Владимира Путина (от 40 до 50%) из текущей ситуации можно сделать несколько выводов. Население теряет доверие к системе выборных и партийных институтов, созданных еще в 90-х, и в целом система политической репрезентации уже не внушает былого доверия, чего нельзя сказать о рейтинге первого лица. Это понимает и федеральная власть, поэтому бренд «Единой России» практически отсутствовал на местном уровне, чтобы не раздражать избирателя и не вызывать антирейтинг.

Ближе к 2024 году вся выборная система будет нуждаться в качественной перезагрузке, о чем мы писали в ряде статей о российской элите. Откладывать эту перезагрузку на 24-й год нельзя. Все с теми же партиями, лицами и технологиями в условиях глобальной нестабильности мы ставим себя под серьезный удар геополитических оппонентов, которых к 2024 году меньше точно не станет.

comments powered by HyperComments