Дмитрий Борисенко: «Империя зла» держит интригу до конца

Писать рецензии на творчество людей, к которым относишься с большой симпатией и испытываешь дружеские чувства – очень сложно. Когда пишешь все как есть без прикрас, не мудрено и обидеть художника, и, в угоду истине подвергнуть отношения весьма серьезным испытаниям. И, слава богу, автор диска «Империя зла» избавил меня от мук творчества и мук совести одновременно.

Виталий Аверьянов – это явление не только в музыкальном мире, но и в мире философском, литературном, интеллектуальном. Я ждал его второй «час песен», как он называет свои аранжированные альбомы. И он оправдал мои ожидания. С первых аккордов, с первой строки трека «Империя зла 1», было понятно, что этот диск, образно выражаясь, расширяет тот плацдарм, который заняла вышедшая в прошлом году «Русская идея». Он является гармоничным продолжением предыдущей пластинки и окончательно формирует тот неповторимый, легко узнаваемый стиль, который, возможно, в будущем окрестят стилем Аверьянова. Ведь пытаться дать короткое определение творчеству Виталия – дело хлопотное. Оно настолько разнообразно и одновременно уютно собрано в одном месте, что словами передать это невозможно.

Главная уникальность творчества Виталия в безупречно гармонирующем сочетании музыки и текста. Я давно не встречал настолько дополняющие друг друга две части одного целого. Можно называть это хоть «инь» и «янь», хоть «альфа» и «омега». Здесь нет музыки отдельно от поэтических текстов. И в этом месте я все же позволю себе немного критики. В альбоме есть темы на стихи поэта Велимира Хлебникова, и лично у меня было ощущение, что на диск к Виталию пришел в гости друг… Но, пожалуй, это вся критика, которую я могу позволить.

Для меня самое главное – те образы, которые рождаются в сознании при прослушивании композиций. Тексты всех трех частей «Империя зла» отсылали меня к Довлатову и его «Заповеднику», – эдакая философская перекличка с концом 70-х, началом 80-х гг., а в музыкальном плане гитарное многоголосие из этих же композиций вызывало ассоциации с проигрышами из композиций «Eagles». При этом и само название «Империя зла», как мы помним, отсылает нас к речи Рэйгана в 1983 году, прозвучавшей как вызов Советского Союза на дуэль.

И тут же в другой песне на фоне симфонического сплава разных музыкальных направлений можно было слышать несколько десятков искрометных русских частушек, органично вставленные в тело композиции, что создавало ощущение отсутствия каких-либо творческих рамок, да и полное низвержение политкорректности:

Рыжий пес украл овес

И в Америку повез.

А в Америке сказали:

– Вам наверное в Давос!

 

Чудотворцы, срам один!

Чудотворцы долбаны!

Превратили баб в мужчин,

Пришить забыли органы!

 

Чисто инструментальная «Интерлюдия» как музыкальная пауза между смысловыми атаками классических аверьяновских треков как будто давала передышку и в то же время напоминала своими мотивами другие композиции. Песня-дилогия «Лекция» и «Абъекция», пожалуй, не уступает по уровню музыкальной сатиры Владимиру Высоцкому, – при этом она глубоко актуальна и свежо звучит (а написана была, как указано в буклете диска, аж в 2000 году).

Весь альбом «Империя зла» держит вас в постоянном ожидании чего-то интересного и необычного. Он настолько непредсказуем, что интрига остается до самой последней композиции, до последней строчки текста, до последнего аккорда.

Повторюсь, есть в этом альбоме Виталия очень много того, что было свойственно культуре второй половины 70-х годов XX века. Нет, это не кухонный протест против системы. Аверьянов – это о другом. Но стилистика, подача, настроение, элементы философии и музыкального обрамления уж больно сильно перекликаются с тем временем. (Косвенно это ощущение подтверждается одним из клипов на песни «Империя зла» – «Кошмар Ивана Дипломата», где были щедро использованы сцены из мультиков, фильмов 60-х – 70-х гг., фото и кинокадры той эпохи перемежались с современными кадрами.) И я считаю, что это очень здорово. Во-первых, потому, что автор не зациклен на заигрывании с молодежными стилями, оставаясь при этом глубоко современным и злободневным. Во-вторых, это здорово именно потому, что 70-е были временем философских смыслов, которые сегодня переживают некий ренессанс. Не в их политическом значении, а в размышлениях о человеческих отношениях, а так же в некоей позиции к жизни, любви, к добру и злу. Такой вот, если использовать сегодняшний сленг, деликатный троллинг выпускников филфака МГУ, бородатых физиков-ядерщиков, технарей Политеха и примкнувших к ним выпускников Консерватории и Института культуры. Это не какая-то игра в «старомодный» стиль, а скорее голос поколения, к которому относится философ, поэт и музыкант Виталий Аверьянов.

comments powered by HyperComments