Двадцать девять лет назад, 18 ноября 1990 года, было создано Интернациональное движение Донбасса, ставшее родоначальником борьбы шахтерского края за самоопределение. Значение состоявшегося в тот день сложно переоценить: без того, что было тогда заложено небольшой группой энтузиастов, вряд ли было бы сегодня возможно существование Донецкой Народной Республики.

Противостоявшие смуте

Держу в руках членский билет Интердвижения Донбасса с номером 20. Его мне 28 августа 1992 года вручил основатель ИДД Дмитрий Корнилов. Нас тогда было мало: если моя фамилия в списках замыкала второй десяток, то вряд ли общее число его участников превышало полсотни. Тем не менее мы вступили в неравную схватку с бандеровщиной, чтобы спустя почти четверть века над заполненными до отказа площадями Донецка прозвучало: «Россия! Россия!».

Сейчас модно говорить, что Донбасс не боролся, или боролся, но неправильно, или что он вообще был недостаточно русским. Как правило, эти слова звучат из уст критиков, которых ваш покорный слуга не может припомнить среди участников весьма малочисленного русского движения тех лет. Ведь русское движение в 1990-е годы было чрезвычайно слабым и разрозненным даже в самой России, терзаемой на части парадами суверенитетов и выставленной на торги семибанкирщиной. Это к тому, что, прежде чем раздавать упреки в чужой адрес, может быть, стоило бы спросить себя: «А где был я в те дни?».

Идея создания Интердвижения Донбасса возникла летом 1989 года. Тогда площади наших городов гудели, подобно потревоженному улью с пчелами: в июле донецкие шахтеры присоединились к горняцкой забастовке. Присоединились, кстати, в числе последних: первой бастовать (еще в марте) начала Воркута, потом к ней присоединился Кузбасс, за которым последовали казахстанская Караганда и Червоноград на Львовщине, так что обвинять угольщиков Донбасса в авангардной роли при развале СССР как минимум некорректно. Небезынтересно и то, что украинские националисты в лице недавно созданного «Руха» попытались «оседлать» шахтерский протест, однако в Донбассе у них из этого ничего не получилось: за исключением нескольких активистов к ним никто не примкнул. Зато можно гордиться тем, что синий и черный цвета герба Донецка были положены в основу флага Независимого профсоюза горняков СССР и его правопреемника – существующего и поныне НПГ России.

Уже упоминалось, что шахтерское движение попытались подмять под себя украинские националисты: в Донбассе они были малочисленными, однако это не делало их менее опасными. Руховцы получали всевозможную подпитку от заинтересованных в развале СССР сил, кроме того, многие из них занимали весьма серьезные должности в плане долгосрочного влияния на формирование умонастроений в обществе. В частности, среди них было немало научной и педагогической интеллигенции, а кафедра, как известно, является одним из весьма действенных средств борьбы за будущее.

С этим надо было бороться, поэтому в последний день лета 1989 года была озвучена идея создания интернационального фронта по образцу аналогичных организаций, уже действовавших в Прибалтике. Ведь главной особенностью русского движения в Донбассе является его интернационализм: наш край – это имперский проект, в котором русское начало является своеобразным естественным посредником, позволяющим находить общий язык представителям более сотни этносов, и цементирующим фактором. Спустя четырнадцать с половиной месяцев эта идея воплотилась в Интердвижение Донбасса, сопредседателями которого выступили Дмитрий Корнилов и Виталий Заблоцкий, а членами Центрального совета ИДД были избраны Виталий Хомутов, Ольга Маринцова, Владимир Корнилов, Евгений Маслов и Игорь Сычев.

