Авторский доклад Сергея Батчикова Изборскому клубу.

Предателей презирают даже те,
кому они сослужили службу.
Публий Корнелий Тацит

Пандемия и усугубленный ею экономический кризис, затянувшийся режим самоизоляции побуждают к поиску ответов на главные вопросы нашего бытия – о национальных интересах, о месте России в сегодняшнем мире, о справедливости и, конечно, о нашем будущем. Чтобы конструировать свое будущее, а не барахтаться безвольно в водовороте событий, необходимо оттолкнуться «от достигнутого», обратившись к недавней истории.

Ельцинское лихолетье

В восьмидесятые годы яковлевско-горбачевская пропаганда предлагала народам бывшего СССР возвращение к ленинским истокам (под этим соусом шло разоблачение «сталинских злодеяний», включая индустриализацию и коллективизацию), предлагала строительство «социализма с человеческим лицом», с отдельными элементами частной собственности. Под разговоры об «истоках» и демократизации на самом деле шла реализация тщательно продуманного плана по сносу социализма, о чем А. Яковлев позднее рассказывал не без гордости. Если бы истинные цели предателей не были тщательно упакованы в красивые обертки общечеловеческих ценностей, то «архитекторы» развала страны не усидели бы на своих местах и дня. Но у них были грамотные советники. Когда под прикрытием горбачевской демагогии и бесконечной лжи начались кровавые события в Вильнюсе, Тбилиси и Нагорном Карабахе, стало понятно, что ситуация «дозрела» до стадии «сноса» и тогда на смену «архитекторам» перестройки выдвинулись молодые и энергичные «прорабы». В отличие от Горбачева, которого в какой-то мере использовали втемную, все эти бурбулисы, гайдары, чубайсы, кохи, нечаевы и Ко, возомнившие себя носителями высших неолиберальных знаний и ценностей, отлично понимали, что творят и сознательно шли на предательство национальных интересов. Эта команда экономических убийц относилась к народу как к недостойной, косной, варварской массе, которая тормозит движение страны к прогрессу и процветанию. Обещая наполнить пустые прилавки, сохранив все социальные гарантии, и построить капитализм по образцу стран Запада, неолиберальные «мессии» отлично понимали, что никакого американского или европейского капитализма в России не будет, и что страна попадет в ловушку периферийного капитализма, со всеми вытекающими из этого статуса последствиями. Это был глубоко осознанный циничный обман, замешанный исключительно на собственных шкурных интересах. Ни о каком развитии страны речи не шло и не могло идти.

Получившие в советских вузах бесплатное фундаментальное образование, младореформаторы должны были быть хорошо знакомы с трудами латиноамериканских экономистов Р. Пребиша, Т. Д. Сантоса, С. Фуртаду и немецкого социолога А. Г. Франка, разработавших концепции зависимого развития и периферийного капитализма. В их работах убедительно показано, что экономически развитые страны центра динамично развиваются за счет периферии, что периферийный капитализм – это отнюдь не переходный этап к западному капитализму, а тупиковая ветвь развития. На основе концепции зависимого развития И. Валлерстайн разработал концепцию миров-систем, в соответствии с которой Центр (Запад), аккумулируя капиталы со всего мира, всеми способами эксплуатирует периферию, при этом зависимым странам навязывается политический и социально-экономический регресс.

О тупиковости зависимого капитализма предупреждали и российские ученые из Института Латинской Америки РАН, хорошо знакомые с опытом проведения неолиберальных реформ в Чили, Мексике, Бразилии и Аргентине. В своих работах они указывали, что периферийный капитализм не позволяет переступить порог зависимости, что функции принятия решений и выполнения исследовательских задач всегда остаются в центре, а периферии отводятся исполнительские функции, в ходе реализации которых происходит лишь подтягивание отсталой экономики до уровня требований системы неоколониальной эксплуатации. При этом, периферия всегда страдает от таких последствий, как истощение ресурсов, загрязнение, декапитализация, отсутствие единства внутренней экономики, фрагментарность научных исследований, утечка квалифицированных кадров и т. д. И вот, такую «привлекательную» модель в лучшем случае «мексиканизации», а в худшем «доктрины шока» по образцу режима Пиночета в Чили, младореформаторы, видевшие себя любимых фигурами цивилизованного Центра, обманом навязали России. Лживая демагогия «архитекторов», в сочетании с нагнетанием хаоса, дефицита, экономических трудностей, позволила парализовать волю уставшего от пустых горбачевских речей населения.

В лихие девяностые провозглашенная свобода и отсутствие контроля над обществом со стороны государства породили полный хаос и беспредел. Были разрушена промышленность, прикладная наука, системы жизнеобеспечения, весь жизненный уклад миллионов российских семей. Россия превратилась в хищнически эксплуатируемую территорию, население лишилось сбережений, а прорабы перестройки с удовлетворением пересчитали многомиллионные барыши в собственных карманах. Население России сокращалось на 600-800 тыс. в год. Тогдашний кризис не имеет аналогов в истории по своей глубине и продолжительности. Емкую оценку действиям «реформаторов» дал итальянский журналист Дж. Кьеза: «Будущим историкам нелегко будет разобраться в том массовом предательстве национальных интересов со стороны правящих классов после того, как они утвердились у власти путем развала СССР. В истории нет ни одного подобного случая самоликвидации страны и культуры. Есть примеры поражения государства в результате войны. Или в результате поглощения со стороны более сильных, организованных и развитых культур. Но никогда не было так, чтоб мировая держава, в каком-то смысле империя, имевшая величайшую культуру и науку мирового уровня в числе двух-трех первых держав мира, сдалась без боя и дошла за несколько лет до беспрецедентного самоуничтожения. Никогда не было такого побежденного, который возносил бы (причем искренно) хвалу победителю. Как такое могло случиться? Прежде всего, виноваты ликвидаторы, из которых состоит сегодняшний российский правящий класс».

