По факту: суд в России – институт, не пользующийся доверием. Почему – другой вопрос. В частности – потому, что принимает решения, которые в обществе не воспринимаются как справедливые.

И здесь существует несколько уровней. Есть уровень резонансных дел, явно дискредитирующих, а подчас и позорящих суд. Среди них – фиктивное осуждение Васильевой, фаворитки бывшего министра обороны Сердюкова. Которого столь же некрасиво вообще вывели из-под суда, несмотря на нанесенный ущерб российской армии.

Среди них – «дело Кокорина и Мамаева», когда вопрос о двух хулиганских драках в центре Москвы разбирался более полугода – то есть затягивался до тех пор, пока в обществе о драках не стали забывать. Потом столь же комично суд разрешил осужденным выйти на досрочно-условное освобождение, а потом почти все задним числом были оправданы под давлением элитных поклонников футбола.

Среди них – «дело Седьмой студии», когда расхитившие бюджет более чем специфические «театральные деятели» под давлением элитных поклонников и сплоченных деятелей богемы – хотя и были признаны виновными – но практически обошлись без реальных сроков и существенного наказания.

И многое другое. В отношении представителей элиты и развлекающей ее прислуги в лице футболистов, артистов и возлюбленных российский суд – всегда лоялен, подобострастен и сверхгуманен.

И уже в этом сам ставит под вопрос уважение к себе. Хотя, как иногда открыто говорят некоторые «судейские»: «А нам ваше уважение и не нужно. Мало кого мы не уважаем?»

Суд по определению признается правосудием, когда отвечает как минимум двум характеристикам: «суд скорый и справедливый».
Затянутый суд всегда вызывает недоверие.

И затянутый суд, и затянутое следствие воспринимается, как осуществляемое по надуманным основаниям.

Суд в России сегодня воспринимается не как орган правосудия, а как… да, «весы Фемиды», только на которые взвешивается не правота сторон, а соотношение их силовых потенциалов.

Общество просто полагает, что российский суд всегда будет принимать решения в пользу сильного: в пользу власти, пока власть сильнее своих противников, в пользу ее противников – если решит, что теперь сильнее стали они.

Отсюда – и оценка в общественном мнении. По осенним данным ФОМа, положительно оценивает деятельность российских судов 25% граждан, отрицательно – 41%. Причем в числе оценивших суды положительно – только 9% признает, что суды выносят решения «честные и справедливые», а многие просто ссылаются на личный опыт, опыт родных и знакомых, при этом не признавая решения ни нечестными, ни справедливыми – то есть имеется ввиду, что с судом «можно договориться».

Те, кто оценивает отрицательно, говорят о несправедливости и нечестности, взяточничестве судей, неравенстве людей перед законом, ангажированности, некомпетентности, нежелании работать….

Да, при этом 29% считает, что в последние годы суды стали работать лучше, чем несколько лет назад, но 23% думают, что они стали работать еще хуже.

45% граждан считают, что суды выносят часто несправедливые приговоры, и еще 33% — что суды выносят несправедливые приговоры, но редко.

То есть доверия к справедливости суда нет. Почему и само обращение в суд уже воспринимается как форма лицемерия и нечестности. А потому не заслуживает доверия. То есть обращение в суд рассматривается либо как проявление безнадежной наивности, либо как проявление мошенничества.

Может быть, на деле все это не так, может быть, все это своеобразные предубеждения. Но ведь фактом остается то, что процент оправдательных приговоров в современных российских судах сегодня меньше, чем был у сталинских троек…

И даже если уйти от всякой политизации. Суду не доверяют уже на повседневно-бытовом уровне. И это недоверие рождается именно под влиянием повседневно-бытовой деятельности судов.