Будитель Донбасса

Рассказывая об Интердвижении Донбасса, сложно пройти мимо такой незаурядной личности, как Дмитрий Корнилов. Автору этих строк посчастливилось познакомиться с ним в октябре 1991 года. Тогда мне попалось на глаза скромное объявление о том, что ИДД приглашает в свои ряды всех несогласных с уничтожением нашего общего Отечества. Набрал указанный в объявлении номер телефона, и мне ответил человек, назвавшийся Дмитрием Владимировичем. Спустя несколько дней мы встретились в одной из аудиторий Донецкого, тогда еще государственного, университета…

В моей памяти Дмитрий Корнилов остался человеком сильного и многогранного таланта: потомственный лингвист, занимавшийся диссертационным исследованием под руководством известного языковеда Евгения Отина, член Ученого совета Донецкого отделения Ассоциации молодых историков СССР, прекрасный педагог, преподававший английский язык в школе ныне оккупированного необандеровцами поселка Опытное Ясиноватского района. Помню его рассказ о том, почему ему пришлось пойти работать в периферийную школу, несмотря на красный диплом: будучи студентом, он выступил с критикой в адрес руководства СССР, за что его чуть было не исключили из комсомола. В те годы лишение комсомольского или партийного билета становилось прелюдией к отчислению из вуза, однако за Дмитрия Корнилова заступились однокурсники. Тем не менее претендовать на хорошее место при распределении он не мог. Однако не зря же сказано, что не место красит человека: даже в сельской школе он быстро стал душой учеников и выиграл конкурс «Лучший учитель области».

Помню, как Дмитрий Корнилов однажды сказал о себе: «Я рожден для оппозиции…». Поэтому он стал в полном смысле мозгом и сердцем Интердвижения Донбасса. Хотя поначалу, по уже упоминавшимся причинам, в политику ему идти не хотелось. Вот что однажды мне рассказал его младший брат – известный публицист и политический эксперт Владимир Корнилов:

– Дмитрий на несколько лет с головой ушел исключительно в науку, вообще нигде не комментируя политические события. Поэтому так получилось, что к концу 1980-х годов я, его младший брат, был гораздо более политически активным и постепенно втянул старшего в политические события. Я его позвал пару раз на митинги. Дмитрий загорелся, начал сам выступать, мы с ним и решили, что пора создавать Интердвижение, целью которого была борьба за сохранение нашей Родины – СССР.

В те дни для противостояния нарождавшейся бандеровщине требовалась безграничная вера в победу над превосходящим тебя противником: необычайно тяжело отстаивать идеалы, за которые вроде бы никто никого не преследует (тогда самые злейшие политические противники могли максимум обменяться ехидствами и колкостями), но которые для общества являются полнейшим неформатом. Помню, как тяжело он переживал референдум 1 декабря 1991 года: никогда более не видел его таким подавленным, как на следующий день. Думаю, он был готов к такому результату в условиях неравной борьбы, но не принять крушение Отечества близко к сердцу для него было все равно, что поступиться принципами…

– Все чужие беды и незадачи он принимал близко к сердцу. Возможно, это его и сгубило… – вспоминает о своем брате Владимир Корнилов.

Дмитрию Корнилову было суждено сгореть в расцвете лет: на сороковом году жизни он умер после непродолжительной болезни. Случилось это 31 января 2002 года. Однако до сих пор не утратило актуальности его творческое наследие, которое, кстати, еще ждет своего исследователя. Вот слова великого патриота Донбасса, увидевшие свет более четверти века назад:

«Все чаще задумываешься над вопросом: почему нам в Донбассе предписывают, как следует понимать историю? Почему вообще Донбасс изображают как край, лишенный собственных глубоких корней, собственной исторической памяти? Этакий пасынок на историко-культурной карте государства. Не делается ли это некими политическими силами с вполне определенными целями? <…> Убежден, пока мы не обретем вновь своих богов, пока директора шахт и заводов, предприниматели, интеллигенция не осознают, что история и культура родного края – самое благодарное поле для вложения капиталов и талантов, мы так и будем оставаться «люмпенизированной биомассой», без какой-то надежны на возрождение, ибо люди должны быть уверены, что живут и трудятся они на своей, на родной земле, что они не «зайды», не мигранты или оккупанты, а хозяева…»

Наследие Интердвижения

Интердвижение Донбасса стало колыбелью целого ряда политических и культурных проектов, без которых вряд ли была возможной победа Русской весны в шахтерском крае. К 1995 году началась эпоха всеукраинских политических партий, и таковых из Интердвижения выросло сразу две: философ Александр Базилюк создал партию «Гражданский конгресс», позже переименованную в Славянскую партию, а историк Игорь Карпенко возглавил Партию славянского единства Украины. Политическую карьеру также сделал уже упоминавшийся сопредседатель Интердвижения Виталий Заблоцкий, являвшийся депутатом Верховной Рады нескольких созывов.