Ельцинская вакханалия под мелодии МВФ в ходе азиатского кризиса 1998 г. привела к масштабному кризису российской финансовой системы, закончившемуся августовским дефолтом. Из провала дефолта страну сумело вывести правительство профессионалов-государственников Примакова-Маслюкова-Геращенко, единственное в новейшей истории России, руководствовавшееся национальными интересами. Правительство, совершившее настоящее экономическое чудо, пользовавшееся поддержкой всех депутатов Государственной Думы и действовавшее вопреки рекомендациям МВФ, представляло серьезную угрозу интересам глобального центра и потому, всего через восемь месяцев в мае 1999 г., по рекомендации западных советников, было отправлено Ельциным в отставку. Ненависть российского народа к Ельцину и «реформаторам» была накануне двухтысячных настолько всеобъемлющей и взрывоопасной, что для сохранения власти компрадорской олигархии необходимо было срочно решить вопрос о преемнике. Нужен был человек, являющийся по внешним признакам полной противоположностью Ельцину, но который бы смог гарантировать сохранение всех итогов лихих девяностых. И выбор пал на В. Путина, который в августе 1999 г. был назначен Ельциным на должность премьера, а с 31 декабря 1999 г. стал исполняющим обязанности президента России.

Двадцать путинских лет

С самого начала новый президент заявил, что пересмотра итогов грабительской приватизации, которую все население справедливо считало незаконной, не будет. Но, несмотря на это, после мерзости, бандитизма и вакханалии воровства 90-х годов население сразу же поддержало усилия Путина по наведению самого элементарного порядка и удалению от власти наиболее одиозных олигархов. А дальше перед страной и перед новым президентом встал выбор – начать трудный восстановительный мобилизационный проект (такая программа предлагалась президенту Народно-патриотическим союзом России — НПСР) или, довольствуясь статусом сырьевого придатка и страны периферийного капитализма, наслаждаться нефтедолларами, превращаемыми в офшорные активы, бентли, мерседесы и дорогую недвижимость компрадоров и их обслуги. Программа патриотических сил была презентована новому президенту на встрече в Кремле делегацией НПСР в состава Г. Зюганова, С. Глазьева, Ю. Маслюкова, Д. Львова, Н. Петракова, С. Батчикова и В. Кашина.

В ходе встречи, которая продолжалась 4 часа, В. Путин прекрасно понял, что для реализации предложенной мобилизационной программы необходимо серьезное обновление кадров высшего звена. Но полученная в наследство от Ельцина личная уния высшего госаппарата и олигархии требовала «продолжения банкета». И новый президент выбрал «продолжение банкета», сделав семейно-клановую ельцинскую систему основой вертикали власти. В страну устремился поток трейлеров с дорогими иномарками и импортным продовольствием, и одновременно продолжилась деградация инфраструктуры и производственной базы. За основу развития была взята программа глобалистов Г. Грефа и А. Кудрина, которые во имя обеспечения макроэкономической стабильности предлагали инвестировать исключительно «вне страны». Единственный довод, к которому прислушался президент в ходе встречи с делегацией НПСР, касался вступления в ВТО, которое было намечено на 2004 г. на совершенно кабальных условиях (согласованных М. Касьяновым, А. Илларионовым и Грефом), подразумевавших приравнивание внутренних цен на энергоносители к внешним. Члены делегации с цифрами в руках убедили президента, что этот шаг чреват появлением в стране 20 млн. безработных. Из-за опасений режиму личной власти президент отложил тогда вступление в ВТО, которое состоялось на восемь лет позже планировавшегося и уже на других условиях.

В первый президентский срок на фоне выборочной войны с олигархами и коррупцией, постепенного выхода из коллапса девяностых, «мочения террористов в сортире», рейтинг президента постоянно рос, почти до всеобщей поддержки его действий. После вступления в силу с 1 января 2005 г. закона о монетизации льгот, принятие которого было воспринято населением как несправедливость и сопровождалось акциями протеста и голодовками депутатов Государственной Думы, рейтинг существенно падает. На этом фоне постепенно к Путину приходит понимание, что продолжение либеральной риторики и «хороводов» с Западом может лишить его поддержки избирателей. Неожиданный взлет цен на нефть (почти в четыре раза) позволяет решить острые вопросы, прежде всего, рассчитаться по долгам, после чего Путин радикально меняет риторику.

В 2007 г. в своей мюнхенской речи президент заявил, что Россия не собирается строиться по команде Запада и намерена отстаивать собственные интересы. Вместо откровенно либеральных пассажей первых лет зазвучали правильные слова о технологическом прорыве, о новой индустриализации, о развитии образования, об обеспечении граждан доступным жильем, о неповышении пенсионного возраста и др. Нам обещали то инновационное развитие, то великие национальные проекты, то доступную ипотеку. Как потом оказалось, таким образом решалась задача сплотить население и заручиться его поддержкой. Но сами экономические программы продолжили писать те же до боли знакомые апологеты невидимой руки рынки и проводники интересов международного финансового капитала – грефы, мау, кузьминовы, набиуллины, ясины и др. В 2007 г. ими была рождена и разрекламирована программа, рассчитанная до 2020 г., которая должна была вывести Россию на новые рубежи. Она предполагала достижение темпов экономического роста в размере 6,5% в год. К 2020 г. ВВП должен был увеличиться на 66%. Всем здравомыслящим экспертам с самого начала было понятно, что в рамках действующей модели эти цели абсолютно не достижимы, что впоследствии и подтвердилось. ВВП вместо продекларированных 66% вырос менее, чем на 6%, а ответственности, как обычно, никто не понес, хотя авторы получили многомиллионные гонорары.

Нет сомнений, что и все последующие программы либеральных экономистов ожидает та же участь. Перед саммитом G20 в Осаке в июне 2019 г. Путин в интервью Financial Times неожиданно для всех заявил о конце эпохи либерализма: «Либеральная идея устарела. Она вступила в противоречие с интересами подавляющего большинства населения». Но за грамотной популистской риторикой как не стояло, так и не стоит никаких реальных масштабных достижений, а Россия с точки зрения экономического развития как продолжала, так и продолжает оставаться, как говорил гениальный поэт Некрасов, «страной затронутых вопросов, не перешедших в сферу дел».