Начать можно с того, что суд сегодня не считает для себя необходимым реально оповестить ответчика о возбужденном деле. Нет, формально он ему посылает повестку и получает почти подтверждение, что он повестку отослал. Но никак не контролирует, дошла ли она до адресата, и игнорирует то, была она вручена или нет. Что такое российская почта – тоже понятно: в лучшем случае, она кладет извещение о заказном письме предполагаемому ответчику в почтовый ящик, переполненный рекламно-бумажным спамом и даже не пытается вручить ее лично. Хотя подобного рода отправления должны вручаться лично и под расписку.

Когда не знающий о возбужденном деле человек, что естественно, в суд не является – дело автоматически рассматривается без него и автоматически — не в его пользу. Теоретически в течение недели после того, как он узнает, что проиграл суд, о котором вообще ничего ранее не знал, он имеет право оспорить решение даже у того же судьи, но узнать об этом он, с одной стороны, может только спустя годы, когда его настигнет иск судебных приставов, а, с другой, он, если не обладает специальной информированностью, ничего о таком своем праве и не знает.

Собственно, все дает основания предполагать, что мечта судьи – чтобы истец в суд не попал: тогда дело можно будет закончить за несколько минут и ни во что не вникать.

Более того, если человек в суд и пришел, но опоздал на несколько минут, хотя бы из-за обычных городских пробок – судья сделает все, чтобы не допустить его в зал заседаний и вынести приговор в его отсутствие.

Так проще и быстрее. Можно будет до начала слушания следующего, намеченного по расписанию дела попить чай или заняться другими своими делами.

Если все же человек пытается узнать в суде, с какой стати и в связи с чем вынесено ущемляющее его решение, суды отказываются отвечать на эти вопросы. На сайтах и в справочниках даются телефоны судов и судей, но на звонки по ним никто не отвечает. Более того, на деле оказывается, что звонки на этих телефонах отключены.

Судьи от приема граждан уклоняются, передоверяя общение с ними своим помощникам. Помощники всем своим видом показывают, что единственное, чем готовы заниматься, это принимать дополнительные документы по уже идущему делу – и даже для приема заявлений отправляют экспедицию, причем, если в суд обращается человек, не имеющий соответствующего опыта, он просто не может получить информацию о необходимой форме составления заявления. Сотрудники суда предоставлять какую-либо информацию отказываются, отправляя к платному адвокату. Стоимость услуг которого может равняться или превосходить сумму иска.

Даже в отношении изменений по делу и судьи, и их помощники отказываются отвечать на вопросы, а при упоминании о том, что к ним невозможно дозвониться, высокомерно отвечают: «В суды нужно не звонить, в суды нужно приезжать», но и приехав, в них невозможно просто ничего узнать.

Почему и уровень одобрения судебной системы в России – один из самых низких в стране: по ВЦИОМу — около 35% на конец года.

Человек, не имеющий опыта судебных разбирательств, обратившись в суд, чувствует себя не гражданином, обратившимся за реализацией своего права на судебную защиту, а просителем, которому дают понять, что он здесь лишний и только отвлекает очень занятых людей от очень важной работы.

А отсюда – суд в России никто и не уважает, в его справедливость не верит, и сам вынесенный приговор воспринимает как либо ангажированный, либо купленный более сильным и более богатым, либо нечестный просто по факту того, что он вынесен судом.

И еще: 51% граждан уверенны, что судьи берут взятки. И только 25% верят, что не берут.

На самом деле, очень может быть, что все на деле и не так. И что судьи в России взяток не берут. Но в это мало кто верит. Во многом и потому, что судьи и работники судов ведут себя столь высокомерно, что убивают даже предположение о судейской честности, справедливости и достойности уважения.

ИсточникКМ
Сергей Черняховский
Черняховский Сергей Феликсович (р. 1956) – российский политический философ, политолог, публицист. Действительный член Академии политической науки, доктор политических наук, профессор MГУ. Советник президента Международного независимого эколого-политологического университета (МНЭПУ). Член Общественного Совета Министерства культуры РФ. Постоянный член Изборского клуба. Подробнее...
comments powered by HyperComments