Безусловно, стоит упомянуть газету «Донецкий кряж», среди основателей которой был Дмитрий Корнилов. «Кряж» являлся единственным на Украине изданием, стоявшим на полностью пророссийской платформе, с тиражом, доходившим до восьмидесяти тысяч экземпляров, подписчиками во всех регионах Украины и даже собственным корреспондентским пунктом в Москве, аккредитованным при МИД России. Насчет корпункта: из всех выходивших на Украине СМИ постоянную аккредитацию при МИД России имели всего двенадцать газет, информагентств и телекомпаний, причем редакции одиннадцати из них находились в Киеве. Интересно и то, что многие российские эксперты, к которым приходилось обращаться за интервью, искренне удивлялись, почему у Донбасса такой интерес к России, и вообще, почему столь серьезное пророссийское издание выходит в свет в каком-то там Донецке, а не в Харькове, Одессе или Севастополе…

Говоря о наследии Интердвижения Донбасса, необходимо вспомнить интерес к истории Донецко-Криворожской республики: об этом государственном образовании и в СССР, и после его распада в советское время можно было говорить или плохо, или ничего. Ведь реализованный в ДКР опыт построения государственности на экономическом, а не на этническом, принципе ставил под удар интересы национальных элит союзных республик, а в ряде случаев даже поднимал вопросы о надобности существования национально-территориальных образований и правильности проведения административных границ. Именно Интердвижение первым начало переосмысление этого этапа нашей истории и изменение отношения общества к нему. А монография Владимира Корнилова «Донецко-Криворожская республика: расстрелянная мечта» была настольной книгой для многих из тех, кто вышел на улицы весной 2014 года.

И наконец, Государственный флаг Донецкой Народной Республики – прямой потомок флага Интердвижения Донбасса. В октябре 1991 года над площадью Ленина в Донецке впервые развевалось на ветру красно-сине-черное полотнище. Пройдут годы, и под этой цветовой гаммой на улицы и площади наших городов выйдут сотни тысяч человек, чтобы дать отпор воскресшему нацизму. Помню заседание Интердвижения Донбасса, на котором обсуждался вопрос символики: тогда в ходе прений я услышал, что эти цвета в 1917 году предлагались для флага Донецко-Криворожского бассейна. Был ли такой проект флага Донкривбасса или же это красивая легенда? Тут до сих пор не утихают дискуссии, хотя достоверно известно, что официально утвержденной символики в дни существования ДКР ни у одного советского государственного образования не было, и даже у РСФСР она появилась несколькими месяцами позднее.

Вместо послесловия

Время неумолимо. Многих соратников по борьбе 1991 года уже нет в живых: из упоминавшихся в тексте, кроме Дмитрия Корнилова, умерли Евгений Маслов и Александр Базилюк. Даже мне, одному из самых молодых участников Интердвижения Донбасса, уже сорок пять. Поэтому все чаще вспоминается знаменитый призыв Маяковского: «Собирайте историю!».

Недавно искал во Всемирной паутине информацию о борьбе Донбасса за свои права в «лихие девяностые» и «тучные нулевые», так столкнулся с одним крайне неприятным фактом. А именно с тем, что на той стороне линии разграничения этим вопросом занимаются куда серьезнее, чем мы. Например, из-под пера наших врагов выходят пусть не монографии, но очень обстоятельные статьи, посвященные истории «донецкого сепаратизма», и добрая половина статей «Википедии», посвященных данной проблематике, базируется именно на этих самых работах. Однажды даже пришлось столкнуться с исследованием киевских политологов насчет того, к чему же «подстрекала» газета «Донецкий кряж» своих читателей. И в общем-то, было забавно увидеть свои публикации в списке источников.

Так почему бы нам, живущим в ДНР, не взяться за разработку этого пласта нашей истории? Ведь тогда мы бы могли дать отповедь и бандеровским клеветникам, и тем злопыхателям, которые утверждают, что Донбасс якобы не боролся…

comments powered by HyperComments