Темпы роста экономики, вопреки бодрым прогнозам министров-либералов, остаются существенно ниже среднемировых, доля России в мировом ВВП неуклонно падает. Из-за сокращения инвестиций в основной капитал компании, которые на протяжении десятилетий составляли основу нашей экономики, терпят многомиллионные убытки. На фоне избытка денег, о котором постоянно твердит Центробанк, предприятия лишены долгосрочного кредита и искусственно банкротятся банками. За 2000-2017 гг. прекратили работу свыше 74 тыс. заводов и фабрик. Из-за падения производства шестой год подряд падают реальные доходы населения, 21 млн. человек живет за чертой бедности. По данным Росстата, более четверти детей (26%) в возрасте до 18 лет живут в семьях с уровнем денежных доходов ниже прожиточного минимума. Исполнение майских указов, направленных на социальные цели, обернулось борьбой за достижение формальных показателей. Растет имущественное неравенство, по уровню которого Россия находится на одном из первых мест в мире. Тысяча богатейших семей реально управляет Россией и концентрирует в своих руках подавляющую часть рентабельных активов и национального дохода. По мнению французского экономиста Т. Пикетти, уровень неравенства в России сейчас выше, чем был в 1905 г. и перед революцией 1917 г.! Коррупция на всех уровнях власти, крупномасштабное воровство, бесхозяйственность, экологические бедствия, рост аварийности – все это сегодняшние реалии. Режим самоизоляции из-за пандемии и остановка производства неизбежно усугубят многие проблемы.

Исправно работает механизм по десуверенизации и деиндустриализации. На низовом, т.е. оперативно-тактическом уровне, ключевые государственные решения принимаются в интересах сырьевого олигархата, финансовых спекулянтов, приближенных к власти криминальных структур, а также самих коррумпированных чиновников. Таким образом создаются новые возможности по перераспределению нефтедолларов и бюджетных потоков в карманы офшорной аристократии. Разрушение единой энергосистемы, приватизация ЖКХ, коммерциализация образования и здравоохранения, скрытый демонтаж РАН, монетизация льгот, бесконечная череда опустошительных пенсионных реформ – все эти действия предпринимались чиновниками с целью обогащения и создания центров прибыли для приближенного к ним бизнеса. На более высоком уровне – системном, или стратегическом – ключевые государственные решения в конечном счёте принимаются в интересах транснационального капитала, международных финансовых спекулянтов и представителей политического истеблишмента Запада, что означает десуверенизацию России и закрепление за ней статуса сырьевого придатка.

В январе Путин решает отправить в отставку правительство Д. Медведева, более всего запомнившееся циничной фразой премьера «денег нет, но вы держитесь». Сохранение президентом на второй позиции в государстве либерала с криминальными связями, и полная неспособность правительства вывести экономику из стагнации, вызывали растущее возмущение в обществе. Однако порожденные отставкой ожидания оказались напрасны. И одиозный премьер, и все не справившиеся со своими задачами министры — получили благодарность за работу из уст президента. Они благополучно продолжили вершить старые дела в новых креслах.

Между тем, нынешняя вертикаль категорически не приемлет никаких альтернативных точек зрения. И не только не приемлет, но и грубо затыкает рты. Так недавно с эфира была снята программа «Бесогон» Н. Михалкова под названием «У кого в кармане государство», в которой он позволил себе критиковать Грефа за его «толпо-элитарные» рассуждения и посмел положительно высказаться о постоянном раздражителе либералов академике С. Глазьеве. Иначе как неприличной не назовешь истерику Э. Набиуллиной, последовавшую после того как Глазьев вновь наступил на ее больную мозоль, выступив за ограничения спекуляций на валютных рынках. ЦБ предложил Минэкономразвитию «рассмотреть целесообразность проработки оптимизации коммуникационной деятельности Глазьева». Формулировка так похожа на кальку с английского, что невольно возникает предположение о переводе в ЦБ очередного указания из Вашингтона…

Двадцать лет в жизни страны – это много или мало? При Сталине Советский Союз сумел за 10 лет провести индустриализацию. Нищий в недавнем прошлом Китай успешно ликвидировал бедность и уже готовится к высадке на Луну, созданию собственной МКС и отправке аппаратов на Марс. Россия за двадцать лет так и не смогла вырваться из ловушки периферийного капитализма и продолжает оставаться зоной для сбрасывания кризисов. Миллиарды тонн невозобновляемых природных ресурсов и товаров первичного сектора вывезены на Запад, триллионы долларов безвозвратно утекли в офшоры и в оплату дорогой зарубежной недвижимости олигархов, молодые специалисты продолжают массово уезжать на Запад.

В 2009 г. агентство «Блумберг» попросило Путина прокомментировать тот факт, что в период кризиса 2008 г. из России утекли 270 млрд. долл. Путин ответил, что не видит в этом ничего страшного и что «мы не ограничили вывод капитала и не намерены это делать в будущем». Спустя 11 лет национальный финансовый рынок в строгом соответствии с рекомендациями МВФ (которому мы уже много лет ничего не должны!) по-прежнему открыт для международных спекулянтов и закрыт для российских предприятий. Россия – единственная страна БРИКС, не ограничивающая трансграничное движение спекулятивного капитала. Денежная масса искусственно удерживается в сверхприбыльном спекулятивном обороте, стимулируя переток денег из реального сектора в финансовый и далее за рубеж. Отсутствие запрета на трансграничное движение капитала В. Катасонов образно сравнил с домом, у которого в сильный мороз открыты все окна и двери, а хозяин изо всех сил топит печь, тепло от которой моментально улетает. С момента выполнения Центробанком рекомендаций МВФ по переходу к свободному плаванию курса рубля спекулянты на манипулировании курсом «наварили» десятки миллиардов долларов, а сумма выведенного капитала превысила 250 млрд. долл. Ущерб от политики ЦБ за последние пять лет оценивается в более чем 25 трлн. руб. недопроизведенной продукции и 15 трлн. руб. несделанных инвестиций. Без переориентации политики Центробанка с интересов спекулятивного капитала на интересы реального производства нам из ловушки периферийного капитализма не выбраться!!!

