Покушение на командира батальона Народной милиции ДНР Сергея Попова в Горловке и диверсия на газопроводе в Луганске свидетельствуют о том, что Киев не собирается отказываться от практики террора в отношении республик Донбасса. Тем не менее попытки украинской стороны запугать жителей непокорного шахтерского края оказываются безуспешными.

В анатомии необандеровского беспредела мы попробуем разобраться вместе с нашим специальным корреспондентом в ДНР.

Февральское обострение

Утром 15 февраля в Горловке был взорван автомобиль, в котором находились командир батальона НМ ДНР Сергей Попов (позывной «Длинный») и его дочь, которую он вез в школу. Взрывное устройство сработало под водительским сиденьем, в результате чего Попов получил множественные осколочные ранения ног, а его дочь – контузию. Происшедшее было квалифицировано правоохранителями как теракт, одной из его вероятных причин называется месть украинской стороны за случившуюся накануне гибель троих бойцов ВСУ, подорвавшихся на мине у поселка Новолуганское на Светлодарской дуге.

В тот же день вечером в Малой Вергунке, районе на северо-восточной окраине Луганска, произошел взрыв на газопроводе, лишивший на несколько часов тепла жителей прифронтового села Веселенькое. Учитывая тот факт, что с начала года это уже второй такой случай в ЛНР (ровно месяцем ранее был взорван магистральный газопровод у села Глафировка в Лутугинском районе, оставивший без газа более десяти тысяч абонентов, включая теплосеть и больницы), а также географию происшествия (в Малой Вергунке расположен целый ряд важных объектов газотранспортной системы), вряд ли стоит сомневаться в том, что это дело рук засланных Киевом диверсантов.

Всего два случая за один день, и это без учета участившихся случаев обстрелов украинской артиллерией прифронтовых районов Донецка, Горловки и других населенных пунктов республик Донбасса. Разрушается жилье, повреждаются объекты социальной инфраструктуры, теряют здоровье мирные граждане – кто от осколков, кто от стресса. Все это происходит на фоне усиления воинственной риторики Киева и демонстративного стягивания подразделений ВСУ к линии разграничения: трудно оценивать вероятность нового обострения ситуации, однако можно с уверенностью сказать, что украинская сторона в очередной раз решила оказать давление на жителей ДНР и ЛНР при помощи волны террора. И здесь вряд ли можно сомневаться, что делается все это с подачи заокеанских хозяев украинского руководства.

Диагноз: «терроризм»

Для понимания того, почему Украина так себя ведет, надо ответить на вопрос о том, что же такое терроризм. Как это ни парадоксально, но глубинная сущность терроризма заключается в построении системы ценностей, параллельной уже имеющейся в обществе, создании норм морали и права, апеллирующих к неким возведенным в абсолют и извращенным абстрактным идеалам справедливости. Насилие в данном случае является результатом существования такой системы норм и ценностей: ни одно здоровое общество не потерпит подобной параллели. Предвижу возражения о том, что параллельным набором регулятивных норм является воровской закон, но здесь есть один нюанс: уголовные понятия распространяются исключительно на преступную среду. Иными словами, человек, не относящийся к ней, не обязан им подчиняться. Более того, жертва посягательства имеет полное право на любые формы самозащиты, и никакого спроса с нее за это быть не может. Погорел – сам виноват: выбирай того, кто по зубам.

У террористов подход иной. Террористическая мораль распространяется на всех, и если ты не разделяешь устремления террористов – это уже достаточный повод для того, чтобы расправиться с тобой, дабы другим было неповадно. Ну а если ты еще и посмел воспротивиться – пощады не будет не только тебе, но и твоим близким. Апелляцией к неким высоким (с точки зрения террористов!) ценностям можно оправдать любой беспредел: террористическая группировка сама себя наделяет правом быть чрезвычайной судебной инстанцией, совмещающей в себе роль следователя, судьи и палача, но не берет на себя труд при этом быть адвокатом. Впрочем, о какой защите может идти речь, если сопротивление террористам с их точки зрения – тягчайший проступок? Яркий пример – убийство народовольцами императора Александра II, которое сами террористы цинично назвали «казнью царя».