Олигархи продолжают выводить в оффшоры порядка  90 млрд. долл. в год, не уплачивая даже жалкие 13%. А все предложения по деофшоризации спущены на тормозах неолиберальной командой. Можно с уверенностью предсказать, что предложение президента обложить налогом в 15% выводимые за рубеж дивиденды, постигнет та же участь.

Двадцать последних лет стали годами проедания советского наследия и разграбления страны, разбазаривания природных богатств, нарушения и урезания многих конституционных прав граждан, годами крупномасштабного оболванивания и развращения нашей молодежи при помощи СМИ, бесконечной лжи, обмана и пустых, не подкрепленных делами, обещаний («рывков», «прорывов», «национальных целей»).

Из-за бесконечной лжи, звучащей из уст власть имущих, граждане постоянно живут в состоянии когнитивного диссонанса. Президент заявляет, что «либеральная идея устарела», но продолжает назначать либералов на все ключевые посты и одобрять проводимую ими политику. Число олигархов выросло в десятки раз и продолжает расти. Президент говорит, что не будет менять Конституцию, но вносит в нее поправки. Путин считает, что люди, получающие 17 тыс. руб., относятся к среднему классу и таких у нас 70% населения, а люди недоумевают, как на эти деньги можно питаться, одеваться, лечиться, отдыхать и еще о детях думать. Президент говорит, что никогда не пойдет на повышение пенсионного возраста и проводит пенсионную реформу. Мы уже полтора десятка лет «успешно» слезаем с нефтяной иглы, но почему-то зависимость от цен на нефть не уменьшается. Россия – великая энергетическая держава, экспортирующая сотни миллиардов кубометров газа, но почти треть территории страны не газифицирована.

Мы живем в стране с бесплатной медицинской помощью, но для больных детей средства на лечение телевидение ежедневно призывает переводить посредством смс., и население понимает, что болеть нельзя, поскольку и операции, и пребывание в больнице связано с большими затратами. У нас бесплатное школьное образование, но почему-то подготовка детей к школе, а также их подготовка к экзаменам и школьные кружки — требуют от родителей немалых затрат. У нас растет политическая активность граждан, а на деле вся системная оппозиция стала фальшивой и контролируется властью. Ненавидимый населением Чубайс продолжает получать бюджетные миллиарды на развитие нанотехнологий, но этих технологий как не было, так и нет.

В ходе своих предвыборных кампаний президент неизменно уходил от дебатов. Спрашивается почему? Очень занят? Не уважает других кандидатов? Считает, что все, что хотел он уже сказал избирателям? Ни то, ни другое, ни третье. На любых дебатах необходимо четко обозначить свою позицию. В диалоге с оппонентом, как правило, крайне сложно уйти от ответа на прямой вопрос. И дебаты неизбежно вскроют несоответствие слова и дела.

Еще в начале первого президентского срока Путина один из хорошо его знающих олигархов как-то сказал: «Нам повезло, что Путин такой же либерал, как мы». Уехавший в США бывший советник Путина А. Илларионов также неоднократно хвалил президента за его приверженность «экономической свободе». Двадцать лет пребывания во власти не изменили либеральное мировоззрение Путина. По своим глубинным убеждениям он по-прежнему с либеральным меньшинством.

В качестве двух главных достижений последних двадцати лет неизменно отмечаются повышение боеспособности вооруженных сил и возвращение Крыма. В вооруженных силах России в 2008 г. была начата масштабная неолиберальная реформа, заняться которой было поручено мебельщику(!) с пятнадцатилетним стажем Сердюкову. За три года Сердюков «оптимизировал» численность офицерского состава с более чем 300 тыс. до 150 тыс. и практически уничтожил профессиональную часть младшего командного состава, что создало серьезные проблемы в армии, авиации и на флоте. Параллельно шла повсеместная коммерциализация, распродажа армейского имущества и закрытие учебных заведений, завершившиеся впоследствии уголовным делом «Оборонсервиса». «Оптимизация» вооруженных сил должна была быть доведена до логического конца, но в октябре 2011 г. с нашего молчаливого согласия (Россия воздержались при голосовании в Совбезе ООН) «цивилизованные» страны разбомбили Ливию и на весь мир показали зверское убийство Каддафи. Лидер ливийской революции, друг и финансовый спонсор Саркози, выполнил абсолютно все требования Запада, но это не спасло ему жизнь. После убийства Каддафи Путин осознал, что на гуманизм западных «партнеров» и «друзей» рассчитывать не приходится, и конец может быть печальным. Именно поэтому он пришел к необходимости восстановления боеспособности вооруженных сил России. В 2012 г., уже будучи президентом, Путин отправил Сердюкова в отставку, и началось перевооружение армии. Для полноты картины необходимо упомянуть, что, несмотря на возбужденное против Сердюкова уголовное дело, перед судом он так и не предстал, и теперь бывший мебельщик является председателем совета директоров Объединенной авиастроительной корпорации…

Что касается возвращения Крыма, то оно было продиктовано логикой обстоятельств. Если бы Путин не пошел на этот шаг и украинские националисты погрузили полуостров Русской Славы в пучину хаоса и террора, то от президента неизбежно отшатнулись бы все, как от Горбачева в 1991 г. Логика намерений (при условии ее наличия) должна была бы подвести Путина к решению вопроса с Новороссией в том же 2014 г. События там развивались строго по крымскому сценарию, и, как и в Крыму, был проведен референдум о вхождении в состав России. В смысле реакции зарубежных «партнеров» и санкций это уже ровным счетом ничего не изменило бы. Но президент не решился пойти на такой шаг. Это стало понятным после его встречи с действующим председателем ОБСЕ президентом Швейцарии Д. Буркхальтером. Содержание разговора остается до сих пор неизвестным, но после него позиция Путина резко изменилась. Начавшиеся боевые действия обернулись жертвами среди мирного населения, а непризнанные республики по сей день остаются серой зоной, дальнейшие перспективы которой весьма туманны. Тем же, кто выступал в 2014 г. за вхождение Новороссии к России, в частности А. Дугину, просто перекрыли доступ к СМИ. Относительно Крыма добавлю, что после его возвращения Путин никак не вмешивается в решение Грефа не открывать отделения Сбербанка в Крыму. В этой связи возникает вопрос к президенту – считает ли глава Сбербанка Крым российской территорией, и дозволено ли отдельным неприкасаемым из числа властной вертикали иметь свою собственную позицию по этому вопросу?

Два десятилетия «оптимизации» социальной сферы

После дележа в девяностые годы самых лакомых кусков советского наследства, в нулевые у «реформаторов» дошли руки и до социальной сферы, прежде всего, образования, здравоохранения и науки, продолжавших функционировать по советским принципам. В ходе «оптимизации» здравоохранения «эффективные менеджеры» сократили количество больниц в России вдвое – с 10,7 тыс. до 5,4 тыс., а больничных коек – на 27,5% (в сельской местности – почти на 40%). Уменьшилось и количество поликлиник (на 12,7%). Выполнение майского указа президента о повышении зарплат медиков до 200% от средней зарплаты по региону, а среднего медперсонала до 150%, осуществлялось путем сокращения кадров с одновременным увеличением нагрузки на оставшийся персонал. В 2018 г. количество врачей сократилось в 55 (!) регионах. Дошло до того, что санитарок стали массово переводить в уборщицы, чтобы они не подпадали под указ.

По числу больничных коек на 10 тыс. населения даже Москва вышла на уровень 1913 г., а по сравнению с 2000 г. этот показатель сократился вдвое. За 2010-2018 гг. количество больничных организаций уменьшилось на 79 ед., а число больничных коек – на 29,5 тыс. Это произошло на фоне роста потребностей в медицинских услугах из-за старения населения и плохого состояния здоровья. В регионах в катастрофическом положении оказалось первичное звено здравоохранения (ФАПы, амбулатории, больницы), ответственность за которые была возложена на региональные власти.

По признанию президента Путина, сделанному им на заседании президиума Госсовета по теме «О задачах субъектов Российской Федерации в сфере здравоохранения» в октябре 2019 г., «более 60% граждан невысоко оценивают качество здравоохранения». Вместо того, чтобы сделать медицину доступной, власти убрали из поликлиник специализированную помощь и диагностику, которые были переведены в крупные клинико-диагностические центры. Записываться в них пациенты должны за несколько недель. В результате специализированная помощь и диагностика перекочевали в сектор платных медицинских услуг, объем которого в 2019 г. составил 846,5 млрд. руб. Государственная система здравоохранения неуклонно трансформируется (вопреки Конституции РФ!) в рынок платных медицинских услуг.

Счетная палата отметила, что оптимизация медучреждений в РФ привела к росту смертности (!) пациентов городских и муниципальных больниц в среднем по стране на 2,6%. При таких результатах впору переименовать Минздрав в Министерство контроля численности населения. Публично посыпать голову пеплом пришлось и Минздраву, и Т. Голиковой, и А. Силуанову. С началом эпидемии и В. Матвиенко вдруг осознала, что организация финансирования здравоохранения через ОМС весьма несовершенна.

Случись пандемия коронавируса через несколько лет, мы бы по оптимизации коечного фонда вполне могли «догнать» Испанию и Италию. Вряд ли стоит удивляться, что с началом стремительного распространения коронавируса власти запаниковали, прекрасно понимая, что для реальной эпидемии в достаточном количестве нет ни помещений для размещения инфицированных, ни медицинского оборудования, ни средств защиты. Плюс не хватает как минимум 30 тыс. врачей и 175 тыс. медперсонала.

В советское время протоколы действий при эпидемиях были отработаны до мелочей, что позволило с началом Великой отечественной войны избежать эпидемий в ходе перемещения на Восток 20 млн. человек эвакуированного населения. Основы организации здравоохранения в период массового поступления больных были заложены еще в период Крымской войны Н. Пироговым, понявшим, что главное — это не помощь одному конкретному раненому, а по-военному четкая организация всей медицинской помощи. Именно с нерешенностью этой проблемы столкнулась «оптимизированная» медицина во время пандемии.

Доктор медицинских наук, эпидемиолог профессор И. Гундаров считает, что «covid-19 вскрыл мерзость, порочность, неорганизованность, маразм власти, которая, кроме как сеять панику, запугать народ, ничего не может». А президент Национальной медицинской палаты, доктор Л. Рошаль заявил, что сейчас здравоохранению необходима «оптимизация наоборот».

Теперь чиновники собираются здравоохранение модернизировать. Сможет ли очередная модернизация изменить реальное положение дел? Не сможет, поскольку все эти реформы лежат строго в русле избранного властями курса на переход от унаследованной национальной системы здравоохранения солидарного типа, охраняющей здоровье всех граждан вне зависимости от платежеспособности, к модели западного образца, лишающей значительную часть населения равного доступа к современной медицинской помощи.

Во многом напоминает ситуацию в здравоохранении, и другая «оптимизируемая» сфера – образование. В первую очередь это касается коммерциализации и сокращения с каждым годом доступности бесплатных услуг (сейчас только 10 % мест в университетах бюджетные). Как и в здравоохранении, повышение зарплат осуществляется путем сокращения числа учителей и вузовских преподавателей с одновременным увеличением нагрузки. Одновременно быстро растет численность управленческого и контролирующего аппарата, заваливающего учебные заведения бесконечными инструкциями, правилами, рекомендациями и формами отчетности (среднестатистический российский вуз заполняет за год около 300 отчетов, содержащих примерно 12 тыс. показателей.). Закрываются малокомплектные сельские школы. Пандемия коронавируса чревата для системы образования еще одной реальной опасностью – соблазном перехода на повсеместное дешевое и низкокачественное дистанционное образование. Агентство инноваций Москвы уже прогнозирует, что Россия к 2030 г. почти полностью откажется от классического образования в пользу новых форм обучения. Видимо, недалек тот день, когда привилегией живого общения с педагогом, как более дорогой формы обучения, сможет пользоваться только богатая элита.