Самое печальное, что Украина была больна терроризмом задолго до 2014 года. Здесь уместно вспомнить старую задачу о зарастании озера тиной за тридцать дней, притом что количество тины ежедневно увеличивается ровно вдвое. В этой задаче спрашивается, когда озеро зарастет тиной наполовину. Не буду утомлять читателя весьма несложными расчетами: это случится к вечеру двадцать девятого дня. Любители математики сразу поймут, что количество тины в первые три недели прирастало весьма незначительно, причем настолько, что и невооруженным глазом не увидишь. Однако процесс развивался весьма интенсивно, чтобы наблюдатель спохватился тогда, когда уже ничего невозможно предпринять!

В украинском обществе после 1991 года весьма активно культивировали идеи терроризма. При этом основными их проводниками были не радикальные необандеровские группировки, которые в силу своей малочисленности и маргинальности не могли исполнять эту функцию, а куда более безобидные платформы. Например, пользующийся скандальной известностью художник и драматург Лесь Подервянский прославился не только пьесами похабного содержания, но и тем, что одно время являлся владельцем популярного сайта «Українська терористична думка» (Украинская террористическая мысль. – Прим. ред.), к счастью, уже много лет как не действующего. Сайт, как и остальное творчество Подервянского, носил скорее эпатажный характер, однако его девизом была фраза: «Терроризм – это образ мышления!». К чему привели такие «игрушки» в конце зимы 2014 года, говорить излишне.

Путь в никуда

Возникает вопрос о том, насколько эффективной является практика террора в отношении населения той стороны, против которой воюешь. История наглядно показывает что деморализовать неприятеля и сломить его волю к сопротивлению таким образом вряд ли получится, а вот обозлить тех, кто и так настроен против тебя, – запросто. Яркий тому пример – ковровые бомбардировки времен Второй мировой войны: отмечено, что во всех городах, которые им подвергались, поддержка населением правительства не только не снижалась, но и наоборот, резко возрастала. Казалось бы, парадокс: целые районы практически сметены с лица земли огненным смерчем, но никто не выходит на улицы с требованием уступок противнику в обмен на прекращение страданий. Более того, зачастую любого такого «пацифиста» сами пострадавшие от налета ставили на место весьма демократичными, хотя и не слишком гуманными способами. Причина простая: в условиях катастрофы единственным способом выживания является солидаризация с действующей властью.

Достаточно вспомнить и ковровые бомбардировки более позднего времени, например той же самой Югославии в 1999 году. Налеты авиации НАТО, а также производимые ими жертвы и разрушения не стали деморализующим фактором для сербов, продолжавших отстаивать Косово – священную для них территорию: атаки косоваров, кстати поддерживаемых с воздуха Североатлантическим альянсом, успешно отражались. Куда большим ударом для них стало принятие югославским руководством условий Запада: несмотря на колоссальные потери, люди были готовы вести борьбу и поддерживали Милошевича, однако подписанный им мир на условиях капитуляции оказался, по сути, главной причиной случившейся год спустя «бульдозерной революции». Так устроен человек: он готов терпеть любые лишения до тех пор, пока существует власть, на которую можно опереться и в которой он видит своего защитника. Но как только эта власть дает слабину – жди смуты.

Следовательно, украинский террор против населения ДНР и ЛНР – дело совершенно бесперспективное. Во-первых, руководство республик, несмотря ни на что, пользуется поддержкой подавляющего большинства жителей. Да, в его адрес часто звучит справедливая критика, но, извините, не боги горшки обжигают, да и условия отнюдь не оранжерейные, поэтому взаимопонимание народ и власть находят. Во-вторых, если система управления сложилась, то убийством отдельного человека ее разрушить невозможно: в первые месяцы нынешней войны убийство командира, на которого было завязано все руководство, еще могло нанести критический урон ополчению, но сформировавшаяся управленческая вертикаль как раз и рассчитана на то, чтобы функционировать вне зависимости от выхода из строя отдельного руководителя. И наконец, весна 2014 года для живущих в Донбассе стала точкой невозврата: любишь ты тех, кто у руля, или нет – неважно, однако пути назад нет. Это значит, что тебе придется отстаивать свой выбор, что возможно только при солидаризации с властью, ибо мир ценой поражения смерти подобен. Отметим и то, что в республиках никого насильно не держат: кто хотел «проголосовать ногами» – давно уже это сделал.

P. S. Все знают знаменитые слова профессора Преображенского из «Собачьего сердца» о том, где находится разруха. Однако ему же принадлежит и другая, не менее пророческая мысль: «Террором ничего поделать нельзя с животным, на какой бы ступени развития оно ни стояло».

comments powered by HyperComments