В 50-е годы прошлого века школьное образование в СССР считалось лучшим в мире. Многое из нашей системы школьного образования заимствовала Япония, добившаяся в дальнейшем больших успехов в экономике. Выпускники ведущих советских вузов по качеству подготовки превосходили сверстников из других стран. Высокий уровень образовательной подготовки носил массовый характер. Сегодня ЕГЭзация, болонизация и внедрение рекомендованных американцами критериев оценки работы преподавателей и учебных заведений привели к резкому снижению качества образования. Франция, которая была в шестидесятые годы первой страной, применившей аналогичную нашему ЕГЭ систему тестирования, через три года отменила ее по причине отрицательного влияния на умственное развитие учащихся. У нас же и речи нет об отмене этой системы. Не принесла никакой пользы и болонизация высшего образования. Система образования в целом переориентировалась с задачи воспитания творческой личности на воспитание «квалифицированных потребителей». Осуществляемая в её нынешнем виде реформа образования призвана облегчить глобальному бизнесу охоту на мозги, а оставшихся аборигенов вооружить не знаниями, при наличии которых человеком становится трудно манипулировать, а необходимыми глобальному бизнесу «компетенциями».

Очередным шагом в окончательном и бесповоротном реформировании школьного образования призвано стать создание Министерством просвещения Координационного совета по развитию образования в России. Ключевой фигурой в нем станет не имеющий педагогического образования Греф, которому не терпится взяться за новые федеральные государственные образовательные стандарты — ФГОСы. С 2000 г. по 2009 г. ФГОСы уже менялись трижды, после этого к ФГОС-3 стали добавлять плюсы при очередном совершенствовании, и при каждой доработке школы начинает лихорадить, поскольку требуется бесконечная переделка программ и планов. Добиванием государственного школьного образования займется теперь тот самый эффективный менеджер, который провозглашает, что «нельзя давать населению доступ к информации», поскольку «люди не хотят быть манипулируемыми, когда они имеют знания», который мечтает ликвидировать физматшколы и упразднить экзамены и оценки. Дети же самого г-на Грефа обучаются в дорогой частной школе, на которую его новации распространяться, по-видимому, не будут…

В тяжелейшем положении оказалась сегодня российская наука. Россия является единственной страной незападного мира, в которой уже к концу XIX — началу XX вв. возникла полноценная фундаментальная наука, и появились ученые мирового уровня (Н. Лобачевский, Д. Менделеев, И. Павлов и др.). Все это было сохранено и приумножено в 1917—1991 гг. Большевикам удалось в лихолетье Гражданской войны сохранить отечественные научные кадры и избежать утечки мозгов из страны. В 1918—1921 гг. в Петрограде были созданы Государственный физико-технический институт (ГФТИ), директором которого стал «отец советской физики» А. Иоффе, Государственный радиевый институт (ГРИ), директором которого являлся академик В. Вернадский. А в Москве появились Институт физики и биофизики при Наркомздраве, Научно-исследовательский институт физики и кристаллографии и многие другие. К 1927 г. в СССР было создано более 90 научных институтов, осуществлены крупные исследовательские проекты, в том числе, многочисленные научно-изыскательские экспедиции. Если в двадцатые годы научно-исследовательские институты создавались преимущественно в Москве и Петрограде, то в тридцатые годы множество НИИ было открыто и на периферии. Начали также создаваться многочисленные отраслевые институты, деятельность которых была направлена на решение практических задач, стоящих перед народным хозяйством.

После Великой отечественной войны финансирование науки постоянно увеличивалось. В 1985 г. вложения в науку составили 5% ВВП. Одна треть всех величайших научных открытий XX века сделана российскими учеными, а на научно-техническое пространство бывшего СССР приходилось не менее 25% мирового обмена технологиями. Нынешнее положение в науке можно охарактеризовать как плачевное. «По удельному весу затрат на науку в ВВП (1,1%) Россия существенно отстает от ведущих стран мира, находясь на 34 месте», — отмечается в отчете Счетной палаты. «Даже в условиях достижения целевых параметров национального проекта «Наука» расходы России на науку увеличатся к 2024 году только до 1, 2% ВВП. При этом в Китае эти расходы составляют 2, 1% ВВП, в США – 2, 7% ВВП, в Германии – 2, 9% ВВП», — отмечают аудиторы. В абсолютном выражении расходы России на науку в 11 раз меньше, чем в США и Китае.

Разгромлена в результате масштабной реформы 2013 г. Российская академия наук, подавляющее большинство ученых которой не приняли либеральных реформ. Как отметил президент РАН А. Сергеев: «Большинство членов академии, как старшего поколения, так и молодых профессоров РАН, считают, что состояние науки в стране за шесть лет после реформы ухудшилось, и они до сих пор не поняли, для чего это было сделано. Фактически реформа привела к разрушению существовавшей ранее прочной двойной системы «академия–институты» с выбранными членами академии и институтами, где «мозг» — академия — принимал решения и транслировал их в институты. Система отрабатывалась десятилетиями и в советское время была в основе научно-технической мощи государства, а в раннее российское время позволила сохранить нашу академическую науку в отличие от отраслевой, которая РАН не подчинялась». Из-за потери контроля над сетью академических институтов академия не может в условиях сегодняшней пандемии напрямую заниматься научными разработками и бороться с инфекцией.

В результате «реформирования» РАН только в США и Канаду уехало работать более миллиона российских ученых и специалистов. По данным Росстата, отток из страны квалифицированных кадров с высшим образованием составляет ежегодно более 50 тыс., а по статистике иностранных государств, свыше 100 тыс. Уместно вспомнить слова французского математика Б. Паскаля: «Достаточно уехать трём сотням интеллектуалов — и Франция превратится в страну идиотов».

Большие вопросы вызывает внедренная система оценки достижений в науке по публикационной активности. Рост числа публикаций, по мнению президента РАН, является «искусственным» и не отражает реального положения вещей. В реальности количество научных работ из России, которые приглашают на крупные международные конференции, существенно падает. Тем не менее, Миннауки продолжает использовать именно эту наукометрию в конкурсах и грантах.

Можно напомнить нашим «реформаторам» науки, что единственный российский лауреат нобелевской премии по химии Н. Семенов, в течение 55 лет возглавлявший Институт химической физики, за всю жизнь опубликовал всего полсотни оригинальных статей и, как правило, в отечественных журналах. Если воспользоваться системой «объективной оценки» работы нобелевского лауреата по баллам, внедряемой сейчас в РАН Министерством образования и науки РФ, то Н.Н. Семенов оказался бы одним из самых плохих сотрудников за все время существования Института химической физики».

«Оптимизированные» здравоохранение, образование и наука – это закономерное следствие продолжающихся неолиберальных реформ и свидетельство полного непонимания властями основных закономерностей научно-технического прогресса. Это фактический отказ от самостоятельной траектории развития страны, закрепление зависимого статуса и преступление перед нашими детьми и внуками.

Контуры будущего

Десятого мая в интервью программе «Москва. Кремль. Путин» президент заявил, что не нужно «хвататься только за наше героическое прошлое, нужно смотреть в наше не менее героическое и успешное будущее». Но никакого взгляда в наше будущее власти не демонстрируют. На повестке дня — лишь «тушение пожара пандемии». И к действиям «пожарных» у людей возникает очень много вопросов. Похоже, усилия властей, в основном, будут направлены на спасение госкорпораций и олигархов, и на дальнейшее усиление контроля над населением. Никаких попыток разорвать порочный круг нашего зависимого развития не предпринимается и пока не планируется предпринять.

Думают ли власти о том, что в условиях спровоцированного пандемией и действиями по борьбе с ней тотального кризиса сильные будут выживать за счет слабых, богатые за счет бедных, Центр – за счет периферии? Как образно выразился мастер экономических прогнозов Д. Митяев, «для глобальных игроков интересно, чтобы все остались на этом «Титанике», пока еще как-то играет на нем оркестр, а в шлюпки бы сели только те, кому положено, — пассажиры первого класса».

Задача глобального Центра – дать слабым максимально спокойно умереть в процессе борьбы с трудностями. В книге А. Паршева «Почему Россия не Америка» приводятся слова М. Тэтчер о том, что на территории Советского Союза экономически оправдано проживание лишь 15 млн. человек. И уж точно на зависимой территории не требуется такая роскошь, как наука, которая вообще в недружественных США странах рассматривается, по выражению Г. Киссинджера, как стратегическая опасность. Уж не поэтому ли столько сил было затрачено на развал РАН? Не требуется и хорошее образование, достаточно «компетенций». Для целей сокращения населения совершенно ни к чему продвинутое здравоохранение. Главное, чтобы в процессе умирания подконтрольной территории не было конвульсий и не забрызгало Запад.

Те же мысли и сегодня высказывают в США открыто и демократы, и многие республиканцы. Они уверены, что России, построившей симулякр западного общества потребления и добровольно сдавшейся в холодной войне на милость победителям, уже не выбраться из затянутой петли, в возможность русского чуда прагматичные американцы не верят. Именно из соображений «чтобы не забрызгало Запад» США пока не предпринимают никаких радикальных действий против нашей финансовой системы (вроде отключения от СВИФТА и блокировки корреспондентских счетов в США).

Развал СССР обеспечил Запад дешевым сырьем, квалифицированной рабочей силой, капиталами, новыми рынками сбыта, позволил отсрочить назревавший в те годы экономический кризис. Во второй срок пребывания Клинтона на посту президента разграбление стран бывшей социалистической системы позволило впервые за 30 лет сделать бюджет США профицитным. Сегодня глобальный Центр рассчитывает на подобный же «банкет» уже на обломках России. Для этого используются все доступные средства, и ведется настоящая гибридная война. На просторах Интернета гуляют многочисленные пророчества вымышленных писателей, аналитиков и экспертов о скором исчезновении России как самостоятельного государства. Они призваны убедить в неизбежности осуществления подобных прогнозов и внушить мысль о бесполезности сопротивления. Так некий журналист А. Светов беседует с «канадским Нострадамусом» Рикарди, который вещает, что когда правительство России коленопреклоненно спросит у Запада, чего он еще хочет от России, ответом будет «Умрите!».

Для того, чтобы Россия не стала, по образному выражению А. Фурсова, «навозом для сильных» и не перешла в категорию failed states (несостоявшихся государств), необходима очень серьезная трансформация. В парадигме периферийного капитализма России не сохраниться! Действующая модель не работает!!!  Она противоречит национальным интересам и направлена на полное подчинение страны.

Любой кризис открывает окно возможностей. Главное — суметь им воспользоваться. В 1929 г., когда началась Великая депрессия, это сумел сделать Сталин, мобилизовав народ на осуществление задачи индустриализации в рекордные сроки. Одновременно с невиданными темпами роста экономики стремительно развивались — наука, образование, культура. Нынешний кризис тоже дает шанс сыграть свою игру, при условии, что нам удастся подключить собственные ум, воображение и волю, и сбросить с ног прах ложных неолиберальных доктрин и гири ложных обязательств.

Еще в начале восьмидесятых западные эксперты в предчувствии наступления очередного кризиса писали, что социалистические страны пройдут его легче, чем Запад. Они выражали опасения в приходе к власти левых сил в ведущих странах Запада. Именно поэтому США была сделана ставка на ослабление своего геополитического противника в холодной войне. После эйфории от развала СССР, на который Запад поначалу и не рассчитывал, Ф. Фукуяма написал свой разлетевшийся миллионными тиражами труд «Конец истории и последний человек» — об окончательной и бесповоротной победе либеральной демократии и капитализма во всем мире и на все времена. Но внутренние проблемы капитализма никуда не исчезли несмотря по полученную в результате победы в холодной войне «передышку». Неолиберализм с его диктатурой наживы приступил к глобальному переделу мира и ресурсов: были практически повсеместно ликвидированы средний класс и социальное государство, возникшее во многих европейских странах под влиянием успехов СССР, непокорные страны и народы начали выжигаться огнем и мечом (Югославия, Ирак, Ливия, Сирия и др.). Сегодняшний неолиберализм враждебен интересам всех народов и служит глобальному финансовому капиталу, который прикрываясь фразами об экономической свободе, истребляет любые свободы кроме свободы грабежа. Обнищание населения, геноцид, грабежи и насилие, войны и спецоперации, миллионы бесправных мигрантов, матрешка кризисов – таким сегодня стал однополярный мир.

Сегодня даже на Западе растет понимание, что капитализм – отнюдь не конец истории, а один из этапов развития человечества, и что очередной кризис может оказаться фатальным. Вновь проснулся интерес к трудам К. Маркса и В. Ленина, изучается успешный опыт Китая. Пандемия, столкнувшая мировую экономику в тотальный кризис, резко пошатнула позиции либералов в правительствах. В ближайшие годы будет неизбежно возрастать роль государства, которому предстоит оживлять, стимулировать и контролировать производство, наводить порядок в здравоохранении и других сферах. Профессор Техасского университета Дж. Гэлбрейт заявил недавно по поводу последствий пандемии, что «капитализм и децентрализация последних 40 лет, возможно, не выдержат этого кризиса, придется выстраивать новую систему, возможно, нужно будет выстраивать государственный социализм или принимать какие-то гибридные решения».

Растет понимание того, что благодаря стремительному развитию цифровых технологий, плановое управление уже превосходит рыночное по всем показателям, включая эффективность использования имеющихся ресурсов и скорость реагирования на любые неожиданности. Максимальная реализация всех достоинств плановой экономики достигается при едином собственнике средств производства. Так что экономическая выгода практически предопределяет неизбежность перехода к социализму, не говоря уже о растущем запросе на социальную справедливость.

Однако либералы во власти продолжают оплевывать опыт строительства в СССР социалистической экономики и доказывать, что никакой альтернативы нерегулируемому рынку нет. Любые предложения поставить под контроль государства денежно-кредитную политику ими намертво блокируются. В ход идут обман, подлоги, дезинформация и даже скрытые угрозы.

Сегодня только слепой не видит — для того чтобы выжить и развиваться, стране необходим технологический рывок и новая индустриализация. Научно обоснованные комплексные программы реализации задач экономического роста и технологической модернизации неоднократно предлагались и НПСР, и учеными РАН, и предпринимателями левоконсервативного толка. В период начавшейся пандемии доклад «О глубинных причинах нарастающего хаоса и мерах по преодолению экономического кризиса» был подготовлен академиком С. Глазьевым».  Казалось бы, что мешает мобилизовать все силы на выполнение готового продуманного плана действий, ориентированного исключительно на национальные интересы?

В парадигме действующей модели зависимого развития подобные планы принципиально не могут быть востребованы властью. Ни предложения Глазьева, ни другие альтернативные программы не имеют никаких шансов на реализацию. Они нарушают многие «схемы», противоречат интересам верхушки власти, финансовых спекулянтов, руководителей и акционеров госкорпораций и крупнейших госбанков и всей повязанной круговой порукой неолиберальной команды.

Устами В. Терешковой через поправки в Конституцию об обнулении сроков было предложено сделать Путина фактически пожизненным президентом. В рекордно короткие сроки решение было принято на всех уровнях. Лишь вмешательство пандемии отсрочило чисто ритуальное народное голосование. Россияне многое готовы простить президенту за возвращение Крыма. Но сможет ли Россия не только сохранить Крым, но и сохраниться сама, если ничего не менять? Если страна будет в условиях кризисной «стужи» по-прежнему оставаться домом с открытыми окнами и дверями и подлежать масштабному разграблению, а у программ, направленных на экономический рост, не будет шансов на реализацию…

Россия, с ее традиционно солидарным жизнеустройством и идеями приоритета справедливости перед законом и торжества правды над правом, исторически тяготела к социалистическим идеям. В составе СССР у нее накоплен огромный опыт создания плановой экономики. Как ни промывали либералы населению мозги, по опросам социологов 66% граждан России хотели бы жить при социализме. И число сторонников социализма продолжает каждый год увеличиваться. За перевод в государственную собственность крупных предприятий выступают почти три четверти опрошенных молодых россиян, сторонников частной собственности оказалось всего 17%. Либералы же на любых выборах получают позорно низкий процент голосов.

В обществе есть огромный запрос на отказ от либеральной модели зависимого развития и переход к социалистическим принципам ведения хозяйства. Нет никаких сомнений, что левый поворот обеспечит власти массовую поддержку и огромный кредит доверия. Каковы шансы на такую революцию сверху? Способен ли на нее действующий президент, все еще подтверждающий свою приверженность либеральному курсу?

Задача всех здоровых сил общества, всех тех, у кого национальные интересы находятся на первом, втором, третьем и всех последующих местах, — объединиться и вдохнуть новую жизнь в левый фланг с тем, чтобы усилить давление на власть. В России нет ни одной социальной группы, которая была бы довольна положением дел. Продолжение «банкета» либеральной тусовки под прикрытием чекистов андроповского призыва неизбежно завершится окончательным закреплением за Россией статуса страны периферийного капитализма. У нас есть огромный опыт мобилизационной экономики и действий в условиях навязанных ограничений и санкций, есть огромные запасы природных ресурсов. Есть образованная, думающая и стремящаяся к большому делу молодежь, которой вместо зомбоящика надо предложить масштабный проект и реальные перспективы. Есть потенциально емкий внутренний рынок и возможности сотрудничества с государствами, ориентированными на суверенное развитие.  Все это дает нам шанс выскочить из ловушки и выиграть битву за наше суверенное будущее. Задача – не упустить этот шанс.

Сергей Батчиков
Батчиков Сергей Анатольевич (р. 1953) – русский экономист, предприниматель, общественный и политический деятель. Действительный член Международной академии корпоративного управления. Председатель правления Российского торгово-финансового союза. Директор Центра проблем управления крупными социально-экономическими системами Международного научно-исследовательского института проблем управления. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments